Глава 87
10 октября 2020 г., 05:44
Разбивая очередное яйцо для яичницы с беконом, Лаимм сложил скорлупку к остальным. Горка выросла уже приличная. Даже не горка, а та небольшая плошка, которую он использовал как мусорку, чтобы вот так ничего не раскидывать по столу, уже была полной. Помимо скорлупки, там лежали «попки» от огурцов и «хвостики» от помидор, а нарезанные в салат овощи в красивом блюде стояли на столе, дабы не мешать на тумбах. А ещё валялась шелуха от луковицы, которую он утрамбовал во всё ту же мусорку. Лаимм на плошку посмотрел, как на врага народа, потыкал в неё пальчиком и закончив с яичницей решил избавиться от мусора. Он озадаченно почесал «репу», когда обнаружил, что машинка всё ещё перерабатывает предыдущий мусор, а уже скапливался новый. Почмокав губами, он поставил плошку обратно на тумбу, вытер руки и, повесив фартук, утопал в комнату.
— Кися! — выкрикнул Лаимм, при этом когда тот повернулся, он с серьёзной моськи сделал невинную и захлопал глазками. — А я тебя люблю! — и, вытянув губы трубочкой, послал воздушный чмок.
Хестан даже подзавис от такого, не зная, как реагировать. Даже ручку перестал жевать. Он всё ждал, что Лаимм продолжит мысль и пояснит, чего он такой радостный, — аж светится весь. Но тот продолжал невинной овечкой стоять возле комода и таращиться на него своими глазами-блюдцами. И Хестан был готов поклясться, что видел, как у него ушки оттопырились чуть сильнее и снова встали обратно.
— Пирожочек, а что случилось? — неуверенным голосом протянул Хестан, готовясь ко всему и сразу.
— Почему сразу случилось? — пробурчал Лаимм и, пройдя ближе, плюхнулся тому на колени.
— Просто ты так неожиданно это заявил, что сразу становится понятно, что тебе что-то нужно, — посмеиваясь отозвался Хестан, немного отодвигаясь от стола, чтобы Лаимму было удобнее сидеть и болтать ножками.
— Нам нужна новая штука для мусора! — уверенно заявил Лаимм и, надувшись хомяком, кивнул.
— Какая «штука»? — Хестан озадаченно изогнул брови.
— Штуковая, — многозначительно протянул Лаимм.
— Пирожочек, а можно немного понятнее?
— Ну которая мусор перерабатывает. Она его ням-ням, а потом компостиком какиет, — Лаимм невинно захлопал ресничками.
— Сам ты компостиком какиешь, — заржал Хестан и получил ладошкой в лоб. — Изнасявкаю сейчас, — пригрозил Хестан.
Лаимм, «испуганно» прижав пальцы ко рту, сполз с колен и, уйдя на кровать, встал на четвереньки, попкой в сторону Хестана, и повилял ей.
— Я готов! — заявил он и постарался сделать как можно сильнее испуганный вид.
— Мне на работу… — напомнил Хестан, но всё же утопал следом и, сев на кровать, прижался спиной к изголовью.
— Вот и иди, — величественно разрешил Лаимм, переворачиваясь на спину и складывая пятки ему на плечи.
— И поэтому ты меня сейчас так странно придавил?
Лаимм усердно закивал и пискнул, когда Хестан подтащил его поближе. Лаимм, чуть сдвинув ноги, большими пальцами потыкал его за ушами и залился громким задорным смехом, стоило Хестану накинуться на него с щекоткой.
— Завтрак же! — всполошился Лаимм, и Хестан прекратил кусать его животик. — И не забудь про мусорку! — он шустро спрыгнул с кровати и побежал накрывать на стол.
Тихо посмеиваясь, Хестан поднялся следом и поправил заправленную Лаиммом же постель. Хестан всё удивлялся, как тот так легко меняет настроение с одного на другое. То обиженно сопит, то в момент светится от счастья. То зол, как стадо тварей, а уже через мгновение он милый и всепрощающий. То готов был Хэльмира живьём закопать, то уж сам вчера перед сном ему успокоительного бульона приготовил — что конкретно в него входило, он так и не сознался, но Хэльмир перестал трястись и моментом уснул.
Всё бы ничего, но масла в огонь подливал Кристан. Он так злился, что старший брат посмел поднять руку на мапулика, что чуть самолично не оторвал брату голову. В прямом смысле слова, — так в рога ему вцепился, что всей семьёй еле как друг от друга отодрали. Маркус был в шоке. Он от своего милого Красотули такого никак не ожидал. Конечно, он знал, что Кристан горяч во всех смыслах, — и в этом, с одной стороны, ему помог Лаимм, дав уверенности и смелости, — но чтобы полез с кулаками на кого-либо, вот это уже неожиданно. Хотя чего он хотел? Злой старший брат обидел любимого маленького мапулика. И срать, что этот самый мапулик может одной рукой голову оторвать, как не фиг делать.
