Глава 42. Драконы
13 февраля 2026 г., 19:23
Холодный осенний воздух ощутимо дрожал, и земля под ногами, казалось, вот-вот разверзнется и проглотит приграничный Парум, как море одинокую лодку. Далак бился как сумасшедший, размахивая ледяным мечом; от соприкосновения клинка с острыми когтями стоял отвратительный скрежет, и маг периодически исчезал за стеной ослепляющих искр, что целым водопадом сыпались на искорёженную тротуарную плитку.
Дракон уже не закрывал пасти; пламя вырывалось из неё, как из кузнечной печи, и густые клубы пара не успевали растворяться, превращаясь в туманную завесу. И Далак умело пользовался этой пеленой, выныривая в самых неожиданных местах и нанося удары один за другим. Он методично отбивал крепкую чешую, обнажая нежную кожу под ней, и дух яростно взвыл, когда остриё меча вонзилось в одну из брешей на левой лапе.
«Немыслимо», — подумал магистр Грегори, наблюдая за этой жуткой борьбой совершенно, казалось бы, неравных по силе противников. Созданный магами Башни защитный барьер едва держался под напором неудержимой мощи льда и пламени, покрываясь при каждой атаке сеткой мелких трещин. Но что ещё хуже — оружие магов болезненно пульсировало, отзываясь на фонтанирующую энергию мира за Гранью; гул стоял просто чудовищный, и люди едва слышали друг друга на расстоянии вытянутой руки.
— Мы должны вмешаться! — взволнованно крикнул Аргус, придвинувшись ближе к главе Совета, но тот лишь повернулся и молча отрицательно покачал головой.
— Но почему?! Далак ведь погибнет!
Грегори нахмурился, но не ответил. Аргус не понимал, почему в такой момент его коллега стоит и смотрит на всё происходящее с равнодушным видом, и только решительный взгляд наследника Венатори, что пробился в первые ряды и смотрел на борьбу совершенно так же, зародил в душе магистра смутные сомнения.
«Я помню, что ты сказал мне тогда вечером, — подумал мужчина, ещё раз мельком глянув на Магнуса. — Однако Далак не вызывался на борьбу с драконом. Не думаю, что ты обманул меня, но что-то здесь определённо не так».
Он устремил внимательный взгляд в паровую завесу, и в ту же секунду черноволосого мага швырнуло о серо-голубую стену барьера. Крупные трещины разошлись паутиной во все стороны от места удара, но не успел Далак коснуться земли, как озверевший дракон ухватил его за ноги концом хвоста. Послышался скрежет меча о тротуарную плитку, и снова в туманной пелене ярко брызнули бело-голубые искры.
«Стоит ли говорить, что исход предрешён? — снова подумал Аргус, кинув быстрый взгляд на Грегори, что сурово поджал губы и сдвинул к переносице густые светлые брови. — Или это лишняя констатация факта?»
— И ведь не жаль совершенно… — недоумённо добавил магистр уже вслух. — Хотя я вижу, как Смерть замахнулась на Далака острой косой. Так неужели никто не снимет с нас этого дрянного оцепенения?
Волна невероятной силы ударила в барьер, и маги стиснули зубы от пронзительного звона, как будто разбился вдребезги необъятно-огромный хрустальный бокал для вина. В следующий момент облака пара развеялись в холодном, почти зимнем, воздухе, и люди изумлённо ахнули, не обнаружив рядом с драконом, из чьей полураскрытой пасти вырывались красно-рыжие языки пламени, Далака. Только его меч валялся сломанный между вставших ребром тротуарных плиток, а исполинский дух стоял, слегка задрав раненую заднюю лапу с чем-то, зажатым в сломанных когтях. Когда он их медленно разъединил, поражённый магистр Грегори осел прямо на землю — на плитку с тихим шорохом упал изодранный форменный камзол, и налетевший откуда-то пронизывающий ветер пронёс над головами магов облако чёрных перьев.
