His (for now)

Несмотря на то, что в целом Чимин довольно весело провел время на благотворительном вечере с Юнги и остальными парнями, он определенно был готов уйти. Для него многое было в новинку, и от этого время от времени он чувствовал себя немного подавленно. На самом деле единственной вещью, на которой он был способен фокусироваться, — руки Юнги, которые нетерпеливо и откровенно касались его. И вспоминая, что с ним случилось в прошлый раз, когда он был в доме Юнги, Пак не мог не предвкушать, что же ему принесет сегодняшний вечер. Раньше он частенько испытывал страх остаться неудовлетворенным, пока встречался со своими бывшими. С Юнги же он беспокоился о том, как справиться со всем, что тот хотел делать с ним. Но он был более чем готов попробовать. Он никак не мог заставить себя оторваться от Юнги, пока они все еще ехали в машине, так что его рука так и покоилась на бедре старшего, из-за чего они оба, вероятно, немного волновались. Чимин с благодарностью выдохнул, когда они наконец подъехали к дому Юнги, хотя это и означало, что ему придется на время отпустить его, но Юнги быстро схватил его за руку, как только они вышли из машины. — Ты устал? — спросил Юнги, когда они вошли в лифт. — Да нет, — смущенно ответил Чимин. Юнги слегка ухмыльнулся: — Хорошо. В лифте была еще одна пара, которую Юнги, должно быть, знал, потому что они начали болтать о каких-то бытовых вещах, пока Чимин еле сдерживал себя, чтобы не начать дергать ногой от нетерпения; он почти умирал от того, как сильно хотел, чтобы они наконец остались одни и он уже смог поцеловать Мина. С другой стороны, ему также нравилось смотреть на то, как непринужденно Юнги общался со своими соседями. То, как он смеялся над тем, что они говорили, даже если это не было смешно, было безумно мило. Но в какой-то момент Чимин неожиданно поймал себя на том, что начал сжимать руку Юнги сильнее, обращая на себя внимание. Это было глупо, но Чимин просто хотел улыбнуться ему. Юнги подарил ему ответную улыбку, и Чимин снова ощутил это знакомое скручивающееся чувство в животе. Чимин дернул Юнги на себя за пиджак, втягивая в долгий поцелуй, едва они успели войти в квартиру. То, как они оба немного глупо улыбались, когда их губы соприкоснулись, заставило Пака хихикнуть. Это казалось ему довольно забавным; то, что когда Джин впервые предложил ему стать деткой, он и подумать не мог, что вдруг увлечется так сильно кем-то, кто будет платить ему за его время. Он разочарованно застонал, когда Юнги отстранился от него, чтобы стянуть с него пиджак. Мин торопливо стащил его с рук и не глядя бросил на подлокотник дивана. — Ты серьезно собираешься обращаться с таким дорогущим костюмом таким образом? — выдохнул Чимин в притворном ужасе. — Тихо! — засмеялся Юнги и сбросил свой пиджак, прежде чем снова схватил Чимина за руку. Юнги опустился на свой кожаный диван, а затем притянул Чимина к себе на колени. Для Пака на самом деле это была не самая удобная позиция из-за того, какими до жути тесными были его штаны, но он все же смог устроиться поудобнее, немного поерзав на Мине. Он позволил себе полностью опуститься вниз и почувствовал доказательство того, что Юнги был так же взвинчен, как и он сам, и подумал, что сидеть у старшего на коленях однозначно может стать его новым любимым занятием. Он хотел теснее прижаться к Юнги, не оставляя между ними ни миллиметра свободного пространства, но его планы были грубо нарушены, когда Юнги наклонился вперед и начал вылизывать его шею, параллельно расстегивая его рубашку. Все, что Чимин смог сделать в ответ, — обхватить взмокшими ладонями Юнги за шею, чтобы удерживать его на одном месте, когда хриплые звуки начали вырываться из его горла. Когда Мин наконец прекратил его мучать и потянулся за новым поцелуем, Чимин оттолкнул его к спинке дивана, почти засасывая его губы в свой рот. Он не колебался ни секунды, вкладывая в поцелуй все, что у него было. В