Ты - Мудак

      Анна Бауэр шла медленно по дороге, руками держась за руль того самого старого велика, когда-то принадлежавшего её отцу. Он стоял в гараже так долго, он словно ожидал своего часа, который настал сегодня. Анна очень бережно относилась к вещам родителей и без особой надобности никогда ничего не брала, и этот велосипед она бы тоже не взяла, если бы её собственный не был искорёжен демопсом. Почему-то именно сейчас, идя домой в ночной тьме, она вспомнила родителей. На душе скребли кошки, а горечь утраты встала комом в горле. Это никогда не пройдёт, эта рана не заживёт, и болеть она будет очень долго. Случайная мысль проскользнула в голове: Бауэр стало любопытно, как бы отреагировали её родители, если бы однажды на пороге их дома появился Билли Харгроув и представился парнем их дочери?       Грустная улыбка тронула уголки её губ. Анна знала ответ: они бы приняли его, потому что это выбор их дочери. Они всегда поддерживали её в любых начинаниях, в любых ситуациях, при любых трудностях. Их бы не смутила ни манера общения Билли, ни его дерзость, ни даже вспыльчивость, тем более что парень может состроить из себя кого угодно, если ему это нужно. Но Харгроув не стал бы вешать лапшу на уши родителям Анны, она была уверена в этом. Билли был бы просто собой, он бы хотел, чтобы его приняли таким, какой он есть. Бауэр представила, как они все сидели бы за столом, ужинали, болтали, шутили и смеялись. Как в конце вечера её отец вышел бы с Билли на крыльцо, как он спросил бы серьёзно о его чувствах к Анне и попросил бы приглядывать за ней и не обижать...       ― Никогда, мистер Бауэр... ― так уверенно ответил бы Харгроув.       Одинокая слеза покатилась по щеке, и Анна тут же стёрла её тыльной стороной руки. На душе было так тревожно и страшно, но в то же время те самые слова Харгроува о любви согревали её сердце. Бауэр ушла, ведь он умолял её об этом, она ушла, не зная, как ей дальше быть. Она даже не заметила, как добралась до дома и уже стояла у крыльца, ведь она настолько была погружена в свои мысли, что реальность отошла на второй план. Анна откатила велосипед в гараж и, закрывая дверь того самого гаража, увидела тень того, кто вдруг появился позади нее. Бауэр медленно обернулась и увидела перед собой Хезер.       ― Что ты здесь делаешь? ― настороженно спросила девушка.       ― Пора! ― ответила брюнетка.       Анна мало что успела понять; Холлувей быстро подошла к ней и ударила битой по голове. Бауэр отключилась, а Хезер потащила ее к машине своего отца, бросила обездвиженное тело на заднее сидение и, заведя машину, быстро скрылась с места преступления.       