a(wings)

/people couldn't notice your pain earlier then your corpse/

~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~

Чимин не пытался восстанавливать своё тело, и всегда выжимал из него все, пуская это на движение вперед, с каждым годом только лишь ускоряясь все более и более. Как он начал делать порезы на руках, он не заметил — сначала это были просто поцарапки отросшими ногтями, чтобы выдернуть себя из подступающей темноты в глазах, но весьма скоро они уже впивались до ссадин и кровоподтеков. Чимин не разглядывал их, но закрывал от чужих глаз. Впервые в руки нож он взял с месяц назад в танцевальном классе, когда уже во время разминки он понял, что не выдержит и прогона — вата в голове старательно намекала на грядущий обморок, и канцелярский нож, что так удачно оставили работники, вырезал не самую ровную линию, пока Пак зажмуренными глазами смотрел в потолок. Мысль о том, что он творит что-то совершенно ненормальное, ему никогда не приходила. Впрочем, этим утром вопрос запястьев начал волновать Пака, но не потому, что он все же заметил свою проблему, а потому, что их жгло — налицо было воспаление. Сев за ноутбук, Чимин начал гуглить. Где-то на пятом форуме он наткнулся на совет «сполосни спиртягой, все пройдет», как потом увидел внизу комментарии. «Я не могу, ранка же во рту, а я на диете! Знаешь, какой алкоголь калорийный?» «Впервые слышу. Ну так сплевывай, а не пей» «Они, эти проклятые калории, уже во рту всасываются...» «Черт побери, это десяток калорий, зато болеть не будет, гребаная ты анорексичка...» Пак выронил телефон из рук, и его хватила дрожь. Чимин вдруг понял, почему ему не худеется. Потому что он ест. Плевать уже стало на эти запястья — он, как и написали, обработал их антисептиком и забыл. Вот вопрос всасывания калорий во рту оказался ему совсем непонятным, да и пугал жутко, с учетом того, сколько он иной раз может съесть, пускай позже и ... Извлечь обратно. Стрелки тикали слишком быстро. Еще около получаса парень копался в сети, но расписание уже угрожало совершенно серьёзно, и он просто ткнул на следующую ссылку и заблокировал телефон, чтобы дочитать позднее, а сам замотал бинтами предплечья и оправил худи — надо было бежать. Вечером омега снова заглянул в браузер, и к своему удивлению обнаружил там статью о том, как определить у себя расстройство пищевого поведения, вместо той, что он, вроде как, намеревался открыть. Читать по фану - чисто человеческая прерогатива, и слава всем богам, что она есть. Чимин прочитал статью в полной тишине, не совсем от начала, но до конца, и мысли в его голове напевали реквием. Он встал на весы, хотя это делал десять минут назад, и увидел там «54,7» — и это было менее восьмидесяти процентов от его прежнего веса. Чимин прикрыл глаза и стал усердно вспоминать, когда его вес перестал пугать менеджеров, но не мог вспомнить того момента. — Сколько весит Юнги-хён? — вслух спросил сам себя Чимин, и сам же ответил, — около 58. И я его ниже. «Все нормально» — мысленно выдохнул Пак, садясь на кровать. Он просто скинул лишнее, и это, к счастью, не значит, что его вес мал, потому что он все еще не закончил — он все еще видел свои полные бедра, руки, да и бока тоже, и очень не хотел оставлять это в таком виде. «У них просто странные критерии, — заключил омега, падая на подушку, — какая может быть анорексия у меня... у меня, может, импульсивные переедания, я больше в это поверю, чем в анорексию — не такому обрюзгшему, как я, искать в себе её признаки». Парень выключил свет и закрыл глаза в каком-то отвратительном, леденящем успокоении. Ночь Пак не спал, и наутро чувствовал себя совершенно мертвым. С учетом камбэка через три дня, это было очень плохо, и он понимал, что его состояние начинает ему мешать. И совсем не важно, что на деле началось это сильно раньше. Надо ли было этот вопрос решать? Наверное. Надо. Чимин вздохнул тяжко. Он смотрел на свои свежеперебинтованные предплечья и уже видел, как нуны будут его четвертовать. Только он не знал одного — что его запястья будут заживать еще долго.