Зеркальный ужас

      Дни летели один за другим, один похожий на другой без видимых различий. Они были настолько одинаковы, словно это был один невозможно долгий день длиной в два года. Всё это время Джи проводил лёжа в кресле. Он предпочитал лежать в одной и той же позе — полубоком, подперев кулаком голову. Он наблюдал за роботами, что без конца появлялись и исчезали на складе. Вновь появлялись, вновь исчезали. Старые, новые, сломанные и целые, улыбчивые и угрюмые, молчаливые и шумные. Неотличимые друг от друга и не представляющие для Джи никакого интереса.       Сероглазые в зелёных костюмах то и дело таскали на склад запчасти, осматривали роботов, изредка приставая к Джи. Кто-то искренне переживал за странное состояние робота, кто-то опасался его, а кто-то просто выполнял порученную работу и только поэтому отваживался подходить к сверхлёгкому. Так или иначе, все присутствующие на складе в один момент стали для Джи расплывчатым пятном, что туманом разносился по всему помещению. Пятно это двигалось хаотично, шумно, но это никак не беспокоило Джи. Безразличие было его единственным чувством, сопровождающим в последнее время. Изредка он поворачивался ко всем спиной, ещё реже поднимался с кресла для подзарядки. Из-за того, что он не двигался, заряд тратился медленно и его хватало на долгих три месяца. БЧР не обращал внимания на предупреждения Системы, что звучали в его голове, и дожидался, когда заряд опустится до критического 1%. Этого хватало, чтобы подняться и дойти до зарядной станции, ступить на панель и погрузиться в сон на целые сутки. А после пробуждения всё начиналось заново. Бесцельно лежать на диване стало его единственным развлечением, пока в один день не сработал таймер. Джи поднялся с кресла. Выглядел робот небрежно: мятая одежда, неаккуратно задранная до колена штанина, обнажившая часть искусственной кожи, пуговицы рубашки были застёгнуты неправильно — каждая выше, чем это было необходимо — воротник стоял торчком, а рукава были закатаны до локтя. Его не волновал внешний вид. Ему, конечно, делали замечания из-за этого, но он успешно их игнорировал. Робот и раньше не обращал внимания на приказы и просьбы от посторонних (посторонними для него были все), а после смерти Создателя тем более. Он не вслушивался в слова, которые были обращены к нему, и просто продолжал своё существование в таком виде, в каком хотел.       Джи добрёл до лифта. Тлалоканцы косо поглядывали на него, молчаливо осуждая, но обычные люди не решались говорить ему что-то. Ведь неизвестно, что происходит в голове у странного сверхлёгкого.       Он добрался до нужного этажа. Роботы не бывали здесь не только потому, что им было нечего тут делать, но и потому что на это стоял негласный запрет. Всё же за размножение людей должны были отвечать люди. По крайней мере, пока что.       Джи встал напротив входа в инкубатор. Он не решался открыть дверь, потому что не до конца понимал последний приказ Фредерика. С чего Создатель решил доверить нечто серьёзное ему? Роботу, который даже себя не до конца осознаёт. Если все остальные роботы были созданы для участия в войне, то на Джи у Фредерика были явно другие планы. По известной лишь одному ему причине он заложил в Джи нелюбовь к сражениям и обучал лишь изображать заинтересованность в войне. Нечто подобное сложно провернуть человеку, а роботу, непонимающему людских эмоций, было ещё сложнее. Возможно, Фредерик продумал всё с самого начала и искал того, кто осуществит его безумный план. А Джи он заставлял изображать из себя стандартного БЧР, чтобы не привлекать лишнего внимания. Робот только недавно начал осознавать это. Но его выводы мог подтвердить только тот, кто уже был мёртв.       