Родительские чувства или же...

Сидя в салоне, Россия, опершись на руку, с интересом рассматривал мелькающие здания и прохожих через окно автомобиля, изредка поглядывая на Рейха, что сидел с задумчивым лицом, записывая что-то в блокнот. Тяжело вздохнув, русский вновь перевёл взгляд на окно, пытаясь отогнать от себя плохие мысли, что лезли в его голову. Проехав половину пути, он неожиданно стал осознавать, что там ему придется находится в окружении городов и солдат Рейха, от чего весь его утренний энтузиазм стал медленно исчезать, оставляя после себя лёгкое волнение, что с каждой минутой становилось сильнее. — Что-то случилось?— не отрываясь от записей спросил Третий, заметив слегка подавленное настроение русского. — Нет, просто немного волнуюсь, — ответил Россия, продолжая смотреть в окно, — Там ведь будет много присутствующих? — Да, но тебе не стоит волноваться насчёт них, — наконец-то оторвавшись от блокнота, произнёс немец, смотря на мальчика, — Собрание будет проходить в зале, поэтому всё здание будет полностью в твоём распоряжении. — Всё равно как-то неловко.— произнёс Россия, водя ладонью по своему плечу. — Привыкай, солнце. В конце концов в будущем тебе всё равно придётся выступать на конференциях, но уже как стране, так что этот день ты можешь считать как свой первый опыт. Кстати, если захочешь, то я могу потом обучить тебя нескольким хитростям, которыми ты сможешь легко воспользоваться во время важных переговоров. Росс лишь грустно улыбнулся и вновь перевёл взгляд на окно. Вскоре он стал замечать очертания какого-то здания, но из-за плотного скопления многоэтажных домов, ему удалось лишь разглядеть крышу, что имела куполообразную форму с выступающим наконечником, который был устремлён вверх. — Почти приехали, — произнёс Рейх, беря мальчика за руку, — Хм, даже чуть раньше времени. Выйдя из салона автомобиля, Россия невольно прищурился и отвёл взгляд в сторону из-за яркого солнечного света. Когда глаза полностью привыкли, он наконец-то смог осмотреть огромное здание, в сторону которого уже направился Третий. Так как времени особо не было, поэтому ему удалось разглядеть здание лишь мельком, но даже так это произведение архитектуры смогло вызвать у русского восхищение. Красивый лицевой фасад напоминающий стиль Древнего Рима своими колонами, что украшали вход Рейхстага, и фронтоном, на котором красовался рисунок всё в том же стиле. Также от глаз мальчика не смогли ускользнуть фигуры, что находились на башнях здания. — Ты чего там?— спросил Рейх, видя, что мальчик отстал от него. Опомнившись, Россия перевёл свой взгляд на мужчину, после чего поспешил за ним, скрываясь за дверьми. — Ну, как, нравится здесь? — Да.— ответил русский, продолжая идти за нацистом по большому коридору, изредка поглядывая на окна, за которыми уже подтягивались другие участники собрания. — Если останется время, я, может быть, покажу тебе всё тут. Хотя, ты можешь смело ходить тут, но только не заблудись, — немец слегка ухмыльнулся и потрепал мальчика по голове, от чего тот невольно улыбнулся — Мы пришли. Открыв дверь, Рейх жестом пригласил русского войти, после чего зашёл сам. Оказавшись внутри, Россия тут же стал осматривать новое для него место, в то время как мужчина медленно прошёл вперёд, подходя к столу, сделанному из тёмного дерева, на котором лежали небольшие стопки бумаг, про которые немец, кажется, стал слегка забывать. — Рейх, ты чего?— спросил Росс, видя, что немец слегка помрачнел. — Да так, просто забыл про кое-какие документы, которые давно хотел доработать. Видно, мне тут придётся ещё остаться и закончить работу, — взяв несколько листов, мужчина стал аккуратно их перебирать, кладя каждый в свою стопку. — Хочешь я помогу?— неуверенно спросил мальчик, подходя к нацисту. Бросив удивлённый взгляд сначала на мальчика, а потом на стопку документов, Рейх, слегка улыбнувшись, всё же согласился... —... Значит листы с подписью ты можешь класть вот сюда, а чистые сложи в отдельную стопку. Я их потом сам переберу и подпишу. Также рассортируй их по датам. Те, которым уже больше трёх лет ты можешь смело выбросить, они всё равно уже недействительны, — после недолго введения в курс дела немец наконец-то оторвал свой взгляд от бумаг и перевёл его на Россию, что всё это время внимательно слушал его, — Если надоест, можешь оставить. — Я уже вызвался помочь, поэтому доведу всё до конца,— произнёс русский приступая к работе, — К тому же мне не трудно. — Спасибо, солнышко.