Зеркальный ужас

      Очередное унылое утро в не менее унылом миктланском лагере. В последнее время у Бернарда пропал всякий энтузиазм — причинять кому-то вред хотелось всё меньше. Ему больше не доставляло это никакого удовольствия. Словно кто-то залез в голову мужчине и перевернул всё его восприятие с ног на голову.       Сейчас Бернард не до конца понимал, для чего спас пленницу, зачем вообще подсказал, как безопасно добраться до Тлалока. Почему не застрелил неуклюжего парня по приказу Плацки, да и в принципе, для чего заступился за него? И вот эта девочка, мирно спящая в кресле… Зачем всё это?       «Разве ты не веселиться сюда пришёл, Бернард?» — мысленно корил он самого себя. Конечно. Он хотел веселиться. Но чужие страдания уже не вызывали такого восторга, как раньше.       Винц с трудом поднялся с кровати. Лениво открыл шкаф и вытянул оттуда первую попавшуюся одежду. Шаткой походкой добрался до ванной комнаты. Уставился на собственное отражение в зеркале.       — Меня от тебя тошнит, — угрюмо произнёс он, потянувшись за пачкой сигарет. — Последняя, — мужчина раздражённо сделал громкий вдох носом. Сначала он попытался поджечь сигарету при помощи зажигалки, но та лишь издавала предсмертные искры, а затем и вовсе перестала подавать хоть какие-то признаки жизни, за что и отправилась в мусорное ведро.       Бернард поморщился и стал ощупывать верх навесного шкафчика. Однако то, что он искал, никак не находилось, и, промучившись больше минуты, мужчина едва не взвыл от раздражения.       «Просто… какого чёрта?» — ворчал про себя он. Серьёзно. Не тащить же сюда стул, чтоб внимательно осмотреть всю поверхность этого проклятого шкафчика. Не хватало ещё так позориться перед мелкой тлалоканкой.       Пару минут таких обозлённых поисков — и в его руках наконец-то появился коробок спичек.       — Какого чёрта я вообще его сюда забросил? — задавался вопросом адъютант, а в ответ в голове возник образ всё той же «мелкой тлалоканки». — Как же меня всё это заебало, — едва слышно проворчал он. Конечно! Не хватало, чтобы нецензурную брань услышал ребёнок. И кстати… а почему его это так беспокоит? — Просто заткнись, — очередные разговоры с самим собой.       Можно было продолжать ссориться с собственной головой, но курить хотелось куда сильнее, поэтому он привалился к стене и затянулся, наполняя свои лёгкие горьким дымом. Спичечный коробок улетел туда же, куда и зажигалка.       — Надо избавиться от этого безобразия, — мужчина, уставившись в отражение, накрутил на палец прядь белоснежных волос. С момента предыдущей стрижки прошло уже достаточно времени, и белые завитушки постепенно превращались в форменный кавардак на его голове. Не то чтобы они не нравились Бернарду — их крайне не любил Винсент, из-за чего избавиться от них было крайней необходимостью, иначе командир закатит очередную истерику. А Бернарду очень не хотелось наблюдать её. В любой другой ситуации Винц оставил бы в покое свою причёску.       Мужчина запер дверь в ванную комнату. Не вынимая сигареты изо рта, он принялся сбривать волосы при помощи машинки. Это устройство издавало неприятное жужжание и было готово поднять на уши всех вокруг, но приходилось терпеть. Чего только не сделаешь ради идеальной лысины на макушке! К слову, орудовал Бернард с завидным профессионализмом, будто он был не секретарём психопата, а парикмахером номер один во всём Миктлане. Едва отросшая шевелюра комками падала на пол и образовывала возле ног Бернарда идеальный круг. Это насколько старательно нужно было стричься, чтоб получилось нечто подобное? Да и сделал он это настолько быстро, что сигарета в его рту ещё не успела окончательно истлеть. Машинка отслужила своё и была отправлена на заслуженный покой в ящик тумбочки.       