Mass Effect: Human Revolution

      «Нормандия» — грузовой отсек       Лейтенант Корвин только-только закончил разговор с сержантом Уильямс, обсуждая ее будущее в военных силах Альянса, и прислонился к большому шкафу для брони. Скрестив руки, он окинул взглядом две дюжины своих солдат и проверил, что все они всерьез заняты тренировкой: он настоял, чтобы они поддерживали себя в лучшей форме всё то время, что пробудут на «Нормандии». Он, к сожалению, к ним присоединиться не мог — ему только недавно присоединили конечности, оторванные питомцем Джека. Доктор «Нормандии» велела ему не заниматься никакой физической нагрузкой, хотя его раны полностью зажили.       Не перечь костоправам, напомнил он себе.       Тут к нему подошел капитан корабля, Дэвид Андерсон.       — Кто разрешил устроить здесь тренировку?       — 'динахуй, — проворчал грубый высокий лейтенант, закатив глаза. Андерсон едва сдержал возмущение.       — …Еще раз?       — Ты хотел вежливо помериться со мной хуями, чтобы я во время этой словесной перепалки усёк, что ты тут самая важная шишка. Ты — убийца, я — убийца. Прояви немного ебаного уважения и скажи прямо, что тебе нужно.       — Ладно, — Андерсон наклонился, угрожающе глядя на него. — Скажи своим парням, чтобы перестали носиться по моему грузовому отсеку, пока я не вышвырнул их в космос.       Корвин довольно улыбнулся.       — Видишь? Совсем другое дело, — взмахнув рукой, Корвин дал солдатам перерыв на неопределенный срок. — Потренироваться можно и в тех ведрах, что начальство зовет шлемами.       — Тогда зачем вообще устраивать этот цирк? Чтобы всех нас выбесить?       — Нет. Просто хочу, чтобы мои парни не поехали крышей в замкнутом пространстве. На вашем гребаном ведре нет ни единого окна, оно мелкое, что пиздец, а ваш сраный лифт целую вечность тащится с этажа на этаж. Пф. Ладно, тебе от меня что-то надо или я могу вернуться к своим делам?       — Ты же ничем не занят.       — А вот и нет. Я как раз фантазировал о том, как вгоню пулю Рамсусу в башку, — Корвин постучал себя по середине лба. — Прямо вот сюда.       — Я думал, вы должны его захватить, а не убить.       Корвин хмыкнул.       — Это тебе Лоусон сказал? Хех, он соврал. Рамсус слетел с катушек и сбежал.       Это застало Андерсона врасплох.       — Что? Но его же выбрали в кандидаты на роль Спектра!       — Я бы не стал ставить деньги на то, что его когда-либо выберут, но мое начальство считает, что его можно поймать и вновь посадить на поводок, — он покачал головой. — Пф. Ничего не выйдет.       — Брюс — биотик, которого сопровождают шестеро солдат в силовой броне, — сказал Андерсон, вспоминая тяжело вооруженных людей, которых привел с собой агент РА. Андерсону удалось увидеть одного из них без шлема, и, к удивлению капитана, мужчина оказался альбиносом. — Я слышал пару историй о Рамсусе, но не думаю…       — Этого мало, чтобы его поймать. Брюса и его фриков покромсают, изувечат и выставят на всеобщее обозрение, и когда это произойдет… — Корвин любовно посмотрел на футляр, в котором лежала винтовка «Вдова», модифицированная под фазовые патроны, предназначенные для пробития кинетических щитов и биотических Барьеров. — Мы с моими солдатами сделаем всё, чтобы Рамсус больше никому не навредил.       — А если вам не удастся?       — Тогда бомбите планету с орбиты.       — Вижу, ты не особенно веришь в Лоусона.       — Верно. Он — лжец и притворщик, и против Рамсуса этого попросту недостаточно. Будь всё по-моему, мы бы не заморачивались с поисками Рамсуса и попытками его вернуть… но у меня есть долг перед РА, и, пока Брюс неизбежно не проебется, я буду следовать его приказам. А ты? У тебя тоже с ним какие-то проблемы?       — У меня проблемы со всеми, кого прислала РА… но выбора у меня нет. Я тоже выполняю долг.       — Пф, в итоге ни у кого из нас выбора не будет.       Андерсон оставил лейтенанта и задумался над услышанным. Если Рамсус пошел против РА, значит, Совету придется выбирать из оставшихся кандидатов… что выльется в сущий кошмар. Все крупные нации Земли вцепятся друг другу в глотки, пытаясь пропихнуть своего избранника. Спектр, получивший практически безграничную власть от Совета, станет невероятным преимуществом в их игре.       Хейн. Хейн заварил эту кашу, привезя Грея на Цитадель.       Пискнул интерком, и следом раздался голос рулевого:       — Джокер — капитану Андерсону. Дрейвен кое-что обнаружила на радарах.       — И что же?       — Думаю, вам нужно самому взглянуть, сэр.

~[h+]~

      «Нормандия» — БИЦ       — Простите, что вот так вызвал вас, сэр, — сказал Джокер. — Но пока на борту «Темные огни», я бы предпочел передавать новости лично.       — Очень умно, Джокер, — ответил Андерсон и повернулся к Дрейвен, сидевшей за центром управления сенсорами. — Дрейвен, докладывайте.       — ИМРЕК засек приближающееся судно, сэр, — ответила она. — Но оно тут же пропало с радаров: наши сенсоры больше его не видят.       — Стелс-судно? Нет, только не говорите, что…       — Да, это «Дюрандаль», — она вывела изображение на дисплей: темный силуэт легкого крейсера.       — Хейн… — пробормотал Андерсон. — Какого черта он тут забыл?       — Корабль направлялся к Новерии на субсветовой, сэр, — продолжила Дрейвен. — Сейчас его двигатели выключены: он движется по инерции.       — Что прикажете, сэр? — спросил Джокер. — Возможно, Т’сони еще на борту…       Было бы так просто напасть на «Дюрандаль»: неудачный прототип никак не мог сравниться с ними в огневой мощи, а если он и располагал дронами, то система ПОИСК с легкостью бы их уничтожила. Но, опять же, кораблем управлял Хейн, а у него в рукаве было припрятано больше козырей, чем в любом игорном доме.       — Ничего не предпринимайте. У нас есть задание, и я не позволю Хейну поставить его под угрозу. Но старайтесь держаться как можно ближе к «Дюрандалю» и следить за ним. Докладывайте о любых изменениях.       — Есть, сэр, — в унисон ответили пилот и оператор бортовых систем. Андерсон развернулся и произнес:       — Никто не знает, чем сейчас занят этот безумец.

~[h+]~

      «Дюрандаль» — каюта Хейна       На это ушло немало времени и сил, но он всё же справился. Его называли безумцем. Ему говорили, что это невозможно… но Хейну удалось восстановить древний носитель информации, и теперь он просматривал его содержимое на экране планшета, откинувшись в кожаном кресле и закинув ноги на стол.       — На шпагат! — крикнул Финн.       — Эм… Я не… Я не умею садиться на шпагат, — растерянно сказал Скелет.       — А ну живо сел на шпагат! — проорал во всё горло Финн и взмахнул мечом из крови демонов Ки-Ота, готовый в любой момент разрубить восставшего мертвеца.       — Ладно-ладно! — Скелет вздохнул и напуганно нагнулся. — Так… — и он, поколебавшись и помучившись, всё же сел на шпагат.       — Бва-ха-ха-ха-ха! О-о-о-ох, ну почему сейчас таких мультфильмов не снимают?.. — сокрушался он. Стерев с глаз слезы, он продолжил гоготать над старым мультфильмом, но вдруг заметил напоминалку на часах: через пять минут у него была запланирована встреча с Греем.       Предпочитая вести дела лично, Хейн решил, что пора бы отложить самопальный Blu-Ray-плеер, который он собрал на седьмой день рождения Шепард, и убрать его к остальным вещам, собранным на Мендуаре… вместе с открыткой, лежащей рядом с книгами с описаниями проектов «Герой» и «Галахад». Плеер нашел место между плюшевой игрушкой и несколькими книгами, на него упал диск, а следом — открытка… которую он тут же вынул.       Хейн подержал ее в руках несколько долгих минут и только потом осознал, насколько же она хрупкая. Нужно будет поместить ее в рамку — так, на всякий случай.