В этот же момент раздался лязг выпавшего из рук оружия и чей-то короткий вскрик.
— Магнус! — взволнованно выдохнул Харман, увидев, что наследник Венатори рухнул на колени; лицо юноши исказила гримаса боли, но во взгляде, какой юный заклинатель кинул на гордого дракона, вспыхнул огонь неподдельной ярости.
— До последнего был подлецом, — процедил Магнус, неприятно рассмеявшись, и дух дважды плавно кивнул.
«Моя миссия на этом закончена. Теперь дело за вами, мои Светлые друзья».
Сказав так, дракон растворился, оставив после себя облако белого пара. Юноша даже не успел поблагодарить его.
«Мы никогда не забудем твоей помощи», — едва заметно улыбнулся Магнус, но улыбку махом стёрло с его лица, лишь только он краем глаза заметил отвратительные лапы, снова свесившиеся до самой земли из бреши в истончённой Грани. Он встретился взглядом с существом обезьяньей наружности — оно оскалило жуткую пасть, выставив напоказ три ряда длинных острых зубов, и шлёпнулось на землю с тошнотворным звуком.
— Грегори, брешь! — закричал кто-то, но Магнус уже летел на всех парах к дыре, крепко удерживая в руках мечи, что отзывались на энергию мира за Гранью сильной вибрацией. Существо вскинуло передние лапы, вчетверо превышавшие задние по длине, и в ответ на его душераздирающий вопль из трещины в мир людей хлынули духи, как вода через прорванную плотину.
Корнелиус досадливо стиснул зубы, оказавшись отрезанным от сына.
***
Максимус бегом спустился на первый этаж и застыл на пороге кухни, растерявшись: испуганная Мара стояла с открытым ртом, глядя на Терну; Терна судорожно щупала своё тело, периодически потирая ушибленные локти, а Шанк и Тенги и вовсе сидели как два истукана за столом, даже не удосужившись вытереть разлитое по нему молоко. — Нужна помощь! — выпалила Мара, увидев дракона, и рыжеволосая отозвалась, едва не плача: — Это точно! — В чём дело? — взволнованно спросил огненный маг, ухватив вернувшуюся из Парума подругу за плечи, и она, нервно сглотнув, затараторила: — В Грани брешь, духи наводнили город, напали на магов Башни! Максимус, эту дыру надо немедленно закрыть! — Да, надо закрыть… — как будто не в себе проговорила Терна, оглядываясь по сторонам в поисках стула. — Надо закрыть… Максимус в недоумении поднял брови, глянув на девушку, но, приглядевшись как следует, громко чертыхнулся. — Терна! Та встрепенулась и обратила к дракону зарумянившееся лицо. Юный маг увидел на её ресницах бусинки выступивших слёз. — Я жива, Максимус… Я снова жива! Ты видишь? Моё тело… — Вижу, — медленно кивнул Максимус, внимательно глядя на рыжеволосую подругу. Несколько мгновений спустя он подошёл и взял её за руку; девушка была тёплая. Пусть даже зелёная как поганка от потрясения, но действительно живая и ещё более красивая, чем прежде. — Поверить не могу… Такое же только в фантазиях возможно… — Как оказалось, не только, — улыбнулась Мара, но чересчур серьёзное выражение лица дракона стёрло улыбку с её лица. — Смешение материй… Столько лет я считал, что без участия мага это невозможно, а тут… Немыслимо. — Юноша мотнул головой. — И тем не менее, как бы это жестоко ни звучало, сейчас не время для радости. Уж прости меня, подруга. Наш план обернулся опасной ситуацией, и нужно немедленно всё исправить, пока не стало совсем худо. — Я без оружия… — начала было Терна, на что дракон вскинул руку, и девушка послушно притихла. — В поместье Венатори его полно. Какое приглянется, то и возьмёшь. Она растерянно захлопала ресницами, но вертевшийся в голове вопрос так и не сорвался с языка. Терна молча кивнула и снова исподтишка ущипнула себя, чтобы ещё раз убедиться в реальности происходящего. — А мы? — негромко спросил Шанк, нарушив внезапную тишину, и