20
7 мая 2020 г., 00:45
***
— По-моему, ты реагируешь слишком резко. Попробуй посмотреть на эту ситуацию с другой стороны. — С другой стороны? Ты притащил в мой дом кота! — В твой дом? — положив помидор обратно в миску, переспросил Чимин и повернулся. — Я думал, что тоже живу здесь. Разве нет? — Да, живёшь, — вздохнул Чонгук, пытаясь подобрать правильные слова. — Опусти нож. — Я не думал, что маленький котёнок потеснит нас в большой квартире. Чонгук не знал, что сказать. Он не был так сильно против, чтобы разводить скандал, но и особого счастья не испытывал. Возможно, это случилось слишком неожиданно. Но тяжелее всего было видеть, как расстраивается Чимин. — У меня никогда не было животных, — объяснил Чонгук причину не самого большого желания принимать нового члена семьи. От этих мыслей всё внутри скрутило неприятным спазмом. Он налил в стакан воду из кувшина и сделал несколько маленьких глотков. Давно ли в его голове появились мысли о семье? И что бы подумал об этом Чимин? — Тогда спешу тебя поздравить, нас теперь трое, — Чимин сунул Чонгуку помытый огурец и отвернулся, продолжая нарезать помидоры. Сегодня они решили, что пообедают дома. — Безумно рад этому, — буркнул Чонгук и откусил половину огурца. Рядом с холодильником стояли две миски: одна с водой, другая с кормом для котят. Он видел специальную упаковку с кормом и даже успел прочитать несколько слов о нём. Само животное бегало из комнаты в комнату, иногда игралось с маленьким плюшевым медвежонком, которого Чимин купил специально для него. На секунду стало немного завидно. Но все мысли вмиг разлетелись и растворились в воздухе, когда Чимин снова заговорил. — Если ты не хочешь, то я могу попробовать поговорить с Сокджином. Может быть, кто-то готов забрать его, — он стоял к Чонгуку спиной, говорил очень быстро, видно, что пытался сдержаться и не показать ему, что говорит всё это через силу. — Чимин, — тяжело выдохнул Чонгук и подошёл к нему, обнимая со спины и прижимаясь носом к тёплой макушке. Сладкий цветочный аромат приятно щекотал нос. Он улыбнулся и оставил мягкий поцелуй на его волосах. — Я же сказал, что рад. — Мне так не кажется, — воспротивился Чимин и вытер с лица пот. — Медленнее, — попросил Чонгук, усмехнувшись, и продолжил наблюдать за ожесточённым рассечением ни в чём не повинных овощей. — Дай мне время, я привыкну. — Вы должны подружиться, — настоял Чимин и обернулся, чмокнув мужчину в губы. — Иначе мы переедем обратно. И ты нас больше не увидишь. — В сгоревший дом? — К Сокджину. Чонгук рассмеялся, но поверил его словам, потому что знал, что Джин никогда не откажет, особенно, если причиной просьбы будет именно он. Но для этого переезда нужно хорошенько постараться, вряд ли Чимин после двухмесячного расставания проявит желание снова расстаться. Чонгук его попросту не отпустит, а если попробует сбежать, привяжет к кровати и будет очень долго навёрстывать упущенное. — О чём ты там думаешь? — с подозрением спросил Чимин, почувствовав, будто объятия стали крепче. Чонгук ухмыльнулся и, наклонившись к его уху, нежно прошептал: — Узнаешь ночью. А пока он продолжил наслаждаться редким временем, которое они могли разделить только вдвоём. До тех пор, пока его телефон не загорелся, оповещая о входящем звонке от Тэхёна. — Что-то случилось? — Чонгук смазанно поцеловал парня в щёку и полушёпотом предупредил, что будет в комнате. Чимин посмотрел ему вслед, улыбнулся, дал добро, но к обеду попросил не опаздывать. — Я поговорил с одним человеком. Он работал в тюрьме в Глазго. Бранвен Макенна сгорел в тюремной камере тридцать пять лет назад. Было много пострадавших, но он единственный, кого не успели спасти. — Случайность? Чонгук услышал шуршание постельного белья и тихий шёпотом кого-то другого. Он сделал вывод, что Тэхён только что