Система "Реабилитация" для первосортного злодея

Шен Ву с трудом начал приходить в себя, ощущая слабую головную боль и головокружение. Глаза чертовски слезились от тусклого света горящей печи на столе неподалеку, а в воздухе витал аромат еще горячей рисовой каши и овощного бульона. Он ухватился рукою за голову, пытаясь унять тошнотворное пошатывание тела и оттолкнувшись второю от циновки, что бы встать, принял сидячее положение. Сломанная нога безжизненно свисала со стога сена. "Это еще что за куча сена подо мной? — изумился Бай Сюэ, обнаружив под своей циновкой кучу сена и соломы в добрую треть чжаня высотою. — Разве раньше это не было разделено под двумя циновками? Зачем Юн Мин подстелил все под одну?" Не успел он до конца удивиться, как его ухватили за плечо и опрокинули обратно на циновку. — Тебе уже настолько полегчало, что ты рискнул встать? — как оказалось, Мо Юн Мин сидел все это время подле него на стуле и сейчас просто заставил упрямого заклинателя лечь, отчитывая, словно ребенка. Бай Сюэ на миг оторопел, не посмев и шевельнуться. — А... Сколько я проспал? — Всего один день, — равнодушно ответил Юн Мин. Что вчера было? Он не помнил. Только то, как выпил отраву и умер. А затем ожил и чувствовал себя в ужасном хмеле, сразу же уснув. Выходит, Мо Юн Мин не понял, что он умер? Иначе, почему его ученик до сих пор столь спокоен и безмятежен рядом с ним? Ах, глупый, глупый главный герой! В такие моменты Бай Сюэ не верил своему счастью и радовался редкой глупости своего ученика. — Как себя чувствуешь? — решил поинтересоваться полудемон, сидя со сложенными на груди руками. Бай Сюэ решил играть свою роль до конца, натянув глупую и неловкую улыбку: — Ах, ужасно! Голова просто раскалывается! — жаловался он, потирая собственный затылок ладонью. — И больше ничего? — багровый взгляд сузился подозрением. — Ах! Еще чертовски болит нога! — вспомнил заклинатель, показательно ухватившись за колено и ради интереса посмотрев на окровавленные бинты вокруг неестественно вывернутой лодыжки. Выглядит в самом деле ужасно, даже кусочки острых сломанных костей мерзко упираются острием в перевязку. Мо Юн Мин не отводил своего пристального недоверчивого взгляда, заставляя Шен Ву откровенно покрываться холодным потом. Чего еще он ждал от него? Какую чушь Снежный демон еще должен был ляпнуть, чтобы его ученик от него таки отстал? — Хм, раз только это, то хорошо, — губы полудемона искривились в хитрой усмешке, заставив Бай Сюэ покрыться мурашками. Мо Юн Мин поднялся и подошел к столу, начав помешивать бульон. Он решил, что та отрава не подействовала на этого заклинателя, вместо этого чуть не убив. "Неужели он начал подозревать что-то? Или Мо Юн Мин уже понял, кто я на самом деле? " — Снежный демон был в замешательстве. "Нет! Этого просто не может быть!" — успокаивал себя Шен Ву, стараясь не выдавать свое тревожное состояние, что граничило с безумием. Если его раскроют... Мо Юн Мин определенно превратит своего наставника в решето под лапшу! Он ведь собственноручно его заколол Бай Шуанем да еще и оставил одного в тех горах на произвол судьбы. Если Мо Юн Мин его узнает, то Шен Ву больше не сможет находиться вот так рядом с ним. А этого Снежный демон не хотел. Он слишком желал присматривать за этим мальчишкой и дальше, пока Сянь Шэнь не объявился и у них есть эта крохотная крупица мирного времени. Бай Сюэ спокойно лежал на циновке, смотря в спину Мо Юн Мина и в очередной раз отметив, что его плечи стали куда сильнее, а форма тела совсем вытянулась, не оставив и намека на ребенка. Мо Юн Мин в самом деле стал взрослым мужчиной. Бай Сюэ тяжко вздохнул. "Сколько же ему сейчас? — примерно подсчитав время, заклинатель ужаснулся. — Быть не может! " — Юн Мин, а сколько тебе лет? — рискнул спросить он, состроив вид беззаботного любопытства. — Двадцать, — кратко ответил тот, сняв кастрюлю с горячим бульоном и оставив ее остывать на окне. Душа Бай Сюэ готова была разбиться на осколки. Его ребенок в самом деле больше не ребенок! — А с чего вдруг старший братец решил спросить об этом? — багровые глаза блеснули в хитрой улыбке. — Ничего-ничего! Просто праздное любопытство! — Бай Сюэ судорожно отмахивался руками, с ужасом осознавая, что человек перед ним в самом деле больше не был тем милым мальчишкой, что он его воспитывал. Он стал взрослым мужчиной! Бай Сюэ еще раз огляделся по сторонам, медленно теряя краски на лице и покрываясь чернотой. Только сейчас он осознал одну чудовищную вещь! Живет с ним в одном доме вот уже сколько времени, беззаботно готовит завтрак, обед и ужин... Спит на соседней циновке, а вчера оказался на руках, будто какая-то красавица, попавшая в беду! А прямо сейчас Мо Юн Мин готовит, словно заботливый муж, и приглядывает за его состоянием! Фань Шен Ву готов был плеваться кровью на свою неосмотрительность! — Что