Глава 121
20 января 2021 г., 05:06
Издав милое «о!», Лаимм вытянул лицо и потыкал пальцем ноги Хвостику в нос, а тот как храпел, так и не шелохнулся. При этом котёнок натурально храпел, забавно присвистывая. Между чуть раздвинутых ног пузой кверху храпел Бегемотик. Ещё одно чудо природы. Храпеть он не храпел, но иногда дёргался так, что пугал Лаимма. И никуда без Льда. Волк вытянулся смешной сосиской, уткнувшись носом в бедро хозяина. Все уже соглашались, что Лёд нагло переметнулся на сторону Лаимма. Кристана это не обижало и только веселило — своего некогда боевого напарника он в шутку называл предателем. А Лаимм бы и рад спихнуть всю ораву тем, кому реально принадлежат, а то обложили со всех сторон, и как в парилке — уже пожалел, что одеялком прикрылся.
Утро прошло как и обычно: дал пендаля, чтобы все, кому надо, свалили на работу, кому не надо — тоже досталось по пендалю, чтобы помогли с завтраком. Пришлось Иллиану вне очереди дополнительный пендаль дать, а то ворчать начал. Потом погулял со всей оравой питомцев, а, вернувшись, помыл усатые морды и засел в комнату.
Что делать, пока никто не пристаёт и все накормлены, покакить-пописить свожены, выпнуты, куда надо, и разогнаны по комнатам? Правильно! Заняться любимым делом. Вот он и занялся. Попытался… Сначала воевал с Хвостиком, который упрямо пытался сожрать нитку. При этом стоило Лаимму его за этим застукать, кот не ретировался подальше, а в два раза быстрее стал нитку проглатывать. Пришлось проводить «операцию». Много успел проглотить…
А после Бегемотик развалился на ногах, отдавив их и вдоль, и поперёк. Следом пришёл Лёд. На кошачьих он смотрел с интересом, вертя головой. А потом забрался, залёг рядом и захрапел. И всё. Комната превратилась в сонное царство питомцев. И парилку для Лаимма.
Собирая ряд за рядом, цепляя петельку за петельку, Лаимм вязал смешные варежки. А смешные они потому, что сама нитка была не очень ярких цветов. А ещё он планировал вышить на них улыбающиеся мордочки! Но сначала связать варежки, а то только начал, а уже размечтался о деталях…
А ещё отвлекали! Лаимм уставился на свой сотовый, который был поставлен на вибрацию и теперь катался туда-сюда. Тихо сетуя на беспокойных всех, он осторожно переложил Бегемотика ближе к Хвостику, и тот начал мутузить его всеми лапами — не открывая глаз. А Бегемот его в ответ как цапнет за пятку на лапке. Лаимм надул щёки, прижав руки ко рту и силясь не расхохотаться в голос.
Выбравшись из-под одеяла, Лаимм запутался в простыне, с тихим писком брякнулся на пол и озадаченно выдал:
— Я упал! О… мокрый нос! — встав на четвереньки, он потыкал подлезшего ближе Льда в нос. — Пык! Пык-пык! — залившись задорным смехом, Лаимм был нагло задавлен Льдом, который поспешил отойти от взбесившихся котов, которые то ли дрались, то ли просто маялись дурью. — Телефончик же! Ща укатится! Кися потом по жопе за это надаёт! В прошлый раз больно было… — он обиженно надулся, спихнул Льда с себя и, таращась на вопящих и носящихся по кровати котов, всё-таки добрался до телефона.
— У тебя там запор? Или опять домашних веником гонял? — смеясь спросил Хестан.
— А! — завопил Лаимм. — Кися! — и давай хныкать.
— Ты чего в слёзы-то сразу? — опешил Хестан.
— Я соскучился! — Лаимм надул губы и округлил глаза, когда на экране показались две усатые морды.
— Народ, свалите, — Хестан, который звонил по видеосвязи, чтобы полюбоваться своим Пирожком, попытался скрыть камеру, но тут же был нагло свален под стол друзьями.
— Привет, Лаимм! — в голос завопили Тим и Волкан, скаля клыки в улыбке.
— Привет, Котька! Привет, Волчишка! — Лаимм помахал в ответ. — Вы куда мне Кисю дели?! Ребята?