проснулся. — Да. Старая проводка. Но самое интересное в другом. — Говори. — Макенна сел за убийство. Автомобильная авария, — Чонгук слушал, но не кивал. Он будто разучился говорить, перестав подавать какие-либо признаки его присутствия в разговоре. — Знаешь, кто выступил обвинителем в суде? Молчание стало Тэхёну ответом. — Пак Сэджун. Чонгук понял. То, что казалось невероятным сейчас, казалось нормальным тогда. Он не должен был удивляться тому, что отец Чимина мог быть замешан в этом. Он должен был догадаться об этом раньше. — Первое крупное дело. Он тогда только начинал карьеру полицейского. — Сколько ему было? Двадцать семь? — Где-то так, — уверенность и сила – вот что вело бывшего капитана по жизни. Он был молодым, но ничуть не уязвлённым. Его коллеги всегда считали офицера примером для подражания, старшие хвалили, а молодые мечтали однажды стать такими же, как и он. — Вот и мотив. — Месть за отца? Но ответ пришёл совсем о другом. — Я поговорил с одной очень хорошей девушкой. Её мать работала когда-то с Сэджуном в полиции Глазго. Она готова помочь, если ты встретишься с ней лично. Документы старые, далеко не каждый согласится ими поделиться. — Ты не полетишь? Останешься дома? Чонгук вновь услышал шуршащие звуки на том конце линии и сразу же подумал о Юнги, которому тоже было любопытно узнать ответ. Чонгук не знал о глубинной связи между ними, но мог согласиться с тем, что Юнги Тэхёну подходил и искренне о мужчине заботился. — Если ты позволишь. Чимин составит тебе компанию. Поездка не должна занять много времени. Теперь мы знаем, что у Макенны был мотив. — Но зачем ему убивать Дэйзи и Чимина? — Это тебе и предстоит узнать. Чонгук задумчиво кивнул и выпятил нижнюю губу, размышляя. Ему казалось, что истинная причина крылась в чём-то совсем уж простом и им известном, что они были очень близки к разгадке. — Хорошо. Возьми билет на первое же число. Игривый смешок заставил Чонгука оторопеть. — Я немного занят сейчас. На его лице появилось удивлённое выражение. Тэхён раньше никогда не позволял себе подобного. — Мы должны встретиться через час. — Помню. Давай перенесём. Чонгук тут же пожалел о своих последних словах, но было уже поздно, а Тэхён совсем не был готов к тому, чтобы продолжать обсуждение насущных проблем вне постели и Юнги. — Встретимся вечером. На самом деле, Чонгуку тоже не претила перспектива обеда не с Чимином, а с кем-то другим. Они разберутся с поджигателем чуть позже.***
— Что говорит Чонгук? — убирая телефон Тэхёна на тумбочку, спросил Юнги и прижался щекой к голой груди мужчины. — Что не очень рад нашему второму свиданию, — с невесёлой усмешкой ответил Тэхён, изображая сильнейшее раздражение. Юнги улыбнулся и провёл ладонью по колючей щеке. Шёл второй день, как они вместе. В кровати, в душе, на кухне, на диване, на столе и даже под столом. Когда Юнги случайно разбил стакан, они вместе собирали осколки, а спустя всего несколько минут лежали в постели, нежась в объятиях. Если говорить коротко и без преувеличений, они наслаждались присутствием друг друга и не хотели терять ни минуты. — Кто-то обещал мне первое свидание в ресторане, — переворачиваясь на спину, припомнил ему Юнги. Его голова всё ещё лежала на груди Тэхёна. Он долго смотрел в потолок и довольно улыбался. Тэхён тяжело вздохнул и попытался встать, но Юнги его остановил. — Прости, не знаю, что на меня нашло. Мы можем попробовать ещё раз. — Нет, мне всё нравится. Если бы Юнги заставили выбирать, он бы вряд ли отдал предпочтение скучному молчаливому вечеру за дорогим шампанским и вкусным ужином. Тэхён не любил говорить за едой, а Юнги удивлялся тому, что всё чаще замечал за собой тягу сказать и спросить больше. — Тогда мы обязательно сходим поужинать сегодня вечером. — У тебя работа. — Я найду время, — Тэхён взял