Анна проснулась в дороге и простонала от резкой боли в голове. Эта боль стучала в висках. Она открыла глаза и сквозь пелену увидела силуэт Хезер, та обернулась и сказала:       ― Мы уже приехали!       Машина остановилась спустя пару секунд; Хезер вышла на улицу, открыла заднюю дверь и грубо вытащила Бауэр из машины. Она еле держалась на ногах, но, когда увидела, куда её привезли, её разум тут же прояснился. Это был тот самый завод, где буквально два часа назад девушка нашла Билли.       ― Отпусти меня, дрянь! ― пыталась вырваться Анна.       Холлувей так больно сжала забинтованную руку девушки, что с её губ сорвался протяжный стон. Они вошли в здание. Здесь было мрачно, пусто и сыро; ноги Бауэр заплетались, и, если бы не крепкая хватка Хезер, падение было бы неминуемо. Когда они подошли к лестнице, перед ними появился Харгроув. Ни один мускул не дрогнул на его лице, и только он знал, что его сердце пропустило удар при виде Анны.       ― Куда ты её ведёшь? ― беспристрастно произнес он.       ― Мне приказали привезти её! ― ответила Холлувей.       ― Я сам! ― заявил парень.       Блондин грубо вырвал девушку из цепких лап брюнетки и повёл её вниз.       ― Билли... ― прошептала его имя Бауэр.       Он ослабил хватку.       ― Постарайся не двигаться, это не больно, ― предупредил Харгроув, его голос почему-то успокаивал девушку.       Они спустились в подвал, и тут снова накатила волна страха, которая усилилась при виде толпы людей, стоящих как солдаты и ожидавших приказа. Билли неспешно вёл Анну прямо в лапы Свежевателя, он словно хотел оттянуть этот момент. Бинт на руке Бауэр постепенно окрасился в алый цвет. Кровь начала стекать по её тонким пальцам вниз, оставляя за ней дорожку из маленьких капель. Они остановились, парень встал позади девушки и прошептал ей на ухо:       ― Мне очень жаль...       Харгроуву действительно было жаль. Было жаль, что он не может спасти Бауэр, ведь ОН контролирует его, Свежеватель не дал бы ему сделать ни единого лишнего шага. Анна подняла взгляд и наконец-то встретилась с тем, кто когда-то наделил её силой. ОН оказался внушительных размеров и издавал какое-то подобие утробного рычания. Страх сковал её тело ледяными оковами, внутри девушки что-то куда-то провалилось; тело била мелкая дрожь. Свежеватель опустил голову напротив лица Бауэр, и тут же её пронзил звон такой силы, что она закричала и упала на колени перед монстром. Дыхание Билли участилось, его руки сжались в кулаки, страдания Анны приносили ему нестерпимую душевную боль, но ноги будто налились свинцом, не давая ни на йоту двинуться с места. Свежеватель потянулся к девушке одной из своих щупалец и коснулся её лба. Бауэр словно провалилась в сон, утонула в пучине вязкой темноты.