Можно было подумать, что на этом утренние процедуры закончились, но это оказалось только началом. Бернард, не меняя угрюмого выражения лица, стащил с себя бельё и отправил его в корзину (сегодня его настроение было ещё более дурное, чем обычно, отчего он швырял абсолютно всё, что попадалось ему под руку), а затем забрался в душевую и включил горячую воду. Обжигающие капли разбились о постриженную голову, затем потекли по лицу и затушили остатки сигареты, которую адъютант всё ещё держал во рту.       — Сегодня явно дерьмовый день, — произнёс он, когда нечто, что пару секунд назад было сигаретой, вывалилось из его рта и мокрым комком упало на пол душевой.       Девочка проснулась позже обычного. Она всегда вставала ещё до подъёма Бернарда, но сегодня её буквально сковало сном. Когда она открыла глаза, «дядя с недовольным лицом» уже принимал водные процедуры. А чем ей было заняться? Оставалось сидеть на одном месте и ожидать. Просто ожидать чего-то. Скукота. В комнате солдата не было ничего, чем можно было занять ребёнка — ни игрушек, ни сладостей. Даже гулять по коридорам он не разрешал. С последним девочка и не спорила. Она хорошо усвоила урок: выйдешь за пределы комнаты — окажешься в тоц холодной и тёмной клетке, забитой пугающими больными людьми. Лучше уж здесь.       Линн удобнее уселась в кресле, свесив ноги. Она оглядывала комнату в поисках занятия для себя. Но ничего интересного из вещей здесь не было. Разве что… куртка Бернарда, небрежно валяющаяся на кровати?       Линн спрыгнула с кресла и подошла поближе. Сначала она просто осматривала одежду, а спустя мгновение уже с интересом ощупывала её, пытаясь понять, стоит ли примерить. И решила — стоит! Девочка ловко накинула на себя униформу и принялась вышагивать по помещению. Комната не отличалась выдающимися размерами, поэтому дефиле не могло продолжаться долго. Но это не смущало Линн: она ходила туда и обратно, а когда доходила до очередной стены, то позировала, словно её фотографируют. Девочка упиралась рукой в бок, хоть это и было слегка неудобно из-за длинных рукавов, за которыми было невозможно разглядеть маленькие ручки Линн. Она ходила кругами и веселилась, даже смеялась, правда, тихо, потому помнила указания Бернарда: «никто не должен узнать о твоём существовании».       Линн старалась менять образ: то закатывала рукава, то завязывала края куртки узлом. В какой-то момент девочка задрала воротник униформы и уже хотела позировать в таком образе, как от одежды оторвался маленький чёрный кубик. Он упал прямо перед ногами Линн, и девочка застыла.       «Дядя Бернард точно накажет меня за это».       Она хотела быстро снять куртку и положить её обратно, сделав вид, что не трогала её, а оторванный квадратик подложить под воротник (будто всё само оторвалось!), но не успела. Суровый мужчина вышел из ванной в самый неподходящий момент. Естественно, первое, что он заметил — это надетая на Линн куртка.       — Тебе кто-то позволил брать мои вещи? — угрюмо поинтересовался он. Судя по всему, его настроение ещё сильнее ухудшилось.       Девочка молча покачала головой в ответ.       — Так какого чёрта ты их трогаешь? — тяжёлыми шагами он направился к виновной.       — Простите, — она громко шмыгнула носом, готовясь зареветь. И это, похоже, успокоило Бернарда: он сразу притормозил.       — Просто положи всё назад, — гораздо спокойнее вздохнул он.       — Я случайно оторвала, — она протянула ладошку с маленьким чёрным кубиком. — Я правда случайно.       — Откуда это выпало? — он с удивлением уставился на незнакомый предмет.       — Отсюда, — всё ещё хлюпая носом, она указала пальцем на воротник.       «Это что, жучок? — поморщившись, размышлял Бернард. — Значит, этот ублюдок из Северного района нацепил на меня прослушку?».       — Ничего страшного, — двумя пальцами он раздавил найденное устройство. — Это ерунда.       Девочка с удивлением посмотрела на мужчину. Раньше он не был таким добрым. Её не покидало ощущение, что она сделала что-то хорошее, а этот кубик имел особое значение.       — Дядя… — она захотела поинтересоваться у него о найденном предмете, но Бернард её резко перебил.       — Днём вернусь, принесу обед, — в привычном суровом тоне проговорил он. — А ты приберись в ванной, раз от безделья страдаешь, — мужчина натянул на себя куртку, запрятав сломанный кубик в карман. — Вернусь — проверю. Чтобы все волосы оказались в мусорном ведре. А то кто вас, тлалоканцев, знает? Вдруг ты меня клонировать решишь? — он едва слышно рассмеялся. Бернард редко шутил, да и его шутки никогда не были смешными, поэтому Линн совсем его не поняла.       «Дядю можно клонировать? — задумалась она. — А зачем?» — девочка хотела задать этот вопрос, но Бернард уже успел хлопнуть дверью.       Святослав знал о патрулировании ещё с прошлого вечера. Он морально подготовился идти в Тлалок с Бернардом, но это не особо помогло. Мужчина пребывал в мрачном настроении, что не могло не пугать.       Адъютант, насупившись, тяжело вышагивал по тропинке. Он стремительно шёл вперёд, словно знал, куда именно нужно прийти, но на самом деле Бернард шёл бесцельно, раздумывая над жучком, что час назад нашла на его куртке Линн. Мужчина пытался понять, когда «ублюдок» из Северного района успел нацепить на него прослушку и каким образом собирался забрать устройство обратно. Может, оно всё передавало сразу? Может, его и не планировали забирать? Может, в лагере есть «крыса», которая следит конкретно за ним? И он точно повесил жучок в кабинете Плацки. Не просто так северянин к нему подходил!       Бернард резко обернулся. Он злобно уставился на Святослава, отчего парень занервничал ещё сильнее.       — Что-то случилось? — испуганно спросил юноша.       — Нет, — Бернард покачал головой. — Я зайду в этом дом, — он головой указал на здание. — А ты ожидай здесь.       — Да, — Святослав нервно закивал. — Хорошо.       — Разве так должен отвечать солдат? — гаркнул адъютант.       — Нет! — он тут же помотал головой. — То есть… — юноша едва мог собраться с мыслями, — да, сэр!       — Ты безнадёжен, — проворчал Бернард, настороженно подкрадываясь к двери. Мужчина, не доставая оружия, медленно зашел в дом. В любом другом случае он бы просто выбил дверь и расстрелял всех, кого увидел. Но сейчас адъютант делал всё аккуратно, будто не хотел напугать живущих здесь людей.       К его удивлению, в доме была чистота и все вещи стояли на своих местах. Значит, люди не просто никуда не убежали — они и сейчас не собирались никуда уходить!       —Сумасшедшие, — едва слышно прошептал Бернард. — Ждёте, когда к вам в гости нагрянут миктланцы? — он достал пистолет.       Мужчина понимал, что эти люди всё ещё здесь, их надо найти и непременно от них избавиться. «Уж лучше я их просто убью, чем они попадут в наш лагерь!» — подумал Бернард, чем удивил самого себя. Откуда эта жалость к людям? Да и какое ему вообще дело, попадут они в плен или нет?       Он медленно прошёл в соседнюю комнату. Искать тлалоканцев не пришлось — они просто забились в угол. И на что они рассчитывали? Что их никто не заметит?       — Идиоты, — разочарованно произнёс он. Перед ним сидела тлалокская семья: отец, мать и дочка того же возраста, что и его Линн. Девочка испуганно прижималась к груди матери, сжимая руками куклу. Люди застыли в ужасе, а Бернард хладнокровно направил на них оружие.       — Идиоты, — снова обвинительно произнёс мужчина.       «Надо убить ребёнка первым», — он перевёл дуло пистолета на девочку. Пара секунд на размышление и…       Бернард опустил оружие.       «Да что со мной, чёрт возьми?!» — мысленно злился он. Мужчина сорвал со своей спины рюкзак, который всегда носил с собой, и швырнул его в главу семейства.       — Детские вещи и игрушки, — приказал Бернард.       Тлалоканец с удивлением взглянул на супругу.       — Детские вещи и игрушки! — громче потребовал Винц.       