то же самое время Юнги, наконец распахнув рубашку Чимина, водил широкими ладонями по его подтянутой груди и торсу, заставляя младшего дрожать от того, как сильно горело все его тело. Пак неосознанно начал двигать бедрами и испытал истинное наслаждение, услышав громкий стон старшего. И все же Юнги был не из тех, над кем можно было взять верх так просто, поэтому он нырнул рукой в штаны Чимина без предупреждения, крепко сжимая его член. Чимину пришлось немного отодвинуться назад, чтобы запрокинуть голову и простонать: — Юнги… — Мм? — Юнги просто наклонился вперед, чтобы укусить Чимина за шею, отчего тот задрожал еще сильнее. — Пожалуйста, не дразни меня в этот раз, я просто хочу, чтобы ты трахнул меня. Юнги тут же отстранился от него, а затем схватил за бедра и немного приподнял над собой. — Тогда сними их, — Юнги указал на штаны Чимина, и тот быстро встал, подчиняясь команде. Он осторожно сложил брюки и аккуратно положил их на другую сторону дивана. Когда он оглянулся, Юнги уже достал бумажник, чтобы вытащить оттуда презерватив и смазку. И Чимин был очень рад, что хоть кто-то из них двоих был в состоянии мыслить здраво, потому как он сам думал только о том, как бы побыстрее раздеться. Он даже не смог удержаться и пару раз мягко прошелся по своему члену, который начал течь, когда он увидел, как Юнги стаскивал штаны вниз до щиколоток. То, что Юнги не удосужился снять их полностью, было слишком возбуждающе, и Чимин, немного подумав, решил остаться в расстегнутой рубашке. — Иди сюда, — протянул Юнги, раскатав резинку по своему налившемуся стволу, и Чимин с радостной готовностью снова забрался к нему на колени. Ему казалось, что это практически невозможно, но он возбудился еще сильнее, когда почувствовал, как горячий тяжелый член Мина прижимался к его заднице. — Никаких поддразниваний, верно? — спросил Юнги, и Чимин кивнул. Он не понимал, что это означало для него, когда Юнги вставил в него сразу два пальца. Чимин пытался держаться, но затем громко застонал в шею Юнги, когда тот начал растягивать его. И внезапно Чимин пожалел о том, что сказал «нет», потому что теперь Юнги был предельно осторожен и не позволял своим пальцам проникнуть слишком глубоко. Этого было так чертовски недостаточно, чтобы доставить ему удовольствие, которого он жаждал больше всего на свете сейчас. Чимин попытался насадиться на его пальцы сильнее, но старший вместо того, чтобы позволить ему это, лишь вытащил их. — Используй меня, — Юнги потянул Чимина за бедра, направляя его. В своем нетерпении Чимин, пожалуй, немного поторопился, когда решил оседлать член Юнги. Все-таки двух пальцев было недостаточно, чтобы как следует подготовить его к толщине Мина. И все же Чимин довольно замычал, несмотря на то, что его тело все еще приспосабливалось, потому как ему казалось, будто он ждал этих ощущений целую вечность. Сначала он просто двигал бедрами, привыкая к тому, что Юнги находился внутри него, и одновременно оказывая невероятное давление на свою простату. — Как тебе больше нравится? — спросил Чимин. Он не часто бывал в такой позиции и хотел постараться для Юнги как можно лучше, но Мин только покачал головой: — Так, как нравится тебе. Руки Юнги снова опустились на бедра Чимина, помогая ему двигаться быстрее. Мин с силой прикусывал губу, чтобы не издавать уж слишком громких звуков. — Тебе всегда хорошо, — сказал Чимин, когда новая волна удовольствия немилосердно прошлась вдоль его позвоночника, в то время как Юнги сунул руку между ними, чтобы приласкать его. Мин одобрительно замычал, прежде чем наклонился вперед, чтобы втянуть его в еще один мокрый поцелуй. Чимин испытывал слишком много всего сразу. Юнги был абсолютно везде одновременно, и далеко не только в его теле. Теперь он постоянно находился и в его сердце, и в его сознании, и Чимин ничего не мог поделать с тем, что его чувства только продолжали стремительно расти, сколько бы он ни старался. Он