***

      ...Маленькая Анна шла домой по дороге из школы. Была осень; разноцветные листья окрасили улицы Хоукинса тёплой палитрой красок. Она шла и, шаркая ногами, раскидывала листья по сторонам.       ― Эй, девчонка! ― раздался голос позади неё.       Бауэр обернулась и увидела Стива и Томми, догоняющих её на великах. Те быстро ехали по дороге, остановились у обочины, припарковали своих железных коней и подошли к девочке.       ― Ты сегодня сказала миссис Стоун, что я списывал, ― возмущался Стив. ― Опозорила меня перед классом!       ― Я не виновата, что ты такой глупый и не можешь решить простейшие примеры, ― без доли робости в голосе ответила Анна.       ― Какое тебе дело? ― злился мальчик.       ― Нужно наказать предателя, ― подначивал Томми.       Девочка по очереди взглянула на мальчишек, развернулась и собралась уходить, но Стив грубо дёрнул её за ручку рюкзака, заставляя обернуться.       ― Тебе не сбежать, ― сказал он.       Бауэр разозлилась, сняла рюкзак и кинула его на землю.       ― Я не стукач! ― заявила девчонка. ― Я предупреждала тебя, что, если ты и дальше продолжишь у меня списывать, я расскажу всё учительнице, но ты не послушал, Харрингтон.       Стив злился и совсем не слышал Анну.       ― Из-за тебя отец накажет меня.       ― Поделом! - бросила девочка.       Мальчик посчитал это оскорблением. Он пихнул Бауэр, и она больно упала на мокрый асфальт. Стив и Томми начали смеяться. Анна не проронила ни слезинки, хотя было жутко обидно; она поднялась и, пока Харрингтон смеялся, глядя на друга, подошла, развернула его за плечо и яростно ударила мальчишку кулаком в нос. Стив крикнул от боли и упал на задницу, из носа пошла кровь.       ― У меня кровь, кровь, ― твердил он.       Томми растерялся и крутился вокруг друга ,не зная, чем ему помочь. Спустя минут десять Стив и Анна сидели на холодном бордюре, молча переглядываясь, а Томми стоял в стороне, поправляя цепь на своём велике. Кровь ещё текла, и Харрингтон всё время стирал её рукавом куртки. Его взгляд был виновато опущен. Бауэр засунула руку в карман и вытащила белый платок.       ― Держи, ― она протянула его мальчику.       Стив шмыгнул носом и взял платок.       ― Прости меня, ― вдруг извинился он.       Анна правда удивилась тому, что услышала, и не только она.       ― Зачем ты извиняешься перед ней? Это она сдала тебя, она разбила тебе нос, она виновата! ― возмутился Томми.       ― Заткнись, Томми! ― резко бросил Харрингтон.       Тот еще пару секунд постоял, сверля друга недобрым взглядом, сел на велосипед и уехал.       ― И ты меня прости, ― в ответ извинилась Бауэр.       Они посмотрели друг на друга. Стив улыбнулся, и от этой искренней улыбки девочка не смогла сдержать свою. Мальчик поднялся и протянул руку Анне, она же приняла её и поднялась следом.       ― Ты крутая, ― сказал он.       ― Мне не сравнится с твоей крутостью, ― без доли издёвки произнесла девчонка.       Харрингтон протянул ей мизинец и спросил:       ― Будешь моим другом?       Анна задумалась всего на секунду:       ― Да, ― так просто ответила она.       Их пальцы сплелись, и они снова улыбнулись друг другу.       ― Надеюсь, тебе несильно достанется от отца.       ― Поделом, ― повторил её слова Стив.       ― Я помогу тебе с математикой, если хочешь, ― предложила Бауэр.       Улыбка мальчика стала шире.       ― Было бы здорово!       Их пальцы разъединились. Мальчик сел на велосипед, а Анна подняла свой портфель. Стив помахал ей на прощание, и девчонка ответила тем же. Этот день положил начало крепкой дружбы между Харрингтоном и Бауэр.....