— Рейх слегка приобнял Россию за талию и поцеловал в щёку, — Хм, мне уже пора. Обещаю особо не задерживаться. Глубоко вздохнув, мужчина взял чёрную папку с документами и быстро направился к выходу, на последок подмигнув мальчику. Оставшись один, Россия тут же приступил к работе, стараясь сделать всё как можно тщательней... ... Положив последний лист в нужную стопку, Россия с нескрываемым облегчением опрокинулся на спинку кресла и слегка потянулся, чувствуя, как хрустит каждый позвонок. Взглянув на часы, Росс понял, что прошло два часа. Немного посидев в кресле, он решил всё же немного размяться и походить по кабинету, надеясь найти что-нибудь интересное. Поднявшись со своего места, мальчик стал медленно ходить по помещению параллельно осматривая его интерьер. Ему, конечно, хотелось выйти за дверь и полностью изучить это чудесное здание, в котором он сейчас находился, но некий страх не давал ему этого сделать. Подойдя к окну, его взору предстал довольно красивый пейзаж немецкого города, что хорошо виднелся со второго этажа. Услышав стук в дверь, Россия резко обернулся, чувствуя, как его сердце бешено забилось в груди. Несколько секунд и вот дверь уже медленно открывается, а в проёме появляется Кёнигсберг, что дружелюбно улыбнулся русскому. — Прости если напугал.— закрыв за собой дверь, мужчина сделал несколько шагов, после чего встал напротив русского. — Рад тебя видеть, Кёнигсберг.— подойдя к Бергу, Россия неуверенно приобнял его, на что тот с радостью ответил. — Рейх сказал, что ты тоже здесь, вот я и подумал, что тебе возможно скучно одному. — А ты разве не должен быть на совещании?— спросил Росс отстранившись от города. — Я? Нет. Обсуждаемые там темы не особо касаются меня, поэтому не вижу смысла там находится. — Понятно, — отведя взгляд в сторону ответил республика. — Не хочешь прогуляться? Я мог бы тебе всё тут показать, — спросил Кёнигсберг, беря Росса за руку. — Конечно! Я не против, — радостным голосом ответил Россия, смотря городу в глаза, от чего тот слегка вздрогнул, не ожидая такой бурной реакции. — Вот и отлично.

***

Гуляя по зданию, Росс с интересом слушал Кёнигсберга, который в свою очередь устроил ему настоящую экскурсию. Так как в этот день Рейхстаг был почти полупустой, то они не особо волновались насчёт того, что кто-то сможет испортить эту идиллию. Сам же мужчина старался быть более открытым, понимая, что в их первую встречу он показал себя не с самой лучшей стороны, да и сам Россия показался ему довольно начитанным не смотря на свой возраст и войну, на которой тому явно было не до обучения. — Знаешь, я бы никогда не подумал, что у меня будут настолько дружественные отношения с тем, кто намного младше меня,— произнёс Берг, смотря на удивлённую республику,— Но ты смог изменить моё мнение. Я очень ценю это. На эти слова мальчик лишь уткнулся носом в плечо мужчины и слегка прикрыл глаза, чувствуя нарастающую тишину, что нависла в воздухе из-за неловкого молчания. — Извини, просто... здесь у меня почти никого нет, с кем бы я мог вот так пообщаться. Совсем никого, — отстранившись от немца, Россия поспешил отвести смущённый взгляд. — Эй, ты чего?— тихим голосом спросил Кёнигсберг, — Я понимаю тебя. Можешь не бояться проявлять эмоции. — Значит, мы теперь друзья?— РСФСР неуверенно посмотрел на мужчину, вытирая рукавом подступившие слёзы. — Хм, почему-бы и нет?— проведя руками по плечам русского, Берг крепко обнял его, чувствуя, как тот слегка вздрагивал. Уткнувшись лицом в мягкие волосы мальчика, городу вдруг стало очень паршиво от одной лишь мысли о том, что русский ему верит, но он ни как не может оправдать его веру. Услышав, как кто-то приближается к ним, Кёнигсберг быстро отпустил Россию, делая вид будто бы ничего не было. Однако, поняв, что это были простые рабочие, он слегка успокоился. — Мне уже пора на работу. Проводить тебя до кабинета?— переведя взгляд на республику, спросил мужчина. — А?— опомнившись переспросил русский, — Нет, я пожалуй сам дойду. К тому-же, тут совсем недалеко, а тебе нужно спешить. — Уверен? Ладно, но если тебе что-нибудь понадобится, можешь обращаться ко мне, — с этими словами город слегка потрепал русского по голове, после чего направился в противоположную сторону. Когда фигура Кёнигсберга полностью исчезла из виду, Россия ещё некоторое время постоял в одиночестве, думая над тем, стоит ли ему идти обратно, или же можно погулять ещё. Он уже помог Рейху, а значит его совесть полностью чиста. Тяжело вздохнув, он всё же медленно пошагал уже в знакомую ему сторону, параллельно осматриваясь по сторонам, внимательно рассматривая внутренний интерьер здания. Увлёкшись своими мыслями, Россия совсем не заметил, как оказался в совершенно незнакомом ему месте. По виду оно напоминало небольшой хорошо освещённый зал с довольно красивой мебелью, что только придавала некий изыск этому месту. Повернув голову и посмотрев на двери, что были широко распахнуты, Росс смог прочитать имя того, кому принадлежал этот, судя по всему, "кабинет". —« Берлин»— в мыслях произнёс он, стараясь поскорее уйти отсюда. Однако его планы прервали два мужских голоса, что что-то обсуждали между собой на немецком. Россия