~[h+]~

      «Дюрандаль» — грузовой отсек       — Тебе нужно поесть, — сказала Аки, поставив поднос с едой на верстак Грея.       — Не сейчас. Модификации важнее, — ответил Грей, едва глянув на восхитительное блюдо, приготовленное Лелией по рецептам с Иллиума.       — А я-то думал, у меня пропащий случай! — хохотнул Гаррус, накидывая свой проект пластиковым покрывалом. — А если серьёзно, ты весь день сидишь над этими модификациями. Пару раз в туалет сбегал — и опять за них.       — Грей, — строго сказала Аки, слово отчитывая ребёнка. — Мне, что, придётся тебя с ложечки кормить, м?       — Я почти закончил! — пожаловался капитан. — Осталось только припаять вот этот конденсатор, а потом…       Аки набрала полную ложку салата и зашумела, как сопла космического корабля.       — О, нет! Наш кораблик заходит на аварийную посадку!       — Аки… Я работаю.       — Открыть ангар! — рассмеялась она, тыкая Грея ложкой в угол рта. — Скажи: «А-а-а-а-а»…       — Ладно, ладно! — Грей выключил «Хейло» и забрал у Аки ложку. — Я ещё способен сам себя кормить…       Как только нежные кусочки лобстера и салат попали ему на язык, Грей осознал, насколько же он на самом деле проголодался.       — О… Ого. Это очень и очень вкусно… Погоди, это же терранские овощи. Они из гидропоники?       — Ага. Мы как раз вчера собрали первый урожай. К слову… — она повернулась к Гаррусу. — Мистер Вакариан, у меня и для вас кое-что есть.       — Хм? — спросил турианец, убирая в ящик инструменты. Аки бросила ему сверток, который он без особых усилий поймал. Открыв его, он уловил запах жареного пирума, легкого в приготовлении лакомства с Палавена. — О-о-о-о…       Аки улыбнулась.       — Мне удалось вырастить его для квариан, но мне передали, что вы его просто обожаете.       — Тот, кто вам это сказал, был абсолютно прав! Правда, эм, буду вынужден откланяться: сока в нем очень много, так что я буду весь в нем. Во вкуснейшей сиропной жиже, — и на этом Гаррус Вакариан отправился к лифту.       — Итак, — сказал Грей, зачерпывая еще салата. — Почему мне никто не сказал про урожай?       — Я говорила, но ты ответил, цитирую: «угу», — Аки вновь помрачнела. — Серьезно, Грей, что происходит? Ты разобрал и собрал уже каждую пушку в арсенале и даже за едой посматриваешь на тот пистолет на верстаке.       — Я… Я не знаю. После Калестона у меня… постоянно жужжат в голове одни и те же мысли. Что нужно сделать наше оружие лучше, мощнее, чтобы оно стреляло всё быстрее и дальше…       — Опять дело в твоих «установках»?       — Нет… Во всяком случае, мне кажется, что здесь в игру вступило что-то иное… что-то инопланетное.       — Ох… Хочешь, я включу Ловец снов?       — Я… не горю желанием возвращаться в этот аппарат после… после того, через что тебе пришлось пройти, чтобы спасти меня.       — Понимаю. Но если у тебя не получится держать это под контролем… обратись ко мне, хорошо?       — Да. Да, хорошо, — Грей вздохнул. — К слову о промывке мозгов, как поживает Тумс?       Аки вздрогнула, как от невидимой пощёчины.       — С ним всё будет в порядке. Я постоянно провожу ему электростимуляцию мышц. Он сможет ходить сам уже через…       — Я не об этом. Ты сделала то, о чем я просил?       Аки скрестила руки на груди.       — Да. Я выцепила последние семь лет его жизни и нейтрализовала напряжения соответствующих клеток мозга. Он ни о чем не вспомнит.       — …Хорошо. Очень хорошо.       — Что ты ему скажешь, когда он очнётся?       — Мы с Хейном как раз над этим думаем. Пока что наш лучший вариант — сказать, мол, последние семь лет ты был в коме, но ДАРПА нашла способ вернуть тебя к жизни.       — Если остановитесь на этом, тебе со «Всевидящими» нужно будет проработать детали. Меньше всего нам в такой ситуации нужны дыры в истории. Если он хоть что-то заподозрит…       — Знаю… Так, погоди, а который час?       — 13:00 по корабельному. А что?       — Черт! У меня же встреча с Хейном!       Грей положил ложку обратно на поднос и побежал к лифту. Как оказалось, Хейн уже был там — видимо, дожидаясь Грея.       — Ко мне направляешься? — спросил Хейн.       — Ну, я… — запнулся пойманный врасплох Грей.       — Разумеется. Заходи. Пройдешься со мной.       Двери лифта закрылись, и, пока он поднимался к медицинским и научным лабораториям, Хейн не глядя передал Грею планшет.       — Как ты и просил, я составил список потенциальных рекрутов для «Всевидящих».       Грей улыбнулся, радуясь, что Хейн серьёзно отнёсся к его просьбе. Однако его улыбка тут же померкла, когда он увидел четыре (да, всего четыре) имени в списке.       — Дэррил Траубель, Билли Рэнджес и… Филлип Чеффер? Эти три бездельника?       — Ну, ты же знаешь поговорку, Грей, — улыбнулся Хейн, когда двери лифта распахнулись, и он вышел в коридор. — Нищие не выбирают.       Грей последовал за Хейном.       — А Маркус Адар Тан? Он… Он даже не человек!       — Правда? А я думал, что он просто очень крупный парень. Тц-тц-тц! Кроме того, Грей, ты уже столько времени нормально уживаешься с пришельцами, а Тан, между прочим, гражданин САСШ!       — Никто из них не годится для «Всевидящих»! Ну, может, кроме Тана, но…       — Грей, всех, кто годятся для «Всевидящих», сейчас отправляют к «Вивернам» или «Баргестам». Траубель и двое его товарищей — талантливые, опытные бойцы и пилоты ванзеров. В элитные отряды их не зовут исключительно из-за их поведения… но ты, Грей, — прирождённый лидер. Ты сделаешь из них настоящих солдат.       — Меня смущают не их навыки, а то, что это троица — лентяи, которых только деньги и интересуют.       — Ну… — Хейн ввёл пароль, чтобы открыть дверь в отсек Особых Проектов. — В последнее время работать во «Всевидящих» под началом ДАРПА оказалось необычайно прибыльно. Они буквально вцепились в шанс присоединиться к вам! Представь, какие у них были лица, когда они узнали, что им и впрямь придётся работать… Да ещё и принимать участие в настоящих боях.       — Ладно, признаю, мне и самому это нравится.       — Отлично! Я пошлю пару емейлов и передам, чтобы они ждали нас через неделю на станции «Арктур». А теперь… мне нужно кое-что тебе показать.       Хейн завел Грея в одну из меньших комнат отсека Особых Проектов — ту, что называлась «Лабораторией материалов». Она была заставлена производственными станками, мониторами и рядами пустых маленьких капсул. Над пьедесталом парила протеанская табличка, спасенная на Калестоне; она была подключена к нескольким компьютерным башням, которые испускали холодный туман из-за циркуляции охлаждающей жидкости в их контурах. Насколько же сильно разогнаны эти процессоры с алмазными пластинами? — задался вопросом Грей.       — Эй, а что это? — спросил Грей, указывая на экзотичного вида кристаллы, помещенные в контейнеры на стене.       — Прометеанские Формы, — ответил Хейн. — Долго на них не смотри, а не то голова разболится.       — Формы? — спросил Грей и потер глаза. Этот куб только что превратился в звезду или ему только показалось?       — Схемы, проще говоря. В общем, я знаю, что ты давненько с тоской поглядываешь на 108, представляя, какую резню ты бы устроил в таком скафандре. Так что… — Хейн открыл большой ящик, в котором оказался скафандр, сделанный из гибких полимеров, с золотыми вставками на шее и груди и с узором из квадратных полимерных пластин вокруг бедер и голеней. Золотой шлем больше напоминал ведро с ручками и красной оптикой. Рядом со скафандром лежала угловатая винтовка из черного углерода, которую Грей никогда прежде не видел, а также высокочастотный нож и разгрузочный жилет.       Особое внимание Грея привлекла левая перчатка: она выглядела как мощный портативный компьютер, который давали солдатам в начале XXI века.       — Поздоровайся с «Демоникой». В скором времени такие скафандры получат все «Всевидящие» и — будем надеяться — американские сухопутные войска. В производстве у меня еще три таких, так что у твоего отряда будет шанс их испытать.       — На что он способен?       — Он обеспечивает такой же прирост физической силы, как и «Корво», который для меня тестирует Праудфут, но требует на это вдвое меньше материала, а в плане устойчивости к повреждениям он уже превосходит по показателям «Колоссов».       Хейн вытащил пистолет и трижды в упор выстрелил в скафандр. Тот ничуть не пострадал, и Грей даже мог поклясться, что скафандр уплотнился в тех местах, куда попали пули. Какая-то система реактивной защиты? Любопытно.       — Еще он способен защитить от всех видов агрессивной среды, устойчив к экстремальным температурам, может оказать неотложную медицинскую помощь, поспособствовать регенерации клеток и… — Хейн ввел несколько команд на уни-инструменте, и части скафандра сдвинулись, принимая иную форму и издавая при этом звук, похожий на пение цикад, только более низкий. — Он способен развиваться и приспосабливаться к потребностям владельца, как только… ВИ скафандра узнает больше о носителе. И это подводит нас к самой важной его особенности.       Хейн наклонился к Грею и прошептал:       — Это суперкомпьютер.       — …Что?       — Многие боевые уни-инструменты могут хранить в себе два, может, три приложения для боя. Здесь же наготове будет дюжина активных приложений и сотни фоновых, повышающих производительность… Разумеется, пока что у меня есть лишь парочка, но позднее я добавлю и другие.       — Звучит… крайне впечатляюще. Шлем, правда, мне не очень нравится, как и яркий узор.       — «Демоника» вполне совместима с кастомными деталями как брони МСЗУ, так и N7. А золотые детали всегда можно будет прикрыть цифровым камуфляжем.       Грей кивнул.       — А что насчет винтовки?       — Эта красотка, — сказал Хейн, поднимая оружие, — представляет собой смесь легкого пулемета и… — он нажал на маленькую красную кнопку на прикладе, и ствол винтовки мгновенно разделился на два серебристых зубца, в центре которых встала линза. При этом раздался звук сработавшей фотовспышки, и между зубцами затрещала молния. — Мощного электролазера! Режет кинетические щиты с одного выстрела!       — И мне нужно будет проверить ее на неполадки, да? — вздохнул Грей. Работа на ДАРПА так хорошо оплачивалась во многом потому, что любой, кому попадали в руки новомодные игрушки Хейна, откровенно говоря, рисковал собственной шкурой.       — О, подозреваю, ты их не найдешь. Но мне бы хотелось, чтобы ты надел скафандр и прошелся по грузовому отсеку. Сейчас…       — Мостик — Хейну, — раздался по интеркому голос Нейла. — У нас потенциальная угроза на носу.       — Докладывай, — по-деловому ответил Хейн.       — Что ж, ИМРЕК посчастливилось засечь ККА «Нормандия» в каких-то двенадцати километрах по нашему левому борту. Вот уж не свезло так не свезло.       — Они нас заметили?       — Не знаю, но, раз они ничего не предпринимают, могу предположить, что нет. Мне поднять желтый уровень тревоги, сэр? Думаю, Андерсон и жабка-Спектр не откажутся отомстить…       — В этом нет необходимости. Еще что-нибудь?       — Не… Ох, ничего себе.       — Что? Что такое?       — У нас на радарах авианосец Европейского Союза, вышедший из сверхсветовой примерно в сотне километров по правому борту… Похож на… Да, это определенно ККЕ «Ахеронт».       — «Ахеронт»? — Грей подумал, что ослышался. — А французы-то тут что забыли?       — У меня… есть пара теорий, — загадочно ответил Хейн. — Мистер Флемминг, я скоро вернусь, — он повернулся к Грею. — Надевай скафандр и ни о чем не бойся: Берроуз — это, к слову, его ВИ — задаст тебе пару вопросов и запустит обучающую программу.       — Понял-принял, сэр.