***

      ...Уроки у старшеклассников закончились. Подростки расходились по домам. Анна стояла на парковке, поправляя сумку на плече, когда перед ней вдруг остановилась знакомая машина.       ― Садись, Бауэр, прокачу с ветерком, ― задорно произнёс Стив.       Девушка хмыкнула и сделала вид, что не замечает друга. Харрингтон усмехнулся и снял очки.       ― Серьёзно? Игнорируешь меня?       Анна не ответила, лишь демонстративно отвернулась. Парень закатил глаза и несколько раз нажал на газ, показывая тем самым, что в любую секунду он может уехать. Бауэр не отреагировала. Стив обречено вздохнул, заглушил мотор и вышел из машины.       ― Ладно, я виноват! - признал он, стоя за спиной у подруги и рукой зачесывая волосы назад. ― Я не приехал с утра, хотя мы договаривались... Просто, пойми...       ― Пойми Анна, я не приехал, потому что моя голова забита очередной девчонкой и мне не до тебя, ― в привычной манере Стива, медленно оборачиваясь, спародировала его девушка.       Харрингтон виновато опустил взгляд.       ― Это не так! ― отрицательно покачал головой он.       Брюнет снова взглянул на Бауэр и состроил милую мордашку.       ― Нет, это не прокатит ещё раз, не строй мне глазки! ― возмущалась девушка, хотя сама едва сдерживала улыбку, сохраняя серьёзных вид.       ― Я исправлюсь, честно, ― уверил Стив.       ― Где-то я это уже слышала, ― вздохнула Анна.       Они внимательно смотрели друг на друга и в какой-то момент одновременно рассмеялись, понимая комичность ситуации. Харрингтон приобнял подругу за плечи, и они пошли к машине. Уже в дороге друзья слушали свою любимую песню и дурачились, подпевая во весь голос. Бауэр сняла очки со Стива и надела их на себя; шоколадный батончик в её руке был вместо микрофона, в который они пели. Когда они стояли на светофоре, прохожие глазели на них как на сумасшедших, но друзей это не волновало, им было весело. Загорелся зелёный, и машина рванула вперёд. Припев вытянул Харрингтон, барабаня руками по рулю.       ― Стоп, сейчас от твоего "шикарного" голоса треснет лобовое стекло, ― смеялась Анна, уменьшив громкость радио до минимума.       ― Да я пою лучше него, мне давно пора собрать свою группу, ― шутил брюнет.       ― И как бы она называлась? "Орущие Коты"? ― насмехалась девушка.       ― "Великолепная Пятерка Харрингтона", ― мечтательно взмахнул рукой Стив.       Бауэр откинула голову назад, продолжая смеяться.       ― Представляю этих бедняг, покупающих билеты на твои концерты.       ― В основном это были бы девчонки, которые были бы готовы драться за места в первых рядах, чтобы искупаться в лучах моей красоты, ― самовлюбленно произнес Харрингтон.       Смех потихоньку утихал, и на минуту зависла тишина. Они проезжали знакомые улицы, мимо маленьких магазинов, мимо старой церкви и красивого парка. Это был Хоукинс, жить здесь было хорошо, хоть и немного скучно.       ― Кстати о девчонках, ― нарушила молчание Анна, ― без шуток, Нэнси Уилер?       Стив мельком взглянул на подругу и снова вернулся к дороге.       ― Есть в ней что-то, что меня зацепило, - признался он.       Бауэр внимательно посмотрела на друга.       ― Я плохо знаю Нэнси, но считаю, что она не из тех, кого можно просто использовать и бросить, ― более чем серьёзно произнесла девушка.       ― С чего ты взяла, что я хочу использовать её и бросить? ― негодовал Харрингтон.       ― Потому что ты поступаешь так со всеми девушками.       Снова тишина. Бауэр посмотрела направо, они как раз проезжали мимо редакции, где работает её отец. Она тут же задалась вопросом: придет ли он вовремя на ужин?       ― Здесь другое, ― тихо сказал парень.       ― Что значит это "другое"? ― пожала плечами Анна.       ― Не знаю, просто "другое", ― честно ответил Стив, вновь взглянув на подругу.       Бауэр набрала полную грудь воздуха и шумно выдохнула.       ― Что собираешься делать? ― спросила она.       ― Сегодня мы вместе готовимся к тесту.       Анна подавила накативший смех.       ― Готовитесь к тесту?! ― подмигнула она другу.       ― ПРОСТО готовимся к тесту, ― сдерживая улыбку, подчеркнул Харрингтон.       Девушка призадумалась.       ― Значит, мне придётся подружиться с Уилер.       ― Это не обязательно, ― покачал головой парень, обгоняя машину впереди.       ― Если она станет твоей девушкой, вряд ли ей понравится наша дружба, ― констатировала Бауэр.       Машина Харрингтона припарковалась у её дома. Парень заглушил мотор, повернулся к подруге и мягко взял её за руку.       ― Никакая девушка не испортит нашу дружбу, Анна! ― так искренне произнес он, что у неё защемило сердце. ― Помнишь?       Стив протянул ей мизинец. Тёплая и такая родная улыбка коснулась губ девушки, их пальцы вновь, как когда-то, сплелись воедино.       ― Помню, Харрингтон...