Максимус, недолго думая, указал головой в сторону выхода. — Вы с нами. Скорее всего, дыру придётся закрывать именно вам, потому что мы будем заняты борьбой с духами. — А маги Башни тогда чем займутся? — вклинился в разговор Тенги, и дракон в ответ развёл руками. — Как это чем? Барьер будут держать, чтобы мы невзначай не сделали то, чего народ так боится. Вопрос исчерпал себя, и юноша спешно выгнал всех по одному на улицу. Ключ от дома он оставил в щели под невысоким порогом и одним только движением пальцев поприветствовал белых туманных хранителей Довагола. Через минуту Максимус и Терна уже летели над бурным Фригусом, удерживая три кокона с чернокнижниками, и огненный маг невольно улыбнулся, ещё раз покосившись на сотканные из травянисто-зелёной дымки крылья подруги. Она была безмерно счастлива, и где-то в глубине души дракон жалел, что встреча с Магнусом неизбежно сотрёт эту радость с её красивого лица. — Аргус, гляди, — ошарашенно толкнул магистра в бок Индар, указав пальцем в небо. Какая-то жуткая помесь орла и собаки вцепилась ему в плечо, но маг молниеносным движением пронзил духа копьём насквозь и ударил его о землю для верности. Аргус отбился от рычавшего катахана и кинул быстрый взгляд туда, куда указал ему мужчина. Три разноцветные точки стремительно приближались к месту сражения, но прежде, чем удалось их толком разглядеть, в гущу разъярённых духов ворвались четверо молодых людей на двух чёрных жеребцах. Последние поднялись на дыбы и ударами копыт развеяли в прах существ из-за Грани, что окружили измотанного наследника Венатори. — Обо всём позже, — бросила ему Мара в ответ на испепеляющий взгляд, и кони исчезли, как только чернокнижники спрыгнули с них на землю. Магнус лишь успел озлобленно сплюнуть, как вся четвёрка бросилась в сторону бреши в границе миров. Меж тем три разноцветные точки приблизились настолько, что Аргус изумлённо узнал в одной из них, оранжевой, уже знакомого младшего сына Венатори. Тот спикировал на землю прямо перед магистром и взмахом крыльев отогнал наседавших на Аргуса духов. — Здравствуйте, магистр, — выдохнул дракон и тут же заговорил снова, не дав мужчине и рта открыть. — Не время для выяснения деталей. Всё позже. А сейчас прикажите вашим людям возвести барьер, пока духи не вырвались за линию оцепления. Брешь нужно немедленно закрыть, но для этого потребуется сила, которой у вас нет. Аргус только кивнул, ошеломлённо хлопая ресницами. Он отразил нападение вервольфа, в то время как Максимус уже на бегу обернулся. — Только держите барьер, ради всех богов! Парум не должен пострадать! «Не должен…» Этот окрик бывшего подопечного отрезвил изумлённого магистра, и он встретился взглядом с главой Совета. «Я слышал, Аргус. Пусть действуют. Если идти, то уж идти до конца». Он уже успел внимательно рассмотреть всех трёх драконов, попутно отбиваясь от озверевших духов, чьи острые зубы клацали порой у самой шеи. Миловидная Терна бросилась ему в глаза первой, и магистр невольно улыбнулся, вспомнив их первую встречу в кабинете. А вот Витарр, окутанный непроглядной Тьмой, заставил мужчину нахмуриться. И вовсе не потому, что он тёмный дракон, а потому, что опять вбитые в голову предрассудки горели синим пламенем. — Чёртовы твари… — выругался Грегори, клинком разрубив напополам не успевшую увернуться фурию, и части её неприглядного тела рассыпались в прах, едва коснувшись земли. «Отступить! Всем отступить! Мне нужны ваши силы!» Маги уже ни о чём не спрашивали, будучи не в состоянии осознать, что вообще происходит. Они дисциплинированно отошли, отбиваясь по пути, но всё же освободив драконам место, и подхватили стену серо-голубого тумана, которую начал глава Совета. В этот же момент