~[h+]~

      «Дюрандаль» — БИЦ       Аки смотрела на голограмму ККЕ «Ахеронт», парящую в центре БИЦ. Это было старое судно, аналог средних авианосцев класса «Победа», созданное ЕС в далёком 2125, когда их отношения с САСШ предельно накалились. Разумеется, с тех пор «Ахеронт» неоднократно переоборудовали, и теперь на нём могли уместиться как истребители, как и десантные корабли, подходящие для перевозки ванзеров. Имея длину более шестисот метров, ширину девяносто и высоту шестьдесят, это было внушительное, но элегантное судно.       — И что «Ахеронт» забыл в глубинах Траверса? — спросила Аки. — Я никогда не слышала, чтобы он покидал пределы Солнечной системы…       — А ты не знала? — тут же ответил Хейн. — «Ахеронт» ныне под командованием лейтенанта Эльзы Деверо, кандидата в Спектры номер шесть — или четыре, если исключить первых двух — и прозванная соотечественниками «l'ange sans ailes».       — И?       — И, поскольку ей предстоит нешуточная конкуренция, она, вероятно, решила получить маленькое преимущество.       — Думаешь, она планирует обратиться в «Европу Геномикс»? Но они же основные поставщики генных модификаций для Альянса. Разве они не должны поддерживать этого, как его, Рамсуса?       — Вы абсолютно правы, доктор Росс. Должны. А теперь прошу простить, мне нужно связаться с моими людьми на поверхности. Мистер Флемминг?       — Да? — ответил пилот.       — Держите нас между «Ахеронтом» и «Нормандией». Я не хочу, чтобы их ИМРЕКи нас засекли, это ясно?       — Есть, сэр.

~[h+]~

      [Х+]: Бреа? Это я.       Анон: О.       Анон: Ты.       Анон: Чего тебе?       [Х+]: На орбите объявился «Ахеронт», так что Деверо явно скоро посетит Досади.       Анон: Ясно.       [Х+]: Я подозреваю, что она собирается обратиться к ЕГ, чтобы улучшить рефлексы и снизить потребность в «Драйве».       Анон: Я тоже это предположила. Практически все пилоты «Эндимионов» его принимают. У неё проявились симптомы?       [Х+]: Спустя пять-то лет? Скорее всего. Тут-то в игру вступаешь ты и твои познания в биохимии.       Анон: Пардон?       [Х+]: Я загружаю формулу, которая поможет Деверо и подчистит ей организм, но тебе придётся собрать компоненты самостоятельно. А потом — передать его ей через нашего рыцаря в сияющих доспехах.       Анон: Ясно. И почему я должна тратить время на то, что никак не связано с нашей первоочередной миссией?       [Х+]: Хм, может, потому что её наверняка поместят в какое-нибудь секретное место, скажем, в тщательно охраняемую клинику ЕГ? Дженсену потребуется всего-то проследить за ней, а там уж…       Анон: Может найтись информация о «Вершине 15». Но я всё равно не понимаю, зачем нам её лечить.       [Х+]: Да брось, ничто так не мотивирует нашего героя, как спасение больной женщины, годами страдающей от убивающих её лекарств.       Анон: Нет. Сгодилось бы и плацебо. Ты что-то задумал.       [Х+]: Возможно: 3       [Х+]: Видела? Я сделал смайлик, похожий на котика.       Анон: Что ж, мой наниматель передал, чтобы я придерживалась твоего плана. Я сейчас же свяжусь с Дж.       [Х+]: : 3       [Х+]: : 3       [Х+]: : 3       [Х+]: : 3       Анон покинул чат

~[h+]~

      Нижний Досади — фуникулерная платформа 42       — Армитаж? — передала по кодеку Бреа. — Планы изме…       — Не сейчас! — крикнул Дженсен — как вслух, так и в передатчик — удерживая огромного ЗОРГа за металлическую пластину на затылке. — Я немного занят!

~[h+]~

      Нижний Досади — убежище — три часа назад…       Пока Касуми принимала душ (распевая при этом кошмарную попсовую песню), Тали покопалась в вещах, брошенных ей в корзину рядом с дверью в ванную. По-видимому, клон решила избавиться от них, поскольку их необычный вид привлек бы внимание каждого ВИ ИМРЕК в Досади. Тали же посчитала безумством вот так просто выбрасывать хороший материал и решила попытаться что-то сделать с переработанным кварианским костюмом.       К ее большому огорчению, взять с него можно было разве что немного полимера и металла с пряжек (которых, на ее вкус, было слишком много). Всё это она переработала в уни-гель.       Она прислушалась: ага, клон всё ещё мылась.       Тали отправилась к Жутеню в их импровизированную лабораторию, чтобы разобраться с проблемами, возникшими в уни-рукаве Касуми — повреждением хранилища данных, потенциальным вредоносным ПО и тому подобным. Тали быстро заметила, что, когда дело доходило до приложений для уни-инструментов, «европейцы» особо выделялись среди прочих людей. Их разработки почти не уступали по элегантности, мощности и сложности кварианским еще из времен до восстания гетов. «Сокол», «Метель», «Огнера», «Громера»… все они были доступны прямо здесь, в Досади, и были куда мощнее тех же Заморозки, Воспламенения и Перегрузки.       Она незаметно загрузила их на свой уни-инструмент, чтобы иметь их при себе, но подумала, что стоит их модифицировать, чтобы не возникло проблем. Жутень бросил на нее взгляд, но лишь пожал плечами. Он не осуждал ее: в юности он скопировал у других немало игр и освоил программирование, обходя или полностью ломая процессы ТСЗАП.       Тут вернулись Дженсен и Дребин, принеся новые вещи для Касуми: новую одежду и набор косметики. Словно догадавшись об их приходе, клон выскочила из ванной, завернувшись в полотенце и нацепив на голову мокрый парик. Касуми накинулась на Адама, заглядывая в пакеты, которые он принес. Из них она выудила следующее: красновато-коричневый парик, подстриженный под французский боб, красную спортивную майку, черный спортивный топ, свободные черные нейлоновые беговые штаны (с белыми полосками и несколькими красными ромбами по бокам), черные перчатки без пальцев и белые кроссовки.       — О-о-о, значит, тебе нравятся спортивные девушки, а, Баш? — спросила она — как-то уж очень кокетливо, на вкус Тали.       — Баш? — переспросила она, не понимая, почему клон называет Адама кварианским ругательством.       — Ну, — ответил Дженсен, пока что не обращая на Тали внимание. — На базаре было не так уж много практичной женской одежды, а я подумал, что тебе придется немало бегать, так что… — он застенчиво потер затылок, боясь, что между делом оскорбил вкусы Касуми в одежде. — Всё устраивает?       — О, всё идеально! — она привстала на мыски, поцеловала в щеку, забрала одежду и, убежав на верхний этаж, мигом переоделась.       Но затем подошел черед косметики, и, пока Жутень, Дребин и Дженсен разрабатывали план, как им незаметно пробраться в Средний Досади, Гото уселась перед зеркалом. Тали невольно засмотрелась, как она мажет по лицу разными кистями.       Сначала она наложила слой бледной основы, затем — консилер для губ, сделав их бледными, как у трупа… а после нанесла на них микс из персикового тинта, красной помады и оранжевого блеска для губ. Тали подумала, что теперь-то клон закончила, но нет. Следом она принялась за глаза. Сначала она наложила темные тени и красно-оранжевую тушь на ресницы, затем нанесла над ними какой-то белый крем и приклеила на него еще одни ресницы! Поначалу Тали решила, что Гото сошла с ума, но, увидев итоговый результат, пришла в восторг: глаза Гото стали казаться куда больше и выразительнее.       Как жаль, что и этого я с собой сделать не смогу, подумала Тали.       Гото посмотрела в зеркало, оценивая свои труды, и, довольно улыбнувшись, вклинилась в мужской разговор:       — Парни, как бы интересно ни звучал ваш план с проникновением в мечеть под видом монахов, думаю, у меня есть идея получше.       — О? — несколько удивленно сказал Дженсен. — Я так понимаю, ты решила нам помочь?       — Ага, я подумала, что это будет весело. Кроме того, у меня есть кое-какие дела в Среднем Досади.       — Ладно, и каков план?       — Что ж, — сказала Гото, надевая уни-рукав, — для начала найдем вам всем новые ботинки.