Тлалоканец быстро вскочил с пола. Он был растерян, не понимая, для чего этому солдату потребовались вещи его дочери. Но у него просто не хватало смелости задать этот вопрос. Он хаотично сгребал всё в рюкзак, попытался даже забрать куклу у дочки, но та вцепилась в неё мёртвой хваткой.       — Пожалуйста, — умоляюще произнёс отец.       — Оставь, — не меняя тона, скомандовал Бернард. — Какого чёрта вы ещё здесь?       Тлалоканец вновь взглянул на свою супругу — та старалась закрыть дочь собой.       — Ждём эвакуацию, — неуверенно ответил мужчина, до конца не понимая, стоит ли что-то рассказывать этому миктланцу.       — Вы идиоты, — проворчал Бернард. — За вами никто не придёт. Если бы вас хотели спасти, то сделали бы это пару недель назад. Эти территории уже давно захвачены. И здесь полно миктланцев, зачищающих дома от таких же недалёких тлалоканцев, как вы, — он взгромоздил на свою спину полный рюкзак. — У вас двадцать минут, чтобы сбежать, потому что через двадцать минут здесь появится как минимум пятьдесят миктланских солдат. Выйдете через заднее окно и побежите так быстро, как только сможете.       Бернард прикрыл свой рот ладонью. Он давал этим людям понять, чтобы они сделали то же самое. И как только это произошло, адъютант направил пистолет в потолок. Первый выстрел. Затем сразу второй и третий. Тлалоканец не издал ни звука. Но вот женщина и ребёнок едва слышно вскрикнули.       — Убирайтесь, — очередной приказ, и Бернард направился к выходу.       — Спасибо, — тихо произнесла женщина.       — Мне не нужны ваши благодарности. Мне нужно, чтобы через двадцать минут вас здесь не было.       Святослав ожидал адъютанта недалеко от тлалокского здания. Он не слышал голоса людей, зато отчётливо слышал выстрелы. «Избавился от мирных жителей», — размышлял юноша. Хоть он и понимал, что Бернард избавляется от врагов, но это все равно расстраивало Святослава. Несмотря на то, что он был солдатом, юноша бы ни за что в жизни не смог убить невинных людей. Поэтому Святослав даже немного был рад, что Бернард взял на себя роль палача.       Юноша ждал своего сопровождавшего достаточно долго (на самом деле, прошло не более десяти минут, но Святославу это показалось целой вечностью), отчего ему захотелось уже зайти в дом. Но стоило ему сделать пару шагов по направлению к входу, как дверь резко распахнулась, и господин Винц предстал перед солдатом с набитым рюкзаком.       — Я приказал тебе оставаться на месте, — гаркнул Бернард. Он вышагивал в сторону Святослава словно в наступлении, заставляя парня пятиться назад.       — Но я стою на месте, — с недоумением ответил парень. И действительно, он же никуда не ушёл.       — Ты стоял вон там, — Бернард указал пальцем, вынудив юношу оглянуться. — А теперь на два с половиной метра ближе, — обвинительно выдал он. Он быстрым шагом приблизился к солдату и вручил ему полный рюкзак. — Оставайся здесь. Я вернусь через полчаса, — ничего толком не объяснив, мужчина направился в сторону тлалокского дворца.       Святослав опешил. Конечно, Винц никогда не отличался вежливостью или чем-то похожим на неё, но сейчас он выглядел еще более странно и грубо, чем обычно.       Рюкзак казался невероятно тяжёлым, словно был набит камнями. Парень с трудом держал его в руках. Он думал, что если забросит его на спину, то точно рухнет вместе с ним на землю и умрёт, ибо его просто раздавит многотонная сумка. Он мог бы ещё долго стоять и гадать, что находится внутри и можно ли ему поставить этот мешок на землю, но понял, что не сможет держать его и пяти минут       — Сэр! — окликнул он адъютанта. — Можно ли поставить его на землю?       — Ты издеваешься? — Бернард развернулся и направился обратно к Святославу. — В чём проблема надеть его?       — Он… — неуверенно продолжил парень, — тяжёлый, — он говорил так, будто сам не до конца верил в тяжесть этого предмета.       — Тяжёлый? — удивился мужчина. Он выхватил рюкзак и одной рукой поднял его над головой. — Ты как до сознательно возраста дожил, если для тебя это тяжесть? — он грубо швырнул рюкзак в юношу, да так, что тот ударил его в живот. Святослав слегка согнулся от боли и стиснул зубы, боясь сказать хоть что-то по этому поводу. А вдруг он только сильнее разозлит Бернарда? Всё же не стоит испытывать судьбу. Или… стоит?       В этот момент из приоткрытого кармана рюкзака выпал цветной карандаш. Святослав удивленно моргнул. Парень присел на корточки (и всё же он поставил сумку на землю!) и поднял его.       — Зачем вам…? — парень не успел договорить, как был прерван Бернардом.       — Не твоё собачье дело, — сквозь зубы ответил мужчина. Он вновь пошёл в наступление, заставив Святослава вскочить на ноги и выпрямиться. Сейчас два человека смотрели друг другу в глаза: один — с пренебрежением, второй — с непониманием и удивлением.       — Пытаешься добыть обо мне как можно больше информации? — Бернард испепелял юношу взглядом. — За эти пару дней мало смогли на меня собрать, да? — он нервно рыскал в своём кармане, пальцами нащупывая раздавленный жучок. — Я всё думал, на кой чёрт сюда прислали такого бездаря, как ты. Сначала, я решил, что нормальных солдат просто не осталось. Мне даже было жаль тебя. Не иметь никакого опыта и попасть в самый настоящий ад, — он вручил Святославу в руки сломанное подслушивающее устройство. — А потом нашёл вот это. И тут всё сошлось. Ты не неопытный щенок, ты сраный шпион, работающий на главу Северного района. И Плацки сразу понял, что с тобой что-то не так. Он хоть и выглядит как чёртов придурок, но голова у него явно варит. Может, мне надо было послушать его и избавиться от тебя в первый же день? Как жаль, что я поверил во всю твою игру, — он не давал парню ни шанса возразить. — Актёр из тебя прекрасный получился.       Такие заявления шокировали и жутко напугали Святослава. Он молча уставился на Бернарда, боясь произнести хоть слово.       — Скажи своему покровителю, что следить за мной не следует. Иначе, — он подошёл ещё ближе к юноше, намеренно отбирая всё его личное пространство, — я сверну тебе шею, — он с ухмылкой прошептал это ему на ухо. — Я сверну твою ебаную шею и скажу, что ты сам это сделал. И как ты думаешь, на чьей стороне будут местные солдаты: на стороне любовника Винсента Плацки или сраного шпиона? — мужчина расплывался в улыбке, произнося это.       Святослава трясло. Его дыхание замерло, словно кто-то металлическими тисками сковал лёгкие. Юноше страшно было пошевелиться, страшно было перестать смотреть на Бернарда, будто отвлекись он хоть на секунду, точно получит нож под ребро. Он не понимал, что ему ответить, не понимал, как возразить, как оспорить такие заявления. Неужели Бернард всё это решил только потому, что нашёл на себе жучок?       — Мне плевать, за кем вы собираетесь следить. Хоть за самим Плацки. Мне плевать! Но меня в списке для слежки быть не должно, — прошипел мужчина. — А теперь жди меня здесь, — он грубо ударил юношу в плечо и, развернувшись, направился в сторону тлалокского дворца.       Святослав так и не смог ничего ответить ему. Он растерянно наблюдал, как силуэт Бернарда всё больше и больше отдалялся от него. Парень разжал ладонь и увидел в своей руке сломанный жучок. Недолго думая он, сделав небольшой замах рукой, выбросил остатки устройства в ближайшие кусты.       — С каждым днём всё тяжелее и тяжелее здесь находиться, — вздохнул он, задирая рукав своей куртке. — Господин Йольн, — наговаривая в свой коммуникатор, произнёс Святослав. — Считаю дальнейшую слежку за Бернардом Винцем невозможной.       — Что произошло? — раздался мужской голос. — Это как-то связано с тем, что жучок отключился сегодня утром?       — Он нашёл его, — разочарованно ответил парень. — И он подозревает меня в слежке.