его ладони и притянул к себе, целуя в холодные губы. — Ты замёрз? — Немного, — кивнул Юнги, и медленно провёл подушечками пальцем от сильной мускулистой груди к острому подбородку. Ему нравилось в этом мужчине всё: от маленького шрама под лопаткой до тёмно-карих глаз, в которые хотелось смотреть вечно. Тогда, когда Юнги впервые его увидел, ему было страшно, а сейчас он не боялся признаться себе в том, что влюбился. — Нужно встретиться с Чонгуком чуть позже. Он улетает в Глазго на днях, нашлись зацепки. Возможно, мы близки к тому, чтобы найти поджигателя. — А ты почему не летишь с ним? — Кто-то должен быть здесь, чтобы помочь, если понадобится. — Так и скажи, что просто не хочешь оставлять меня одного! — Может быть, — с озорным лукавством ответил Тэхён и притянул мальчишку ближе, прижимаясь губами к его щеке. Юнги захохотал и попытался избавиться от обнимающих его сильных рук, но почти сразу же сдался и возмущённо захныкал. — Так нечестно! — безобидно разозлившись, выкрикнул Юнги и брезгливо вытер мокрую щёку тыльной стороной ладони. — Ты меня обслюнявил! От его улыбки давно треснувшее сердце разболелось ещё сильнее. Тэхён до сих пор не мог поверить, что Юнги принял его помощь, что однажды согласился прийти и больше не уходил. Он всюду искал подвох, а когда видел счастье в чужих глазах, забывал обо всём на свете и видел только одно – того самого наглого воришку, который стал причиной его болей. Но если болит, значит, не так мертво всё внутри, как думалось и хотелось. А просто рвётся наружу и просит внимания. Когда-то Тэхён думал, что больше не заслуживает этого. — Я хотел сводить Эмили в парк аттракционов, она сдаёт экзамен сегодня. Как думаешь, ей понравится? — Юнги задумчиво прикусил губу. — Определённо, — кивнул Тэхён и посмотрел на часы. За окном было светло. Дети ещё не разошлись по домам и играли на улице. Юнги потянулся и громко зевнул. — Я оставлю тебе несколько фунтов. — Не нужно, у меня есть деньги. — Даже боюсь спросить, где ты их достал. Юнги опёрся на локти и хмуро посмотрел на мужчину. — Думаешь, я их украл? От нескрываемого презрения в голосе Тэхён вздрогнул. Он сам не понял, зачем сказал это, но точно был уверен в том, что ни в чём таком Юнги не подозревал. — Нет, просто вырвалось. — Наверное, я навсегда останусь для тебя вором, да? — на удивление Юнги не был расстроен, он даже улыбался и о чём-то думал, а потом охотно делился мыслями. Тэхён обожал его слушать, и было в их отношениях что-то странное и необычное, но это отнюдь не отталкивало. Юнги любил закатывать импровизированные истерики, а потом долго вымаливать прощение поцелуями, любил называть себя мерзкими словами, а потом наслаждаться банальными комплиментами, которые на ушко нашёптывал ему Тэхён. И никто им ни слова не сказал о том, что их отношения долго не продержаться. Потому что это ложь, а правда находила ответ в другом. Какими бы они ни были разными, любовь друг к другу у них одинаковая и невозможно сильная. — Нет, — прошептал Тэхён и закрыл глаза, улыбаясь. — Останешься навсегда, но… — Но? — Но не вором.***
Перед ужином Тэхён и Юнги забежали в участок. Стоило многое обсудить: скорую поездку Чонгука в Глазго, новые зацепки и возможные верные предположения. Намджун о чём-то переговаривался с Гаретом, перебирая бумаги на общем столе. Сегодня был один из тех редких дней, когда Сокджин остался дома. Возможно, это заслуга самого Намджуна, но вряд ли он смог бы остановить мужа и не дать ему выйти из собственного дома. Чимин, впервые за два месяца расслабившись, чувствовал себя гораздо лучше. На полу, вдоль стены, стояли горшки с цветами, а что-то напевающая себе под нос Нора бегала из комнаты в комнату с компактной садовой лейкой. В участке царило спокойствие, и не было того неприятного смятения, которое Тэхён