***

      ...Школа Хоукинса. Парковка. Бауэр шла навстречу к друзьям, но, когда увидела их, резко остановилась. Томми, Кэрол, Николь и даже Нэнси, а самое главное ― её лучший друг Стив издевались над Джонатаном Байерсом. Анна не знала, из-за чего весь сыр-бор, но, в любом случае, не поощряла подобное. Она никогда особо не дружила с Джонатаном, но иногда они мило общались, пересекаясь в библиотеке или в фотостудии. Его брат пропал, сложно представить, какой это удар, и поступать при этом так гадко, как сейчас поступали ее друзья, просто немыслимо. Бауэр вздрогнула, когда Харрингтон разбил фотоаппарат Байерса. Она знала, как он был ему дорог. Девушка сорвалась с места, подбежала к Стиву и со злостью пихнула его в грудь.       ― Какого черта, Анна? ― возмутился он.       Все затихли.       ― Это ты какого черта совершаешь подобные поступки? ― не на шутку разозлилась Бауэр.       ― Заступаешься за этого извращенца? Ты даже не знаешь, что он сделал! ― чуть ли не переходя на крик, напирал Стив.       Кажется, расправа над Джонатаном плавно перетекла в ссору двух лучших друзей.       ― Плевать! ― заявила Анна, поумерев пыл. ― Если они все не говорят тебе этого, то я скажу. Ты ведёшь себя, как грёбаный говнюк, Стив Харрингтон! ― эти слова были словно камнем, которым она бросила в него.       Стив замолчал. Он смотрел на неё так, будто Бауэр предала его. Отрицательно покачав головой, он сделал пару шагов назад, потом и вовсе развернулся и ушёл. Все последовали за Харрингтоном, только Нэнси чуть замешкалась, собирая клочки фотографии с асфальта. Уилер поспешила уйти, когда Стив окликнул её, девушка прошла мимо Анны, взглядом словно извиняясь перед ней. Бауэр ещё пару мгновений смотрела вслед Харрингтону и отметила, как вдруг плохо стало на душе. Они помирятся, обязательно будет примирение, как и всегда до этого, просто как же тяжело ругаться с самыми близкими! Потом она обернулась, присела и начала собирать разорванные фотографии, помогая Байерсу.       ― Прости за него, часто он бывает просто невыносим, ― обменявшись взглядом с Джонатаном, начала разговор Анна.       ― Я заметил, ― хмыкнул парень.       ― Его заносит, но Стив неплохой человек, просто неосознанно поддаётся клише "короля" школы, ― Бауэр все же подсознательно защищала друга.       ― Спасибо, ― искренне поблагодарил Байерс, когда они всё собрали.       Двое поднялись, глядя друг на друга: Анна с неким интересом, а Джонатан превозмогая робость, заставляя себя не отводить взгляд.       ― Ты благодаришь за помощь или за то, что заступилась?       Байерс замялся, но ответил:       ― За то, что ты сделала так, как посчитала правильным, невзирая на то, что это твои друзья.       ― Нууу, друзьям тоже иногда требуется давать втык, ― усмехнулась девушка.       Они улыбнулись друг другу.       ― Расскажешь про это? ― взглядом показала на фотографии Анна.       Они пошли вдоль парковки.       ― Я искал в лесу Уилла, точнее, какие-то зацепки, которые помогли бы его найти. Услышал крик, пошёл на него и вышел к дому Харрингтона, ― Байерс вдруг прервал рассказ, будто размышляя, как правильней сформулировать свои мысли. ― Я не знаю, зачем фотографировал их, правда... ― он отчаянно покачал головой.       ― Конечно, это странно, Джонатан, но я не виню тебя ни в чём. В конце концов, это всего лишь безобидные фотографии, ― пожала плечами Бауэр.       Двое молча продолжили путь.       ― А почему тебя не было на той вечеринке? ― вдруг поинтересовался парень.       ― Трудно объяснить... ― растерялась девушка. ― Томми и Кэрол, Стив и Нэнси, понимаешь? Я была бы лишней, несмотря на то, что бывала в доме Харрингтона чаще, чем кто-либо.       Байерс понял, о чём говорила Анна, и он кивнул ей в ответ. Их пути расходились в школьном холле.       ― Пока, ― так просто попрощался он и, развернувшись, собирался уйти, но успел сделать всего пару шагов.       ― Джонатан! ― тот обернулся. ― Мне очень жаль, что ваша семья столкнулась с подобным. Я всем сердцем верю, что Уилл найдётся, ― нашла нужные слова Бауэр.       Байерс поблагодарил за поддержку лишь привычным кивком и быстро скрылся в шумном потоке старшеклассников...

***

      Анна снова провалилась в пустоту, а Свежеватель продолжал путешествовать по её воспоминаниям в поисках бреши, которую можно использовать, чтобы подчинить её себе...