даже хотел было пожаловаться, что это было слишком для него, когда слезы начали собираться в уголках его глаз из-за внезапно возросшего чувства подавленности. В конечном итоге он довел себя до того, что начал заикаться, пытаясь справиться со своими эмоциями. — Помоги мне, — Чимина сильно колотило от прикладываемых им усилий. — Хорошо, — Юнги снова быстро схватил Чимина за бедра, удерживая его на весу, и начал сильно трахать его. Пак наклонился вперед, прижимаясь щекой к шее Юнги. Он издавал какие-то нечленораздельные звуки, которые теперь приглушались кожей Мина, пока тот вколачивался в него, сильнее впиваясь пальцами в кожу бедер и оставляя на ней глубокие вмятины. И Чимин испытывал к Юнги огромную благодарность за то, что тот всецело заботился о процессе, пока он сам превращался в бесформенную массу. Вообще-то Юнги всегда заботился о нем. Чимин довольно быстро дошел до пика и, когда Юнги тоже кончил, все еще немного дрожал. Его сердце бешено колотилось, и Пак был уверен на миллион процентов, что дело было не в сильном оргазме, а в мысли о том, что их время неумолимо подходило к концу. Конечно, он знал, что к тому времени он как раз соберет довольно внушительную сумму денег, но что при этом будет с его сердцем? Чимин даже не понял, что заплакал, пока Юнги не начал вытирать его щеки. — Детка, — Юнги отнес его в постель и помог снять рубашку, прежде чем улегся рядом, крепко обнимая. Юнги не стал спрашивать, что случилось, лишь гладил его по руке, пока Чимин не успокоился. И Пак подумал, что, наверное, ему было лучше уйти, а не снова оставаться на ночь, но на самом деле ему этого не хотелось. В конце концов он заснул, пока Юнги продолжал нежно касаться его кожи. Спустя непродолжительное время Чимин вдруг проснулся, запоздало понимая, что пространство рядом с ним было пустым. Зная, что он не сможет снова заснуть, он встал с кровати и подошел к комоду Юнги. Решив, что Мин не будет возражать, Чимин схватил просторную рубашку и чистые боксеры. Бедра Юнги были шире, чем у него, но в целом не намного, так что белье все еще хорошо ему подходило. На самом деле Чимин понятия не имел, куда он направлялся, но едва он вышел из комнаты Юнги, как тут же услышал тихую музыку, и просто пошел на этот звук. Юнги сидел, склонившись над компьютером, в помещении, похожем на домашний офис, когда Пак наконец нашел его. Мин что-то настраивал в программе, готовясь снова включить музыку, когда слегка вздрогнул, услышав скрип половицы. — О, привет, я тебя разбудил? — спросил Юнги и развернулся в своем кресле. Чимин заметил, что старший сидел в пижаме и с босыми ногами. — Я проснулся один, — сказал Чимин вместо ответа на вопрос. — Извини, — Юнги состроил виноватое выражение лица. — Я просто немного беспокоился из-за того, что не успел сделать перед тем, как мы отправились на вечер. — Все в порядке, — Чимин подошел ближе и сел на пол рядом со стулом Юнги, прислонившись головой к его ноге. Юнги опустил руку вниз и ласково провел ею по волосам Чимина: — Тебе лучше? Пак кивнул, но не стал продолжать эту тему, а Юнги решил не задавать больше вопросов. Мин снова принялся копаться в компьютере одной рукой, второй все еще зарываясь в волосы Чимина. Пак старался не шевелиться, сидя у ног Юнги, но все равно смог немного оглядеться. Кабинет показался ему довольно простым. Письменный стол был весь заставлен каким-то причудливым оборудованием, но в остальном здесь было не так уж и много предметов, что заставило Пака задуматься о том, так ли часто старший пользовался этим помещением. Юнги сыграл песню еще несколько раз, прежде чем он, казалось, закончил с тем, что пытался исправить. — Возвращайся в кровать, — Мин погладил Чимина по волосам, выключив компьютер. — Хорошо, — Чимин позволил Юнги отвести себя обратно в спальню. Он действительно все еще чувствовал усталость и уже зевал, забираясь в постель. Дождавшись, когда Юнги лег рядом с ним, он