А Лаимм, морда его невинная, на всё стоял и смотрел большущими глазами — что неудивительно (о глазах). Хестан даже подивился, что он не кинулся защищать Кристана — ещё один боевой хомяк. Спокойнее всех к этому отнёсся Иллиан. Таращился на всю потасовку сонными глазами, силясь их не закрыть при очередном смыкании век. Он даже слова не сказал, когда во всё это вклинился Рэйкс. Ну а чего? Пусть разбирается, если хочет. В итоге Иллиан выпросил у Лаимма пожелания спокойной ночи и ушёл дрыхнуть. Рэйкс на него за это немного обиделся — его с собой не позвал. А когда потасовка подошла к концу и все — с разными степенями побитости — разошлись по комнатам, Иллиан уже вовсю храпел кверху отрастающим хвостиком. И Рэйксу ничего не оставалось, как просто улечься рядом.
Утро прошло относительно спокойно. Позавтракали яичницей с беконом, кому не хватило — добавили пирожков. Кристан, сверкая парой синяков на щеке, жевал усердно. На Маркуса зырил сердито. Чаем прихлёбывал громко. Маркус мысленно молился, чтобы его Красотуля на него самого с кулачками не бросился, а то он же не Хэльмир, ответить-то не сможет. От одного воспоминания, как Кристан, вцепившись в рога брата, подтащил его к себе — и как сделает кусь за голову — потом ещё полчаса в ванной проторчал, выковыривая застрявшие между клыков волосы, — что страшно становилось.
Кристан на Маркуса сердился. Даже на пол спать выгнал. Правда, в итоге сам же к нему и приполз. На радость Маркуса. Кристану не понравилось, что Маркус в него вцепился в попытках отодрать от брата, а не помог его отпинать. За дело же! Маркус его мнения не разделил, вот и получил. А потом ночь примирения… И Кристан вроде уже и не злится, и всё равно обидно. И подзатыльник хочется дать, но уже же помирились, чего ругаться. В итоге он просто повздыхал и потянулся за беляшиком.
Хестан на сыновей смотрел искоса, опасаясь новой вспышки гнева и недовольства. А ну как реально поубивают друг друга. Но Кристан с Маркусом выглядели бодрячком и, судя по всему, вместе собрались на работу. А ведь уже не первый раз. Даже стало любопытно, чем они там занимаются. Хестан был больше чем уверен, что Кристан помогает своему парню с документами, за которыми тот не успевает следить. Потом стребует за это какой-нибудь дорогущий подарок. Хотя если судить по новеньким серьгам-колечкам в ушах, то подарок уже сделан.
Больше всего Хестана волновал Иллиан. С Хэльмиром всё было относительно понятно. А вот средний сын заставлял переживать. И сильно. Он устало вис на руке Рэйкса, был постоянно сонный и рассеянный. Точно он неделю занимался каким-то тяжёлым трудом и именно сегодня добрался до кровати, но его вновь зачем-то подняли.
— Иллиан, с тобой всё нормально? — Хестан с нотками тревоги глянул на сына.
А Иллиан причмокнул во сне и никак на вопрос отца не отреагировал. Он сопел, привалившись к плечу Рэйкса, даже толком не поев. Да ещё и мужу мешал есть, вцепившись в предплечье и не давая им двигать.
— Что с ним такое? — спросил Хестан, повернувшись к Лаимму, а тот замер с поднесённым ко рту кусочком бекона.
— Устаёт мальчик дела по дому делать, — Лаимм покачал головой, поцокал языком и сунул кусок в рот.
— А если серьёзно? — Хестан прищурился.
— Если серьёзно, то у него все силы уходят на подготовку. Организм перестраивается под плодоносящего, раз уж его доминант так давит. Вот он постоянно и уставший. И жрать стал больше. Но мне не жалко. Сам как хомяк хомячу. Щечки скоро перевешивать будут, — Лаимм прижал руки к надутым щекам.
— Хорошего эльфа должно быть много! — посмеиваясь сказал Хестан и, наклонившись, чмокнул его в вытянутые трубочкой губы. — Но он же справится?
— Если бы он не справлялся, то валялся бы с адской температурой. А так, даже вон, встаёт. Ну или пытается это делать. Главное — Рэйкс поддерживает, — тот на это заявление широко улыбнулся. — Ты только перед уходом в кровать его отнеси.
