runaways

      На следующее утро Джайро разбудил Джонни раньше будильника. Джонни был не сильно доволен — его смена начиналась в полдень, и он обычно любил спать до последнего, — но у Джайро был для него сюрприз.       — Зря мы те вафли купили, — объявил Джайро, ставя на тумбочку Джонни декоративный хэллоуинский поднос (оставленный в его квартире девушкой, с которой он пересёкся несколько месяцев назад), нагруженный домашними вафлями с черникой и апельсиновым соком.       — А это ещё что такое? — Джонни подтянулся, чтобы сесть и прищурившись посмотрел на поднос. — Как так вышло, что они в форме Техаса?       — Круги — это скучно, — пожал плечами Джайро. — И я подумал, что эти тебе понравятся больше. Может, они не такие хорошие, как у твоей мамы, поскольку я готовил их первый раз, но я попробовал одну и думаю, что они вполне себе.       Джонни потёр глаза.       — Ладно, давай попробую.       Обрадованный, Джайро передал Джонни поднос и уселся на край кровати.       Джонни бросил на него быстрый взгляд.       — Почему ты на меня пялишься?       — Хочу знать, понравится тебе или нет, — ответил Джайро. А ещё, чтобы убедиться, что он хоть что-то съест, но об этом Джайро умолчал.       Закатив глаза, Джонни облил вафли сиропом, консистенция которого действительно напоминала сопли, и аккуратно вырезал кусок из стопки. Немного поколебавшись, он поднёс его к губам, затем откусил маленький кусочек и медленно прожевал.       Джайро заметил, как изменилось выражение его лица.       — Неправильно приготовил?       — Не, они правда хороши, хотя ты забыл про масло, — сказал Джонни, откусив ещё кусочек. — Я не очень голодный. Но думаю, с одной справлюсь.       — Bene, — облегчённо вздохнул Джайро.       — Эм… Можно я перед работой одолжу у тебя ту штуку, которой стирают лак?       Джайро нахмурился.       — Тебе больше не нравятся твои ногти?       — Нет, мне нравятся, — сказал Джонни, рассматривая свои пальцы. — Просто… ну, не хочу носить его на работе.       — Да, я понимаю. Принесу тебе, как только закончишь, — кивнув, сказал Джайро.       — Спасибо. — Джонни сделал глоток сока. — Хотя… Я не возражаю, чтобы ты их снова накрасил, когда я вернусь.       Джайро ухмыльнулся.       — Личный повар и мастер маникюра? Надо начинать брать плату.       Джонни закатил глаза.       — Ты сам захотел.       — Не могу сказать, что работа по совместительству мне не нравится.       — Ну… в любом случае спасибо, — пробормотал Джонни, жуя кусочек вафли.       — Джонатан Дж. Джостар наконец-то научился хорошим манерам… Никогда не думал, что доживу до этого дня, — вздохнул Джайро.       Джонни сглотнул.       — Джордж Джостар… От отца досталось.       Джайро почувствовал знакомую вспышку ненависти.       — Пожалуйста, пусть тогда ты будешь Джонатан Джайро Джостар.       — Хотелось бы.        — Хм… Ну, значит, пока что так и будет.       Джонни фыркнул.       — Меня устраивает.

