Фаталисты

      – Миссис Филипс, – спокойно произнёс Том.       – Заткнись! – крикнула ему женщина. – И убирайся! Сейчас же!       – Я не уйду без Эми, – возразил Томас.       – Что?! А на кой хуй она тебе сдалась? Ведь трахнул, так всё – свободен.       – Выбирайте слова, пожалуйста… – недовольно изогнул брови Том. Еще никогда маты не звучали для него так отвратительно. – Это ведь всё не просто… Я люблю Эми.       – Какая, к чёрту, любовь? Выметайся сейчас же, мне нужно поговорить с внучкой.       – Вы снова будете её бить?       – Чем больше ты говоришь, тем хуже ей.       – Томми, уходи уже... – тихо сказала Эми.       – Я заберу тебя отсюда, – прошептал он.       Миссис Филипс отвернулась, и Том стал одеваться. Встав, он еще раз посмотрел на девушку, она кивнула ему головой. Парень надел кепи и направился к двери.       – Если я еще раз увижу тебя рядом со своей внучкой, я отрежу твой поганый цыганский член и скормлю псам.       – Обязательно. – Томасу хотелось плюнуть в лицо этой злой женщине, но он боялся за свою маленькую, хрупкую любовь.       Он неплотно закрыл дверь квартиры и остался слушать, чтобы, в случае чего, остановить тираншу.       Но миссис Филипс будто бы не собиралась поднимать руку на девушку. Она громко вздохнула и присела на диван.       – Бабушка...       – Для чего, по-твоему, я уехала работать, Эми? – перебила её женщина.       – Чтобы у нас было на что жить?       – На что жить у нас и так всегда было… – она посмотрела на девушку. – Я собирала деньги, чтобы после школы выучить тебя, чтобы ты не повторила ни мою судьбу, ни судьбу своей никчемной матери... Думала, уедем в Лондон, и я отдам тебя в педагогический. Учителя говорили, что ты необычайно умна... Они ведь правы, ты умная, но не на всю голову!       Миссис Филипс встала и начала нервно ходить по комнате.       – А ты пошла в свою шлюху-мать! Хоть это и моя дочь, но что ж тут правду таить! Та тоже спуталась непонятно с кем, забеременела и вот... – она показала рукой на девочку. – А потом что? Воспитание ребенка... а потом? Потом на завод! А там она что-то подхватила и умерла, оставив тебя на мою голову! – она взяла Эми за волосы. – Не дай Бог... Не дай Бог, ты залетела от этого мерзкого цыгана, от этого грязного бандита. Значит, слушай... – она крепче сжала волосы девушки. – Слушай сюда. Я лично убью этого ребенка на корню, в утробе. Мне нужна нормальная старость. Ты меня услышала?!       – Услышала, – выдавила Эми, чувствуя себя послушной собакой, которая провинилась.       – Вот и хорошо,– миссис Филипс отпустила волосы внучки. – А теперь собирай вещи!       – Какие вещи?       – Все, что у тебя есть. Мы уезжаем.       – Что?! Но куда? Но у меня же школа! И.. И..       – Что?! И он? Так вот из-за него тебе и придётся бросить школу, и мы уедем. Ничего страшного. Доучишься. Собирай вещи и уж лучше не зли меня! – она замахнулась рукой. – И не думай, что ты выйдешь отсюда, я буду смотреть за тобой.       Томми не слышал ни крика, ни плача, ни мольбы о помощи и ушёл. Он думал о том, что завтра же придёт со своими ребятами и, если понадобится, силой заберет Эми у её несносной бабули.       – Блять, вот угораздило же её приехать.

***

      Весь вечер девушка собирала вещи, поглядывая в окно. Она ждала, что мимо будет проходить или сам Томас, или Артур, или Джон, или Эйда – хоть кто-то из семьи Шелби. Ей надо было сообщить, что её собираются увезти. Но не было никого. Эми надеялась, что ночью ей удастся сбежать, как в Рождество, но миссис Филипс уже просекла этот трюк и забрала два чемоданчика к себе в комнату, спрятав в свои сумки все простыни.       – Ничего, на матрасе поспишь, – ехидно сказала она.       Девушке хотелось плакать, но она решила, что сейчас не время проявлять слабость, нужно сидеть и ждать у окна. Вдруг Томми решил прийти за ней ночью?       Эми смотрела на звезды над Бирмингемом и, чтобы не уснуть, то вспоминала поэзию, читала её, а иногда неосознанно исправляла что-то: Чтобы спящих не встревожить, Не вспугнуть примолкших гнезд, Тихо по небу ступают Золотые ножки звезд. Каждый лист насторожился, Как зеленое ушко. Тень руки своей вершина Протянула далеко. Но вдали я слышу голос... И дрожит душа моя. Это зов моей… моего любимого...       Эми невольно прервала чтение, вглядываясь туда, где должен был быть дом Шелби, и закончила: «Или возглас соловья?»*       Небо уже начинало светлеть и разрисовывать этот мир пастельными красками, делать его светлее и нежнее. А Томас так и не пришёл. Эми прошептала: Пылающую голову рассвет Приподымает с ложа своего, И все земное шлет ему привет, Лучистое встречая божество...**       Солнце показалось ей спасителем, будто только его она и ждала всю ночь, и вот оно наконец-то явилось. На душе стало так легко и ясно, что девушка решила быстренько одеться и причесаться к приходу Томми. Ведь он придёт и наконец-то освободит её. Но когда Эми оделась, в комнату вошла бабушка, а не её любимый.       – Ты где эту одежду взяла? Или он всё-таки тебе платил за утехи?       – Ничего он не платил, я ведь не торговала собой! А это мне подарила миссис Стэтхэм.       – Наверное не знала, какую бесчестную девку держит на работе... Но довольно, ты всё равно никогда в жизни больше с ним не увидишься. Поезд в 7:45, выходим через 10 минут, – сказала женщина и вышла из комнаты.       – Ты ошибаешься! – крикнула в догонку Эми. – Мы увидимся! Увидимся! Обязательно увидимся, – говорила себе девушка, заламывая свои нежные руки.       Она подошла к окну:       – Ну где же ты, чертов Томас Шелби?!