Лаимм выпучил глаза сильнее, когда разъярённый Хестан, схватив друзей за шкирки, точно нашкодивших котят, выкинул из своей комнаты и с грохотом закрыл дверь. Устало и резко выдохнув, он вернулся за стол.
— Кхм, — откашлявшись, Хестан озадаченно уставился на Лаимма и его вытянутые трубочкой губы. — Чего с тобой?
— Чего у вас там происходит? — Лаимм несколько раз быстро моргнул и как заорёт: — я соскучился! — и опять два ручья слёз. — Хочу к тебе под бок! Дать ладошкой в лоб! Накормить с утра! Рубашку тебе погладить! Улечься сверху! — Резко прекратив истерику, Лаимм откашлялся и спокойным голосом поинтересовался: — ты когда домой?
Выбитый из колеи такой сменой настроения, Хестан даже не сразу нашёлся, что ответить. А Лаимм стоит, невинно глазками хлопает и носом шмыгает. Самое смешное началось, когда Хестан, подзависнув надолго, попытался открыть рот и сказать хоть что-то, Лаимм начал ему рожицы корчить, показывая язык и задирая нос, давя на него пальцем, делая «пятачок». Не выдержав, Хестан тихо рассмеялся, в очередной раз умиляясь своему Пирожочку. Всполошившись, Лаимм просиял, заулыбавшись ещё более довольно, а потом смущённо зарделся и потупился.
— Вот что мне с тобой таким делать? — усмехнулся Хестан.
— Как это чего?! — Лаимм от возмущения даже задохнулся. Под заинтересованным взглядом Хестана он начал перечислять: — любить — очень-очень сильно! И никогда не разлюбить! По попе не хлопать! Только если очень-очень заслужил! Целовать часто! Тискать много! На ручках носить! На кроватку укладывать! — тут его взгляд стал подозрительным. — Не обижать!
Хестан издал тихий стон, он-то надеялся, что Лаимм затронет тему секса и пошутит в своей манере, но решил обломать.
— Лошадок покупать! Пряжу дарить! Что сготовил, есть! Связанное носить! В ноську целовать! Посудку не марать! Одежку не мять! Вот сколько всего! — сделав серьёзное лицо, Лаимм кивнул.
Не найдя в себе сил ответить, Хестан залился громким весёлым смехом, чуть не грохнувшись со стула.
— Кися, ну ты тиво? — Лаимм обиженно засопел.
— Ой, не могу я с тобой… — сквозь хохот выдавил Хестан.
— Через «не могу»! — серьёзно заявил Лаимм, и Хестан долбанулся лбом о столешницу и сквозь смех начал хрюкать. — Порося мой…
А Хестан уже не мог остановиться. На Лаимма как ни посмотришь, уже улыбаться хочется — даже когда злится. А когда он вот такой, заботливо-мило-забавный, хочется сначала расхохотаться, потом сгрести в охапку, затем утянуть под одеяло и долго тискать, заставляя ржать и его. Ну вот как можно успокоиться, когда Пирожочек смотрит большими невинными глазищами, на пухлых щёчках играет румянец, а губки так обиженно вытянуты? Хестан, вроде успокоившись, уставился на Лаимма и снова принялся ухахатываться, да так, что в этот раз грохнулся вместе со стулом.
— Кися, ты меня пугаешь, — протянул Лаимм.
Нет, конечно, Лаимм был прекрасно осведомлён о своей живой мимике лица. Чаще всего он использовался ангельскую и невинную моську — это две разные мордашки!!! — чтобы добиться нужного эффекта, и реже — все остальные. Но Хестан дико угорал с его мордашек. Особенно когда Лаимм пыжился, стараясь выглядеть сердитым, а сам при этом хотел надуться или посмеяться. Для вида же надо казаться злым! Для воспитательных целей! Для них ремень есть…
— Кисичка, пожалуйста, поговори со мной! — позвал Лаимм, когда Хестан так и не смог подняться с пола, в очередной раз долбанувшись головой о стол. — Кисичка? Ты там совсем дурачком стал? Отупился… — Лаимм сделал большие глаза, чем вызвал очередной взрыв хохота Хестана.
А Хестан никак не мог остановиться. С одной стороны, было скучно и тоскливо без Лаимма, который тыкал пальчиком и подгонял, чтобы хоть что-то делал. Журил за бездельничество или мило ругался, когда тот разбрасывал «носки». Вспомнив про носки, Хестан не смог подняться с места— живот уже болел от нескончаемого потока смеха.