рефлекторно нырнул под стол, что стоял возле дверей, мысленно каря себя за это. В последний момент он прополз в небольшое углубление под столом, которое было прикрыто с двух сторон деревянной стенкой. В помещение вошли двое мужчин, один из которых сразу же что-то весело спросил у второго, на что второй слегка цыкнул. —« Что-то про не закрытую дверь»— мысленно перевёл Росс, понимая, что этот вопрос был адресован хозяину этого кабинета. Немного посидев, Россия решил всё же слегка выглянуть из своего укрытия и оценить обстановку. Высунув голову насколько это позволяла обстановка, он мельком огляделся, однако заметив стоящую рядом фигуру, поспешил обратно спрятаться. Один из мужчин продолжал что-то рьяно объяснять, в то время как второй продолжал стоять возле стола, молча слушая своего собеседника. —«Они тут явно надолго. Интересно, Рейх уже закончил, а если и да, то отправится ли он меня искать? А если уже ищет?»— размышлял про себя РСФСР поудобнее облокотившись на стену. Тут его внимание привлёк разговор второго собеседника, который всё это стоял молча. В отличии от первого, этот говорил более медленно, а в его словах изредка проскакивала некая угроза, из-за чего сердце русского начинало биться быстрее. — «Русский город? Рейх хочет убить его, но немного другим способом? О чём он говорит?»— Россия чувствовал как по его спине пробежал неприятный холодок, а к горлу подступил болезненный ком, который не давал ему сделать глубокий вдох. — Смоленск. — с акцентом произнёс мужчина, но даже так Росс смог понять о ком идёт речь. Глаза мальчика широко распахнулись, а в сердце неприятно закололо. Ему хотелось закричать, заплакать, но он изо всех сил сдерживал себя, зажав ладонью свой рот чтобы ненароком не издать всхлип, который бы тут же привлёк внимание немцев. Россия не знал, сколько он так просидел, однако когда он вышел из своих мыслей, в помещении уже никого не было. Проронив несколько слезинок, он всё же решил выползти из своего укрытия, наплевав на то, что его могут поймать. Левая нога сильно болела из-за чего мальчик чуть не упал попытавшись подняться. Вновь собравшись, он крепко схватился за край стола, таща своё тело наверх, параллельно помогая здоровой ногой. Оказавшись в стоячем положении, он, немного прихрамывая, быстро направился в коридор, откуда сразу же направил свой путь к Рейху, желая всё разузнать у него самого. Он был полон решимости, хотя и не знал как начать разговор и к чему он приведёт. Остановившись возле знакомой двери, мальчик глубоко вдохнул, после чего медленно потянул дверь. Рейх стоял спиной к русскому и смотрел в окно, однако, услышав шаги за спиной, неторопливо повернулся. — Я уже начал подумывать о том, чтобы пойти искать тебя. Ты где пропал?— спокойным голосом спросил Третий, не сводя глаз с русского. Россия лишь отвёл взгляд в сторону, не зная как начать разговор. Его пальчики нервно теребили рукав, а сам он изредка вздрагивал, что, конечно, не смогло ускользнуть от зорких глаз немца, заставляя его слегка поволноваться насчёт состояния мальчика. — Россия, всё хорошо?— Рейх медленно подошёл к Россу и слегка приобнял его, всё так же не понимая, что успело произойти с его мальчиком. — Я-я... слышал, что ты поймал один город. Это правда? — Правда. Но почему тебя так это волнует? — Ты его убьёшь как и многих других? Зачем? Почему?!— чуть ли не переходя на крик говорил русский, устремив, мокрые от слёз, глаза на Рейха, дожидаясь от него ответа. — Не повышай на меня голос,— прошипел Третий отстранившись от России,— Во-первых, этот город знает то, что ему не следовало бы знать. И я не собираюсь оставлять его только из-за того, что ты так захотел. А во-вторых, почему тебя это так волнует, если ты больше не имеешь ничего общего с той жизнью? Или же ты хочешь оказаться на его месте? Ты согласился стать моим и жить вместе не смотря на то, что ты прекрасно знал о моих целях и о том, какими способами я их добиваюсь, — злобно прорычал нацист, крепко сжимая руку подростка. — Я... — Россия лишь сильнее вжался, чувствуя, как комок горечи неприятно душит его изнутри,— Я даже стал забывать об этом, потому что полюбил тебя. Смягчившись в лице, Рейх тяжело выдохнул, после чего вновь обнял Росса, уткнувшись носом в его макушку. — Прости меня, малыш. Я сильно погорячился, говоря тебе всё это. Я люблю тебя, и мне стало очень обидно из-за того, что ты говоришь о своём прошлом, не желая создавать будущее со мной,— приподняв личико за подбородок, нацист слегка коснулся губами щеки мальчика, — Давай поедем домой и там всё обсудим? РСФСР лишь кивнул на предложение мужчины. Сейчас его разрывали противоречивые чувства, которые были одинаково дороги для него, но выбрать можно было только одно. И сейчас Россия сделал свой окончательный выбор, какими бы горькими не были его последствия.