~[h+]~

      Досади — восточная свалка — нижняя часть шахты фуникулера — два часа назад…       — Ты, должно быть, шутишь, — сказал Жутень, глядя на 1300-метровую шахту фуникулера, ведущую в Средний Досади. Сейчас они впятером стояли у восточной стены аркологии, и, чтобы добраться до нее, им пришлось пройти настоящий лабиринт из еще не переработанного мусора: автомобилей, шаттлов, игрушек, бытовой электроники. Всё, в чём не нуждались в мире наверху, спрессовывалось в аккуратные кубики полями эффекта массы и складировалось ровными рядами. По соседству с ними валялся побитый временем ванзер «Тендус», оснащенный буксирным тросом и ждущий своего пилота. Тали хотелось его починить, но Адам её отговорил — среди них не было никого, кто мог бы им управлять.       — Не шучу, — улыбнулась Гото. — Этой шахтой перестали пользоваться год назад, а бюрократы так и не удосужились ее починить. Никакой охраны, никаких роботов, никаких датчиков. Надо лишь взобраться по строительным лесам вокруг нее, и, если эти ваши чипы сработают как надо, мы станем сущими невидимками в Среднем Досади.       — И ты уже так взбиралась? — спросил Дженсен.       — Ага. Семь раз, и, как видишь, живехонькая.       Жутень затянулся сигаретой.       — Слушайте, может, вернёмся к изначальному плану? Всего-то нужно соблазнить одну из монашек в мечети и…       — Ага, слушай, Хэнк, без обид, — сказал Дребин, — но, думаю, если компания из омара и киборга попытается проникнуть в мечеть, их с большой вероятностью расстреляют храмовники.       — Это, — сказала Тали, стараясь не дрожать, — очень, очень б-б-большая шахта.       — Не волнуйся, — сказал Адам, — я понесу тебя на спине, как и в прошлый раз.       — Правда? — спросила Тали, скрывая радость. Но потом она заметила, как разминается Гото, и в ней незаметно разгорелся дух соперничества.       — Далеко лезть не придётся, — сказала Гото. — Видите ту платформу где-то в трёх сотнях метрах над нами? Это подъёмник. Думаю, вы вдвоём, — она посмотрела на Тали и Дребина, — сможете пошаманить над его механизмом… Только, эм, не трогайте ничего, кроме линейных моторов, лады?       — Вот как? — спросила Тали. — Что ж, тогда я смогу взобраться сама.       — Уверена? — обеспокоенно спросил Дженсен. — Слушай, будет куда безопаснее, если…       — Я же сказала, что смогу! — огрызнулась Тали. — Я загрузила себе её приложение для скалолазания, всё со мной будет в порядке!       — Ладно… Ладно, просто… — Адам вынул из уни-инструмента картридж уни-геля и отдал его Тали. — Вот, возьми, на всякий случай. Мне он не понадобится.       — Можем выдвигаться? — спросила Гото. — Эй, а где твой уни-гель?       — Кайли он нужен больше, чем мне. Слушай, может, стоило полететь на аэрокаре?       — Все аэрокары находятся в единой сети. Стоит подлететь к потолку, как тебя тут же пометят и собьют.       Адам вздохнул.       — А у нас нет времени на задержки. Стало быть, это единственный путь.       — И самый весёлый. Эй, Баш? Или Джейк, или как там тебя?       — Что?       Касуми улыбнулась Дженсену и окинула его оценивающим взглядом, задержавшись на его темно-синих спортивных штанах и худи им в тон. После этого она бросила:       — Кто последний до платформы — тот тухлое яйцо! — и ринулась к строительным лесам.       Адам вздохнул и пошел за ней.

~[h+]~

      Досади — строительные леса — полтора часа назад…       Тали неплохо справлялась. Приложение для уни-инструмента работало на славу: сканировало строительные леса на предмет хрупких или опасных мест (а так как шахту забросили давно, их было немало) и создавало страховочные тросы и зажимы, которые не давали Тали разбиться насмерть. Каждые пять с чем-то минут Адам спрашивал, как она, и ей было приятно, что он волнуется за нее. Что до соперничества с Гото, то… с этим ничего не клеилось. Гото оказалась опытной акробаткой, правда, с какими-то суицидальными наклонностями. Они с Дженсеном перепрыгивали с балки на балку и шли по узким кускам металла, как по канату. Порой они сбрасывали прочные аварийные лестницы, чтобы Тали и Жутень за ними поспевали. Дребин же взбирался медленно, но уверенно и бесстрашно, не прибегая ни к каким трюкам.       — Поберегись! — крикнула Гото, и в тот же момент рядом с Тали рухнула лестница, порядком ее напугав.       — Эй!       — Прости, Кайли! — извинилась Гото. — Мой косяк!       Тали задрала голову и увидела, как Дженсен улыбнулся и чуть хохотнул, пытаясь нагнать Гото. Тали расстроилась, что не может присоединиться к нему: на подобное ей попросту не хватало смелости. Вот столкнись они с гетами, она бы быстро перестреляла их из дробовика, а здесь…       Ну и ладно, пусть я не так быстра, но зато взбираюсь сама, а не свисаю, как ребенок, с шеи Адама, подумала она.       Жутень же тем временем напевал под нос песню про какого-то свина, который еще и паук, а после принялся снова и снова повторять одну и ту же комбинацию — сначала несколько «на-на-на», а потом «бэтмен». Люди такие странные.       — Вот ведь ниндзи сраные, скажи же? — рассмеялся Жутень, помогая себе взбираться при помощи уни-пистолета, работавшего, как магнитная кошка с самостраховкой.       — Я… Я не знаю, что такое «ниндзи», — ответила Тали.       — Да? Вот черт, напомни, чтобы я потом показал тебе пару ошизенных роликов. Уверен, моя дочка пришла бы от них в восторг…       — У тебя есть дочь?       — Ага. В детстве мы с ней часто ходили в горы, потому что она уверяла меня, что будет альпинисткой. Правда, повзрослев, она быстро забросила это дело, решив, что теперь ее призвание — стать супермоделью, — он рассмеялся. — А я из-за нее увлекся скалолазанием.       — Почти пришли! — крикнула Гото. — Осторожнее! Здесь в стенах мощная вентиляция. Старайтесь ее обходить!.. или же повторяйте за мной!       Касуми прыгнула к одной из вентиляционных решеток, и мощный поток воздуха отнес ее к горизонтальной стальной балке; схватившись за нее, Гото перекувыркнулась и запрыгнула на следующий уровень.       — Черт возьми, Гото, чтобы больше такого не было! — крикнул Дженсен. — Ты так и разбиться можешь!       — Эй, никто же не вечен! — рассмеялась Гото. — Можно и повеселиться перед смертью.       — Я серьезно! Больше никаких глупых трюков!       Тали не могла разглядеть Гото, но представила, как она надулась и буркнула: «Ладно». Удовольствие, которое испытала Тали, когда клона отчитали, быстро сменилось ужасающим ощущением высоты. Оно цеплялось за нее и злилось, что она до сих пор борется с ним. Оно было абсолютно необъяснимо и глупо, ведь она была и на большей высоте на борту корабля… но, тем не менее, этот страх не отпускал ее. А Тали, сталкиваясь со страхом, начинала придумывать маленькие литании, чтобы его отпугнуть.       Не смотри вниз не смотри вниз не смотри вниз не смотри вниз не смотри вниз не смотри вниз не смотри вниз не смотри вниз не смотри вниз не       И тут Тали посмотрела вниз.       — О… о, нет… — она всхлипнула. Каждый ее вздох становился всё короче и короче, а ноги так и вовсе застыли на месте, что ее, в целом, устраивало, потому что двигаться она вообще не хотела.       — Фиалка? — позвал ее Муди. — Ты там как, в порядке?       — …нет-нет-нет-нет, о чем я только думала? — она прижалась к месту сцепки двух стальных балок, села, прижав колени к груди, и зажмурилась. — Надо было остаться на корабле и ждать вас, и с чего я только решила, что мне это по плечу, ну, почему, почему, почему?..       — Эй! — крикнул наверх Жутень. — Эй! Ребят, с Фиалкой что-то не так!       — Что случилось? — крикнул вниз Дженсен.       — Думаю, она посмотрела вниз! Она не двигается!       — Я спускаюсь!       С закрытыми глазами Тали не видела, как Адам приземлился рядом с ней на электромагнитном поле «Икара», но чувствовала, как оно щекочет ей ноги. Она знала, что это он, но это не остановило ее слезы.       — Тали? Я здесь. Я с тобой. Всё будет хорошо, я тебя…       Она почувствовала руки на плечах и попыталась увернуться. От страха или злости? Сейчас ей было не понять.       — Эй, тш-ш-ш-ш! Всё хорошо, всё хорошо… — успокоил Адам, обнимая Тали. — Тише, я здесь, я здесь.       — Почему ты меня не понес?! — воскликнула она. — Это не честно! Я не умею летать, как ты! Я не умею взбираться так же, как они! Это не честно!.. — и она прижалась к нему и стиснула его в объятьях, чтобы не утонуть в страхе и ужасе, но и в этом она лукавила: ей просто хотелось, чтобы он был здесь, с ней, а не где-то высоко, докуда она не могла ни добраться, ни дотянуться. — Это не честно…       — Знаю, прости, — немного растерянно сказал Адам. — Мне стоило остаться с тобой с самого начала. Прости. Тали? Тали, послушай меня: не открывай глаза и крепко держись за меня. Остальной путь я пройду вместе с тобой, хорошо? Там совсем недалеко.       — Ладно, — всхлипнула она.       — Эй! — крикнул сверху Дребин. — С вами там всё нормально?       — Да! — крикнул в ответ Дженсен. — Идите без нас, мы догоним!

~[h+]~

      Нижний Досади — фуникулерная платформа 42 — час назад…       Касуми помогла Дженсену перетащить Тали на фуникулерную платформу и убедилась, что та в порядке. В благодарность кварианка разве что смерила ее сердитым взглядом.       — Да, знаю я, когда так смотрят… — Касуми подняла руки и отошла. Ей приходилось иметь дело с кварианцами, узнавшими, что она не человек, а синтетик. Она понадеялась, что дело не кончится кровопролитием, как в прошлый раз. — Я, эм, дам тебе перевести дух.       Адам поднялся на платформу и увидел, что они здесь не одни: повсюду валялись сотни человекоподобных роботов, сгруженных в дюжину куч. Сделаны они были совершенно разными фирмами: «Армадин», «Панцерверкс», «Хане-Кедар» и многими другими.       — Помните: ничего не трогать, — предупредила Касуми, пробираясь к краю платформы, чтобы полюбоваться видами города. Дребин и Жутень занялись починкой линейных моторов, чтобы сдвинуть платформу с места. Спустя десять с чем-то минут Тали собралась с силами и решила помочь им: ей хотелось как можно скорее покинуть это место.       Адам же подошел к Касуми и взглянул на Нижний Досади. Ничего красивого он не увидел: под ним были разве что трущобы, лифтовые башни, фабрики, заводы по переработке мусора и резервуары для пищевых отходов. Никаких парков, никаких деревьев… ничего, приятного глазу.       — И что это тогда было? — наконец, спросил он. — Ты могла разбиться и умереть.       — И что? — сухо ответила она, даже не глядя на него.       — «И что»? Ты хоть представляешь, как я рисковал, спасая тебя? Хочешь сказать, я потратил столько времени и нервов, чтобы ты попросту самоубилась веселья ради?       Гото сердито нахмурилась.       — Эй! Полегче! Ты сам-то не самыми безопасными путями шел!       — Справедливо, но у меня была при себе подстраховка. А у тебя — нет.       — Я не буду извиняться за то, как люблю жить, Дженсен, — заметив его едва сдерживаемое удивление, она продолжила: — Да, я уже догадалась. В смысле, биокосметика и светлые волосы ввели меня в заблуждение, но твой плащ, киберпротезы «Гермес» от Шарифа, голос и всё твоё поведение в целом выдали тебя с головой.       — Стало быть, ты в курсе. Что теперь? Чем займешься, когда мы попадем в Средний Досади? Сбежишь? Вряд ли ты станешь сотрудничать с копом.       — Ну, это уж вам решать, офицер.       — Я думаю, что ты должна заниматься тем, что сама хочешь.       — Вот и я того же мнения.       Адам отошел от нее, но тут в его памяти всплыли слова, сказанные Бреа:       — Клоны, как и Лоусон, подвержены аномальной экспрессии генов по мере взросления. Она может привести к отказу органов, преждевременному старению и ожирению…       — Сколько тебе осталось? — спросил Дженсен.       Касуми промолчала.       — Гото?       Она глубоко вздохнула, втянув полные легкие переработанного воздуха.       — Не знаю. Дата моего создания была… кажется, десять лет назад. Клонам Сон-Ми отводится где-то четыре года жизни. Но я всё ещё здесь.       — Поэтому ты решила, что каждый новый день может стать последним?       — Типа того. Для этого и нужен кибермозг. Чтобы сохранить весь этот бесценный опыт, который он сможет воткнуть в нового любимого раба.       — О ком ты?       — Об одном богатом южноафриканском хуесосе. Не помню, как его звали… — она положила ладонь на живот. — Знаю лишь то, что он забрал у меня нечто ценное и… Забудь. Это не важно. В итоге всё это будет не важно.       Подъемник накренился, завизжал и поехал вверх.       — Похоже, наш путь продолжается, — сказала она, и на этом разговор завершился.

