Счастье жить.

За сладкое приходится горько расплачиваться. (Леонардо Да Винчи)

Рабочий день тянулся очень долго. Хаус все время смотрел на часы. «10, 11, 12… » Кадди повесила на него школьников, которые пришли для планового осмотра. Такой скуки он давно не встречал в своей практике. - Кейт Бишоп - насморк! Генри Эндрюс – ушиб указательного пальца левой руки! - Бросая на стол Кадди заполненные истории, яростно кричал он. – Остин Керк – косоглазие! Дина Палмер – гастрит! – Мне дальше продолжать!? Это ты называешь болезнями?? Я не терапевт, Лиза! Пора уже запомнить! С твоего позволения я пойду домой. У меня сегодня важный прием. Я должен выглядеть чуть пафоснее обычного, - развернувшись к двери, сказал Хаус. - А я не позволяю тебе идти домой! – Лиза спокойно сидела в своем кресле и, улыбаясь, наблюдала за тем, как он бесится. – В третьей паллате тебя ждет пациентка. Закончишь с ней - тогда иди куда хочешь! - В чем подвох? – спросил Хаус, повернувшись. - Узнаешь, - ответила Кадди, заполняя бумаги, и стараясь не обращать на него внимания. Тот, хлопнув дверью, побрел в третью палату. - Эй, Уилсон! Привет! – Чуть позже поздоровался Хаус с другом. – Тебе тут Кадди пациента передала, сказала, что это по твоей части. Займешься? Мне надо бежать. – Он всучил новую историю 85 летней бабушки онкологу, и скрылся из виду, пока тот не сообразил в чем дело. В четыре часа дня такси с Хаусом стояло возле дверей Кэмерон. Водитель посигналил, и Элли выглянула в окно. На улице был сильный ветер, но солнце еще играло на зеленой лужайке перед домом. Накинув черную накидку – плащ с капюшоном, на случай дождя, она вышла, и быстро села в машину. - Добрый вечер, - посмотрев на Хауса, она улыбнулась. Грег сидел в черном костюме с бабочкой, и всем своим видом выражал недовольство ко всему официозу. Он повернулся к ней, сдвинул брови и поджал губы, затем обратно отвернулся, не проронив ни слова. Было ясно, что он был не в настроении желать кому-то доброго вечера. Спустя полтора часа, такси остановилось у Научного музея института Франклина. Через дорогу находилась большая круглая площадь Логан, с мемориальным фонтаном в центре. Здание было всего из трех этажей, но к центральному входу вела широкая парадная лестница из белого камня, собственно, как и само здание. Вход украшали шесть колонн на массивной основе и воздушными капителями. В целом, это придавало зданию значимость и античное величие. По лестнице уже тянулись гости, хорошо одетые, разбившиеся по парам. Взяв Хауса под руку, Эллисон поднялась по ступенькам и зашла внутрь. Все прибывшие поднимали головы, и смотрели вверх. Они стояли в центре огромного зала с высокими окнами и резной лепниной на стенах и купольном потолке. Впереди на шесть метров вверх возвышался монумент Бенджамина Франклина. Перед ним организаторы построили импровизированную сцену-подиум, и разместили около двух сотен мягких стульев, соорудив тем самым, зрительный зал. Гости рассредоточились, и начали занимать себе места. Элли скинула накидку и повесила у входа, как и все остальные. - Знаешь, а тут весьма не пло… - прервался Хаус, увидев свою спутницу, которая доставала из сумочки зеркальце. Ее слегка завитые темные локоны спадали вниз, струясь по плечам. Глубокий вырез вишневого платья в пол привлекал внимание мужчин, проходивших мимо. Высокий каблук и яркие алые губы внушали Элли, как ни странно, уверенность. Хаус откровенно пялился на нее, пока кто-то из гостей не задел его, проходя мимо. - Красивая девушка, да? – спросил Уилсон, останавливаясь. - А ты че тут делаешь, я не понял? – Хаус трижды поменялся в лице. Он был застигнут врасплох и не знал, как ему реагировать на появление друга. То ли сказать, что эта девушка, в данный момент, стоявшая ко всем голой спиной, та, с кем он пришел, или же просто сразу признаться, что это Кэмерон, или же спросить с кем он сам пришел на прием. Но вопросы сразу отпали, как только Хаус увидел Кадди, спешившую к ним навстречу. - Я вижу, ты все-таки один решил прийти? Умное решение. Значит, увольнение отменяется. – Улыбнувшись, сказала она, беря Уилсона под руку. Элли, стоявшая в двух метрах от них, наконец, решила присоединиться. - Нет, он не один, – сказала она, подходя к Хаусу, и, так же как и Лиза, беря его под руку. - Пойдем, займем нам место, - пытаясь избежать вопросов, Хаус увел ее вперед, и они сели рядом на втором ряду слева от центрального прохода. - Это была