Любовь или наказание?

Дурные вести бегут, хорошие плетутся прихрамывая. Джон Мильтон.

      Трель телефона помешала Адриану досмотреть счастливый сон, в котором он, в костюме супергероя, вместе с Маринетт бежал по крышам ночного Парижа, изредка останавливаясь, чтобы только сжать её в своих объятиях и не отпускать. Открыв глаза и осознав, что это ему лишь приснилось, Агрест недовольно вздохнул и посмотрел на экран смартфона, где высвечивалось лицо пятнадцатилетнего Нино. Парню не хотелось отвечать ему, он даже немного разозлился. Нино знает ведь, что вчера Адриан вернулся после полуночи домой из-за очередных съемок. Теперь ему ещё и в фильмах предстояло играть. Но делать было нечего: отец заставлял приносить доход в их семью, раз свою его сын заводить не собирался.       Агрест-младший отложил телефон на тумбочку, и тот вскоре затих. Ему почти что удалось заново заснуть, но Нино как с цепи сорвался. Смартфон снова издал знакомый звук, и Адриан чуть было его со всей силы не швырнул куда-нибудь за окно, оно как раз было открытым. Но парень взял себя в руки, расслабился и нажал на зеленую мерцающую кнопку, принимая вызов.       — Тебе не спится? — сходу спросил Адриан, поглядывая на часы. Надо же, Нино разбудил его почти в восемь утра! Либо другу действительно не спится, либо он снова решил пожаловаться на свою плачевную судьбу горе-отца. Лейф постоянно рассказывал Агресту, какого это - иметь маленького ребенка, который постоянно плачет, плачет и только плачет. Иногда давал советы, основная масса которых гласила: «Никогда и ни при каких обстоятельствах не заводи детей. Ни-ког-да». В жизни это звучало как начало хоррора.       — Да какой тут сон! — радостно прощебетал друг. Похоже, он всё-таки выспался, его энергичному голосу можно было позавидовать. — Ты уже знаешь?!       Адриан поморщился и отодвинул телефон подальше от уха. Нино так орал в микрофон, что у Агреста ухо заложило.       — О чем? Если ты разбудил меня, чтобы рассказать о выходе новых очков виртуального виденья, то… то я даже не знаю, что с тобой сделаю, Нино! — парень вспомнил, как однажды ночью Лейф позвонил ему после утомительного дня и сообщил, что в прокат вышла крутая видеоигра на основе его любимой истории ужасов. Друг даже готов был посреди ночи сорваться и бежать занимать в очереди место, лишь бы получить пробную версию первым. И чуть было не увлек за собой Адриана.       — Не-ет, — Нино явно закатил глаза по ту сторону вызова. — Но мы к этому еще вернемся! — добавил он. — Ты в курсе, что Маринетт со своим мужем прилетели в Париж?       Все остатки сна мигом улетучились. Адриан резко сел в постели, из-за чего одеяло подлетело и бедный Плагг, спящий на нем, перекочевал по воздуху в другую часть комнаты. Агрест не обращал внимания на его возмущенные вопли, не слышал голоса друга, который забеспокоился от столь продолжительного молчания парня. У него же в голове была только одна сумасшедшая мысль — не послышалось ли ему? Адриан помотал головой, отгоняя эти мысли. Да нет, такого быть не может, чтобы Маринетт прилетела в Париж… Или может?       — Ты не шутишь? — осторожно спросил Адриан, пытаясь сохранить спокойствие в голосе. Однако сердце его бешено стучало в груди в предвкушении встречи с любимой девушкой. Неужели он снова встретит Маринетт? Увидит свою дочь Энджи? На лице у него явно отразились все эмоции, потому как Плагг смотрел на своего хозяина с недоумением. Оно и понятно — у того улыбка на лице тянулась от уха до уха.       — Какие уж тут шутки, — фыркнул Лейф. Позади послышалась какая-то возня, потом шум, резкий и пронзительный крик «Папа!», а после тишина. Но спустя секунду сын Нино разразился громким плачем. Агрест, несмотря на ужасный шум и новое оглушение, ждал от друга продолжения речи и не спешил убирать телефон. — Алия сегодня рассказала, что Маринетт приехала. Представляешь, они прилетели ещё вчера утром, а эти двое — я имею ввиду Алию и Маринетт — успели уже все обсудить и посекретничать. Спорю, что нас обсуждали, — снова послышалась возня.       