свернулся калачиком и положил голову ему на грудь. Чимин просто хотел быть рядом с ним и не хотел снова просыпаться в одиночестве. — Можно спросить у тебя кое-что? — пробормотал Чимин. — Конечно, — Юнги немного поерзал, а затем снова уложил руку Паку на спину. — Почему только месяц? — Чимин знал, что мог спросить об этом Джина, но он хотел услышать объяснение Юнги. — Ну, раньше я позволял этому длиться дольше, — ответил Юнги. — Но люди начинают сильно привязываться, если это слишком затягивается. — Точно, — Чимин знал, что это имело смысл, но все же надеялся на другой ответ. Юнги не хотел, чтобы детки привязывались к нему. Тогда почему он был таким добрым и ласковым, что у Чимина от этого кружилась голова? — Обычно все с этого начинают, — добавил Юнги. — Если ты думаешь, что делать дальше… Чимин покачал головой: — Мне просто стало любопытно. Он не хотел, чтобы Юнги думал, будто он с нетерпением ждет конца их отношений. Вообще-то все было наоборот, но он не думал, что смог бы в этом признаться. Возможно, ему все-таки нужно было поговорить с Джином об этом. — Хочешь узнать что-то еще? — спросил Юнги. — Как ты стал папочкой? — задал новый вопрос Чимин. Юнги глубоко вздохнул: — Ну, на самом деле меня в это втянул Намджун. Я пытался забыть кое-кого, и это помогло. Так что с тех пор я этим занимаюсь. Чимин начал возиться с рубашкой Юнги и вдруг остановил взгляд на кольцах, которые забыл снять. — А потом вы познакомились с Джином? — спросил Чимин. — Да, — Юнги ограничился лишь коротким ответом. Пак не был уверен, насколько удобно было спрашивать что-то еще, но он не думал, что Мин на него разозлится, поэтому задал еще один вопрос: — Они действительно встречаются или Намджун — его папочка? Юнги вздохнул: — Думаю, тебе лучше спросить об этом Джина. Чимин был немного разочарован, потому как Джин еще ни разу не удосужился по-нормальному объяснить ему все, что происходило, но в то же самое время он не мог винить Юнги за то, что тот не хотел вдаваться в подробности. — Почему бы нам не попытаться еще немного поспать? — Юнги все еще мерно поглаживал его по спине. — Хорошо, — согласился Пак, совершенно не уверенный в том, что сможет уснуть теперь, когда в его голове крутилось так много вопросов. Всю оставшуюся ночь Чимин беспокойно ворочался на кровати, проваливаясь в сон лишь для того, чтобы снова проснуться и убедиться, что Юнги все еще был рядом с ним. В итоге он окончательно сдался, едва начало светать, и поднялся, устало потягиваясь, чтобы одеться. Немного подумав, он решил стащить у Юнги еще и штаны, чтобы не надевать снова костюм. Выйдя из квартиры, он написал Юнги, куда он делся, чтобы старший не волновался, когда проснется, а затем набрал смску Джину, чтобы узнать, проснулся ли он. На самом деле он не особо ждал ответа, но его телефон зазвонил прежде, чем он успел сунуть его обратно в карман. Так и вышло, что он направлялся к Джину на завтрак, когда было чуть больше пяти утра. Хорошо, что Ким жил недалеко от дома Юнги, так что Чимин мог дойти к нему пешком. — Доброе утро, — проворчал Джин, открывая Чимину дверь. — Доброе, хен, — Пак постарался подарить Джину одну из своих лучших улыбок, которой как бы извинялся за ранний визит. — Кофе? — спросил Джин, направляясь на кухню. — Конечно, — Чимин нервно оглядел квартиру Джина, только сейчас осознав, что он понятия не имел, был ли старший дома один. Он уже много раз бывал у Джина, и, казалось, все было на своих местах. Конечно, это необязательно означало, что Джин не пригласил Намджуна к себе вчера вечером. — Так ты расскажешь мне, что тебя так напугало, что ты сбежал из дома Юнги в такое время? — Джин поставил на кухонный стол кружки с кофе. Чимин сел напротив Кима и сделал глоток кофе, прежде чем ответить. — Я просто… — Пак покачал головой, не зная, с чего начать. — Кажется, вчера вечером до меня резко дошло, как же сильно он начинает мне нравиться. Джин глубоко вздохнул и