Кэмерон?? – Удивленно спросил Уилсон у Кадди. - Да? Кэмерон? - Она стояла молча, и злилась. Лиза ощущала себя беспомощным ребенком рядом с Хаусом. Она ничего не могла поделать с его выходками, не могла изменить его решений, противостоять его желанию быть во всем правым. В ее голове зрела недобрая мысль о мести. «В этот раз у тебя не получится все оставить как есть» - крутилось у нее в мозгах, «Я не оставлю этот поступок безнаказанным». Ее спутник заметил перемены на ее лице после ухода знакомой парочки, и он тоже поспешил усадить ее в противоположной стороне зала. - У меня для тебя кое-что есть… - роясь в кармане, шепотом сказал Хаус. Он очень боялся, что его кто-то услышит или увидит. – Я забыл тебе сразу это отдать.. Я, конечно, не силен в этом, но мне посоветовали в магазине… А, вот он, - найдя, наконец, пропажу, он достал небольшую прозрачную коробочку. – Держи. – он протянул ее Элли. Внутри был красивый браслет с белыми живыми цветами. - Жасмин! Обожаю этот запах! – Она от удивления чуть не задохнулась. - Мне сказали, что он подойдет к любому наряду.. – также шепотом, стараясь придать безразличие своим словам, сказал Хаус, украдкой наблюдая за ее реакцией. Эл осторожно надела браслет на руку, и, улыбаясь, повернулась к Грегу. - А они не завянут? – поинтересовалась она, успокаиваясь. - Продавщица заверила, что все цветки пропитаны особым составом, чтобы не вянуть. Сказала, что с момента пропитки они не завянут ровно сутки. – С интересом поведал он. - Очень неожиданно, Хаус! Правда! Мне очень приятно! – Элли приблизилась к нему ближе, и поцеловала в щеку, стараясь больше ничем его не касаться. И снова Хаус был в неловком положении, и решил просто деликатно промолчать. – А о каком увольнении говорила Кадди? – убавив пылу спросила Эл у него, стараясь разрядить обстановку. - Не бери в голову! Кадди уже три года пытается меня уволить, но, как видишь, я всё еще тут. – ответил Хаус, не поворачиваясь к собеседнице. Когда все гости расселись, на подиум вышел высокий пузатый мужичок и такая же высокая девушка в коротком платьице. Взяв микрофон, она попросила приглушить свет, оставив зал в темноте, а подиум, наоборот подсветить. Наконец, все стихли и она заговорила: - Уважаемые гости! Вы находитесь в центре города Филадельфия, в Научном музее Франклина, построенного в 1824 году. Убедительная просьба, Музейные экспонаты руками не трогать, на них стоит сигнализация, а также не курить внутри. Теперь о приятном. После награждения, вас во втором зале будет ждать фуршет, посвященный, конечно, награжденным больницам. - Публика немного оживилась и все начали громко шептаться. Благодаря крыше-куполу в зале была хорошая акустика. – Конечно, это радостное событие, но, позвольте, я продолжу, - вновь сказала девушка, восстанавливая тишину. – Итак. Хочу представить вам мэра города Филадельфия – Байрона Флетчера, мэра города Принстона - Майкла Тернера, и мэра города Нью-Йорка - Джорджа Уэлса. А также награждение проводится при поддержке организации "Здоровые технологии". – С разных концов зала на сцену поднялись трое мужчин. Один был лысый, лет сорока пяти, высокий и очень приятной наружности, второй был полноватым афроамериканцем, на вид которому было лет шестьдесят, а из Нью-Йорка приехал парень, лет 28, видимо, замещая занятого начальника. – Сегодня именно они будут вручать награды победителям. – продолжила девушка. Организаторы принесли еще три микрофона. - Итак. Первая номинация, -сказал лысый. - Психиатрическая больница города Филадельфия "имени Э. Мунга" за инициативу в совершенствовании психиатрической помощи а также за особый вклад в диагностику детской психиатрии награждается почетной грамотой. А также, в течение следующего года на территории этой больницы будет построена прогулочно - парковая зона, с оборудованными местами для инвалидов, и детскими площадками для самых маленьких пациентов. - В зале раздались аплодисменты и на сцену вышел высокий седой доктор со своей не менее высокой дамой в лиловом длинном платье, и принял награду из рук мэра Филадельфии. Зал осветила яркая вспышка от большого фотоаппарата. Все оглянулись, и увидели в проходе фотографа, на футболке которого было написано "репортер канала abc". - Вторая номинация. - Вступил молодой парень, когда высокая пара уселась на свои места. - Терапевтическое отделение больницы "Йорк Клиникал центр" в городе Нью-Йорке награждается почетной грамотой за введение