Адриан расстроенно прикусил губу. И почему он обо всем узнает самый последний? Почему Маринетт не рассказала ему, что прилетает в Париж? Неужели она стесняется его даже как своего друга? Агреста мучили догадки и разнообразные вопросы, ответы на которые он мог получить только от Дюпен-Чэн. Конечно, было бы глупо сейчас идти к ней, разъяснять всё, ведь, по словам Нино, она прилетела в Париж с мужем. Интересно, а Энджи тоже с ними? Парень понимал, что Маринетт вряд ли захочет, чтобы он встретился с дочерью, но она может позволить хотя бы посмотреть на неё издалека?       Он видел множество фотографий Энж, присланных Дюпен-Чэн. И каждый раз, глядя на них, у него появлялось желание в эту же секунду сорваться с места и улететь в Нью-Йорк, лишь бы краем глаза посмотреть на девочку вживую. Послушать её голос, порадоваться ее успехам, смотреть на её удивительно яркую улыбку. Энни была похожа на его мать, всем напоминала ему ее. Адриану казалось, что именно дочь и Маринетт заполнили его дыру в груди, позволили тоске по маме уйти. Но в то же время именно из-за них он снова тосковал. Раньше он не мог увидеть мать, только фотографии напоминали ему о ней. Теперь же он не мог видеть двух других любимых девочек.       С каждым днем, осознавая это всё больше и больше, Адриан не мог начать новую жизнь. Он хотел обрести счастье только с той, которую безмерно любил. В которую влюбился всего один раз и не мог уже забыть никогда. Но его ещё мучила совесть. Парень понимал, что у Маринетт теперь была новая жизнь, в которой все её мечты сбылись. Она имела хорошую карьеру, о которой всегда мечтала, у неё любящий муж, приносящий в семью хороший доход, а также любимая дочь. Не об этом ли мечтал каждый? И Адриан мечтал об этом.       Ему уже двадцать восемь. И у него есть лишь бесконечная и безответная любовь к двум девочкам, что стали частью его жизни. И он понимал, что никогда не сможет быть рядом с ними. Любить их и заботиться о них. И поэтому Адриан завидовал Мираклу. Тот получил всё, о чем мечтает он сам без всяких проблем. Просто увидел Маринетт в школе, познакомил с отцом и сделал предложение. Таким, как он, всегда всё просто дается. Да и вряд ли он любит Маринетт так же, как Агрест. Ведь Мира даже не всё о ней знает. Не знает её настоящую.       — Ты чего замолчал? — неожиданно до Адриана дошло, что он всё еще держит телефон, прижимая его к уху. Плагг уже давно смеялся над его зомбированным лицом, выражавшим миллиард эмоций сразу.       — Ой, прости, задумался… — Агрест помотал головой. — Так что ты там говорил?       — Представляешь, Маринетт хочет познакомить меня и Алию со своим мужем. Ну, мне Алия так сказала. И я позвонил тебе не просто так, Адриан, — Нино замолчал. Агрест готов был на себе волосы рвать, лишь бы время перестало тянуться так мучительно долго. Интересно, что друг хочет ему сказать? Дюпен-Чэн пригласила на это «знакомство» и его, как своего одноклассника их коллежа? Вряд ли она представит его как своего бывшего парня, от которого у нее родилась дочь. И уж точно не как напарника по спасению Парижа от злодея Бражника. — Ты не мог бы посидеть с Лео, пока мы будем на ужине?       Адриан моргнул пару раз. Ему послышалось или нет? Нино хочет сказать, что на ужин пригласили только его и Алию? То есть Адриан вообще уже ничего не значит для Маринетт, раз она его даже своим другом не считает? Или же она чего-то боится? Парень яро решил разузнать, в чем дело.       — Да, конечно, — сглотнув ком в горле, кивнул Агрест. — Когда будет ужин? Я должен буду предупредить отца.       — Завтра, — ответил друг. — Прости, что прошу именно тебя. Алия сказала, чтобы я отвёз Лео к своим родителям, а они, оказывается, в отпуск сегодня улетают. А её родственники слишком заняты. Эх, вечно они все не вовремя. Еще раз извини.       — Да ничего, мне же в радость сидеть с твоим сыном, — рассмеялся Агрест. Он действительно симпатизировал Лео. Тот напоминал ему обо всех упущенных годах детства собственной дочери.       — Леонард, а ну сейчас же отдай мне эту игрушку! Это не для детей! — Нино бегал по дому с телефоном в руках, пытаясь догнать своё неугомонное дитя. Адриан лишь с улыбкой представлял в голове, что это за игрушка такая, которую мог стащить маленький Лео и которая не для детей.       Парень откинулся назад, улегшись на кровати в удобную позу, и сбросил вызов, попрощавшись с Нино. Тому явно сейчас не до разговоров со своим другом.       Адриан открыл тумбочку, на которую положил телефон и достал оттуда наушники, включая белый шум для сна. На самом деле ему совершенно не хотелось спать, но он сделал вид, что утомился, для того, чтобы Плагг не донимал его своим ворчанием и разговорами. Успокаивающие звуки помогали сосредоточится на приятных мыслях и откинуть переживания, которые Агрест копил в себе все эти годы.       Пусть Маринетт и не позвала его на этот ужин, это ещё не значит, что она его не позовет. Всё-таки он был уверен, что Нино узнал об этом ужине от самой Алии, потому как та вообще не умела хранить секреты от своего мужа. В семье Лейфа была самая настоящая идиллия. У них всегда было спокойно, когда к ним не зайди. Только изредка Адриан заставал Нино, бегающего по дому за своим маленьким сыном, когда тот стащил либо телефон, либо пульт, либо, что ещё хуже, компьютерную мышь, перерезав её провод. У Нино с Алией были доверительные отношения и любовь без границ. И Адриан завидовал им, наблюдая за счастьем друзей.       Он всегда задумывался над тем, что было бы, если бы Маринетт не уехала в Нью-Йорк. На самом деле Адриан понимал, что всё было бы намного запутанней, чем то, что происходит в настоящем. Отец вряд ли разрешил бы ему, Адриану Агресту, принять «чужого» ребенка, учитывая то, что Маринетт уже рассказала всем, что она переспала с Котом Нуаром. Но не признаваться же им, что он и есть супергерой, а сама Дюпен-Чэн — бывшая супергероиня? Конечно нет, она бы такого не позволила. И тогда им не суждено было бы быть вместе, как не суждено сейчас.       Но зачем тогда они узнали тайны своих личностей? Зачем любили друг друга, не зная о своих взаимных чувствах? Зачем играли в ту злосчастную игру, которая не принесла никому счастья?       Агрест рассерженно перевернулся на другой бок. Нет. Игра принесла счастье, пусть и повлекла за собой массу последствий. Теперь у него была дочь, у Маринетт была дочь. Самая прекрасная девочка на свете, с прекрасной улыбкой и сказочной внешностью, полностью похожая на него, Адриана. И это ли было не счастье? Нельзя сожалеть о случившемся. Нужно лишь всё переосмыслить и сделать для себя выводы.       И Адриан мог сделать вывод в данной ситуации. Самый простой и очевидный. Он должен любить, ждать и надеяться, что всё случившееся и случающееся не происходит просто так. Когда-нибудь судьба обязательно повернется в его сторону. Но пока Агрест сам должен начать делать первые шаги на пути к цели. И первым из них будет встреча с Энджи.       С этой твердой и согревающей сердце мыслью Адриан заснул, несмотря на слышимые сквозь наушники гневные крики Плагга.

***

      Утром Маринетт проснулась с прекрасным настроением, готовая на новые свершения. Она даже на секунду пожалела о том, что больше не является Ледибаг и не может вот так просто выпрыгнуть в окно и пробежаться по заснеженным крышам Парижа. А ведь сегодня выпал первый снег в этом году в столице Франции! Девушка с удовольствием вглядывалась в снежные хлопья, которые медленно падали на землю, тут же таяли, не оставляя следов. Несмотря на то, что сегодня утром падал снег, солнышко светило довольно ярко, даря всем парижанам прекрасное настроение, стимул к хорошей работе. В такую погоду только гуляй себе и гуляй по прекрасному городу в поисках приключений. Дюпен-Чэн улыбнулась своим мыслям и закрыла окно.       Миракл сидел на кровати, с улыбкой на лице наблюдая за ней. Как только Маринетт обернулась, тот быстро сделал вид, что сосредоточен на экране своего планшета. Девушка лишь хихикнула и закатила глаза — она кожей чувствовала, что за ней всё это время наблюдали. Дюпен-Чэн снова улеглась в постель, прижавшись к мужу всем телом, заставив того вздрогнуть: пока Мари стояла у раскрытого окна, она сильно замёрзла.       — Холодно! — пытаясь избежать её прикосновений, Миракл ерзал по матрацу, тщетно пытаясь уклониться. Маринетт лишь коварно посмеивалась, специально дотрагиваясь до самых чувствительный его мест. Спустя какое-то время Мире удалось схватит её за запястья и зажать ноги между своими. — Попалась! — горделиво сказал он и поцеловал девушку в губы, отпуская её. — Что планируешь сегодня делать? — спросил парень, отстранившись.       — В двенадцать у меня встреча с месье Агрестом, — пожала плечами та. — После я обещала Энни прогуляться с ней до нашей пекарни, рассказать «что-нибудь из детства», — Маринетт удачно спародировала голос дочери.       — Узнаю Энджи. Уверен, что она просто хочет провести с тобой как можно больше времени, — на это заявление мужа Мари кивнула, чуть улыбнувшись. — А вообще, я бы тоже был не прочь с вами прогуляться. Во сколько пойдете?       — После часа, скорее всего. Точнее, я ей обещала, что в час вернусь и буду с ней гулять до темноты, — Маринетт рассмеялась, встала с кровати и подошла к шкафу, снимая с себя кружевную розовую сорочку. Девушка быстренько переоделась, нацепив на себя черные брюки, мятного цвета рубашку и коричневый пиджак. Волосы она оставила распущенными. — Ну, как я тебе? — усмехнувшись, Дюпен-Чэн встала в модельную позу.       — Как сама принцесса красоты. Твой собственный стиль? — прокомментировал Миракл.       — Мира, ты меня оскорбляешь! — девушка притворно надула губы. — Это из коллекции месье Агреста. Надела для, м-м, солидарности, что ли, — Маринетт не хотела признаваться Мираклу, что боялась встречи с Габриэлем, потому надела что-то из его дизайнерства. Но ещё больше она страшилась не встречи с месье Агрестом, а с его сыном, Адрианом, даже несмотря на то, что Габриэль сказал, что Агреста-младшего дома не будет. Кто знает, что может случиться?       — Прости. Ты же знаешь, что я в моде ни бум-бум! — он показал на голову.       — Пойдешь с нами сегодня гулять? — спросила Дюпен-Чэн, неожиданно вернувшись к их прошлой теме.       Но Миракл покачал головой, скосив взгляд на планшет.       — Сегодня в три встреча с продавцом, до этого я должен осмотреть здание, заняться бумагами и бла-бла-бла. Тем более, что завтра у нас с тобой важное мероприятие запланировано, – Моррисон подмигнул девушке. — Мне уже невтерпеж встретиться с твоими друзьями. Как там, говоришь, их зовут?       — Алия и Нино, — улыбнулась Мари. — А их маленького сына — Леонард.       — Леонард… — задумчиво повторил тот. — Довольно интересное имя. Королевское.       — Во вкусе моей подруги, — Маринетт громко рассмеялась, представляя себе сцену выбора имени для ребенка. Вот уж Нино, наверное, пострадал, пытаясь вбить в голову Алие (которой никогда и ничего не докажешь), что их сыну больше подходить имя какого-нибудь знаменитого ди-джея. Но подруга явно была тогда непреклонна — да и кто станет всерьез спорить с беременной?       — Она возьмет его с собой?       — Вряд ли. Алия сказала, что попробует договориться с родителями Нино, чтобы те посидели с малышом вечером. Всё-таки будет не очень здорово, если Лео вдруг запросится домой или спать, верно? — дождавшись ответного кивка, девушка вышла из спальни и отправилась на мини-кухню, которая находилась в этом номере.       Основная часть посетителей отеля завтракали, да и вообще принимали пищу в ресторане самого отеля, лишь некоторые могли позволить себе номера с персональными кухнями, где могли бы приготовить собственный завтрак. Мадам Чэн настояла на том, чтобы они сняли именно этот двухэтажный номер с кухней, чтобы готовить на завтрак её фирменные капкейки, которые обожала Энджи. Маринетт с радостью согласилась на её предложение, потому как понимала, что завтрак в ресторане им обошелся бы гораздо дороже, а уж в течение трех недель — тем более.       Девушка ничуть не удивилась, когда застала на кухне маму, украшавшую последний капкейк, сделанный из темного теста — шоколадный. Мари сладко зажмурилась от удовольствия, вдохнув приятный и знакомый аромат. Когда-то она тоже каждое утро завтракала этими капкейками перед тем, как отправиться в коллеж.       — Доброе утро, — улыбнулась Дюпен-Чэн маме и схватила капкейк, тут же откусив добрую половину. — Очень вкусно! — Сабина в ответ наградила дочь теплым взглядом и закрыла уже остывшую духовку. — Никуда сегодня не собираешься?       — Только если встретиться со своими бывшими подружками, — ответила мадам Чэн уклончиво. Маринетт показалось, что та что-то скрывает, но она не стала расспрашивать. Если у мамы и есть секреты, то она ими ни с кем не поделится, даже с дочерью. — Вы ведь с Энджи сегодня идете в ресторан, бывший нашей пекарней?       Маринетт кивнула.       — Полезно, полезно, — покивала Сабина, тоже откусывая капкейк.       — Энни до сих пор спит? — невзначай спросила Мари. В мыслях она сама же ответила себе на этот вопрос: разумеется, спит. Энджи была той особой, которая не привыкла вставать рано без причины и надобности. Она могла вскочить и в шесть без будильника, если ей самой надо было срочно куда-то бежать или ехать, а без этого девочка валялась до поздна. Но мадам Чэн все равно утвердительно ответила на вопрос дочери. — Без двадцати двенадцать. Мне надо бежать, иначе опоздаю на встречу с… — Маринетт резко умолкла. — Возможным будущим партнером, — закончила она. — Не скучайте тут!       Девушка залпом осушила свой стаканчик с кофе, подхватила сумку и пальто, а потом выскочила в коридор, направляясь к лифту. Она несколько раз нажала на кнопку вызова, но лифт не спешил ехать — похоже, кто-то решил покататься по этажам отеля. Маринетт раздраженно выдохнула, выходя через ближайшую дверь на лестничный пролет и побежала вниз по ступенькам. Конечно, на каблуках было совсем не удобно быстро спускаться, но делать было нечего.       Дюпен-Чэн вскоре оказалась в фойе и сердито заскрежетала зубами, наблюдая, как в лифт, который она ждала несколько минут, заходит целое полчище народу. Поздоровавшись с девушками на ресепшн, Мари поспешила к выходу, откуда направилась к ближайшей станции метро. Как же хорошо, что она жила в Париже все своё детство и успела выучить каждую станцию и каждую улочку. А ещё лучше смогла их узнать, когда каждый день гоняла с Адрианом по крышам за очередной жертвой Бражника.       Когда поезд остановился на нужной станции, Маринетт мигом вылетела из метро, тут же издалека поймав взглядом знакомый дом Агрестов. Казалось, будто около их дома специально находилась станция, чтобы гостям было проще найти огромный особняк. «Гостям», — в мыслях девушка саркастически усмехнулась. Она готова была поспорить, что за последние десять лет она была первым и последним гостем в этом доме. Интересно, был ли всё-таки подвох в этом контракте? Может, Габриэль хочет отомстить за разбитое сердце сына?       Скрепя сердце, Маринетт нажала на злополучный дверной звонок, ожидая, пока из стены вылезет знакомая камера и послышится голос секретарши Габриэля Агреста — Натали. Но ничего такого не случилось — ворота просто открылись, давая Мари спокойно зайти во внутренний двор, а уж затем в сам дом. К её огромному удивлению, внутри её у дверей встретил сам отец Адриана, ничуть не изменившийся за эти десять лет. Всё тот же четкий подбородок, взгляд серьезных глаз, отменная осанка и равнодушное выражение на лице.       — Добрый день, мадам… Моррисон? — неуверенно поздоровался месье Агрест. На его лице появилась секундная усмешка.       — Можно Дюпен-Чэн, — ехидно парировала та. — Добрый день, месье Агрест. Рада нашей встречи, которая, как я надеюсь, повлечет за собой что-то? — девушка спрашивала прямо, стараясь не намекать. Ей было действительно интересно узнать, что такого задумал Габриэль, раз так решительно решил объединить два лучших модельных агентства. Но Агрест-старший сделал вид, будто не заметил её открытого намека.       — Проходите ко мне в кабинет. Мы с вами всё обсудим там, — только и сказал он. Девушка закатила глаза, но всё же последовала за отцом своего бывшего парня. По совместительству являющегося дедушкой её дочери.       «Поверить не могу, что мы родственники», — раздраженно подумала Маринетт, закрывая за собой дверь.

