Сирота

POV ЗОЯ Лизавета... Ах, если бы я могла чем-нибудь помочь, хоть как-то заглушить её душевную боль! Единого взгляда на неё, в роскошном пышном платье, было достаточно, чтобы безошибочно подметить, как красива она была. И лишь немногим открывалась настоящая картина. Да, лицо её было прекрасно, но бледно от волнения. Глаза блестели, но блеск их казался лихорадочным. Выразительные губы были плотно сжаты – она пыталась овладеть собой, побороть пятиминутную слабость и уйти достойно леди. Страх в глазах, а не красота – вот, что меня поразило в ней сейчас. С гордой осанкой и чуть подрагивающими плечами она удалилась из зала, пропитанного ядом сплетен и недомолвок. А вот я не собиралась притворяться девушкой из высшего общества. Главное сейчас – успокоить подругу. Но рядом сидящий темноволосый юноша будто почувствовал что-то неладное, творившееся внутри меня, потому как крепко сжал мою руку, заставляя оставаться на месте. А пока звук перешёптываний в зале не дошёл до явного громкого обсуждения случившегося, мать Александра и Елизаветы попыталась всё решить мирным путём. – Дорогие господа, как видите, моя дочь всего лишь решила прислушаться к совету своего брата. Я уверена, что им светит великолепное будущее с таким юношей лучших качеств, как Михаил. Но, на данный момент, видимо, ещё слишком рано было планировать свадьбу, ведь девочке нет и двадцати двух! Ох уж эта молодежь! Торопится везде успеть. Огромным усилием воли эта женщина овладела собой и начала кривить губы в фальшивой улыбке, стараясь ублажить важных присутствующих на торжестве персон. После вышесказанной реплики она перевела взгляд на своего мужа, видимо, что-то желая услышать от него. Этот добрый человек, как мне показалось с первого взгляда, когда мы были с Александром на ужине у его родителей, не спеша подался вперёд и сделал небольшое, явно не нравящееся ему самому объявление. – Ну а сейчас, по личным предпочтениям моей дочери, которая изъяснилась в более грубой форме, чем стоило, мы будем рады видеть вас в нашем поместье на официально объявленном бал-маскараде. Как только его голос утих, а Александр отпустил мою руку, я, выждав, нужную паузу, сорвалась с места и помчалась догонять несостоявшуюся невесту. Ха-ха! Вот только одного я не учла: на меня бессовестно смотрели все собравшиеся, пока я пробегала по ковровой дорожке, за которой находился желанный выход. Так как речь шла обо мне, а что ещё хуже, обо мне на каблуках, то, пока почти бегом покидала зал, я успела сделать пару этюдов, которые не всем гимнасткам подвластны. Остановившись где-то на полпути, я совершенно верно подметила, что дальше бежать за подругой на таких каблуках будет невозможно (помимо того, что безумно смешно). Нагнувшись и, наконец, освободив себя от оков в виде тринадцатисантиметровых шпилек, я продолжила бег, кое-как поддерживая на ходу платье, которое даже на каблуках было слегка длинновато для моего невысокого роста. Пронырливые жёлтопрессщики! Только вас мне не хватало! Всю дорогу до выхода меня сопровождали не прекращаемые вспышки камер и присвистывания из зала. Ну, вот теперь можно вдохнуть запах свободы. Подбежав к первому прохожему, которому «посчастливилось» оказаться в нужное время в нужном месте, я принялась наскоро расспрашивать его о белокурой девушке в свадебном платье, тормоша его за рукав пиджака. – К-кажется, в ту сторону побежала, там, вроде, недалеко такси-стоянка располагается, – и что это он на меня так испуганно косится-то? Наскоро поблагодарив бедолагу, я рванула в нужном направлении. Асфальт был раскалён солнцем до такого состояния, что на моих босых ногах уже оставались чёрные отпечатки. – Лиза! Лиза… Фух, как хорошо, что я успела вовремя! – в этот момент по зову вытянутой руки девушки как раз подъезжала классическая чёрно-жёлтая машина такси. – А, Зоя, рада тебя видеть, но догонять меня было вовсе не