***

      А меж тем Томми уже ввел в курс дела Полли и Артура. Старший брат сказал, что он обязательно созовет парней, только в часов восемь, когда они все проснутся, додумаются и так далее. Томас решил не медлить и уже отправил младшего Джона за компанией.       – Томми просит к восьми явится к его дому! По приказу Острых козырьков! – проговаривал Джон в комнатах, барах, и просто посреди улицы парням, которые были в составе банды.

***

      А Эми уже молила о смерти. Она надеялась, что по дороге её собьет машина или что-то свалится на голову, ведь дойти на вокзал и сесть в поезд казалось намного страшнее смерти.       – Эми, привет! – крикнула Матильда, которая выходила из дома в школу.       – Матильда! – отозвалась девушка. – Бабушка, это моя лучшая подруга, позволь с нею попрощаться.       – Ладно, давай... только недолго, а то опоздаем!       Эми поставила чемоданы и подбежала к своей однокласснице. Она крепко её обняла:       – Матильда, ты мой дружочек, прошу тебя, молю, умоляю… Беги, что есть ног к дому Шелби и скажи Томасу, что бабушка увозит меня прямо сейчас. Прошу, Матильда.       – Хорошо, солнышко… Хорошо, я уже бегу, – сказала подруга, сорвавшись с места.       Эми вытерла нос и вернулась к бабушке.       – Чё это она побежала, как угорелая?       – Она ведь говорила: «Нет, я не верю, не верю...»– и убежала, расплакавшись. Ты не слышала?       – Не слышала. Ну и хрен с ним. Пойдем.       Они продолжили путь.

***

      Матильда бежала со всех ног, но вскоре силы её покинули, и она остановила чью-то машину. Зная, что нечем заплатить, она решила попробовать метод запугивания:       – Мне нужно к дому Шелби, что на ***** стрит. Он из Острых козырьков, слыхал о таких? – усатый мужчина испуганно кивнул головой несколько раз. – Как можно скорее, ясно?       Водитель перепугался и нажал педаль газа. Через три минуты они уже были возле пункта назначения.       – Свободен! – рявкнула Матильда, захлопнув дверь.       На секунду она забыла, для чего здесь. Но, вспомнив, тотчас начала стучать в двери:       – Открывай!!! Ну же!       – Кто там?! – выкрикнула Эйда из-за двери, явно испугавшись грохота.       – Это я, Матильда! Одноклассница Эми! Открывай, это срочно!       Эйда открыла дверь, окинув нежданную гостью рассеянным взглядом.       – Матильда... Что случилось?       – Мне нужен Томми!       – Он всё утро занят чем-то... Не знаю...       – Это! Срочно! Скажи, что это касается Эми.       Эйда побежала в дом за братом, и через несколько секунд он уже явился.       – Матильда? Что с Эми? Что-то стряслось?       – Да! Миссис Филипс… Она куда-то увозит Эми. Они шли на вокзал. Должны быть там, но... Поспеши, Томми!       – Вот дерьмо! – сказал Томми и побежал к машине. Через десять секунд она завелась, а еще через десять ринулась с места.

***

      Эми уже была в вагоне. Мужчина и женщина, сидевшие напротив, были встревожены её видом и задавались вопросом, не нужен ли ей врач:       – Ваша внучка похожа на саму смерть, – говорили они.       Эми считала секунды в голове, думая, что вот-вот прибежит Том и заберет её отсюда навсегда. Подарит ей долгожданную свободу. Но его всё не было и не было.       – Эми! – послышалось вдалеке.       – Эми!! – чуть ближе.        Двери вагона закрылись.       Томас Шелби бежал рядом с поездом и кричал в каждое из окон. Эми выглянула в открытую форточку и увидела парня бежавшего на два вагона позади.       – Я здесь, Томми!       Поезд тронулся.       – Нет! Остановите эту хуйню! – крикнул Томми, и ударил руками по поезду.       – Нет! – закричала Эми. – Откройте, мне нужно сойти!       Она начала пробираться к дверце купе.       – Ах ты маленькая мерзавка! – крикнула миссис Филипс, оттолкнув внучку обратно к окну. – Никуда ты не уйдешь!       Эми выглянула в форточку – Том был уже ближе.       – Я не смогу открыть! – кричал он.       – Я тоже! – уже начинала плакать девушка.       – Поезд направляется в Лондон, у меня там есть знакомые. Я найду тебя, обязательно. Только не вздумай плакать, Эми!       – Я люблю тебя, Томми! У меня нет ничего кроме тебя, помни это!       – Я не могу забыть того, что есть моя жизнь! Я тоже люблю тебя! Мы ещё увидимся! – последние слова звучали глухо, хоть парень и кричал во всё горло.       Поезд набрал скорость, платформа закончилась. Эми уехала в новую жизнь.