Он нерешительно сделал шаг. Дверь инкубатора открылась. Перед ним оказалось огромное помещение, занимавшее четверть этажа. В нём ровными рядами на расстоянии метра друг от друга стояли округлые сосуды на металлических подставках, вмонтированных в пол, а сами сосуды были наполнены амниотической жидкостью. В половине сосудов уже развивались плоды, причём на разной стадии. Некоторым было всего пара дней, а некоторые созрели до восьми месяцев. Джи слегка скривился, когда проходил мимо заполненных сосудов. Не таким он представлял размножение людей. «И вот из этого мерзкой жижи появляется человек? Создатель тоже был таким?». Чувство омерзения охватило его, но ненадолго. Всё же ему необходимо выполнить приказ Создателя, а не осуждать людей за их процесс размножения.       Робот нашёл ряд свободных сосудов. Стоя напротив одного из них, он принялся расширять пальцами левый висок и делал так до тех пор, пока на искусственной коже не образовалась складка. Джи залез пальцем в шов, разделяющий кожу и волосы на виске. Немного оттянув плоть, робот обнажил металлический череп. Надавив большим пальцем на картридер, он вытянул из головы Пластину, после чего вернул кожу на место. После того, как Пластина была вставлена в сосуд, на экране отобразилась надпись: «Для начала загрузки поместите вторую Пластину в разъём «A».       — Какую вторую Пластину? — удивился Джи. — Где я должен её взять?       Робот заметался по инкубатору. Он разыскивал хоть что-то, напоминающее ещё одну Пластину. Но лишней не завалялось нигде. Словно их и вовсе не хранили здесь. А если и хранили, то точно не на виду у всех. Он начал копаться в ящиках. Но и там не оказалось ни одной Пластины.       «Получается, я не смогу исполнить его последнюю просьбу?» — отчаянием пронеслось в его голове.       Джи продолжил искать. В самом дальнем углу помещения стояли три контейнера. Джи рванул к ним. На каждом из них большими буквами было написано: «Нарушения в ДНК. Утилизировать». Он открыл один из них. Робот не понимал, повезло ему или нет, но контейнер оказался доверху забит Пластинами. Схватив первую попавшуюся, он поспешил назад.       «Всё же она мне нужна, чтоб эта хреновина просто начала работать».       Он взглянул на Пластину. На ней висела бирка: «Робертсон».       — Что, дружище, тебе очень не везёт. Мало того, что забраковали тебя, так и сейчас твою ДНК использовать не будут.       Он вставил вторую Пластину. На экране появилось: «Соотношение 50/50. Желаете изменить?». Джи без раздумий нажал: «Да».       «Для изменения процентного соотношения медленно поверните рукоять».       Рукоять двигалась с трудом, медленно переключая соотношения. Вкладывать силу в это занятие оказалось бесполезным — рукоять продолжала двигаться в том же темпе. Джи наблюдал, как соотношение меняется с 4/96 на 3/97. Оставалось совсем немного. Он продолжил крутить рукоять.       Дверь в инкубатор открылась, коридорным светом заливая полумрак. Повеяло воздухом, растворявшим собой запах медицинского спирта. Джи дёрнулся. Он спрятался за одним из сосудов, настороженно наблюдая за явившейся гостьей. Женщина ходила вдоль рядов, проверяя каждый сосуд. После проверки что-то записывала. Когда она отдалилась от Джи на приличное расстояние, он вернулся к своему сосуду. Теперь на экране неизменно висела надпись: «Соотношение 2/98. Загрузка начата».       — Нет, стой, — сдерживая раздражение, прошептал Джи. Он попытался сдвинуть рукоять, но та уже не поддавалась. — Как отменить это? — в отчаянии он нажимал все кнопки на экране.       «Вы действительно хотите отменить загрузку?»       «Да».       «В случае отмены Пластины окажутся непригодными для дальнейшего использования. Хотите продолжить?».       Джи замер. Он читал эту надпись вновь и вновь.       «Хотите продолжить?».       Джи неуверенно нажал: «Нет».       — Прости меня. Я даже здесь умудрился облажаться.       — Здесь кто-то есть? — Мэлл настороженно пошла в сторону робота. Джи, поняв, что его заметили, пригнулся. Он проползал между сосудов, стараясь слиться с присутствующим здесь мраком. Мэлл приближалась. Она чётко слышала движение в этой стороне и была уверена, что кто-то пробрался в инкубатор без её ведома. Джи прятался в соседнем ряду. Когда Мэлл остановилась, замер и он. Он понял, что необходимо уходить отсюда сразу же, как женщина отойдёт. Будет лучше, если она вернётся в самый конец инкубатора, где и пребывала последние полчаса.       