Дело было давненько, но всё-таки забыть такое нереально, даже если очень постараться. Момент смешливый, положительным, немного дурашливый, от того яркий и запоминающийся. Лаимм тогда на Маркуса всё спёр, типа он у него носки таскает и по углам ныкает. Маркус в шоке. Кристан в шоке. Лаимм недовольно сопит, а мимо пробегает Лёд с носком в зубах, тычет им в батарею, заныкивает за неё и бежит за следующим. Удивлены были все. Особенно Лаимм с его «тё происходит?!».
Льду досталось по хвосту. Больше носочки он не таскал, хотя периодами пытается. Чем они ему так нравятся, никто не понял. Но самое интересное, что когда Лаимм принялся выуживать их обратно, чтобы постирать и прибрать, Лёд выл так, точно у него отбирают что-то важное. Пришлось Лаимму оставить в заначке пару носочков — Лёд был доволен, до сих пор проверяет, на месте ли они (подбежит, заглянет, увидит, что никуда не делись, — и с довольной мордой заниматься своими делами). Лаимм пытался поменять их — там лежали сиреневый в горошек, синий в тонкую редкую зелёную полоску, ярко-жёлтый с вышитой собачкой — на другие, типа попроще, так Лёд опять заскулил. Не по нраву ему попроще! Лаимм его наругать пытался, не вышло. Лёд всё выслушал, утвердительно рыкнул и сидит, ждёт, чего новый хозяин делать будет. А Лаимм, ручишки его шаловливые, за носком потянулся и получил кусь от волка. Долго они спорили…
Хестан, когда мимо проходил, таращился на них несколько минут. Лаимм отчитывал волка за плохое поведение, тот ему в ответ чего-то рычал и гавкал, Лаимм ему опять, что так нельзя, — тот рычит. Стоило Лаимму только за носком потянуться — в сотый раз — как получал очередной кусь, и их ругань начиналась по новому кругу. Первому надоело Хестану — он тогда раз пять к ним подходил, а они всё на одном месте сидят и ни на кого не реагируют. А Хестану хотелось спать. А как ложиться, если Пирожочек занимается непонятно чем? В итоге всех разогнал, носки остались на месте, довольный Лёд с победным видом прошествовал на свою лежанку. Хестан ещё сам потом получил ладошкой в лоб, что не заступился за своего Пирожка.
— Кися! Ты там живой?! Не умирай! Ты мне ещё детей не сделал! — завопил Лаимм и уставился на показавшиеся рога, а следом и глаза Хестана. — Тиво?
— То есть, — кашлянул Хестан, — как только я тебе ляльку сделаю, мне можно помирать?
— Не, специально же я тебя убивать не буду, — невинно захлопал ресничками Лаимм.
— Я от тебя в полном восторге, — хохотнул Хестан, садясь нормально. — Кстати, я тут вспомнил, — он затих, когда на мониторе показалась любопытная морда Льда, — во, как раз о нём и вспоминал.
— Чего? — Лаимм округлил глаза.
— Лёд! — весело позвал Хестан, и волк, пихаясь с Лаиммом, залился радостным лаем и попытался сунуть морду в телефон.
— Тиво делаете?! — возопил Лаимм, спасая телефон от слюнявой пасти Льда. — Кися! Он телефончик сожрёт, как я на тебя смотреть буду?!
— Лёд! — крикнул Хестан, не обращая внимания на писк Лаимма. — Носочек!
Под возмущённый вопль Лаимма и дикий ржач Хестана, Лёд залился радостным лаем. Таки свалив Лаимма на пол, Лёд вцепился в его яркий голубой носок и, стянув, дал дёру.
— Зверюга! — взвыл Лаимм и, не обратив внимания на упавший телефон, ломанулся за воришкой. — Верни носок! Это мои любимые! А! Лёдик, верни носок! — зарычал Лаимм.
Хестан опять уткнулся лбом в стол, тихо всхлипывая и понимая, что у него истерика. Где-то на заднем плане слышались вопли Лаимма и радостный лай Льда — носок без боя он точно не отдаст. Но если учесть силу Лаимма, а также методы его убеждения — ладошкой в лоб, веником по жопе, не дать еды и вкусняшек — Лёд у него ещё будет извинения выскуливать.