~[h+]~

      Нижний Досади — фуникулерная платформа 42 — десять минут назад…       Спустя примерно час подъемник преодолел лишь половину пути и, судя по всему, не сильно-то спешил доставить пассажиров в Средний Досади.       — Господи блядь, как же скучно, — простонал Жутень, сидя на отсоединенном металлическом кулаке. — Такое чувство, что мы быстрее бы сами вскарабкались.       Дженсен, сидевший между Тали и Касуми, пристроившейся на ноге, покачал головой.       — Это было бы куда тяжелее для тебя и Тали. На такую высоту вам бы не хватило сил.       — Да, но так я хотя бы развлечься мог. Ланч закачал мне целую библиотек игр, но не-е-е-ет, давайте всё это сотрём, а то вдруг на уни-инструменте место под приложухи кончится, — Жутень вздохнул. — Может, у тебя хоть фильмы в голове есть? Спроецируй что-нибудь через глаза или типа того?       — Я… так не умею, Хэнк.       — Вот облом.       — А почему на сломанном подъемнике хранится столько ценного хлама? — спросила Тали, меняя тему. — Впустую же материалы пропадают.       — Увы, таков исход у всех аркологий ВТО, — сказал Дребин. — Стать монументом пропавших зря материалам. Да, конечно, они самодостаточны и на сто процентов эффективны… но только поначалу. Алчность — штука сильная, и людям всегда хочется больше. Поэтому они теперь и начали терраформировать и развивать всю Новерию. Чтобы заграбастать больше.       Тали вздохнула и встала.       — Мне надо пройтись, иначе я так с ума сойду…       — Конечно, — кивнул Адам. — Только близко к краям не подходи, хорошо? Насколько я понял, ВТО любит пренебрегать правилами безопасности…       — Я буду осторожна, — сказала она и скрылась из виду.       — И ничего не трогай! — в третий раз предупредила Касуми.       Тали пропустила ее слова мимо ушей, любуясь богатством печатных плат, металлических пластин и полимерных приводов. Ей никогда столько не унести, но, может, потом получится уговорить Нейла как-то перевезти это на «Дюрандаль» или даже оставить здесь маячок для какого-нибудь пилигрима. Если какому-нибудь кварианцу удастся попасть сюда, к этой сокровищнице, его паломничество будет окончено, и он сможет намного раньше вернуться домой.       Решив, что так будет правильнее, Тали достала крохотный маячок. Лучше всего было бы подсоединить его к батарее ОВО, виднеющейся под грудой небольших роботов…       Стоп.       Это что, маленькое ядро нулевого элемента? Вот так свезло! Может, ей удастся его вытащить…

~[h+]~

      Нижний Досади — фуникулерная платформа 42 — в данный момент…       Нога, на которой сидели Касуми и Адам, внезапно ушла из-под них — как и кулак, на котором пристроился Жутень, чтобы поджечь сигарету. Дребин вытащил пистолет и начал выискивать врагов, но увидел лишь Тали, выбегающую из-за кучи металлолома. Эта сама куча села, запустила генератор поля эффекта массы, присоединив оторванные руку и ногу, и встала во все свои четыре метра роста.       Из торса выскочила безликая голова, и ее сенсоры обнаружили пятерых нарушителей, причем вооруженных. ЗОРГ просканировал их чипы, но наткнулся на шифрование, которое не мог распознать. Робот решил, что их требуется уничтожить, и создал над грудью голограмму огромной разинутой пасти, а заодно издал воющий шум из динамиков.       — НЕЗАМЕДЛИТЕЛЬНО УХОДИТЕ.       — Вот черт! ЗОРГ! — крикнула Касуми. — Кайли! Я же велела ничего не трогать!       — Я и не трогала! — возразила Тали. — Он сам включился!       — Плевать, стреляйте! — приказал Адам.       Все пятеро принялись палить по роботу, но их пули едва поцарапали потускневшие толстые керамические композитные пластины, покрывавшие его черный металлический корпус.       — ВЫ НЕ ОСТАВИЛИ МНЕ ВЫБОРА, — сказал робот, подпрыгнул и приземлился посреди них; генераторы сотрясающих волн, встроенные в его ноги, раскидали их по платформе. Линейные моторы фуникулера застонали от резкого нагрузки.       — Я попытаюсь его взломать! — крикнула Тали. Ужас, охвативший ее, пропал, уступив место тренировкам во Флотилии. Они столкнулись с синтетиком, а ее растили, чтобы убивать их.       — Не получится! — предупредила Касуми, едва увернувшись от лапы робота.       Но Тали всё равно бросила в ЗОРГа шарик уни-геля, попавший прямёхонько роботу в голову; в мгновение ока из него сформировался микропередатчик и паутина схем, которые проникли в электронную начинку машины. Тали поразилась, увидев аршинные алые буквы «ОШИБКА ПРОТОКОЛА», возникшие на ее уни-инструменте.       — Я же говорила! Это охранный робот! С тем же успехом можно облить его уни-гелем и попытаться взломать через смартфон!       — Я что-то не слышу никаких предложений от тебя, Гото! — парировала Тали.       — У меня оно одно: драпаем!       — Куда, интересно? — съехидничал Дребин, уклоняясь от удара ЗОРГа.       — Что ж, а как тебе такое?! — Жутень зарядил в уни-пистолет зажигательный снаряд и выстрелил в черный металл робота. Какая-то его часть расплавилась, и остальные последовали примеру Жутеня, хоть ЗОРГ и дрался, как горилла, и пытался размазать их огромными кулаками.       — ВАША ТАКТИКА НЕ СРАБОТАЕТ. АКТИВИРУЮ ТЕХНОБРОНЮ.       Уязвимые части робота покрылись золотыми пластинами, и, хоть зажигательные снаряды и пробивали их, они сразу же восстанавливались.       — Ой, да ладно! — исступленно прокричал Жутень, прежде чем ЗОРГ запустил в него горсть блоков двигателей. Один из них едва не попал тому в голову.       — Гото! — раздалось из динамика Дребина. — Где у ЗОРГа гнездо для ТО?       — В затылке, но оно под броней! — ответила воровка.       — Дженсен! Сорви эту броню! Мы тебя прикроем!       — Это его выключит? — спросил Адам.       — Нет, но если ты пробьешь брешь в его системе, он перейдет в аварийный режим, и мы сможем вырвать ему кишки!       Дженсен без колебаний переместился на Нулевом Сдвиге за спину ЗОРГа и взобрался ему на спину. Он выбил пластину, закрывающую затылок робота, а затем схватился обеими руками за толстый люк, закрывающий гнездо для ТО, и потащил его на себя.       — Ну же, открывайся, сукин ты сын…       Именно в этот момент АР Дженсена сообщил о входящем звонке, и он рефлекторно на него ответил.       — Армитаж? — передала по кодеку Бреа. — Планы изме…       — Не сейчас! — крикнул Дженсен — как вслух, так и в передатчик — удерживая огромного ЗОРГа за металлическую пластину на затылке. — Я немного занят!       — Занят чем?!       — Дерусь с ЗОРГом, вот чем! — сказал Адам, когда охранный робот попытался стряхнуть его, как разозленный бык.       — ЗОРГом? Ты спятил?! Беги!       — Не вариант! Я позвоню, как только разберусь с ним. Пока!       — Дженсен! Не смей… — но голос Бреа оборвался, как только Дженсен прервал звонок.       — Ну давай, давай! — Дженсен стиснул зубы, и люк наконец-то открылся.       — ВЗРЫВАЮ ТЕХНОБРОНЮ.       Импульс желтого света ударил по всем на платформе, разбрасывая мусор, обломки и тела, но Дженсену пришлось хуже всех: он ненадолго потерял сознание и свалился со спины ЗОРГа. Огромный робот схватил его огромной лапой и попытался сдавить. К счастью, Дженсен пришел в себя и начал вырываться. Не поколдуй Хейн над его телом, Дженсен бы погиб за считанные секунды.       — ВАШ МЕТАЛЛ СИЛЕН, НО ВАША ПЛОТЬ СЛАБА.       — Отпусти его! — крикнула Тали, оправившись от взрыва, и выстрелила зажигательным снарядом ЗОРГу в локоть, а затем еще и еще, пока у нее не кончился уни-гель. Она зарядила «Хейло» картриджем, который дал ей Дженсен, и принялась палить по роботу, пока тот не понял, что Адам не представляет угрозы.       И решил, что надо бы сбросить его с платформы на верную смерть.       — Не-е-ет! — в ужасе закричала Тали, но на помощь пришел Жутень, выстреливший из уни-пистолета и перехвативший Дженсена в полете.       — Я его де… ух-х-х! — хакера, естественно, потащило за тяжелым киборгом, и он свалился лицом вниз, но и он, и Дженсен остались на платформе.       Линейные моторы вновь застонали: большего они не выдержат.       — Люк… — простонал Дженсен. — Открыт!       ЗОРГ хотел было напасть на Тали, но Касуми выбежала перед ним, размахивая руками и выкрикивая ругательства. ЗОРГ попался на удочку и попытался раздавить ее лапами. Она пригнулась и вовремя перекатилась в сторону, а затем взобралась по бедру робота и ухватилась за его нагрудную пластину. ЗОРГ попытался скинуть ее, но она перекувыркнулась ему на спину. Победоносно вскинув руку, она прижала ее к гнезду, и уни-рукав сразу же принялся взламывать ЗОРГа.       Касуми смеялась и улюлюкала, пока голографические воксели и щупальца уни-геля образовывали канал между ней и машиной: ей нравилось побеждать. Но затем на ее лице возник ужас.       — О… О, нет.       — НЕ-Е-Е-ЕТ! НЕ ДЕЛАЙТЕ ЭТОГО!       ЗОРГ упал на колени; его нагрудная пластина раскрылась, но отсутствие ТО и расплавленные части металла не дали ей распахнуться полностью. Адам и Дребин подбежали к роботу и насильно раздвинули пластину голыми руками, медленно обнажая ядро нулевого элемента.       — Ребят, скорее! — крикнула Касуми. — Эта штука меня пугает, я его так долго не удержу!       Дженсен и Дребин уперлись ногами и полностью открыли ядро. От резкого толчка они оба отлетели от ЗОРГа.       — Я НЕ БЕСПОЛЕЗЕН! — робот внезапно поднялся на ноги, сбросил Гото и прорычал: — УВЕЛИЧЕНИЕ МАССЫ В ТРИ РАЗА!       Широкое поле эффекта массы, предназначенное для усмирения толпы, теперь покрывало всю платформу, заставив ее полностью остановиться. Линейные моторы застонали еще громче, не в силах удерживать столько массы. Адам и остальные едва могли двигаться, не то что физически воздействовать на ядро ЗОРГа. Адам попытался выстрелить в него из пистолета, но ядро осталось цело.       — ПОЖАЛУЙСТА… НЕ ВЫБРАСЫВАЙТЕ МЕНЯ!       Тали понимала, что всё бессмысленно. Даже если ЗОРГ сбойнёт или треснет ядро, поле эффекта массы будет висеть так долго, что линейные моторы сломаются, и они все понесутся навстречу смерти.       Прикинув риски, она направила уни-инструмент на ядро нулевого элемента, послала в него Перегрузку и помолилась, чтобы это сработало.       И оно сработало.       Негативно заряженная Перегрузка облегчила массу всей платформы на семьдесят процентов, отчего та начала всё быстрее и быстрее подниматься вверх. Не успел ЗОРГ что-либо предпринять, как Тали выпустила целую очередь зажигательных снарядов в его металлические внутренности. Но он по-прежнему стоял на ногах.       — Я… М-М-М-М-ОГУ-У… С-СЛУЖ-ЖИТЬ…       — Аргх! — исступленно крикнула Тали. — Да когда же ты сдохнешь?! — она выстрелила еще раз, не обращая внимания на крики Касуми и Дженсена. Она стреляла снова и снова, а ЗОРГ так и стоял, сопротивляясь до конца.       Затем Дженсен повалил Тали на платформу, а следом голова ЗОРГа разбилась о крышу. Его ноги подкосились под внезапной нагрузкой, и торс робота зажало между фуникулерной платформой и огромными двойными дверями, которые должны были для нее открыться.       Тали открыла глаза и осознала, что их только что чуть не расплющило о толстую металлическую крышу Нижнего Досади.       А еще — что на ней лежит Дженсен.       — Эй? Все в порядке? — крикнул Дженсен. Касуми, лежавшая лицом вниз и закрывавшая руками голову, открыла глаза и подняла взгляд.       — Фью. Вот так разминочка…       Жутень поднялся на ноги и ударился головой о потолок.       — Ай! Что ж, я жив. Не знаю, как насчет вас.       — Нужно вернуться на строительные леса, — сказал Дребин. — Линейные моторы платформы долго не протянут.       — Хорошо. Пошли, Кайли, вставай, — Дженсен поднялся и потянул Тали за собой. Она осмотрела ЗОРГа, вспомнив, что отчетливо слышала звук брызг, когда его голова ударилась о металлический потолок. По шее робота текла красная жидкость, ярко выделявшаяся на его холодной белой броне. Она была очень похожа на кровь.       — О… Кила! Это существо… это был киборг? — у Тали голова разболелась от ужаса: неужели она только что… убила кого-то?       — В качестве центрального процессора в ЗОРГах используют мозги животных, — сказал Дребин и издал звук, похожий на фырканье. — Их спроектировали на останках технологий омаров, попавших в руки корпорации «Апостол», когда ВТО разграбила Екатеринбург.       Тали вздохнула с облегчением.       — О! О, хорошо… Значит, именно поэтому у меня не получилось его взломать? — спросила Тали, когда Дженсен помог ей перелезть на строительные леса. Она напомнила себе не смотреть вниз.       — Да… — сказала Касуми, спрыгивая с платформы и приземляясь рядом с ней. — Я чувствовала, как он сопротивляется мне, пока я пыталась его взломать.       — Давайте не будем задумываться об этом и пойдем дальше, — сказал Адам.       — Согласна. Здесь должен быть аварийный люк. Потом останется чуть-чуть поработать ногами — и мы в Среднем Досади.

