Мой милый мальчик

Говорят, что свечи — это романтично. Возможно, это правда, но в моих руках это еще одно орудие пыток. Ты это знаешь. Тебе этого хочется. Ты из-под опущенных ресниц наблюдаешь за мной, ты дрожишь, тяжело дышишь. Тихо похотливо стонешь. Вновь заставляю тебя глотать обжигающую зеленую жидкость, ты каждый раз все больше покрываешься румянцем. Ты так восхитительно быстро пьянеешь. Вожу ногтями по твоей груди, заставляя громче стонать. Сложно быть терпеливым, слушая это, но играть интереснее, чем просто неистово иметь тебя, заставляя терять сознание. Хотя, это тоже допустимо. Нехотя отрываюсь от тебя, расставляю свечи по всей комнате. Мягкий свет «плавающих», острые огоньки обычных длинных, действительно красиво, но не красивее тебя, мой мальчик. Ты завороженно смотришь на лепестки огня, их танец манит и пугает тебя. — Знаешь, они похожи на твои глаза... Их пламя обжигает мне крылья, — ты не сдерживаешься и подаешь голос. Ты говоришь хрипло и испуганно, но не можешь молчать, тем более ты пьян. — Ты давно сжег свои крылья, — на мгновенье я снова нежен, провожу губами от виска к скуле, запечатлев мягкий поцелуй. Я никому не отдам тебя и не дам никому сделать тебе больно. — Я знаю... — ты шепчешь, дрожа. Потом задумчиво смотришь куда-то мне в плечо. Или за него, — А твои крылья не сжечь. — Нечему гореть, — я пожимаю плечами. Ты молчишь, боясь возразить, боясь разозлить меня глупой болтовней. Ты всегда говоришь, что у меня есть крылья. Я считаю, что ты не прав. Но я не считаю, что ты говоришь глупости, просто ты еще слишком наивен. Сижу рядом с тобой, смотрим на свечи, думая друг о друге. Я хорошо изучил тебя, у тебя уже болят запястья, но ты не скажешь мне, хотя тебе будет трудно писать завтра. Я провожу пальцами по твоей ладони, так обычно играют с младенцами, чтобы они быстрее научились обращаться с предметами. Ты пытаешься пошевелить рукой, но не можешь. Целую влажную ладонь, ты вскрикиваешь, значит я правильно определил момент, внутри твоей ладони будто пробегает ток. Покалывания слишком невыносимы, когда я нежен, так? Поступаю также со второй ладонью. Ты хрипло кричишь, рискуя перебудить всех соседей. О, это было бы весело, наши соседи очень милы, за стеной справа Верхняя до мозга костей, как она смотрит на тебя. Я так и вижу, как она насилует тебя одним из своих многочисленных страпонов. Слева парочка вроде нас, мой коллега, который тоже поглядывает на тебя, и его нижняя, наивная блондинка постарше тебя, но в ее глазах намного меньше отражается мыслей. Остальные соседи не хуже. Но я не хочу делиться тобой, и уж точно не сегодня. Наконец, хорошенько расплавились свечи. Привередливо выбираю идеальную, я вообще люблю маленькие идеалы. Тонкая, черная, с самым острым пламенем, думаю, сейчас она подойдет. Как бы это не было странно, у меня всегда много свечей. Будто в лавке алхимика или в псевдооккультном магазинчике. Наверное, это привычка пошла от сестры, она увлекается всякими мистическими штучками, так что я знаю больше восьмидесяти процентов значений карт таро и даже могу с умным видом погадать. Но свечи интереснее карт, если, конечно, это не карты из металла, те, что с острыми краями.