Зеркальный ужас

      — Уильям, ты настолько заинтересовался историей Миктлана? — сказала молодая женщина, набрасывая на юношу чёрное мешковатое пальто. Она с материнской заботой укрыла голову парня капюшоном, который был гораздо больше его головы и, медленно сползая на лоб, прикрывал практически всё его лицо. — Отсюда нам придётся идти около трёх часов. Тебя разве не будут искать?       — Мария, я очень Вам благодарен, что Вы согласились меня сводить в это место, что даже отменили занятия танцами... Те девочки не сильно расстроились из-за этого? — с небольшим чувством вины в голосе спросил Уильям.       — Ну что ты, — женщина улыбнулась. — Для них это всего лишь ещё один свободный день, так что не переживай. Но ты так и не ответил на мой вопрос.       — А Вы не переживайте об этом, — он слабо улыбнулся. — В Тлалоке все уже привыкли к моему отсутствию, да и наш правитель слишком занят, чтобы обращать внимание на отсутствие кого-то вроде меня, — юноша осторожно поправил мешковатое пальто, которое больше походило на накидку и жутко кололось изнутри. — Я думаю, если бы он хотел, то уже давно отправил меня под трибунал. Ну, или если бы он был в курсе, что я покидаю Тлалок. Вы же видите, что со мной до сих пор ничего не произошло? Значит, всё в порядке, всё под контролем.       — Ты очень храбрый для своего возраста, — она по-доброму улыбнулась ему, прежде чем накинуть на свою голову капюшон такого же пальто.       Эти двое действительно отправились в путь на несколько часов. Они неторопливым шагом пробирались по давно заросшим тропинкам, обламывая обледеневшие кустарники, что раскинули свои руки-ветви прямо на их пути. Двое новоиспечённых путешественников периодически останавливались, но лишь из-за того, что непривыкший к таким температурам Уильям начинал замерзать. К счастью, Мария смогла учесть это и взяла с собой несколько термобутылок с горячими напитками, которыми любезно поделилась с замёрзшим юношей.       В очередной раз они прервали свой путь, когда вышли из глухого леса на пыльную и не менее промёрзшую дорогу, по которой с шумом мчался целый кортеж военных автомобилей грязно-зелёного цвета. Они проезжали мимо странных путников в чёрном, продавливая массивными колёсами землю. Уильям этому даже обрадовался, мысленно убеждая самого себя, что никому из северных солдат нет никого дела до двух бродяг, шатающихся по лесу. Никому, кроме одного автомобиля с красным крестом на боку, который шёл в этом строю самым последним и остановился настолько внезапно, что чуть было не наехал на Уильяма, что спешил продолжить путь. Моргнув круглыми глазами-фарами, машина со свистом развернулась, преградив им дорогу.       Из окна выглянула девушка с золотистыми волосами, собранными в объёмную косу. Она осмотрела путников взором глубоких карих глаз, прежде чем вышла из автомобиля. Уильям сразу обратил внимание: плечо этой девушки обвивала повязка с точно таким же красным крестом, как и на двери машины. «Это медики, — рассуждал про себя юноша. — Они нам точно не причинят вреда».       — Вы ещё кто такие? — суровым тоном начала девушка с косой.       — Мы - паломники, — едва слышно ответила Мария.       — А на кой чёрт под машины бросаетесь? — скрестив руки на груди, продолжала она.       — Простите нас, — Мария склонила голову. — Мой друг едва слышит, поэтому и не заметил вас.       «Ну вот, — подумал Уильям, — теперь мне из-за своей невнимательности делать вид, что я плохо слышу».       — Что же ты не следишь за ним в таком случае?       — Робин, да хватит тебе, — звонко отозвалась вторая девушка, высунувшись из автомобиля по пояс. — А куда путь держите?       — К собору Святых Ивы и Евы, — вновь склонив голову, отвечала Мария.       — А дорогу покажете? Мы вас подвезём, — тем же звонким голосом продолжала вторая девушка.       — Нейт, ты с ума сошла? Мы и так отстали, — возмутилась девушка с косой.       — Да ладно тебе, здесь недалеко должно быть, — улыбчиво ответила Нейт. — Залезайте скорее.       — Боже, — растянув гласные, вздохнула Робин. — Ты вечно нас в какие-то приключения затягиваешь.       Двое, назвавшиеся паломниками, настороженно сели в автомобиль. Стоит сказать, что они вовсе не хотели в него забираться и предпочли бы продолжить путь пешим ходом, но эта звонкоголосая девушка была слишком настойчивой. Их усадили на задние сиденья машины, где уже находилась недовольная сложившейся ситуацией Эвелин. Она, насупившись, осмотрела незваных гостей и то и дело пыталась заглянуть под капюшон Уильяма, чтобы разглядеть лицо, но парень ловко отворачивался, не давая ей возможности узнать его. Кажется, это её только больше разозлило, и она, уставившись в окно, молча просидела всю дорогу.       Мария хорошо знала, где находился этот собор, и отлично объясняла путь Робин.       — Здесь надо повернуть направо, а теперь надо ехать прямо. Пара сотен метров, и мы будем на месте. Только нам придётся пройтись пешком, — говорила девушка. — Но там совсем немного.       Среди засохших сорняков и кустарников, за ветвями деревьев, сбросивших листву, показались стены давно забытого всеми собора. Он неловко рассказывал, что когда-то был белоснежным прекрасным зданием с высокими башнями, заканчивающимися острой треугольной крышей, расписными витражами и угловатыми арками. Сейчас же белоснежная краска облезла, изредка оставшись небольшими вкраплениями на грязно-красном камне, витражи выцвели и разбились, осколками заполонив покрытый пятисантиметровой пылью пол, высокие башни обвалились и рухнули вместе с проржавевшими крышами-пиками. Среди почерневшего мха, покрывающего внутренние стены собора, проглядывались золотистые стены, а лавки, на которых когда-то очень давно сидели прихожане-миктланцы, сгнили, оставив после себя лишь груду мусора. Перед лавками, в центре стояли две женские глиняные фигуры в натуральный человеческий рост. Две похожие друг на друга девушки со сложенными в замок руками и склонившие головы. Две красивые девушки с собранными в высокие причёски волосами и облачённые в длинные платья в пол.       Уильям был первым, кто решился подойти к фигурам ближе. Второй подошла Нейт. Они оба с изумлением смотрели на произведение искусства, желая как можно больше узнать историю этих двоих.       — Какое убогое зрелище, — проворчала Эвелин. — Мы отстали от своих ради вот этого? — она указала рукой на всё помещение. — Если Вам так хотелось увидеть свалку, то она была по пути.       — Вы правы, собор выглядит удручающе, — с волнением в голосе заговорила Мария. — Но главное не то, как выглядит место, а какую энергетику оно в себе несёт, — женщина повернулась к глиняным фигурам. — Ива и Ева — две сильные женщины, что отдали жизни за миктланский народ. Они сражались за нас ещё до Эона Плацки. И этот собор был построен в знак уважения к ним. Но из-за войны он очень пострадал... И многие даже позабыли, что в нашей истории существуют эти девушки.       — А собор-то этим двоим для чего? — ворчливо продолжала Эвелин. — Мы же не строим соборы для каждого погибшего в войне миктланца.       — Люди приходили сюда молиться, — подойдя ближе к статуям, ответила Мария. — Говорят, что если прикоснуться к их рукам и задать вопрос, то они смогут дать ответ.       — Правда? — с изумлением спросила Нейт.       — Правда, — кивнула женщина.       — И как же они ответят? Они же из глины! — с недоумением покачала головой Робин.       — Они подадут знак, — с уверенностью заявила Мария.       Первой до фигур дотронулась Нейт. Она уверенно положила свою руку на руку Евы и едва слышно произнесла: «Скажи, мы вернёмся домой невредимыми?». В это же время до статуи Ивы дотронулся Уильям, а вслед за ним и Эвелин. И парень, и девушка шёпотом задали абсолютно одинаковые вопросы: «Скажи, на правильном ли я пути?». Все трое замерли в ожидании ответа. Но ничего не произошло.       — Вот видите, всё это глупость, — разочаровано произнесла Робин. Она хоть и не задавала никаких вопросов, но в глубине души надеялась, что Нейт сможет получить ответ на то, что тревожит её. Но, увы, миф остался всего лишь мифом.       — Только время зря потратили, — угрюмо пробубнила Эвелин.       — Да ладно, хотя бы интересно было, — широко улыбнулась Нейт. — Спасибо, — она обратилась к Марии, — но обратно вам придётся своим шагом.       — И вам спасибо, — Мария вновь поклонилась, — мы рады, что вы посетили это священное место вместе с нами.       — Они ответили: «нет», — печальным тоном заговорил Уильям. — Разве вы не поняли? Они ответили нам «нет».       — Они нам ничего не ответили, — насупив нос, фыркнула Эвелин. — Это просто две глиняные статуи. Они бы в любом случае нам не ответили.       — Ответили бы, — с уверенностью продолжал Уильям.       — Тогда спросите что-нибудь очевидное, чтобы удостовериться, — пожав плечами, предложила Робин.       — Точно! — звонко воскликнула Нейт. — Есть ли у меня прекрасная сестра?       И вновь тишина. Ни ответов, ни знаков.       — Пойдёмте уже, — взмолилась Эвелин. — Наши уже на полпути к Западному району, а мы всё тут торчим.       — А так хотелось верить, — вздохнув, произнесла Нейт.       Крупными хлопьями падал снег. Одна из снежинок проскочила сквозь дыру в потолке и приземлилась прямиком на нос Нейт. Она моментально растаяла, и на девушку тут же упала вторая. Затем третья, четвёртая. Ветер постепенно принялся усиливаться, взвывая и мчась сквозь руины собора, поднимая вверх пыль и укрывая пол снегом.       — Метель начинается? — Робин с удивлением уставилась наверх.       — Пора уходить, — обеспокоенно протараторила Нейт. — Извините! — крикнула она, пытаясь перебить гул ветра. — Но мы не сможем отвезти вас обратно!       — Не беспокойтесь об этом! — воскликнула в ответ Мария. — С нами будет всё в порядке!       — Это ответ, да? — едва слышно пробормотал Уильям. — Они ведь ответили на её вопрос. У неё ведь есть сестра, — тоскливо вздохнул он. — Значит, я что-то делаю неправильно?       — Не относись к этому серьёзно, Уильям, — пытаясь успокоить юношу, Мария положила ладонь ему на плечо.       — Вы же расскажете мне подробнее об Иве и Еве?       — Если ты этого хочешь.       К ночи, когда метель обрушилась на Северный район и укрыла снегом всё вокруг настолько, что люди не успевали очищать даже тропинки возле домов, Джек вернулся с дежурства на посту. Уставший, сонный, с огромным сугробом на шапке, парень прошёл в свою комнату, отряхивая себя от снежных комьев на одежде. Сейчас ему казалось, что он выжат как лимон, что никогда в жизни не уставал так, как устал сегодня. Дежурство, собрание командиров, затем эта метель и ещё одно внеплановое собрание, которые утомляли его сильнее, чем любая военная разведка. Бесконечная болтовня, что надо разобраться с врагом любой ценой, не давать пощады ни одному тлалоканцу и всё в духе этих унылых «мотивационных» речей. Как же это всё осточертело.       Джек стянул с себя пальто из свалявшейся шерсти и повесил его в шкаф. Хоть оно и намокло от снега, но, чёрт возьми, пусть сохнет в шкафу. Вслед за мокрым пальто парень снял сапоги и отправил их к обогревателю. Обувь намокла не меньше и была вообще не предназначена для носки в такую погоду. (Да никто и не ожидал, что сегодня будет метель, даже предусмотрительный Джек!). Парень хотел уже упасть на кровать и хорошенько выспаться, как его внимание привлёк аккуратно сложенный листок бумаги, лежащий на рабочем столе. Джек неторопливо развернул его. Каллиграфическим почерком красовалась фраза: «Подчинённый, считающий себя умнее командира, непременно принесёт беду». А ниже, всё тем же красивым почерком: «77.87497, 17.41178, 06:58».