Максимус остановился на полпути: чей-то отчаянный, полный ужаса, крик заставил его обернуться, и он немедля рванулся ввысь на огненных крыльях. Он почувствовал в толпе магов, занятых созданием барьера, присутствие кого-то чужого, и его внимательный взгляд вскоре выхватил из общей кучи трёх людей: мужчину и женщину в одежде обычных горожан, что шарахалась во все стороны то от магов, чья сила норовила задеть их и покалечить, то от разъярённого духа; горожан защищал всего один молодой заклинатель, и в одиночку он справлялся с огромным трудом. «Что здесь делают эти люди? — с досадой подумал Максимус, камнем падая на землю. — Маги должны были увести всех! Как они могли проглядеть?» Молодой парень чуть не упал, отшатнувшись, когда прямо перед ним спустился огненный дракон. Один стремительный взмах стихийным оружием — и от существ из-за Грани остался лишь чёрный туман, мгновенно растворившийся в душном воздухе. «Невероятно…» — подумал заклинатель, в то время как Максимус указал ему на стоявших за его спиной перепуганных людей. Те находились на грани обморока — им подкашивала ноги пульсирующая мощь объединённой магии, а близость «Сияющего» была сродни хождению по раскалённым плитам Парума. Его энергия жгла, но люди не могли отступить. — Защитная сфера! Немедленно! Молодой маг на секунду растерялся от такого окрика, но быстро пришёл в себя и парой движений сотворил светящийся шар у себя меж ладоней. Очень быстро прошептав в него несколько слов, заклинатель бросил сферу прямо в людей; та мгновенно увеличилась в размерах, и Максимус облегчённо вздохнул, когда горожане оказались внутри защитного магического шара. — Спасибо, — проговорил дракон и решительно указал магу на место среди коллег, что почти закончили создание барьера. Края огромного купола постепенно смыкались, и теперь в уменьшавшуюся брешь стремились лишь те духи, что умели летать. — Дальше я сам. Заклинатель кивнул, но послушался не сразу, снова задержав любопытный восхищённый взгляд на стихийном оружии. Такая мощь вызывала трепет в его душе, и он неохотно отвернулся, присоединившись к остальным магам. Тем временем Максимус заключил защитную сферу в ещё один магический кокон и, с трудом оторвавшись от земли, как можно быстрее отправился к Башне. Он всё ещё слишком чётко помнил, как почти тем же путём нёс раненого Аркелла, и невольно подумал, что лучше бы в коконе были бессознательные тела. Однако сфера защищала сейчас людей, вполне понимавших, что происходит, и дракона колола невыносимая гамма их эмоций, которая перебивала его собственные. «Что ж, пусть так. Пусть боятся. Но я хотя бы буду знать, что совесть не будет грызть меня всю оставшуюся жизнь за смерть невинных людей». Максимус опустился возле крыльца Башни и развеял магический кокон. Выбежавшие ему навстречу маги сразу же бросились к сфере, завидев в ней перепуганных горожан, но дракон неожиданно встал у них пути. — Нет! — выкрикнул он, и маги в недоумении остановились в нескольких метрах от юноши. — Развеете сферу, когда я стану маленькой точкой в небе. Моя стихия и так уже опалила этих людей, и если снимете барьер прежде времени, они погибнут. Заклинатели один за другим понимающе кивнули. Сотню с лишним лет назад ни один простой горожанин не общался с драконом без барьера или сферы, и маги устыдились, что на секунду позволили себе забыть об этом. Люди внутри сферы смотрели на дракона в упор, и тот чувствовал их испытующий взгляд. Ему было не по себе от этого — он старался не встречаться с ними глазами, чтобы снова не смешать свои и чужие эмоции. Неспешно отступая, он вскоре побежал прочь и взмыл в небо, стремительно помчавшись обратно — туда, где в нём нуждались сейчас. Маги развеяли