обязательно. Я бы хотела, чтобы ты побывала на сказочном балу. Тебе понравится, обещаю, – её голос слегка охрип от только что пролитых слёз. – Так мы вместе и пойдём, всё будет так же, как и планировали. Как ты представляла себе! Ну, подумаешь, струсила. Ничего, ведь Михаил же согласился, а, значит, действительно был намерен на тебе жениться! Пройдёт некоторое время и… Да, может, звучало по-детски наивно, но я ведь говорила от чистого сердца. – Какой же ты ещё ребёнок…– вздохнула Елизавета. – Дамочки, время не резиновое. Ехать будем куда-нибудь? Нас нагло прервал выглядывающий таксист. А тем временем с разных сторон уже угрожающе надвигались люди с фотоаппаратами в руках. Что ни говори, а белоснежное платье способно привлечь внимание даже слепого. А когда ты невеста такой важной для прессы свадьбы – так и подавно. – Ах, да, конечно. Парадная улица, центральный район. Там дом такой, с фасадом, перед фонтанами, – особо не вдумываясь, промолвила Елизавета, казавшаяся какой-то усталой, даже отрешённой от мира сего. Я залезла вместе с ней на заднее сидение автомобиля. Объёмное свадебное платье едва помещалось на узком диванчике. – Что, суженый перед свадьбой бросил, что глаза на мокром месте? – пробурчал водитель, которому Елизавета сходу протянула крупную купюру (И откуда она только у неё взялась?). – Да уж лучше б он бросил… Дорога была недолгой и тихой, в плане того, что водитель не стал совать нос в чужие проблемы, как-то смекалисто улыбаясь и изредка поглядывая в зеркальце заднего вида, а заплаканная невеста не горела желанием завязывать со мной разговор. Район… Вот это район! Великолепный фонтан из чёрного мрамора, прекрасный парк, рядом с домом стоит орнаментное голубое здание. Боюсь представить, во сколько обошлась квартира в этом райончике! В полном молчании мы поднялись на нужный этаж. Я очень боялась, что Елизавета просто-напросто захлопнет входную дверь квартиры перед моим носом, ведь, откровенно говоря, меня никто сюда не приглашал. Но она лишь со стуком захлопнула дверь за мной, бросила ключи в неопределённом направлении и поплелась на… Ого! Да тут и второй этаж имеется! Вот это роскошь! – А… – Это подарок родителей на восемнадцатилетие. – Нехило… – Мне тоже приглянулось. Вот и поговорили. Я в который раз за этот день почувствовала себя лишней. И беспомощной. Даже подругу не в состоянии успокоить. Уже находясь в шикарной спальне тёмно-вишнёвых тонов, я всё ещё не знала, с чего бы начать непростой разговор. Кое-как содрав с себя пышный кринолин, огромную юбку, корсет, и оставшись почти в нижнем белье, Елизавета с отчаянием бухнулась на кровать. – Пожалуйста, не стоит так огорчатся, – почти шёпотом проговорила я. Но она либо намерено пропустила мою просьбу мимо ушей, либо действительно была слишком увлечена своей внутренней борьбой. В любом случае, всё так же продолжала смотреть в широкое окно на июльское безоблачное небо. – Хох, уже завтра на первых полосах газет появятся заголовки а-ля «Романовская дочурка сбежала из-под алтаря»! Ненавижу… – девушка отодвинулась от края кровати и, повернувшись к стенке, сжала руками и ногами большую длинную подушку. – Так стыдно, Господи, как же стыдно! – через какое-то время продолжила Лиза. – Я так подло с ним поступила… Надо… Надо срочно перед ним извиниться! – её односторонний разговор тем временем приобретал неожиданные повороты. Подушка мгновенно отлетела в сторону, девушка резко вскочила на ноги. – Ну куда, куда ты пойдёшь сейчас в таком виде? Ты же даже не знаешь, где он сейчас находится, – ну хоть одну здравую мысль в кои-то веки могу озвучить. Елизавета начала расхаживать по периметру комнаты. – Ну надо же что-то делать! Надо… Надо что-то делать…. Надо… Надо выпить! У-у-у-у… Нехорошее предчувствие, однако. Но куда уж мне остановить это стремительное несчастье. Девушка уже помчалась вниз по лестнице, только и поспевай за ней.