чувствовал каждый раз на пороге полицейского участка. Многое изменилось, и почти каждый знал, чья в этом заслуга. — Всё не так плохо, как я думал. Чимин торжественно поднял руку. — Теперь ты заслуживаешь похвалы, Лаки. Цветы выглядят живыми и здоровыми. — Честное слово, я видела, как он разговаривал с ними сегодня утром, — изображая строгую серьёзность, прошептала Нора, а спустя секунду заливисто расхохоталась. Смит поморщился и ткнул её в бок. — Что? Я горжусь тобой, солнце! Чимин улыбнулся, а Чонгук, который до этого говорил с Гаретом и Намджуном, подошёл к ним и положил ладонь ему на талию. Он фыркнул и посмотрел на смущённого сержанта. И только бы дурак не догадался, что между этими двумя происходит. Однако Смит был не из тех, кто хвастался своей личной жизнью на работе. Нора, кажется, была не против такого расклада, но всё равно пыталась любыми способами над ним подшутить. — Я оставлю Сокджину ключи, чтобы он мог следить за цветами и кормить Штирлица. Хорошо? — спросил Чимин и опустил голову Чонгуку на плечо. — Конечно, не хотелось бы видеть кошачий труп у себя в квартире, — усмехнулся Чонгук и вспомнил, как перед их уходом зацепился за маленький пушистый комок в гостиной и подумал, что ненароком придавил бедное животное. Но, кажется, кот был живучее, чем он думал, поэтому, издав неприятный для ушей писк, подбежал к человеку и как ни в чём не бывало прилип к его ногам. — Даже не смей думать об этом, — пригрозил ему Чимин и прижался щекой к его груди. От мужчины пахло улицей и мятными леденцами. В комнате воцарилась долгая тишина. Намджун перебрался в свой кабинет и пригласил Тэхёна на небольшую беседу. Юнги остался за дверью и нашёл случайного собеседника в лице Мартинсона. Они что-то активно обсуждали, но Чимин даже не пытался прислушиваться. Сейчас ему ничего не хотелось слышать, только чувствовать, как грудь Чонгука поднимается и опускается в такт дыханию. Он был взволнован и о чём-то молча думал. — Переживаешь за поездку? — Чонгук не ответил, и Чимин продолжил: — Вы слишком много думаете, сержант, — он улыбнулся своим же словам и вспомнил тот неудачный день, когда специально забрался в чужую машину, чтобы поговорить. Они не обсуждали так много этот случай, как следовало бы, но Чимину нравилось думать об этом дне. Казалось, будто это было очень давно. — Может быть, мне остаться дома? — Нет… нет, ни за что, — голос у Чонгука оборвался, и он не договорил, вспомнив, как чувствует себя Чимин каждый раз, когда слышит слишком мало, чтобы понять. — Со мной тебе будет безопаснее. — Я ведь серьёзно. Мне кажется, что моё присутствие будет тебя отвлекать. — Ещё одно слово, и я подумаю, что ты специально не хочешь лететь со мной, — Чонгук притянул Чимина ближе, провёл рукой по волосам и поцеловал его в щёку. — Это так? — он улыбнулся собственным словам, и Чимин тяжело вздохнул. — Нет, только потом не возмущайся тому, что я занимаю слишком много времени в твоей жизни. — Когда я такое говорил? — искренне удивился Чонгук и отстранил от себя парня, чтобы посмотреть ему в глаза. — Даже не думай бежать от меня, я всё равно догоню. Поверь, этого мне даже мало. Чимин закрыл глаза и снова прижался к Чонгуку. Кажется, он на самом деле ожидал другого ответа, потому что сам думал иначе. — Я очень надоедливый и много чего требую. Рано или поздно ты сам выгонишь меня. Вот увидишь. — Даже думать не хочу. И было в его улыбке что-то загадочно грустное. Возможно, он представлял свои же слова слишком часто, чтобы не грустить. И почему-то боялся поделиться, как ему было страшно.***