круглосуточного режима работы отделения, а также за организацию помощи больным без медицинских карт и страховок. Кроме почетной грамоты это терапевтическое отделение получит новый компьютерный томограф последнего образца. - На сцену вышла полноватая женщина в возрасте под руку со своим сыном. И снова сверкнула вспышка и раздались аплодисменты. - Третья номинация. - Улыбаясь, сказал афроамериканец. Награждается Больница "Принстон-Плейсборо" за оказание медицинской помощи во время урагана и за работу в тяжелых условиях. - На подиум вышла Кадди и Уилсон. Им вручили золотую грамоту в рамочке. - Но это еще не всё! - сказал мэр Принстона. - На следующей неделе в подвальном помещении вашей больницы начнется строительство лечебно-физкультурного зала с необходимыми тренажерами, снаряжением, а также зеркальный шейпинг-зал. Все это будет доступно пациентам дневного стационара абсолютно бесплатно. -Как и прежде, в зале все захлопали, фото было сделано, и Кадди с Уилсоном пошли в конец зала. Хаус сполз с кресла и почти что полулежа дремал, с недовольством наблюдая за происходящим. Элли же, оживленно аплодировала, неподдельно радуясь новым переменам. - Номинация номер четыре, - продолжал мэр Филадельфии, - и снова "Принстон-Плейсборо", друзья! - радовался он. - За лучшее диагностическое отделение штата Нью-Джерси награждается больница Принстон-Плейсборо! За невероятную результативность этого отделения, образцово-показательное содержание, и количество правильно поставленных диагнозов, мы награждаем его грамотой, а также новым лабораторным оборудованием для проведения ПЦР-диагностики. С помощью него вы сможете делать любые тесты на ДНК, диагностировать все известные вирусные гепатиты, ВИЧ-инфекции, а также токсоплазмоз и многое другое. Есть в зале представители отделения? - обратился он к гостям. Элли толкнула Хауса. - Пошли, наш выход! - сказала она, помогая Хаусу подняться из полулежачего состояния. Они вышли на подиум, пожали руку мэру Филадельфии и Принстона. Им все зааплодировали, и пара вернулась на место. Было награждено еще девять больниц, но Хаус и Элли уже не слушали дальше. Они разглядывали красочную книжку-брошюру с изображением нового аппарата, и детально расписанными возможностями этой чудо-техники. Через полтора часа все были награждены. Гости потихоньку начали вставать со своих мест, и подтягиваться в зал на фуршет. Там играла легкая музыка, было очень светло, несмотря на темное время суток. В середине зала стоял большой стол, уставленный бокалами с шампанским, легкими закусками-канапе и блюдами с фруктами. По залу ходили высокие официанты, забирая пустую посуду и предлагали мини-суши гостям. Хаус и Элли подошли с фужерами к одной из скульптур, возле которой стоял Уилсон в полном одиночестве. - Предатель! - гаркнул на него Хаус. - Как ты мог прийти сюда под руку с моим злейшим врагом!? - Он наигранно нагнетал обстановку, вызывая улыбку у Эллисон. - Мы с тобой всю "войну" вместе прошли, ты мне был как брат! - продолжал Грег. Теперь и Уилсон заулыбался. - Знаешь что, Хаус!? - Кадди сказала, что ту бабульку она тебе поручила вести, а не мне! Вот вечно ты так всеми пользуешься! Теперь получай! - также улыбаясь, поведал он. - Это была мера необходимости! У меня был пожар! У меня жизнь горела! - Всё также пылил Хаус. - Я же не мог пойти сюда в рабочей рубашке! А ты все равно не собирался идти, вот я и нашел выход занять нас обоих! Кстати, я все-таки не понял, почему ты тут? - Ну меня буквально затащили сюда. - Сказал Уилсон, ополовинивая бокал. Лиза меня встретила в Холле, взяла за руку и потащила в магазин переодеваться... И вот я тут. - А где она, кстати? - спросил Грег, оглядываясь по сторонам. - Видимо, она тебя просто кинула одного. - У нее разболелась голова и она после награждения уехала домой. - Спокойно ответил тот. - Мальчики, ну не ругайтесь! С вами дама, между прочим, находится! - встряла Эл, и друзья обернулись к ней, как будто первый раз увидели. В зале заиграла медленная красивая музыка. Шампанское многим уже затуманило разум, и две пары уже вальсировали в конце комнаты. - Вы позволите? - протянув руку навстречу Элли, предложил Уилсон. Она ответила на приглашение, и охотно пошла с ним танцевать, бросив на Хауса лукавый взгляд. Тот вытаращил глаза, пытаясь сообразить что происходит, но понял всё уже слишком поздно. - Вы сегодня прекрасно выглядите, доктор Кэмерон! - Наконец заключил Уилсон, не сводя с