Система "Реабилитация" для первосортного злодея

Горные пики заклинателей пребывали в смятении: демон, прозванный Безликим, буйствовал, сжигая деревни и убивая сотни и тысячи людей. Но в этот раз все зашло слишком далеко, был ранен Старейшина Иньваншань! — Друг мой, тебе воистину стоит провериться на наличие проклятий или сглаза, — тревожно шевелил усами и бородой лекарь у кровати очнувшегося заклинателя, проверяя его пульс,— каких-то пару лет назад ты столь неудачно столкнулся со здешним злым божеством, а сейчас пребываешь в столь тяжких мучениях из-за стараний Безликого демона. Недобрый знак навис над тобою, Хэ Гуа Фу. Тот лишь молча лежал, схмурив брови и ничего не ответив. Посчитав молчание нежеланием его присутствия, лекарь с пика Хуань Юэ Ляня поднялся, поклонился и ушел. Он сделал все, что от него зависело и требовалось, потому старик счел свои лекции уже излишними и без угрызений совести покинул больного. А спустя пару минут в покои учителя вбежало несколько молодых адептов с важным донесением: Старейшина Чушань вернулся! [Пользователь номер один, вход выполнен!] — раздался знакомый крик Системы в голове Фань Шен Ву, когда он наконец выбрался из иллюзии со своим учеником. "Я и не выходил, это ты потерялась в своем лабиринте тех.работ. И ведь вернулась таки, негодница! — бранился в душе он, не зная, чем недоволен больше, ее восьмилетней пропажей, или же тем, что Система вообще к нему вернулась. А потому, что бы согнать накипевшие эмоции и даже ради маленькой мести, хозяйственно крикнул: — Система, немедленный отчет по тех.работам!" [Поправка: Система не терялась, пользователь Фань Шен Ву исчез из мира "Дьявольского мечника" на четыре года.] [Объяснение: тех.работы проводились из-за обнаружения вируса, поразившего базу данных.] [Итог: вирус признан допустимым. Непоправимого вреда нанесено не было, Система функционирует нормально!] "Что это еще за допустимые вирусы?" — пока он задумался, существуют ли вообще такие в природе своей, ломающийся голос подростка тревожно позвал зависшего в мыслях Фань Шен Ву: — Учитель? — Мгм, — отмахнув с сознания временно разборки с Системой, он величественно вскинул подбородок, возвращаясь в реальность. — Пойдем. Выиграв две партии в шахматы у старого маразматика Фу И, Янь Сюньи не только с большим удовольствием вернулась в крепкое, а главное высокое, тело заклинателя, но и обзавелась одним должником — демоном-пожирателем страха. — Итак, я слушаю объяснения, — сурово оглядев выстроившихся в ряд учеников своего пика на площади для тренировок, Фань Шен Ву был зол как никогда. — Кто из вас, оболтусов, может дать пояснение и оправдание, как до этого дошло? Начав свой приход с раздачи хороших триздюлей, Старейшина Чушань не гнушался для пущего эффекта делать вид особо злого и недовольного. А дело было в том, что его поместье оказалось разрушено в сущие обломки почти на половину, а прекрасный сад бонсая внезапно превратился в густой бамбуковый лес. — Учитель, позвольте мне... — шагнула неуверенно вперед Тай Мэй. — Весь во внимании, — тихо и устрашающе громыхнул он, обмахнувшись веточкой бамбука. — Около недели назад на пик Чушань и Иньваншань напал демон, — начала тихим шепотом ученица, но не услышав от учителя ругательств и недовольств, продолжила уже более смело. — Он принял облик Старейшины Иньваншань и напал на ваше поместье, а затем полностью уничтожил весь сад. Мы смогли отстроить половину дома, но вот бонсая у нас не оказалось... — И по этому вы все решили посадить бамбук! — догадался он. — Да, учитель! — довольно выкрикнул из толпы "любимчик" Янь Сюньи — Ю Лань, который, видимо, был инициатором. — Как умно! — саркастично бросил Фань Шен Ву. — А додуматься спуститься с гор и купить саженцы бонсая вы не могли? — Но Старейшина Еваншань запретил спускаться с гор ученикам... — Язык вам всем дан лишь для оправданий? Или им так же можно было попросить старших о помощи? — возмутился Шен Ву. — Да и что за высший демон это был, раз вы не смогли даже отличить его от настоящего бессмертного!? — Безликий демон... — почти не слышным шепотом произнесла Тай Мэй. Темное облако нависло над головою заклинателя, а по его спине пробежались мурашки ужаса, не видимые никому другому. Он не думал, что Безликий до такой степени перепрыгнет сюжет. По идее, в оригинальном романе это бедствие