***

– А знаешь, я уже не уверена не только в правильности действий, но и сомневаюсь в их с-существовании. Я же вроде контролировала ситуацию. Не давала ей налакаться в хлам. Почему тогда сейчас она несёт такой пьяный бред? Пустая бутылка «Bacardi» была лишь ещё одним разочаровывающим фактором. Сама я была трезва как стёклышко, оттого ситуация пугала ещё больше. – Да? Ну, пусть будет по-твоему, – делая вид, что ничего не произошло, а её бред вовсе и не кажется странным, ответила я. – А ещё… – что-то в её взгляде и бездумной улыбке пугало меня. – Я хочу любви и ласки. Ты ведь тоже? Хочешь, п-поможем друг другу? Оп-па-па. Вот это поворот. У меня даже глаза на лоб полезли. Вот только этого сейчас не хватало. Хорошо, что за минут десять до этого я всё же смогла отобрать Лизин телефончик и после нескольких безрезультатных попыток дозвониться Михаилу, отправила сообщение с нашим месторасположением, на которое в ту же минуту получила ответ. – Т-та-а-а-к, подруга, давай не будем идти на поводу у плотских желаний, – сколько бы спокойно не звучал голос, а внутри я терялась в догадках, как же мне её ещё немного сдержать до приезда её «суженого». – Да ладно тебе. Ну же, скажи, вы уже переспали с Александром? Тебе же наверняка было безумно приятно. Мне рассказывали, что братец весьма неплох в постели, отрывается только так. К голове тут же прилила кровь, а щёки окрасились в ярко-пунцовый свет, который был различим даже в полуосвещённой гостиной. Одного взгляда на часы хватило, чтобы мысленно выругаться. Долго же подруга, ты веселилась с алкоголем. – НЕТ! Что ты! Мы не… Я даже и не думала о таком! – Что, за столько месяцев ни разу? О-ох, Алексашка теряет былую мощь. – Б-былую? – Он не рассказывал тебе о своих отрывах в старшей школе? Правда, не рассказывал? А в студенческие годы? А, впрочем, я сейчас говорю слишком много лишнего, за что буду себя корить, когда п-протрезвею. Пока не поздно, лучше заткнуться, – да, половина слов слилась в неразличимую кашу, но общий смысл, как ни странно, я уловила. И стало… даже обидно как-то. А с другой стороны противно. – На кой чёрт нам сдался мой братец? Есть я, есть ты – этого достаточно. У меня даже времени не было на то, чтобы продумать план побега, как на меня сверху навалилась эта пьяная тушка, придавив всем телом, лишая тем самым возможности двигаться. Дыхание как-то само собой сбилось, и из лёгких уже появлялись только рваные вдохи и выдохи. – Может, хватит уже строить из себя умницу-красавицу, для которой развратные мысли неприемлемы? Ты же когда-нибудь дотрагивалась до себя? Не расскажешь мне, где твои самые уязвимые места? – она слегка смяла мою грудь, от чего по телу пробежало стадо мурашек. Лиза опустила голову к моей шее и начала слегка покусывать её зубами. Эта процедура здорово разогревала тело. – Хва… тит… Голос дрожал, но руки уверено продолжали сопротивляться, отталкивая подругу за плечи. Надо всё это остановить, пока не поздно. – Что здесь происходит?