~[h+]~

      Под «поработать ногами» Касуми подразумевала пятнадцать минут непрерывного взбирания по 115 метрам разнообразных лестниц и стремянок. Гото, показывавшая путь, заверила Дженсена, что, хоть местами тут и проглядывают канализационные трубы, на этот раз по сточным водам идти не придется.       — Но сами трубы трогать не советую: либо обожжешься, либо примерзнешь, чего нам сейчас совсем не нужно. Надеюсь, Кайли, теперь-то ты будешь держать руки при себе?       И тут Тали пихнула Касуми.       — Это ты во всём виновата, бош’тет робот! — выпалила она. Остальные остановились и обернулись к ней.       — Эй! — крикнул Адам.       — Ой-ёй. Девочка показала коготки… — заметил Жутень. Дребин молча кивнул, скрестил руки и прислонился к стене, наблюдая за разворачивающимся спором.       Касуми смерила Тали убийственным взглядом.       — Что, прости?       — Мы из-за тебя чуть не погибли!       — Эй, это не у меня руки-загребуки!       — От воровки слышу!       — Слушайте, давайте потише… — попытался успокоить их Адам.       — Я велела ничего не трогать! Три раза об этом сказала! А ты, сорока, ушами прохлопала!       — Я его не включала!       — Ложь, — вторгся в ухо Дженсена гортанный механический голос. — Девочка прикоснулась к ЗОРГу и запустила его механизм самовосстановления.       — Опять ты, — беззвучным шепотом ответил Дженсен. Адам пытался изменять шифрование кодека каждые десять минут, но его наблюдатель почему-то постоянно находил способ вывести его на разговор. — Ладно, так уж и быть, спрошу: почему она об этом лжет?       — Тебе стоит заткнуть Гото. Зора никогда не признается, что подвергла вас опасности, особенно перед частичным синтетиком… или тобой. Ей с детства внушали, что никогда и ни за что нельзя признавать вину, когда дело касается гетов или синтетиков. Кварианская культура построена на самовиктимизации и мести, и признание собственных ошибок не только ее разрушит, но и возложит смерти всех, кто был на Иден Прайме и кто позднее погиб от рук гетов, исключительно на их плечи.       — Геты сами решили следовать приказам безумца и убивать людей тысячами. Кварианцы здесь не при чем.       — Разве отцы не несут ответственность за грехи сыновей?       — Когда-нибудь мы все ответим за свои преступления.       Внимание Дженсена вернулось к спору: похоже, Жутень попытался перенаправить женский гнев на нечто иное.       — Слушайте, дамы, я вот виню во всём того, кто организовал наш полет. Мы с самого начала должны были высадиться в Среднем Досади, но не-е-е-ет, давайте сядем в гребаный контейнер и…       — Какие еще ты подготовила ловушки? — крикнула Тали, полностью игнорируя Жутеня. — Может, армию гетов?       — Да ладно, ты сейчас серьезно?! Что с тобой не так? Я чуть не сдохла, пытаясь не дать тому роботу нас всех передавить, потому что тебе надо было его потрогать!       — Я не виновата, что он вылез!       Адам вздохнул и, махнув Жутеню и Дребину, пошел дальше.       — Эй! — крикнула Тали. — Вы куда?       — Подальше от вас. Если хотите верещать, как дети, пока вас не поймает СОК, то пожалуйста, продолжайте. Или можете заткнуться и идти с нами.       Касуми и Тали хотели было возразить, но Адам прервал обеих, обвиняюще ткнув в них пальцем.       — И пока я не услышал от вас очередную колкость или грубость, хочу напомнить, что я спас вам обеим жизни, и сейчас вы прямо-таки из кожи вон лезете, чтобы я об этом пожалел. Идем, парни.       Дребин и Жутень последовали за Адамом, и Тали с мольбой взглянула на Муди. Тот лишь пожал плечами и поднял руки. Гото и Тали теперь друг друга ненавидели, но и при этом не хотели оставаться одни, пока Дженсен на них сердится. Поэтому они пошли за ним.       — Хорошо сыграно, — сказал голос. — Но… никакого урока они из этого не вынесут.       — Слушай, — немного устало и немало раздраженно ответил Адам. — Что тебе от нас надо?       — Я хочу узнать, ты ли мне нужен, чтобы… сломать устои. Пока что я не впечатлен: лидер из тебя никудышный и харизмы для этой роли в тебе маловато. Но я жажду увидеть, как ты дерешься один, без чьих-либо вмешательств… может, ты — одинокий волк, а эти четыре идиота лишь путаются у тебя под ногами?       Тут из ниоткуда в АР Адама возникло лицо Хейна.       — Приве-е-е-е-ет, Ад… Эй, кто это тут подслушивает?       — Ты… Кто ты?       — Нельзя подслушивать! — крикнул Хейн. — Плохой пес! Плохой!       — Что ты… А-а-а-а-а-а!       Хейн самодовольно улыбнулся.       — Что ж, в ближайшее время ты его не услышишь.       — Хейн, — сказал Адам. — Возможно, я больше никогда этого не произнесу, так что наслаждайся моментом: я рад вновь тебя видеть. Полагаю, навечно отвадить его у тебя не выйдет?       — Оу, так ты всё-таки меня любишь!.. Но я впечатлен, что этот хакер смог к тебе пробиться. У него не было ни шанса взломать шифрование, даже с помощью ВИ… Разве что…       — Разве что?       — Мы имеем дело с ИИ. О, а вот это уже интересно.       — Меня преследует ИИ? Чудно… Чего мне дальше ждать?       — Ну… не будем об этом. Что по новостям?       — Мы на пути в Средний Досади. Пришлось задержаться: на нас напал ЗОРГ.       — ЗОРГ? — Хейн присвистнул. — II уровня?       — Точно не скажу, но, вероятно, какой-то старой модели, раз он лежал на свалке.       — Что ж, тогда вам крайне повезло. С ЗОРГом III уровня было бы еще тяжелее.       — Я поговорил с Гото. Она не совсем понимает, почему ЕГ послала за ней СОК и «Мантикору». Она считает, что дело может быть в одном турианце, с которым она часто виделась во снах. У этого Лорика Киина был нарыт компромат на каждого в Досади… Но я выцепил кое-что из ее памяти: она ловила обрывки снов Рамсуса, из-за чего, как я думаю, ее и хотят убить.       — Хм, соглашусь: они наверняка боятся, что это это может привести кого-то к «Вершине 15»…       — Точно. Я решил предложить Гото поработать с нами, но, не зная, сколько ты или Бреа готовы заплатить, ну… я не назвал конкретных цифр, так что она в подвешенном состоянии.       — Деньги для нас не проблема… но постарайся заоблачных сумм не называть, лады?       — Я… думаю, что ее больше заинтересует качественная медицинская помощь. Она — клон с кибермозгом: возможно, ее порадует запас нейропозина и «Мыла».       — Это я могу устроить.       — Отлично. Это должно подсластить пилюлю.       — Что-нибудь еще?       — Ничего. Мне не удалось найти никаких зацепок. Местонахождение «Вершины 15» остается загадкой.       — Что ж, тогда у меня есть для тебя пара хороших новостей.       Хейн рассказал Адаму о появлении «Ахеронта» и своей теории о том, что кандидатка в Спектры Эльза Деверо прилетела в Досади, чтобы пройти курс биоаугментаций, которые помогли бы ей одержать победу.       — Разумеется, проходить всё это будет в строжайшем секрете — это важно как для ЕГ, так и для Европейского Союза.       — Значит, мне надо выследить эту Деверо, проследовать за ней до клиники ЕГ, которая явно будет очень хорошо запрятана, и поискать там наводки.       — Да, в этом вся суть.       — Но Досади огромно. Как мне ее найти?       — О, Бреа тебе с этим поможет, — Хейн улыбнулся. — Вы уже нашли, где перекантоваться? На подготовку к этому этапу миссии уйдет некоторое время.       — Мы еще даже не в Среднем Досади. Ты знаешь, где там можно остановиться?       — А Бреа об этом не позаботилась?       — Ее, как мне кажется, вполне устроит, если мы будем ночевать на улицах. Пока что она ни разу не озаботилась нашим удобством.       — Вот как? Может, время нанести ответочку? — ухмыльнулся Хейн.