защитную сферу немногим раньше, чем следовало, но отголосок ауры дракона лишь чуть-чуть коснулся опалённых стихийной магией людей. Прижавшись друг к другу, они долго молча смотрели вслед удалявшемуся юноше, и заклинатели не сразу смогли увести горожан внутрь Башни. Ошеломлённые поступком Максимуса, горожане посеяли в сердцах других людей зерно сомнения, и после долгих оживлённых дискуссий даже у самых ярых противников драконов не осталось никаких доказательств, что драконы — действительно истинное зло. Слёзы юного наследника погибшей расы, наконец, достигли раскалённых углей людских предрассудков, и те громко зашипели, медленно угасая один за другим. Максимус вернулся на поле битвы с существами из-за Грани в тот момент, когда маги почти закончили создавать серо-голубую защитную стену. Он снова камнем начал падать вниз, и едва успел влететь внутрь барьера — тот сомкнул края спустя буквально долю секунды. «Моё счастье, — подумал дракон, размахнувшись мечом, — что эти люди не стали задавать вопросов. Боюсь, я не смог бы на них ответить». И разрубил напополам сразу двоих несуразных духов. Вместе с тем часть ошалелых существ уже успела уйти глубже в город, и Магнус первым помчался вслед за ними с мечами наперевес. Никто не успел его остановить, и раздражённый Харман немедленно отправил отряд ему вслед. Эта смелость молодого наследника Венатори страшила голубоглазого мага, и особенно не по себе становилось, когда он видел в толпе коллег встревоженного Корнелиуса. Лишний раз встречаться с ним взглядом ему совершенно не хотелось. Магнус бежал по пустым улицам, догоняя раненую виверну. Он зацепил её мечом по крылу, и теперь дух волочил за собой порванные перепонки, оставляя на плитке серый мокрый след, который сразу же испарялся. Остальные маги отстали ещё целый квартал назад, наткнувшись на стаю катаханов, и только наследник Венатори вырвался из окружения, продолжив преследовать последнюю виверну. Он чувствовал, что безумно устал. Мышцы болели нестерпимо, пальцы уже который раз норовили непроизвольно разжаться, не выдерживая тяжести оружия. И юноша бы остановился с великим удовольствием, если бы перед ним не маячил силуэт раненого дракона, которого просто необходимо было добить. «Кто, если не я?» Впереди появился тупик, и дух заметался, попав в оцепление кирпичных стен. Магнус оттеснил его в самый угол, но недаром ведь говорят, что загнанный зверь — самый опасный… Виверна отбивалась так отчаянно, что юноша едва успевал парировать её удары крыльями и гибким хвостом. Руки немели от непосильного напряжения, и темноволосый маг в конечном итоге выронил один из мечей на тротуарную плитку. Он перехватил удобнее оставшийся клинок, но реакция настолько замедлилась в силу непомерной усталости, что взметнувшийся хвост с ядовитым жалом на конце пронзил его быстрее, чем Магнус успел вскинуть оружие. «Так стремительно, что даже не больно…» — подумал наследник Венатори, коснувшись крепкой чешуи, и медленно осел на землю, окончательно обессиленный. Меч тонко зазвенел, выскользнув из одеревенелых пальцев, и только когда Магнус совсем опустился спиной на холодную мокрую плитку, виверна рывком выдернула острое жало из его груди. «Какая же ирония судьбы, — мысленно рассмеялся юноша, глядя пустыми глазами в серое небо. — Терна жива, а я задыхаюсь в каком-то незнакомом мне переулке… Ну кто бы мог подумать…» Крупная капля упала Магнусу прямо на лоб. Вторая скатилась по запачканной грязью щеке. Затем третья, четвёртая… Хлынул дождь, и заклинатель с горькой усмешкой заметил, как холодная вода куда-то спешно уносит с собой его алую кровь. «И всё-таки больно…» Когда через несколько минут отряд завернул в этот тупик, Магнус уже не дышал.