Хестан с интересом созерцал потолок комнаты. Люстра всё ещё старая. Когда поменяют? Лаиммка как-то сам о ней забыл. А теперь и подавно не до неё. На экране показалась морда кота — с такого ракурса было сложно понять, которого именно.
— Кыш, морда наглая, — зашикал на него Хестан, а тот в ответ улёгся сверху, пряча телефон под собой. — Э, тварь пушистая, ты чего делаешь? Что за диверсия? Лаимм!
А Лаимму было не до Хестана — сам виноват. Сила силой, а скорости это не способствовало. Особенно когда Лёд, улепётывая, чуть ли не по потолку бегал. Да и разворачивался он резвее. Лаимм с ходу в стенку впечатался. Сделал обиженную моську и утопал обратно в комнату, где с порога заорал:
— Кися! Из-за тебя Лёд спёр мой любимый носочек! Приедешь, я тебя зашибу! Кися?! — грозным взглядом Лаимм обвёл комнату, точно тот где-то прятался.
Его взгляд замер на сидящем на полу Хвостике, который с невозмутимым видом пошевелился и, сделав морду-кирпич, поджал передние лапки.
— Кися? Куда я телефон уронил-то? — тихо бубня, Лаимм принялся ползать на четвереньках.
Пихнув кота, но не сдвинув с места, Лаимм пожал плечами и заполз под стол. Вылез обратно с озадаченным лицом. А Хестан, как бы ни орал, никак не мог пробиться сквозь тушку Хвостика. Не найдя другого выхода, Хестан отключился, выждал пару секунд, чтобы программа спокойно закрылась, и снова позвонил.
От сработавшей вибрации Хвостика с испугу подбросило на метр, а то и больше. С дикими воплями он промчался по дивану, собирая когтями покрывало. Снеся всё, что попалось на комоде, разбив рамку, с маху врезался в дверь, которая с грохотом открылась и так же закрылась, когда долбанулась о стену. От его дикого вопля заскулил и Лёд, а Бегемотик оторвался о миски, из которой доедал последние вкусные шарики.
Но это ещё ничего. Лаимм, напугавшись не меньше кота, — когда тот пулей подорвался с пола, — сам подскочил. Всё бы ничего, да вот только из-за своих способностей он мало того, что зашибся, но от удара накренило стол — и он, и шкаф за ним, и тем более всё, что было на нём, свалилось на пол. С шумом и треском. Потирая плечо, Лаимм оглядел погромский погром. Прислушался к вопящим и носящимся по дому питомцам и, хныча, поднял телефон.
— Кися! Ты блинский идиот!
— Чего случилось? — Хестан смотрел на хнычущего Пирожка с недоумением.
— Нафига ты кота напугал?! Я чуть со страху не апкакился!
— Эм, ну так душ и стиралку ещё никто не отменял! — рассмеялся Хестан.
— Серьёзно?! — возопил Лаимм, и Хестан притих. — А что ты на это скажешь?! — он перевернул сотовый, показывая погром. — Дохихикался, хихикалка.
— А чего случилось-то? — протянул Хестан, ничего не понимая, и тем более не понимая, как его смех на всё это повлиял.
— Ты напугал кота, он — меня! Ну и всё!
— Чего всё? Ваш испуг навёл бардак? — не понял Хестан. — Выгоняй его!
— Кого? — Лаимм озадаченно округлил глаза.
— Испуг! А то фиг ли он там бардак разводит! — с серьёзной миной заявил Хестан.
— Ну, Кися, — Лаимм сжал кулачок, — приедешь ты у меня!
— А куда денусь?
— Я тебе веник в жопу запихаю!
— На кой ляд мне сдался веник в заднице?
— Кися, — угрожающе тихо прошептал Лаимм, и тот заткнулся, — я ж тебя живьём закопаю…
— Можно не надо? — взмолился Хестан.
Лаимм только открыл рот, чтобы ответить, как в комнату ворвался Лёд с носками в зубах и с радостным рычанием кинулся к нему, сшибая с ног. Сотовый в очередной раз выпал из рук Лаимма, который, в попытках спрятаться от волка, долбанулся о ножку стола головой и болезненно зашипел.
— Пирожочек? — позвал Хестан, ничего не видя, так как телефон упал камерой вниз.
— Засранцы, — прорычал Лаимм, и Хестан вздрогнул, — поубивать вас всех мало!!!