тоже отхлебнул из своей кружки: — Я должен был догадаться по тому, как ты вчера строил ему глазки. Чимин нахмурился: — В смысле? — Ну да, знаешь, у тебя было такое лицо, — Джин обхватил ладонями щеки и состроил драматичную мину, сильно тараща глаза. — Хен, — заскулил Чимин. — Я же серьезно! — Я тоже! — Джин был слишком громким для этого времени суток. — Ты знаешь, что это плохо, Чимин-и? Юнги никогда не встречался ни с кем из своих деток. — Я знаю, — Чимин нервно стал накручивать свои волосы на палец. — Мы немного поговорили об этом вчера вечером после ситуации со слезами. Джин прищурился: — Ситуации со слезами? — Ммм, — Пак успел сто раз пожалеть, что ляпнул это. — Возможно, я немного расчувствовался, когда мы занимались сексом. — Ты плакал, пока он трахал тебя! — Джин чуть не закричал в истерике. — Совсем чуть-чуть, — поморщился Чимин. — Это было слишком в любом случае! — Джин замахал руками в воздухе. — Просто нам было так хорошо, и он был так добр ко мне, что я растрогался! — попытался объяснить Чимин. Джин покачал головой: — Всего две недели, Чимин! Боже! Я должен был понять, что в конце концов этим все и кончится. Половина его деток влюблялись в него еще до истечения их контракта. — Честно говоря, я удивлен, что только половина, — пробормотал Чимин с несчастным видом. Ему не нравилось думать о том, что Юнги был с кем-то еще. — Если тебе нужен мой совет, я думаю, ты должен принять решение прямо здесь и сейчас, — начал говорить Джин, и его голос звучал не очень радостно. — Ты можешь перетерпеть это и остаться с ним до конца месяца, как и собирался, или можешь сказать Юнги правду, и тогда он, скорее всего, закончит все раньше. Чимин опустил взгляд на свои колени, возле которых он не переставая крутил в руках кольца, которые Юнги надел на него: — Я бы не удивился, если бы он уже понял, что что-то случилось. Ты же сам говорил, что я не умею притворяться. — А если бы он написал тебе сегодня, чтобы покончить со всем, как бы ты себя чувствовал? — спросил Джин. Пак прикусил губу, задумавшись на мгновение: — Конечно, я бы очень расстроился, хен. — Но через несколько недель это может стать еще больнее для тебя, — добавил Джин. Чимин пожал плечами: — Если Юнги оставит меня, значит, таков его выбор. Но я пока не готов. Можешь осуждать меня, если хочешь, но он лучше всех, с кем я когда-либо встречался. — Но ты же не встречаешься! — голос Джина снова прозвучал слишком громко. Чимин было открыл рот, чтобы ответить, но отвлекся, увидев сонного Намджуна, шаркающего к кухне. — Почему ты кричишь, детка? — Намджун подошел ближе и положил руки Джину на плечи. — Просто так, — поджал губы Джин. — Я думаю, что ты должен дать Юнги больше времени, — внезапно обратился к Чимину Намджун. — Джун! — воскликнул Джин. Намджун попытался успокоить его: — Просто послушай, детка, ты же не знаешь, что может случиться. — Как и ты, — запротестовал Джин. — Ты просто присматриваешь за Юнги, а я пытаюсь присматривать за Чимином. Чимин чувствовал, что его голова была готова лопнуть оттого, насколько сильно он был сбит с толку. — Юнги нужно кое с чем разобраться, но это не значит, что он не изменится рядом с подходящим человеком, — Намджун продолжал оставаться спокойным. — Ты действительно хочешь сказать, что не думаешь, что Юнги мог бы влюбиться в Чимина? Джин покосился на Намджуна, как будто был очень разочарован им: — Я думаю, мы должны слушать Юнги, когда он говорит, что у него нет времени на отношения. — Он говорит одно, но при этом смотрит на Чимина совершенно иначе, — заметил Намджун. Джин закатил глаза: — Вообще-то не все тут такие романтики, как ты. Намджун пожал плечами и снова повернулся к Чимину: — Ты должен слушать свое сердце и не обращать внимания на этого циника. — Ого, я тоже тебя люблю, — засмеялся Джин, и Намджун подмигнул ему. — Теперь я запутался еще сильнее, — застонал Чимин и уткнулся лбом в стол. Ему снова хотелось плакать.