Смелой

25 мая 1863 г. Тулон, Франция Утром, позавтракав и собравшись, я и граф Буш сели в его экипаж и отправились в Тулон. Дорога предстояла не трудная, всего 8-10 ч., в зависимости от скорости лошадей и остановок. Поэтому, прежде чем выехать из Парижа, я попросила графа заехать еще в наш парижский дом, в котором, как думала, возможно, моя семья проживала. Но меня постигло первое разочарование, хоть я и готовилась к этому, когда дом оказался пустынным и явно свидетельствовал о том, что здесь долгое время никто не жил. Теперь наша дорога лежала прямиком в Тулон на виллу «Octavia». Всю дорогу мы ехали с графом, молча, лишь в конце пути я поблагодарила его за оказанную им помощь, на что он ответил: «я рад, очень рад, мисс Милл, что хоть как-то помогу вам и смогу усмирить вашу тягу к семье». О чем он? Не поняв его, я отвернулась, и весь оставшийся путь смотрела в окно. 26 мая 1863 г. Тулон, Франция Рано утром Добравшись до Тулона и увидев нашу виллу, еще раз хорошенько осмотрев ее снаружи, я сначала закричала, чтобы меня заметили, но видя, что никто не выходит, граф предложил поискать другой способ. И я вспомнила, что около ворот всегда лежал запасной ключ на случай чего-либо, скрытый в маленькой щелочке от посторонних и, сумев достать его, я отворила ворота. Вилла была безлюдна. Все вещи лежали на своих местах, на полках и окнах виднелась пыль. Скорее всего, мои родители здесь не были больше года и наша «Octavia» нуждалась в уборке. - Какие же следующие ваши действия, мисс Милл? – спросил меня граф, все время находившийся на улице. - Теперь остается только Англия, - ответила я. - А вы точно уверены в том, что они там? - Более чем! Наверняка они в Абингдоне. Да, да, они вернулись в Англию! Месье Буш, когда мы сможем выехать в Англию? - Разумеется, вы бы хотели как можно скорее, но я предлагаю заехать домой, взять необходимые вещи, а заодно перекусить в тулонском трактире. Ведь вы наверняка голодны? Я – очень! Согласившись с графом, мы поехали в трактир, так как я сама была безумно голодна. 28 мая 1863 г. Париж, Франция Мы вернулись в дом графа к вечеру. Мисс Эллиот нас уже поджидала, и я, быстро поздоровавшись с ней, убежала в свою комнату. Ночью К середине ночи я проснулась от криков внизу и, приоткрыв дверь, пыталась понять, что происходит. Граф и мисс Эллиот ругались, чудовищно крича друг на друга. Я решила не подслушивать, но спать было настолько невозможно, что волей-неволей, я прислушивалась к их крикам. - Джозеф, скажи, почему? Почему эта девка дороже тебе, чем я? Ты проводишь с ней все свое свободное время, даже не вспоминая меня. Ты сказал, что она – сирота, хорошо, я приняла ее. Но это переходит все границы! – неистово возмущалась мисс Эллиот и, выглядывая из-за двери, я видела ее бледное от злости лицо. Последовала речь графа, и я еще никогда не слышала, чтобы он так выражался! Его тон был настолько резок, что испугавшись, я забралась обратно в постель. - Я здесь больше не останусь! Если ты вдруг захочешь что-то поменять, ты знаешь, где меня искать! – воскликнула мисс Эллиот, и это было последнее, что я услышала. Наступила зловещая тишина. Дальше пару раз громко хлопнули дверью, а через несколько часов я погрузилась в сон. 29 мая 1863 г. Париж, Франция С наступлением чудесного солнечного утра я была уже на ногах, но не осмелилась выйти, пока не услышала явные признаки того, что граф спустился в гостиную или столовую. Надев свое простенькое с кружевными узорами бирюзовое платье, я спустилась по лестнице в гостиную. Граф сидел на диване и что-то читал, нервно теребя карандаш в руке. - Доброе утро, месье Буш, - пролепетала я. Но граф молчал. И когда я стала подниматься вновь к себе наверх, он неожиданно сказал: - Я всегда знал, что большинство женщин лицемерны и лживы, но эта… - Прошу извинить меня граф, но я считаю, что если вы ее любите, то должны бороться за свою любовь до конца. – Я сошла на пару ступенек, и посмотрела на графа, но он также сидел с опущенным вниз лицом и продолжал читать. - Не люблю, - отрезал он. Отложив в сторону карандаш и книгу, которую читал, он посмотрел на меня и, улыбнувшись, продолжил: - я даже рад, что все так случилось.