осмелилось напасть на пик Чушань лишь через шесть лет, так какого черта он пришел через четыре!? Воистину бедствие! Этот учитель потерял два года беззаботной жизни! У Фань Шен Ву даже сложилось впечатление, что он играет с этим демоном в игру "Кто краше перепрыгнет сюжет"! — Прочь с глаз моих и чтобы сад был полностью пересажен за два дня! — рявкнул злой до нельзя Фань Шен Ву, пребывая в глубочайшем страхе за ведомый ему разворот событий и за свою собственную жизнь. Что касалось поместья, покои старейшины были уже отстроены и приведены в первозданный вид, потому он прямиком направился туда не в самых лучших эмоциях и напрочь позабыв, что за ним тенью следует еще один ученик. — Мир Безумного Лиса катится к чертям! — не выдержав, негодовал он вслух. — Что имеет ввиду учитель? — любопытно поинтересовался выросший черный лисенок за его спиною. Фань Шен Ву чуть не подпрыгнул от испуга! — Кхм! Ничего, тебе послышалось, — отмахнулся он и повернулся спиной, а шепотом все таки добавил: — Фэнкан Де Хули, чтоб ты скончался девственником! Внезапно за дверью послышался громкий "Апчхуй!". Причем именно так и никак иначе, чем весьма удивил Старейшину Чушань, заставив неблаговидно разинуть рот. А спустя миг в дверном проеме уже стоял порядком потрепанный и местами перебинтованный Хэ Гуа Фу в своих неизменных темно-синих одеждах с узором паучьей сети. — А я то думал, мне послышалось. Явился-таки, Старейшина Чушань! — возмутился он, требовательно уставив взгляд на подобравшего челюсть заклинателя и, видимо, ожидая объяснений. Фань Шен Ву посетило дикое чувство дэжавю, вроде как совсем недавно он выдал нечто схожее Системе. Однако, оно очень быстро сменилось вспышкой злобы: — Старейшина Иньваншань, как я погляжу, последний разум растерял после встречи с Безликим, — язвительно прошипел он, сунув руки в рукава на груди и презрительно обдав взглядом потрепанного заклинателя. — Или же, Хэ Гуа Фу, ты позабыл как правила приличия, так и нашу последнюю встречу? Так я могу напомнить, — процедив последние слова с крайней злостью, Фань Шен Ву готов был разорвать на месте этого главу пика Иньваншань, а воздух вокруг него резко заледенел. — Как податься в бега и искалечить собрата, так он первый, а как демону противостоять, так его четыре года нет! — полыхал праведным гневом раненый заклинатель, а затем сняв свой левый ботинок, запустил им в не ожидавшего подобного разворота Фань Шен Ву. Старейшина Чушань столь опешил, что даже не сразу понял, как главный герой встал перед ним, с невозмутимо серьезным видом приняв удар ботинка собственной грудью. — Да ты совсем из ума выжил! — взорвался он, а затем устрашающе улыбнувшись в сторону гостя, положил мягко руку на плечо юноши перед собою и тихо попросил: — Юн Мин, будь добр, поставь полог тишины. — Этот ученик только что его установил, — услышав ответ своего мальчишки, Фань Шен Ву не мог не радоваться его предупредительности, искренне похвалив и уже ядовито улыбаясь побледневшему от ужаса Хэ Гуа Фу. — Очень хорошо. Спустя несколько минут над головами учеников, отстраивающих поместье, с диким криком до самых небес, пролетел заклинатель в темных одеждах, оставив за собою дыры в облаках и громко рухнув на пик Иньваншань. — Что это было?... — недоумевающе спросил кто-то из учеников, сидя на стремянке и временно отложив вколачивание гвоздей. — Птица? — предложил второй, держа лестницу. — Птицы так громко и высоко не летают,— возмутился первый. — Кто бы это ни был, я бы не хотел оказаться на его месте, — поморщил нос Ю Лань, сидя выше всех на крыше с гвоздем, зажатым меж зубов, и все так же безостановочно вбивая в дерево тот, что был между пальцев. — Почему? — Ты видел, что это? — начали наперебой допрашиваться любопытные ученики. — Нет, не видел. Но позади этой летающей "птицы" я увидел торчащий бамбуковый кол, покрытый льдом. Потому и сказал, что не хочу оказаться на ее месте, — с этими словами парень хмуро забил гвоздь, мимо воли таки представив себя в подобном жутком положении. — Учитель, я принесла вам ча...