***

      Адриан проснулся с будильником в одиннадцать утра, так как на двенадцать у них с отцом были назначены смотры новых нарядов, сшитых дизайнерами их модельного агентства. Встав с кровати и приняв холодный душ, парень вдруг понял, что на сердце у него легко и радостно, чего не было уже продолжительное время с последнего посещения Маринетт Парижа. Интересно, как она отреагирует на их неожиданную встречу. Парень твердо решил сразу после смотра отправиться к ней и просто поговорить, как старым знакомым. Он хотел с ней поговорить о её матери. Откуда Сабина знает тайну его личность? Это нужно было выяснить немедленно.       Агрест-младший вышел из комнаты, предварительно накормив Плагга большим куском камамбера. Дома было тихо и пусто. Но какого было удивление Адриана, когда он увидел отца в столовой, дожидавшегося его к завтраку.       — Я чуть было не послал Натали разбудить тебя, — с неожиданной улыбкой на лице сказал Габриэль, показав на стул рядом с собой, где уже стояла тарелка Адриана. Парень не решался сесть, а лишь удивленно таращился на отца. Тот редко завтракал в такое время, а ведь стол был накрыт на двоих. — Садись, надо поговорить насчет сегодняшнего мероприятия.       «Ах, вон оно что», — Адриан мысленно рассмеялся. Да и на что он надеялся? Что отец просто решил с ним позавтракать и провести время вместе? Это были детские мечты, но и они переходили в его взрослую жизнь вместе с остальными. Опустив голову, Агрест-младший сел на место, которое специально накрыли для него и уставился на отца. Он понимал, что как только тот скажет то, для чего пришел сюда, то сразу же уйдет. И парень не хотел отнимать его драгоценное время.       — Не томи, — буркнул Адриан, не притрагиваясь к еде.       Габриэль не удостоил его взглядом, взял в руку вилку, и начал есть свою порцию.       — Сегодня на двенадцать я запланировал важную встречу. Возможно, благодаря этому контракту, который я очень желаю подписать, все наши финансовые проблемы с компанией уйдут на второй план. Именно поэтому я отменил наши сегодняшние смотры, и ты сегодня целый день свободен. Единственное, о чем я тебя хочу попросить: уйди из дома на часа полтора, чтобы я мог спокойно вести переговоры. Они очень для меня важны.       — Я думал, что компания теперь у нас общая и что мы вместе будем рассматривать все возможные удачные контракты, — Адриан не хотел возникать. Наоборот, он обрадовался, что смотры отменили и теперь ему было дозволено делать что угодно. Но всё-таки его насторожила столь резкая просьба отца исчезнуть из дома. Что это за контракт такой?       — Я не беру своих слов назад, Адриан. Но это соглашение очень важно для меня, и я не хочу, чтобы оно сорвалось. В это раз я справлюсь с помощью Натали и собственными силами, — Габриэль сделал акцент на слове «собственными». Адриан понял его и хотел было кивнуть, как вдруг отец продолжил: — Если что-то пойдёт не так, мы можем увязнуть, наш бизнес скатится, мы станем банкротами. И тогда уже даже Одри Буржуа нам не поможет.       Адриан озадаченно почесал затылок. Его всё это удивляло, пусть немного и радовал такой неожиданный расклад.       — А ты уверен, что этим людям можно доверять? — спросил парень. Почему-то в нем этот будущий, возможно успешный контракт не вызывал доверия. Слишком уж всё идеально получалось. Если они не подпишут, то гореть компании Агрестов в банкротстве, а если подпишут, то тут же богатство и замок в облаках.       Но на лице отца появилась таинственная улыбка.       — Уверен.

***

      В полдвенадцатого Адриан вышел из дома и сел в метро, находящееся ближе всего к его дому. После разговора с отцом, парень быстро собрался и позвонил Нино, чтобы узнать, где именно поселилась Маринетт со своей семьей. Если друг не соврал, то они жили в самом роскошном отеле города, окна которого выходили на Эйфелеву башню. Номер там стоил достаточно дорого, но, учитывая положение дел компаний Моррисонов, Адриан пришел к выводу, что для них это пустяки.       Вызвав лифт, Агрест поехал на шестой этаж, где и располагался номер семейства Моррисонов. Адриан даже как-то позавидовал, что Маринетт носила фамилию Миракла Моррисона, а свою решила просто забыть. Интересно, а она бы взяла его фамилию, если бы вышла замуж за него? Стала бы мадам Агрест? Улыбнувшись этой невинной мысли, парень вышел из лифта, но тут же подпрыгнул от испуга — дверь, ведущая в лестничный пролет, громко хлопнула, закрывшись. Похоже, кто-то совсем нетерпеливый.       