нее глаз, и увлекая Элли за собой в плавные движения по кругу. Спустя какое-то время появился Хаус, преграждая им путь. -Уилсон, твоя дама тебя бросила, не хватай чужих! - Сказал он, беря Эл за руку. - Это моя игруфка и я ф нее буду играть! А ты найди себе другую! - обидчивым детским голосом коверкал слова Хаус. Уилсон, улыбаясь, отошел, поцеловав на прощание руку Эллисон. - Я не знала, что вы танцуете! - сказала вдруг она. - А я и не говорил фто танцую, просто не хочу, фтобы ты рядом с этим предателем нафодилась! - снова паясничал Грег. Видимо, это доставляло ему удовольствие. - Ну уж нет, Хаус! Вы у меня отняли прекрасного партнера по танцам, теперь вы должны возместить ущерб! - Элли взяла его трость и повесила ее на руку стоящей позади статуи. Она положила его руки себе на талию, а сама взяла его за плечи. Медленно-медленно переступая, Хаус молчал, но периодически менялся в лице от боли в ноге. Но он терпел, и Эл это понимала. Они опять стояли плотно прижавшись друг к другу, и снова сердце девушки билось 150 ударов в минуту, и снова она вдыхала запах его одеколона и обвила его шею руками. Она почувствовала, что руки Хауса едва заметно скользнули вверх по ее голой спине, обжигая своим прикосновением. По ее телу пробежали мурашки, и он еле заметно улыбнулся. Грег не хотел признаваться даже самому себе в том, что она ему нравится. А именно сегодня она привлекала его как женщина. Впервые, за все время что он ее знал. И ему очень нравилось осознавать то, что от простых его прикосновений у девушки по неизвестной причине появлялись мурашки. Музыка на время стихла, и его мысли о прекрасном все оборвались на самом интересном месте. Он опустил руки. - Спасибо за танец, - сказал он Элли, доставая трость со статуи. - Ты была немного неуклюжей, но благодаря моему мастерству мы не выбились из толпы. - Они молча смотрели друг на друга одно лишь мгновение, и после этого дружно рассмеялись. По мнению обоих, вечер прошел весьма удачно. Выходя из здания музея по белокаменным ступенькам, им в лицо ударил прохладный ночной воздух, принося за собой отставшие мелкие брызги фонтана. Их уже ждало такси с надписью "Принстон", которое через несколько минут уже мчало их по трассе, прочь из ночной Филадельфии. Засыпая в одиночестве на двуспальной мягкой кровати, Элли думала только о том, что давно она не была так счастлива. Все было просто прекрасно, на тумбочке в стеклянной пиалке, в воде плавал браслет из жасмина, наполняя комнату чудесным весенним запахом, и под аккомпанемент вальсирующих мыслей она сладко уснула. В это время, распахнув дверь своего кабинета в Принстон-Плейсборо, Хаус зашел внутрь. - Я знала, что ты сюда вернешься. - Сказал голос из темноты. Кадди сидела на его стуле, забросив ноги на тумбочку. Она все еще была в нарядном платье, но прическа ее весьма истрепалась. На столе стояла бутылка виски, пустая на половину. - Я знала, я знала, что дороже работы у тебя ничего нет в жизни, да, Хаус? - Она выглядела весьма дерзко, и немного пугающе. - Я вот что придумала! - Нетрезвым, но все еще твердым голосом сказала она, стоящему в дверях хозяину кабинета. - У тебя на столе лежат два заявления "по собственному желанию". Оба мною уже подписаны. Не хватает только одной подписи. А чья это будет подпись - решать тебе! - даже в свете ночных фонарей с улицы, Хаус заметил ехидную белоснежную улыбку Лизы. - Выбирай, Грег, одного из вас я завтра уволю. Для больницы будет лучше, если уйдет Кэмерон. Все-таки ее уход будет менее болезненным для всех, чем твой... - Лиза икнула, и поставила стакан на стол. - Видишь, я свое слово держу! Чтобы завтра на моем столе лежало одно из этих заявлений, Хаус! В противном случае я уволю вас обоих, без суда и следствия! - Она снова улыбнулась, глядя как Хаус лихорадочно размышлял над "аварийными выходами" из этой ситуации, и вышла в холл, закрыв за собой стеклянную дверь. Он сел в кресло не проронив ни слова, положив свою голову в ладони и пытаясь сосредоточиться. "Как мне ей сказать? Как сказать Эллисон, что она должна это подписать? Как я это объясню?" - в его голове мелькали картинки. Их первая встреча, ее запах мяты с корицей, звонкий смех, их объятия, когда она его приютила на ночлег, и то, как они вдвоем держали ребенка, и их сегодняшний танец, и то, как понимали друг друга с полуслова... Хаус невольно улыбнулся, и, взяв один из бланков, размашистым почерком расписался напротив своей фамилии.