Они прибыли в Глазго ровно через три дня. Чимин остался в номере, пообещал никуда не выходить и ждать до того момента, как Чонгук вернётся. Мужчина встретился с Дженифер этим же вечером. Она не была доброжелательна к нему, но информацией почему-то с лёгкостью поделилась. Старые архивные документы могли раскрыть много новых деталей. Именно из них Чонгук узнал, что девушку, который сбил Бранвен Макенна тридцать пять лет назад, звали Айлин Поллак, тысяча девятьсот шестьдесят третьего года рождения, родилась и жила в Глазго, есть муж и сын. Она умерла девять лет назад от кровоизлияния в мозг и не могла ответить на его вопросы. Но мог ответить муж. Чонгук встретился с ним следующим утром. В глазах Питера Поллак он увидел страх и непонимание. С его слов, Кайден Поллак, единственный сын, работает в США и с отцом почти не видится. О связи жены и Гвендолин Поллак рассказал не много, но признался, что они были лучшими подругами. В голове Чонгука образовалось множество вопросов: от примитивного «врёт ли он» до «была ли жертва случайной». Но сразу же после столкновения Макенна вызвал скорую, а в суде признал вину. Он получил срок за причинение тяжкого вреда здоровью и вождение в нетрезвом виде. В ту ночь Айлин Поллак потеряла ребёнка. Она познакомилась со своим будущим мужем спустя пять лет после аварии, и больше всего Чонгука удивило то, что Гвендолин стала свидетельницей на их свадьбе. После произошедшего они не возненавидели друг друга, забрав самое дорогое, наоборот – стали ближе. Могла ли Айлин Поллак любить подругу больше, чем ненавидеть её мужа? Может быть, могла. Каждый справляется с болью по-своему. Но невозможно всё забыть и жить дальше, притворяясь, будто ничего не произошло. Поэтому больше всего Чонгук хотел знать, какое утешение Айлин Поллак смогла найти в семье убийцы её неродившегося ребёнка.***
— Я всё ещё не понимаю, какое отношение их связь имеет ко мне. Чонгук ничего не стал скрывать, рассказал Чимину обо всём, что знал сам, и попытался разъяснить ему всё как можно лучше. Но что он мог сделать, если сам почти ничего не понимал? — Это началось после смерти твоего отца, — констатировал факт Чонгук. — Я ничего не делал. — Возможно, дело вовсе не в тебе. — Тогда в чём? — Чимин сел на кровать и свесил с неё ноги, хлопнув ладонями по одеялу. Перед ним стоял почти собранный чемодан. Через шесть часов они должны быть в аэропорту Глазго, чтобы вернуться в Лондон. За два дня отсутствия они услышали достаточно, чтобы на этом закончить поездку. — Это мы и пытаемся узнать. — Я быстрее умру, чем узнаю правду. Чонгук сел рядом и обхватил его лицо руками. — Даже не смей думать об этом, — прошептал он в тёплые губы, поцеловал их и коснулся пальцами покрасневшей щеки. — Опять волнуешься. — Что мне ещё делать, если я даже подумать не могу о завтрашнем дне без страха, что он просто может не наступить, понимаешь? Чонгук прекрасно понимал, и даже казалось, что думал об этом намного чаще. И ночи не было, чтобы он засыпал без страха не проснуться. Но больше всего он боялся, что Чимин останется один. — Мы найдём его, ясно? — цокнув языком, сказал Чонгук. — Ясно, — повторил за ним Чимин и нервно усмехнулся. Сейчас он мог вести себя так, как хотелось и как чувствовалось. Он не думал что-то скрывать от Чонгука, но и старался не мешать, предпочитая большую часто времени отмалчиваться и просто следить. Слушать и ждать, доверять и верить, что когда-нибудь всё закончится. Но не сегодня. — Почему мы возвращаемся так рано? Разве мы не должны были ехать в Линвуд завтра? — Должны были, — Чонгук засмеялся, когда вспомнил о Вивиане, о Питере Поллак и о Намджуне, с которым разговаривал сегодня утром. Но не было в его смехе ни капли веселья. — Планы поменялись. — Мы не едем к Гвендолин? — удивился Чимин, в то время как Чонгук выглядел слишком возбуждённым. Он схватил свой чемодан за ручку и пододвинул к себе. — Нет, — взяв лежащие на кровати вещи, он закинул их в сумку и с улыбкой посмотрел на Чимина. — Потому что Гвендолин сама приедет к нам.