— Само собой, — Рэйкс повернулся к Иллиану и чуть ближе придвинул тарелку к краю, чтобы было удобнее есть.
Народ на работу Лаимм отправлял пинками. Особенно Рэйкса, который завалился вместе с Иллианом на «пять минуток», да так чуть и не уснул. Вылезал неохотно, но выбора у него не было. Иллиан ещё во сне проворчал, что Рэйкс засранец и бросает его в беде, но уже через пару секунд храпел, как ни в чём не бывало. Рэйкс переглянулся с Лаиммом и помчался на выход.
Хэльмира даже будить не стали. Лаимм только после того, как всех спровадил, заглянул к нему, чтобы проведать, приоткрыл окно, впуская свежий воздух, собрал одежду, да и удалился делать дельные дела. Сначала завёл стирку, затем взялся собирать со стола и мыть посуду. Остатки пищи складывал в пакетик, надеясь, что там плесень не вырастет, пока он ждёт, когда машинка освободится и её снова можно будет заполнять. Он так и не понял, спросит ли Хестан про второй агрегат или забудет. Решил, что сам перезвонит позднее.
Пока машинка стирала бельё, Лаимм перемыл посуду, пропылесосил весь первый этаж, напугав обоих питомцев, которые выглядывали из-за угла большими от страха и ужаса глазами, следя за гудящей страшилкой. Лаимм даже удивился — чего бояться, если он работает достаточно тихо? Видели бы они столетний агрегат у него дома! Там машина зверем рычит! И ничего. Коты как по нему пешком бегали, так и носятся. Потом везде полы помыл — также на первом этаже. На второй Лаимм не лез, давая ребятам отдохнуть. Следом запустил вторую стирку, развесил чистое, еле отобрал у Хвостика свой постиранный носок. Кот в вещь так вцепился, что Лаимм сдался и швырнул в него второй. И тот сразу потерял к вещам интерес — не отбирают же. Тихо матерясь на питомца, Лаимм закинул носки на вторую стирку, ибо руками споласкивать было лень. Да и устал. Ещё полы домывать. Под конец снова развесил остатки белья, прибрал за собой всё, поставив по местам, и утопал в комнату.
Достав свои вязальные принадлежности, расставил всё по кровати. При этом он опасливо косился на храпящего с краю поперёк постели Льда. Волк лежал кверху пузой, открыв пасть и вывалив язык. Лаимм опасался, что если тому что-то приснится этакое, он себе его откусит. Страшно! Ещё и успокоившийся Хвостик растёкся по нему блинчиком, свесив лапы по бокам и зарывшись мордочкой в шерсть. Лаимм достал телефон, нагло их сфоткал с разных ракурсов. При этом сам от усердия высунул язык, сетуя, что получается размыто. А после написал Хестану про штуку-переребатывалку мусора.
И, наконец засев за своё занятие, он удовлетворённо вздохнул. Достав из большой коробки коробочку поменьше, извлёк на свет Великих Духов крючок, пожевал губу и выбрал яркие фиолетовые нитки. Следом рядом положил ещё и жёлтые с оранжевыми. Там же, но в коробке побольше, лежало три одинаковых по фасону, но разных по цвету маленьких платьишка на куколок, которые он связал крючком и к которым выделывал небольшие цветочки — решил, что платьишки слишком простые и их нужно чем-то украсить. С десяток цветов уже были готовы, но он никак не мог определиться, какие на какое пришивать, поэтому пока занимался вязанием цветочков побольше (лишними не будут, пришпандорит ещё куда-нибудь, на те же перчатки или шарфы как украшение). Но не успел он доделать первый, как в дверь позвонили, и занятие пришлось отложить. Попутно ещё и шикнул на встрепенувшуюся боевую парочку питомцев.
Прошлёпав босыми ногами к двери, дёрнул за ручку и удивлённо вытаращился на гостя.
— Привет, — Агел нервно кашлянул и замялся.
— Привет! Проходи! — Лаимм отскочил в сторону.
Они оба подпрыгнули, когда соскочившие с кровати животные ломанулись в коридор, но Лёд врезался в дверь комнаты, закрывая её и запирая их там. Волк тут же принялся слезливо выть, а Хвостик — подвывать. Тихо сетуя, что все домашние как с цепи сорвались, Лаимм пошёл открывать дверь.
— Ох, какой красавчик! — восторженно выдохнул Агел.
— Ты же его видел, — озадаченно протянул Лаимм.