Тут же забыв об этом, Адриан наткнулся на номер сто сорок четыре, который, по словам уже девушки с ресепшн, заняли Маринетт со своим мужем. Сжав руку в кулак, Адриан долго косился на дверь, не решаясь постучать. А что, если Мари просто прогонит его, так и не удостоив ответом или простым разговором? Такое Агрест пытался не представлять. Он решительно сглотнул подступившую слюну и постучал в дверь.       С той стороны заскрежетал замок, и вскоре дверь тихо отъехала в сторону. На пороге стоял тот самый человек, которого парень меньше всего хотел встретить самым первым.       И нет, это был не Миракл. И уж точно не Энджи, о встречи с которой он грезил днями и ночами. На него смотрела сама Сабина Чэн с легкой улыбкой на лице и с капкейком в руке. Её фартук был немного заляпан мукой, видимо, женщина только недавно готовила. Адриан неловко потоптался на месте под её изучающим взглядом, даже не решаясь поздороваться.       — Добрый день, месье Агрест, — Сабина широко улыбнулась и отошла в сторону, жестом приглашая его войти внутрь. — Очень удивлена твоему неожиданному визиту.       — Здравствуйте, мадам Чэн, — выдавил парень, повесив куртку на крючок в небольшом холле, и отправился вслед за матерью Маринетт, которая уже сидела за столом, поедая приготовленный ею же капкейк и запивая его кофе. — Извините, что без предупреждения.       — Извиняю, — ласково ответила та. — Угощайся, — китаянка кивнула на теплые кексы, запах которых сразу же привлек Адриана, как только он вошел в помещение. Парень неуверенно взял один и откусил, тут же проникшись его вкусом. — Ты же не просто так пришел, верно?       — Я бы хотел поговорить с Маринетт, — честно сказал он. — Да хотя бы просто её увидеть. Хотя… мне также интересно, откуда вы…       Договорить Агрест не успел. Сзади послышались шаги и странное сопение. Парень обернулся и застыл, не веря своим глазам.       Позади него стояла самая красивая девочка из всех, что он когда-либо видел. Это была Энджи — его дочка, которую Адриан мечтал увидеть на протяжении долгих и томительных десяти лет. Энж была в реальности такой же прекрасной, как на фотографиях, что присылала ему Маринетт. Но эмоции, которые он испытал, увидев её перед своими глазами, нельзя было описать словами. Агрест чуть было не кинулся обнимать её, как вдруг ощутил, что Сабина сжала его ладонь, будто бы пытаясь удержать на месте. И парень остался сидеть на стуле.       Энджи выглядела довольно бодрой, путь и было видно, что девочка только-только проснулась. Её золотистые локоны были завязаны в два хвоста на макушке и заплетены в косы. Из-за этого она казалось похожей на куклу. Особый шарм придавали ей яркие зеленые глаза, прямо как у него, Адриана, отливающие блеском. Энж была одета в пижаму с единорогами. Парень поджал губы.       — Доброе утро, соня, — прошелестел голос Сабины позади Адриана. Она не оставляла попыток оторвать Агреста от созерцания своей внучки. Та даже не смотрела на неожиданного гостя — её взгляд был прикован к капкейкам, от которых исходил чудный запах.       — В следующий раз готовь их только тогда, когда я проснусь, — недовольно сказала Энджи. — Бабуль, ты же знаешь, что один только запах твоих шикарных мафинов заставляет меня проснуться.       — И нечего так долго спать. В нашей семье никто не спит дольше восьми часов, Энджи! — голос Сабины звучал по-доброму, хотя Адриан немного испугался. Он тоже любил спать подолгу. Неужели, Энни и тут пошла в него? Парень даже смутился, уставившись на мать Маринетт.       Энджи подлетела к столу и уселась на стул, что стоял по левую сторону от Агреста. И только тогда девочка его заметила.       — Ой! — воскликнула она, изучающе разглядывая неожиданного гостя. — Ты чего не сказал, что у нас гости? — девочка обращалась не к Сабине — Энж сказала это слишком громко.       — Гости? — голос послышался с нижнего этажа номера. Ого, у них еще и номер был двухэтажный. Адриан мысленно усмехнулся, продолжая взаимно изучать свою дочь. Она тоже не сводила с него заинтересованного взгляда. Послышались торопливые шаги, и в той стороне, откуда появилась Энни, показался красивый мужчина, лицо которого Адриану было прекрасно знакомо. Это был Миракл Моррисон, отобравший его счастье.       — Миссис Чэн, вы не предупреждали, что к нам заглянут гости, — отчеканил Миракл на американском английском. К счастью, Адриан в совершенстве владел этим языком, так что с легкостью разобрал его речь. Муж Маринетт подошел ближе и отдал Энджи смартфон с большим экраном, явно последней модели. Девочка тут же забыла про гостя, читая сообщения. — Добрый день. Миракл Моррисон, — он протянул руку Адриану. Тот не сразу ответил, но всё-таки протянул ладонь в ответ.       — Адриан Агрест, — представился парень.       — О! Адриан! — на лице мужа Маринетт появилась широкая улыбка. — Эх, жаль ты меня не помнишь! — Мира покачал головой. — Когда-то наши отцы были большими друзьями, пока что-то их не разлучило. Я помню тебя совсем маленьким, еще грудным ребенком.       Агрест неловко улыбнулся. Он не знал таких подробностей о дружбе своего отца с Моррисоном-старшим. И уж тем более он не был так рад этому знакомству, как Миракл. И да, он его совершенно не помнил. Да и Мира вдруг явно стал сомневаться в том, что это знакомство для него хорошее. Мужчина заинтересованно осмотрел гостя, а потом перевел взгляд на Энджи, продолжавшую смотреть мини-ролики в каком-то приложении. Адриан заметил, как Сабина замерла на месте, наблюдая за Мираклом. Да и сам Агрест весь внутренне напрягся. Уж не подумает ли муж Маринетт, что его дочь… его дочь?!       Но тот лишь мотнул головой и присел рядом с Сабиной, напротив Энни, и взял в руки планшет, уткнувшись в него.       — А ты чего решил заглянуть, Адриан? Отец подослал выяснить, какая у нас семья? — спросил Мира, не открываясь от яркого экрана. Энни заинтересованно отложила телефон.       — О чем это ты? — в диалог вступила Сабина, немного опешившая от странного заявления зятя. Адриан сам впал в замешательство.       — Ну, я сразу, как он представился, понял, что он здесь из-за контракта, который Мари пошла заключать с его отцом, мистером Агрестом, — ответил Миракл женщине.       — Что? — одновременно спросили Адриан и Сабина. Они даже не посмотрели друг на друга, вперившись взглядами лишь в Моррисона.       — Погоди-ка… Так это Маринетт важный человек, которому точно можно доверять? — уточнил Агрест. Так вот почему отец так яро желал выпроводить его из дома. Он не хотел, чтобы Дюпен-Чэн встретилась с ним и контракт сорвался из-за их старых… отношений. Похоже, отец опять всё рассчитал.       — Маринетт заключает контракт с Габриэлем Агрестом? — похоже, китаянка тоже не знала о планах своей дочери.       Миракл неожиданно рассмеялся.       — Странно всё получается. Адриану ничего не рассказывает отец, а у нас наоборот Маринетт ничего не говорит матери. Я знаю, что это не смешно. Это иронично, — пожал плечами тот и отхлебнул свежезаваренный кофе.       — Чёрт! — выругалась Энджи. Адриан чуть было не забыл о том, что она тоже сидит с ними за одним столом. Да и как он мог о ней забыть? Она же прямо-таки светящийся лучик солнца. Снова взглянув на неё, парень улыбнулся. Девочка тут же это заметила: — А вы всегда улыбаетесь?       Агрест растерялся, но потом кивнул.       — Да. Я работаю моделью у своего отца, так что привык к тому, что улыбка должна всегда быть на лице, — оправдался он и заслужил одобрительное выражение на лице матери Маринетт. — Можно на «ты», Энж, я не такой уж и старый.       Одобрительное выражение на лице Сабины тут же исчезло. Миракл вскинул голову, а лицо Энджи удивленно вытянулось. Адриан почувствовал дикое желание провалиться сквозь землю.       — Меня так никто не называл очень давно, — улыбнулась девочка. — Но точно называл кто-то. Правда, я не помню кто. Но звучит знакомо, — она задумчиво схватилась за шею. — Ну-у, не суть. Раз я раньше проснулась, то раньше пойду гулять. Пап, — она повернулась к Мираклу. Сердце Адриана болезненно сжалось, и его состояние, конечно же, заметила мадам Чэн. — Прогуляешься со мной?       — Энджи, ты же знаешь, что я сегодня целый день работаю, — не отрывая взгляда от Агреста, сказал Мира. — Вот Маринетт придет и пойдете, как обещано, в час.       — Её ждать целый час! — раздраженно выдохнула девочка, падая на стол.       — Сходи прогуляйся с Адрианом. Он всё равно пришел к Маринетт, а она, как оказывается, ушла к ним. Он тебе и Париж покажет и за мамой зайдёшь через час, — неожиданно предложила Сабина. Парень шокировано покосился в её сторону, но женщина сделала вид, что не заметила.       — А так можно? Ты не будешь против? — Энджи повернулась к Агресту. Тот отрицательно помотал головой, чувствуя, что не в силах пока что говорить. — Ой, тогда я побежала собираться! — девочка ухватила парочку капкейков и стремглав помчалась на нижний этаж. — Пять минут!       Адриан лишь молча кивнул. Что ж, этот день начинался продуктивно. Он уже и с дочерью гулять идет наедине. Жаль только, что она не знает об этом…       Но что-то подсказывало Агресту, что скоро всё изменится.       И всё тайное станет явным.

Когда ты — папа, над тобой никого нет. Если ты не сделаешь чего-то, что должно быть сделано, кто тогда это сделает? Джонатан Сафран Фоер.