~[h+]~

      Улизнув от пары патрулей СОК, которые прибыли на шум (подъемник всё-таки сломался и с грохотом промчался до свалки в Нижнем Досади), пятерка наконец-то оказалась в Среднем Досади. Пока что особой разницы они не видели. Вообще говоря, обстановка здесь была даже хуже. Улицы были затоплены, а дома представляли собой лачуги, сделанные из разного мусора и построенные одна на другой так, что даже небо нельзя было разглядеть. Единственным намеком на существование внешнего мира оставалась восточная стена, построенная из толстых прозрачных полимерных плиток размером с фрегат, обрамленных крепкими титановыми балками.       Снаружи бушевала метель, и Тали почувствовала себя в безопасности, зная, что между ней и непогодой стоит сто сантиметров сверхлегкого и непробиваемого барьера. Касуми, уже бывавшая в этих краях, повела их за собой.       — Я знаю одно местечко, где можно взять черное такси, — сказала она. — Оно не подсоединено к навигационной системе аркологии, но таксисты достаточно умелы, чтобы справляться без нее. Сможете достать какой-нибудь нал? Связки нюйен здесь не котируются.       — У нас есть немного платины, — сказал Адам.       — Да, сойдет.       Бомбилы черного такси, по-видимому, любили зависать возле бара под открытым небом, который назывался «Мокрая улочка» — как-никак, он был построен на старом металлическом мосту через небольшой промышленный канал. Его посетители, как заметил Дженсен, выглядели намного счастливее, чем жители более бедного нижнего уровня аркологии. Даже если они жили в лачугах, качество их жизни было несравнимо выше.       Желтые аэрокары, раскрашенные под нью-йоркские кэбы, парили неподалеку, ожидая пассажиров. Касуми подошла к таксистам и со знанием дела сторговалась на услуги двух из них. Дженсен сообщил им сектор и уровень (но, на всякий случай, без адреса). Дребин и Жутень вызвались сопровождать Касуми и поехали с каким-то африканцем, а Дженсену и Тали достался некто, внешне похожий на зеленокожего дрелла, только почему-то с жабрами и говоривший с сильным французским акцентом.       Внутри его такси было украшено бисером, сиденья — покрыты толстыми шерстяными коврами с растафарианскими узорами (определенно чтобы скрыть множество дыр в искусственной коже), окна — расписаны цветами, а спинки передних сидений — забиты открытками с видами земных красот (вроде Нью-Эйфелевой Башни, Мечети Кетчауа и памятника африканского возрождения). Они ехали медленно и тихо, слушая алжирскую музыку таксиста. Чтобы скоротать время, Дженсен решил с ним поговорить.       — Bonjour, je m'appelle, euh… Jacques.       — Ah, tiens, ça fera un autre! — рассмеялся таксист, и его глаза радостно блеснули, когда он посмотрел на Дженсена в зеркало заднего вида. — Moi, c'est Idrissa. Bonjour, bonjour!       — Vous avez visité la Terre? — спросил Дженсен, постукивая по открыткам на спинке сиденья.       — Ah! Moi, je suis né sur la Terre, monsieur! Sur la Terre! Pas la lune, pas Mars, et surement pas Kahje!       Родился на Земле? Адам снова присмотрелся к инопланетянину, и, если закрыть глаза на жабры и гладкую маслянистую кожу, его черты показались ему почти что… африканскими.       — Vous venez de l'Afrique?       — Oui, oui! Ah, il faut toujour que j'explique au gens, parce que ils pensent qu'il faut venir d'une autre planete pour me ressembler. Mais non, mais non, que je leur dit! Il faut juste que mon grand papa et ma grand maman decident de ce fair changer leurs… euh, leur Jeanne?       — Leurs gênes.       — Ah oui! Ah oui, c'est ca, leurs genes! Eh bien, l'un d'eux avait décidé qu'il voulait nager dans l'eau comme a poisson, et l'autre voulait avoir l'air d'un poisson, et ils ont fait mon papa, et mon papa m'a fait, et tout d'un coup, Idrissa l'homme poisson est né!       — Эм, о чем вы вообще? — спросила Тали: ее переводчик не уловил ни слова.       Адам принялся объяснять, что их таксист, как выяснилось, самый настоящий человек. Его дедушка и бабушка решили модифицировать свою ДНК в косметических и практических целях, и в результате все их потомки рождались с мутациями.       — Кажется, я видела ему подобных на базаре, когда мы обустраивали убежище, — сказала Тали, поразмыслив над услышанным. — Но все они были разными, не то что на Цитадели. Я видела мужчину в змеиной коже, здоровяка с рогами, женщину с кошачьими глазами… Они все были с Земли?       — Qu'est-ce qu'elle dit, la jolie Mademoiselle? — спросил Идрисса.       Адам перевел им обоим, и Идрисса принялся объяснять, почему в Досади так много мутантов. На самой Земле таким, как он, было трудно найти работу, да еще и сами мутации доставляли проблем — они могли вызвать рак или даже новые болезни, и только «Европа Геномикс» знала, как с ними справляться. Большинство мутантов работали в гавани Нижнем Досади и в его рыболовном промысле. Те, кто вышел лицом, жили в Среднем Досади, где их нанимали в танцовщики или даже в секретари.       — Vous n'avez jamais visité Dosadi, avant? — спросил Идрисса. Адам перевел, и Тали ответила:       — Мы с моим… другом посетили Порт Ханьшань, но предположили, что нам откажут в посещении самого Досади. Сами знаете, как относятся к кварианцам…       Адам перевел, и Идрисса рассмеялся.       — Oui, peut-être ailleurs, mais dans les arcologies de la WTO, ils se foutent complètement de ça! Je connais une dizaine de Quariens comme vous qui vivent comme des rois. Vous aurez du rentrer plus tôt! Les Quariens sont en demande, ici! Vous serez riche! Riche!       Это дало Тали пищу для размышлений. Если так, ей стоит вновь посетить Досади, когда завершится ее контракт с Хейном.       — Attendez, attendez! — сказал Идрисса, ослепительно улыбнувшись. — Je vais changer de route virtuelle. On va prendre une route scénique, vous allez adorer ça!       Идрисса полетел над лесом зданий и мимо ветвящихся связок голографических вывесок, написанных на множестве человеческих языков, благодаря чему Тали могла окинуть взглядов весь уровень.       У нее перехватило дух.       Средний Досади был закрытым городом, гораздо более густонаселенным, чем Нижний, а также более крупным и более загруженным. Одна из лифтовых башен, проходившая от пола до потолка, возвышалась примерно на четыре километра над зданиями. Постройки представляли собой эклектичную смесь старых византийских соборов, многоквартирных домов в стиле ар-нуво и постмодерн и небоскребов, освещенных голограммами, имитирующее голубое небо.       А в центре города располагался парк, окружавший искусственное озеро, над которым парило здание в форме морской звезды с нимбом из кольца голограмм. Тали прищурилась и разглядела крошечные лодочки, стоящие на берегах с белым песком.       В голубом тумане в вышине виднелись скопления зданий, которые будто бы висели в воздухе, как облака. Тысячи и тысячи аэрокаров носились между ними, как рыбки в аквариуме, и среди них были аппараты покрупнее, служившие летающими голографическими рекламными щитами. К большому удовольствию Дженсена, по намагниченным дорогам мчались машины, настоящие машины, а не летающие ведра, которые захватили всю галактику. Здесь были автомобили сотни различных марок, расцветок и форм. Как и должно быть.       — C'est beau, hein? — с улыбкой спросил Идрисса; его огромные скулы раздулись от веселья. Ему нравилось показывать приезжим, насколько здесь великолепно.       — Это… потрясающе! — выдохнула Тали. — Я слышала, что людям нравится строить города на городах, но считала это шуткой!       — На Земле есть и бо́льшие аркологии, — сказал Адам, тщетно стараясь скрыть гордость. — Нео-Сеул, к примеру, в два раза крупнее Досади.       — Теперь я понимаю, почему в галактике так боятся вашего развития. Дай вам век — и вы обскачете азари!       — «Взгляните на мои великие деянья, владыки всех времён, всех стран и всех морей».       — …Что?       — Ничего… Ничего, — Адам повернулся к Идриссе. — On y est presque?       — Presque! Presque! Just quinze minutes, monsieur Jacques! Quinze minutes!