***

      Сегодня был вторник. Поскольку это был единственный выходной, который у них был общим, посещение конюшен Стила и занятия верховой ездой превратились в ритуал. Хотя кроме вторников они старались выбираться туда по возможности и в другие дни, именно вторники Джайро ждал сильнее всего, ведь работы у них не было и весь день они могли проводить там — и чем больше он видел Джонни счастливым, тем было лучше.       Но к часу дня Джонни ещё не встал с кровати, последние дни он поднимался чуть раньше, обычно около одиннадцати. Итак, Джайро легко постучал в дверь комнаты Джонни, и вошёл, когда тот простонал «что?».       — Эй, а разве мы сегодня не едем в конюшню? — спросил Джайро, нахмурив лоб, глядя на Джонни, свернувшегося калачиком на своей кровати.       — Просто езжай без меня, — пробормотал Джонни в подушку, крепко прижатую к себе. — Скажи Стивену, что я заболел, он тебе поможет. Слоу Дэнсер будет себя хорошо вести даже без меня.       — Neanche per idea, я не оставлю тебя одного, если ты плохо себя чувствуешь, — всё ещё хмурясь, сказал Джайро. — Что случилось?       — Живот сводит, — простонал американец. — Просто чувствую себя отвратительно. Может вирус подхватил.       — Принести тебе что-нибудь? — спросил Джайро. — Воды? Может, тебе станет легче, если что-нибудь съешь, мне обычно помогает. — Ну, помогало скорее в половине случаев, но у Джайро были скрытые мотивы.       — Ух… не знаю…       — Попробуешь?       Джонни посмотрел на него затуманенным взглядом.       — …хорошо. Что-нибудь простое.       Джайро отвернулся, чтобы скрыть улыбку, и пошёл на кухню за бейглом и стаканом воды. Когда вернулся, то Джонни скинул подушку на пол, и поднялся на локте, чтобы свободной рукой взять стакан и сделать несколько глотков воды.       — Ничего, что не поджаренный? — спросил он, когда Джонни отдал стакан, взяв вместо него бейгл.       — Наверное, так даже лучше, — пробормотал Джонни и откусил кусочек. Джайро заметил, что сделал он это без паузы, что на него похоже не было.       È un passo avanti. Джайро улыбнулся про себя и переключил своё внимание на телефон, намереваясь отправить Цезарю сообщение.       — Ведро, — вдруг прошептал Джонни.       Джайро посмотрел на него.       — Что?       — Ведро, ведро, ведро—       Глаза Джайро расширились, он схватил мусорную корзину рядом с ночным столиком и сунул её в руки Джонни, который тут же опорожнил в неё свой желудок.       Через несколько мгновений, тяжело дыша, Джонни потянулся к стакану на ночном столике. Джайро сунул его в руки парню, и тот сделал дрожащий глоток воды, чтобы прополоскать рот.       Джайро серьёзно посмотрел на Джонни. Может быть, прогресс ещё меньше, чем он думал. Он надеялся, что хотя бы бейгл получится съесть.       — Перестань так на меня смотреть, — сказал Джонни надтреснутым голосом. — Думаешь, я делаю это нарочно? Я пытаюсь… правда пытаюсь, но…       Dannazione… В ужасе Джайро провёл рукой по лицу, понимая, какая на нём гримаса. Он настаивал, чтобы Джонни ел больше, так ведь? И после стольких лет с расстройством пищевого поведения его тело просто не могло этого вынести.       Avrei dovuto fare più ricerche.       Но даже если так, кого он обманывает? Джайро ничего не знал о расстройствах пищевого поведения. Это не он должен был помогать Джонни. И парень старался изо всех сил, возможно, даже больше для Джайро, чем для самого себя. Джайро только усугублял ситуацию.       Его сердце замерло, и он почувствовал, что его собственная желчь может присоединиться к желчи Джонни в мусорной корзине.       — Джонни… мне очень жаль, — тихо сказал он, опускаясь на колени, чтобы оказаться на уровне глаз парня. — Я знаю, что это было не нарочно. Это моя вина. Я хочу, чтобы ты поправился как можно скорее, но… извини, если я давлю на тебя. Я сам этого не понимал.       — Ты не знал ничего лучше, — прохрипел Джонни. Он опустил корзину на пол и рукой вытер слезинку, застрявшую в ресницах. — Не надо извиняться. Я… я тоже хочу поскорее поправиться. И я тоже виноват в этом. Наверное, слишком много съел вчера вечером.       Джайро тяжело вздохнул и провёл рукой по волосам, пристально глядя на слишком тонкое запястье Джонни, торчащее из рукава его толстовки.       — Тебе действительно нужно кое с кем увидеться, Джонни.       — Я посмотрел, какие варианты есть в Университете, и даже летом там можно найти психиатра.       — Я думаю, тебе нужно нечто большее.       — Я… я не хочу уходить, — тихо сказал Джонни.       Джайро поднял взгляд.       — Может, это к лучшему—       — Пожалуйста, не заставляй меня, Джайро, — прошептал Джонни с мольбой в глазах.       — Никто не может заставить тебя что-то сделать. Запомни это. — Помрачнев, Джайро протянул руку и коснулся руки Джонни. — Конечно, ты можешь остаться здесь. Может… стоит найти диетолога или что-то в этом роде. Это тоже может помочь.       — О-окей… — Джонни опустил голову на подушку и убрал руку, чтобы обхватить себя обеими руками. — Можешь принести мне ополаскиватель для рта? Мерзко во рту.       — Certo. — Джайро встал и направился к двери.       — Прости, я такой… слабак.       Джайро остановился и оглянулся назад со слабой улыбкой.       — Ты сильнее меня, Джонни-бой.