— речь Тай Мей оборвалась столь внезапно при виде сыплющихся обломков с дыры в потолке, что девушка даже забыла прикрыть рот. Юм Мин же с улыбкой учтиво забрал из ее рук поднос с чаем, за что Фань Шен Ву его вновь мысленно похвалил. А то чего доброго, уронит еще, бедняга. — Ты вовремя, проходи-проходи, — учитель в прекраснейшем расположении духа сидел за столом, беззаботно любуясь густым лесом бамбука, — Тай Мэй, передай остальным, чтобы этот сад оставили, как есть. Все таки есть в нем что-то... пригодное. Не долго думая, Янь Сюньи предпочла твердость и эффективность бамбука против красоты бонсая. Спустя не более чем полчаса на пик Чушань заявился сам Хуань Юэ Лянь, видимо примчавшись, как только узнал о возвращении своего блудного собрата. — Сегодня и впрямь день посещений, — тихо буркнул Фань Шен Ву, вслух же громче произнеся при виде гостя: — Рад видеть Старейшину Еваншань в добром здравии. — Шен Ву! — Хуань Юэ Лянь тут же подошел, взволнованно осматривая заклинателя со всех сторон в поисках ранений или еще чего подобного. Однако, не найдя таковых, облегченно вздохнул, с привычной мягкой улыбкой проговорив: — Как же я рад, что с тобою все в порядке! — Кхм, я тоже рад, что со мной все в порядке. Но с чего бы должно быть иначе? И, скажи на милость, Хэ Гуа Фу повредил рассудок или отдал его в подарок Безликому, что приперся сегодня на мой пик устраивать разборки? — сказать, что Шен Ву негодовал — это ничего не сказать. — Возможно, что так оно и есть. Он ведет себя крайне странно после того, как повстречался с Безликим, — вздохнул тот, тут же вернув себе серьезный тон и вид. — Но что более важно, где ты был все эти четыре года? Мы с учителем уже начали думать, что этот демон и до тебя добрался! — Я же передал тебе письмо с объяснениями. Чем еще я мог заниматься, кроме культивации? — Фань Шен Ву устало помассировал переносицу, прикрыв глаза. Он просто дико ненавидел оправдываться. Бровь Хуань Юэ Ляня же вопросительно поднялась, а взгляд недоверчиво уставился в слишком сильно подросшего ученика, что с неизменной улыбкой стоял за спиною учителя. Только от улыбки этой у Старейшины Еваншань пошли мурашки по коже — казалось, этот ученик готов был упокоить его на месте, если тот продолжит свой допрос к его учителю. Фань Шен Ву же, в упор не замечая странностей за своей спиной, лишь тяжко вздохнул, попытавшись спровадить гостя: — Если Старший Брат удовлетворил все свои вопросы, то этот старейшина хотел бы немного отдохнуть, — и не дожидаясь ответа того, быстро велел: — Юн Мин, проводи главу Еваншань, у него, наверное, дел достаточно и без нас. Делать было нечего, Хуань Юэ Лянь был вынужден оставить его в покое, однако перед уходом все же спросил: — Шен Ву, вскоре будет проходить праздник Шествия Ста Тысяч Душ. Ты ведь будешь присутствовать? — Когда? — встрепенулся заклинатель, вспомнив кое-что важное. — Через четыре дня. — Я обязательно приду, — вполне серьезно ответил он, прекратив мучить переносицу и убедительно кивнув. — Со своим учеником, верно? — Хуань Юэ Лянь искоса поглядел на Мо Юн Мина, что уже фактически выталкивал его за дверь. — Старейшина Еваншань имеет что-то против? — теперь уже вскинулась бровь у Фань Шен Ву, а голос, казалось, звучал нотками угрозы. — Вовсе нет. Думаю, дня него этот праздник имеет смысл даже больше, нежели нам с тобой, — с этими словами заклинатель все-таки покинул покои, а Шен Ву всерьез задумался. "Смысл, да? Как бы этот смысл не потревожил старые раны мальчишки." Проще говоря, это был парад умерших душ, для которых заклинатели возводили яркую и широкую тропу, уставленную фонарями и подношениями. Если повезет, Юн Мин не увидит среди них душу того человека, что воспитывал его. Однако, не взять мальчишку с собой Фань Шен Ву не мог — именно на этом шествии его ученик должен был найти меч своей матери, Сюэ Синь! — Старейшина Иньваншань! Попрошу вас более подобного не делать! — ворчал старик врач, закончив перематывать пострадавшее мягкое место лежащего на животе заклинателя и накрыв того одеялом. Тот лишь разъяренно взвыл в ответ, не в силах обличить свой гнев в слова. Фань Шен Ву посмел с ним обойтись подобным бесстыжим образом! Уму не постижимо! Возмутительно! — Оставь меня! — рявкнул Хэ Гуа Фу на лекаря, почти что разрывая подушку в руках. — Чертов Шен Ву! Ты мне еще поплатишься! — Как я погляжу, с рассудком у вас все в порядке, а вот со здравомыслием, увы — нет, — фыркнул старик, убравшись и закрыв за собою дверь. Взгляд Хэ Гуа Фу упал на лежащий бамбуковый трофей, что был удачно извлечен лекарем, а по поместью раздался очередной рев, полный гнева.