~[h+]~

      Бреа закрыла ноутбук и отформатировала жесткий диск. План был приведен в исполнение. Теперь осталось разве что добраться домой и отдохнуть, пока с ней не связался Дженсен… хотя, судя по тому, что он не отвечал на ее звонки, завтра утром она обнаружит в морге нового «Джейка Армитажа». Это было бы весьма досадно — особенно из-за того, что ей пришлось бы незамедлительно покинуть Досади.       А ей бы этого совсем не хотелось. В сравнении с другими аркологиями Досади было довольно небольшим, но продолжал развиваться и грозился стать центром развития биотехнологий и терраформирования. Скоро здесь будет множество сделок, тайн и скандалов, и Серому Посреднику будет только на руку, если она останется и разовьет шпионскую сеть по всей Новерии. Управление местными силами СОК шло приятным бонусом: ей нравилось всё организовывать и повышать результативность в привычных процессах.       Да, здесь бы она прижилась. Так что возможная смерть или поимка Дженсена ее не то чтобы радовала.       Сев в такси, управляемое ВИ, Бреа вновь прокрутила в голове планы — просто чтобы убедиться, что она всё предусмотрела. Она тщательно изучила полученную от Хейна формулу; хоть все компоненты и не представляли опасностей для обычного человека, долгое использование Деверо «Драйва» могло всё усложнить самым непредсказуемым образом. Собственно, это лекарство могло либо полностью обратить разрушительное воздействие чрезмерного использования «Драйва», либо превратить принявшего в лужу слизи. Второй вариант сделал бы Бреа соучастницей в убийстве европейской героини. А первый стоил бы «Европе Геномикс» миллиарды нюйен, которые можно было бы получить от столь высокопоставленной клиентки.       Бреа решила держаться от лекарства как можно дальше и не взаимодействовать с ним ни на каком уровне. Поэтому, создав несколько подставных личностей, она заключила контракт с несколькими лабораториями по всеми Досади, чтобы те раздельно друг от друга собрали необходимые компоненты, а потом направили их в другую лабораторию. В той лаборатории их бы смешали и создали само лекарство. Курьер доставил бы его Дженсену в обговоренное место и время, и Дженсен, в свою очередь, незаметно вколол бы его кандидатке в Спектры.       Если повезет, попутно найдя наводки на «Вершину 15».       Курьером она выбрала Дэмиена Раффаэлли, бывшего капрала СОК. Судя по всему, Джулс Кай Лен, контрактник «Мантикоры», не оценил, как Раффаэлли обошелся с другим сотрудником «Мантикоры», и потянул за ниточки, чтобы его уволили. За этими самыми ниточками теперь следила лично Бреа, предварительно пробив по базам ныне безработного француза. Похоже, прежде он работал в банде наркокурьеров в Нижнем Досади и прямо-таки мастерски убегал от копов на своих двоих. В критический момент жизни Раффаэлли решил применить свои таланты на благо закона и вступил в подразделение «Икар» в СОК. Мотивировали его больная мать и пара голодных младших братьев.       Сейчас он, должно быть, отчаянно нуждался в деньгах, а Бреа была готова побыть очень щедрой.       Бреа вышла из такси и подошла к высотному жилому дому. «Донне Морган», как лейтенанту СОК, выделили весьма и весьма хорошие апартаменты на верхнем этаже. Лифт добирался до него невыносимо долго, но двухэтажный лофт того стоил. Бреа не потребовалось много времени, чтобы обустроить его по своему вкусу.       Но как только она подошла к двери, то услышала шум и голоса, идущие из апартаментов. Вытащив кастомный пистолет, она открыла дверь и увидела Контрабандиста Дребина и Тали’Зору, потрошащих ее ховербайк и изучающих его содержимое.       — Осторожнее, эти байки от «Токугавы» стоят целое состояние, — предупредил омар.       — И я вижу, почему, — завороженно заметила кварианка. — Тут есть такие детали, каких я никогда прежде не видела…       Бреа откашлялась и наставила на них пистолет.       — Какого черта вы здесь устроили?       — Ребят! Ребят! — раздался женский голос со второго этажа. Бреа обернулась и увидела на балконе какую-то рыжую спортсменку, которая держала две пары ее туфель. На шее у нее красовались дюжины подвесок и ожерелий; она улыбалась, как ребенок, попавший в магазин игрушек. — Вы не поверите, сколько у нее шмоток, а уж туфель! Целые шкафы туфель и… ой-ёй.       — Положи туда, откуда взяла! — крикнула Бреа.       — Эй, что происходит? — спросил Жутень, выходя из ванной в одном лишь полотенце, которое он придерживал левой рукой. Бреа развернулась и наставила на него пистолет, и он сразу же вскинул руки.       — Ну, ребят, я тут мало чем могу помочь, — сказал Дженсен, выходя из кухни и попутно закусывая протеиновым батончиком. — Привет, Морган.       — …Армитаж, — процедила Бреа. — Что вы делаете в моих апартаментах?       И в этот момент полотенце Жутеня свалилось на пол.

~[h+]~

ЗАПИСЬ ИЗ КОДЕКСА: КИБЕРНЕТИКА: ВСЕМИРНАЯ ТОРГОВАЯ ОРГАНИЗАЦИЯ: ЧИП Подкожный многопроходной передатчик ВТО, также известный как «чип», — это идентификационное устройство, выдаваемое всем гражданам аркологий ВТО. Сотрудники корпораций ВТО получают такой при приеме на работу. Чип выступает одновременно как электронный паспорт, кошелек и смартфон и, будучи имплантированным в запястье, может менять пигментацию кожи, создавая своего рода двухмерный пользовательский интерфейс. Чип чрезвычайно сложно подделать, из-за чего многие правительства на Земле планируют сделать его основным способом идентификации граждан. В аркологии Досади на Новерии тестируется бета-версия чипа 2.0, известного также как «крипто-чип». Он предлагает носителю более широкий спектр функций — к примеру, доступ к системе «Аркадия», обширной многопользовательской сети для просмотра совместных сновидений. Почти пятьдесят процентов населения аркологии Досади (включая не-людей) предпочли поставить именно крипто-чип. Хотя активисты, выступающие против аугментаций, осуждают разработку крипто-чипа, тщательные исследования импланта, проведенные третьими сторонами, показали, что технически он не является аугментацией, поскольку практически не влияет на организм — с его помощью носитель может разве что набрать номер силой мысли или отрегулировать цикл сна. После этого его признали не попадающим под закон об запрете аугментаций и предложили ввести на Земле через два года. ЗАПИСЬ ИЗ КОДЕКСА: ЗЕМЛЯ: РОБОТЫ: ОХРАННЫЕ: ЛИНЕЙКА РОБОТОВ ЗОРГ Охранные роботы ЗОРГ, разработанные корпорацией «Апостол», предназначены не только для устрашения и сдерживания преступников, но и для борьбы с нелегальными ванзерами, всё чаще встречающимися в терранском пространстве. Все модели линейки ЗОРГ оснащены толстой композитной броней и мощными серводвигателями. Именно на них были впервые протестированы ранние версии техноброни, поскольку очень прочная рама ЗОРГов могла с легкостью выдерживать нагрузку от конфликтующих в ней полей эффекта массы. Печально известный недостаток техноброни — ее взрывоопасность, — стала особенностью ЗОРГов, расширив их способы управления толпой и улучшив их защиту от бомб-липучек. Наиболее интересной (и противоречивой) особенностью ЗОРГов является их центральный процессор — клонированный мозг животного, наполненный сетью тончайших сверхпроводящих полимеров, которые помогают ВИ ЗОРГа обрабатывать аудиовизуальные данные. Ранее считалось, что это нарушает как Соглашения Цитадели о создании новых разумных видов, так и закон Саддама-Уолкотта о генетическом наследии, а также различные запреты на аугментацию. Судебные иски против корпорации «Апостол» были отклонены на том основании, что ЗОРГи оказались не разумнее животных, а законы о человеческой аугментации касаются лишь людей. Благодаря своей агрессивности и способности адаптироваться к новым обстоятельствам ЗОРГи пользуются большим спросом среди как обеспеченных граждан, желающих защитить свое имущество, так и ЧВК в системах Термина, подавляющих повстанцев. Зимой 2184 планируется выпуск ЗОРГ IV уровня, а I уровень постепенно выводится из эксплуатации.