— Не настолько близко! Можно поглажу? — не дожидаясь разрешения, Агел разулся и прошёл к шумно дышащему Льду. Осторожно протянул руку, давая себя обнюхать, и только после того, как убедился, что волк не проявляет агрессии, почесал подбородок и за ушами. — А это у нас кто?! — Агел подобрал с пола валяющегося Хвостика. — Времени-то прошло всего ничего, а как откормился, — он тихо присвистнул. — Ты их на убой кормишь?
— Не, ну а чё? — Лаимм пожал плечами. — Просят если!
— Нельзя их перекармливать, — пожурил Агел.
— Я тебя умоляю, — Лаимм махнул рукой. — Они так по квартире носятся и на улице, что всё лишнее выбегивают. А если их отпустить во двор, так держите их семеро. Хвостик пару раз убегать порывался, но Лёд — молодец, следит за своим товарищем. Обратно за шкирку тащит!
— То, что активные, это хорошо. Не понимаю тех, кто берёт одного питомца, а сами на весь день где-то пропадают. С одной стороны, хорошо, что животное не на улице, а с другой — они тоже скучают.
— У нас я дома постоянно, — вздохнул Лаимм. — Но ты ведь не Хвостика пришёл проведать, — он подозрительно прищурился, рассматривая, как Агел играется с мурчащим котёнком.
— Ну, вообще, — да. Ты прав. Я бы хотел поговорить с Хэльмиром. Есть такая возможность?
— Ты же сам говорил, что такие, как он, не для тебя, — Лаимм растянул губы в улыбке.
— Да знаю, — Агел состряпал страдальческое выражение лица. — Просто, понимаешь… я всю ночь не спал и думал о том, что случилось. И то, что я сказал. Не то чтобы это было неправдой. Меня дико испугало его такое поведение. Но он накинулся на моего мужа, потому что знал, что тот меня кошмарит. Получается, он заступился. Он без всякого предложил переехать. Даже вспомнил про всю мою гвардию животных. Сказал, что упросит отца или тебя их принять. Ты не думай, я не напрашиваюсь. Но за меня так первый раз в жизни заступаются, что не боятся пустить в ход кулаки. Хоть я и доминант, но всё-таки не целиком. А его поступок, ну… — Агел затих, пытаясь подобрать нужное слово.
— Подкупает? — подсказал Лаимм, улыбаясь шире.
— Да! Именно так! Мне стало лестно. А то, что я тогда со страху наговорил, мне стыдно за эти слова. Можно мне как-то с ним поговорить?
— Не смотри так, словно ты брошенный котёнок, — Лаимм рассмеялся. — Отдай Хвостика Льду и пошли, отведу в комнату.
Агел послушно посадил котёнка на голову волка, и те утопали в кухню, откуда донеслись звуки чавканья. Парни переглянулись и пожали плечами. Лаимм вприпрыжку умчался вперёд, а Агел следом. Поднявшись на второй этаж, довёл до комнаты. Пустой.
— Наверное, пошёл ополоснуться. Он только поднялся. Подожди его здесь, — Лаимм пропустил Агела и прикрыл за ним дверь и, оставив одного, утопал заниматься своими делами. Цветочки ещё не готовы!
Агел неуверенно переминался возле входа. Ему было неудобно находиться в комнате без хозяина. Но всё же дошёл до кровати и присел на край, удивляясь порядку в комнате, минимуму мебели и полному отсутствию каких-либо плакатов, вырезок, полок со статуэтками — типа машинки, кубки, игровые герои и всё в таком духе. Он всегда думал, что ребята в его возрасте всем этим увлекаются. А тут, судя по комнате, как будто взрослый мужчина живёт, который не любит лишнего хлама. Хэльмир его и не любил. Даже заработанные грамоты, медали и кубки были складированы в коробки и убраны — а ещё помыты и прибраны Лаиммом.
Когда дверь в комнату открылась, Агел подскочил на ноги, чтобы поприветствовать Хэльмира, но с большими глазами осел обратно. Хэльмир вернулся из душа. Полностью голый и усердно вытирающий голову полотенцем. Видимо, ему было плевать, что дома он не один и его могли увидеть. А сам Агел таращился на приличных размеров член.
— Внушительно, — кашлянул Агел, и Хэльмир резко замер, а после убрал полотенце.
— Агел?! — Хэльмир так резко ломанулся в его сторону, что запнулся о копыто и брякнулся перед ним. — Прости меня! Я так больше не буду! Обещаю! — и с паникой в глазах вцепился в его талию.
— Слушай, давай ты сначала оденешься, — Агел старательно пытался не смотреть вниз, но взгляд, зараза такая, упрямо опускался.
— Точно! — Хэльмир подскочил, да так, что член мелькнул прямо перед носом Агела…