Мэлл остановилась. Она заметила сосуд, который едва начал загрузку. И его загрузила не она. Присев на корточки, женщина уставилась на экран: «Соотношение 2/98».       — Как странно.       Сосуд загорелся едва различимым зелёным светом. Пузырьки кислорода образовали цепь и круговоротом вспенивали жидкость. Тихим бурлением в сосуде зарождалась жизнь. Мэлл не отрывала взгляда от него. Этот неизвестный плод тревожил её. Ей хотелось всё отменить и сделать вид, будто не видела этого. Но её пугала неизвестность. Неизвестность того, кто этот сосуд запустил. Она взглянула на бирку. На одной была выгравирована фамилия, другая осталась безымянной.       «Ещё более странно».       От волнения она начала перебирать пальцами Пластину, что уже столько лет носила на своей шее.       «Может быть, и тебе пора?».       Она подошла к соседнему сосуду. Вставила сначала Пластину, содержащую собственную ДНК, затем загрузила ту самую.       «Соотношение 50/50. Изменить?».       Мэлл взглянула на соседний сосуд, прежде чем нажала: «Да». Поворачивая рукоять, она меняла значения, пока не дошла до «13/87». Она задумалась. Но прибор не любил нерешительных действий в свою сторону. Спустя пару секунду экран оповестил: «Загрузка начата».       — Надеюсь, у тебя будут тлалокские глаза.       «Она пытается возродить миктланца?», — удивился Джи. Он не только слышал женщину, но и видел каждое её действие. «Не поставила соотношение 0/100 потому что боится проявление миктланских глаз?». Он настороженно крался в сторону выхода, не сводя с женщины взгляда. Только вот Джи позабыл, что никогда не отличался аккуратностью. Сделав пару неловких шагов назад, он столкнулся с одним из сосудов. Тот издал характерный стеклянный звон. Мэлл обернулась. Прятаться было бессмысленно. Она его заметила.       — Что ты здесь делаешь? — женщина сурово надвигалась на него.       — Я? — Джи принялся изображать дурака. — Да просто интересно стало, что это за место такое.       — Ты знаешь, что роботам здесь нельзя находиться?       —Знаю. Поэтому и ухожу, — с неловкой ухмылкой он направился к выходу.       — Кого ты собрался возродить? — резкие слова Мэлл заставили Джи замереть на месте.       — О чём ты? Здесь кого-то возрождают? Я думал, вы тут просто людей выводите.       — Не прикидывайся, — она подошла к сосуду Джи. — Ты ведь знаешь, что я могу запросто прервать загрузку.       — Вот как? — лицо Джи стало серьёзным. — Прерви. И Главнокомандующий в тот же миг узнает, что ты поместила в инкубатор миктланскую ДНК.       — Что за чушь? — Мэлл рассмеялась. — Откуда у меня миктланская ДНК?       — Тебе лучше знать, — он не отрывал взгляда от Мэлл. Та смотрела на него.       — Значит, не скажешь? — нарушила тишину женщина.       — Не скажу. И к сосуду этому не лезь.       — Не буду. Но ведь и обмануть тебя могу. Вырублю здесь всё, стоит тебе только преступить порог инкубатора.       — Тогда тебе придётся потерять и свои Пластины. А ты явно этого не хочешь. Да... И если Главнокомандующий узнает, кого именно ты убила, тебя точно отправят под трибунал.       — Если он узнает, что в инкубатор проник робот и что-то сделал с сосудом, меня туда отправят тоже.       — А откуда он узнает? — Джи взмахнул руками. — Я ему об этом не скажу.       — А про мои Пластины?       — Не скажу тоже, — он задумался. — Но вот только, что ты будешь делать, если плод получит миктланские глаза?       — Это уже не твоё дело, — нахмурилась Мэлл.       — Если понадобится помощь с решением этой проблемы, можешь рассчитывать на меня.       Они вновь молча смотрели друг на друга. Джи ждал от неё ответа. Мэлл кивнула.       — А теперь уходи. Пока тебя не увидел кто-то ещё.