такое? Тебе плохо? — поинтересовался полудемон, увидев бледный цвет лица заклинателя. — Нет, мне хорошо! Мне очень хорошо! — Бай Сюэ в панике вновь сел на циновке, демонстрируя свой "полностью здоровый" вид и принявшись разматывать бинты на ноге. — Что ты делаешь? Твои кости же не могли срастись за одну ночь, — черная бровь вопросительно изогнулась, а багровый взгляд с интересом наблюдал за движениями рук человека. — Ах, это не проблема! Будь добр, закрой уши, — Бай Сюэ виновато улыбнулся и сложил ладони в молитвенном жесте. Сейчас ему придется разыграть очередную сцену боли. Мо Юн Мин пожал плечами и послушно закрыл уши, продолжая наблюдать. Дикий вопль раздался из хижины, заставив всех птиц в округе разлететься в панике прочь. — Ох... Так намного лучше, — Бай Сюэ вытер холодный пот с лица, чертовски переживая, подействовала ли его игра на полудемона. Мо Юн Мин стоял в оцепенении, все еще зажимая уши и в глубочайшем шоке смотря на заклинателя. Перед глазами полудемона только что произошла картина, как этот человек собственноручно вывихнул с хрустом кость в обратную сторону, стряхнув кровавые обломки, словно мусор. — Эм... Не мог бы ты принести мне небольшую палку? — все так же неловко улыбаясь в этой просьбе, Бай Сюэ выглядел абсолютно спокойным. Лишь несколько капель холодного пота на лице выдавали его тяжелое состояние, как думал Юн Мин. Не найдя достаточно слов, что бы описать те благие маты, что вертелись у него в голове, полудемон молча вышел и тут же вернулся, протягивая Бай Сюэ очищенную от коры гладкую палку. — Ох, благодарю, — тот принялся приматывать это приспособление бинтами к ноге, чтобы конечность не волочилась в итоге по земле, и при этом могла хоть как-то срастись. Взгляд Бай Сюэ виновато упал на запятнанную кровью циновку. — Прости, я испачкал ее... — Ничего страшного. Мо Юн Мин все еще пребывал в прострации, раздумывая, что же, должно быть, за человек перед ним, раз он смог собственными руками использовать столь жестокий способ "лечения". — Ты раньше уже делал подобное? — сев на стул рядом и помогая закрепить бинты, спросил он. Бай Сюэ неловко почесал затылок, улыбаясь. — Нет, это впервые. Ха-ха, прежние раны нельзя было излечить так просто, — Бай Сюэ завязал на несколько узлов бинты на ноге, с облегчением вздохнув. Это в самом деле было пустяком по сравнению с тем, что произошло с телом монаха. Услышав подобный ответ, Мо Юн Мин решил больше не спрашивать, что же это были за раны, раз их нельзя было лечить "так просто". В итоге полудемон пришел к выводу, что судьба этого заклинателя могла бы сравняться с его собственной по тяжести и невыносимости, и подсознательно решил относиться к нему более мягко, чем прежде. Мысли Мо Юн Мина прервал требовательный вой чужого желудка. — Ах... Прошу прощения... — Бай Сюэ закраснелся, отвернув в полнейшем стыде лицо и прикрыв его ладонью, в душе проклиная это ненасытное тело. — Слишком неловко вышло... Мо Юн Мин улыбнулся, поднявшись и вскоре протянув заклинателю миску бульона. Спустя какое-то время, когда Бай Сюэ сидел с протянутой ногой на всю циновку и грел руки об все еще теплую пиалу, в дверь раздался упрямый громкий стук и характерные крики. — Мастер Мо! Мастер Мо! Ты в порядке?! — грубый мужской голос казался взволнованным и готовым к драке. Мо Юн Мин открыл дверь, встретив недовольным изучающим багровым взглядом пришедших средь ночи людей с палками в руках. Бровь полудемона вопросительно изогнулась, а злые алые глаза молча требовали объяснений. — Эээ... Мы слышали крик и подумали, что... — человек, стучавший в дверь, запнулся. Он увидел за спиною Мастера Мо того самого человека в белом с переломанной ногой, что сейчас беззаботно сидел с тарелкой в руках и в полнейшем недоумении смотрел на них. — Вам послышалось, — зло огрызнулся Мо Юн Мин, сложив руки на груди. Мужчина начал судорожно отступать назад, понимая что явно нарушил покой и пришел слишком несвоевременно. Несколько человек за его спиною неодобрительно посмотрели на струсившего, подняв палки над головою и воинственно закричав: — Мастер Мо! Мы пришли забрать этого полоумного от тебя! — Да! Мы не позволим этому обрезанному рукаву причинить вред Мастеру Мо! Лицо Мо Юн Мина почернело, а рубиновый взгляд, готовый уничтожить всех этих идиотов, в миг заткнул всех мужчин, оставив их в замешательстве. В чем они ошиблись? — Что там случилось, Юн Мин? Зачем здесь столько людей? — Бай Сюэ в несколько хромых шагов оказался возле рассерженного полудемона, опираясь на свою палку. — О ком они говорили? Тебе кто-то хочет навредить? Взгляд синих глаз изменился от любопытного до настороженного. Шен Ву в самом деле не понял, о чем говорили эти горожани, но услышав, что его ученику кто-то желает вреда — был готов разбросать этой самой палкой всех прямо здесь и сейчас, зло посмотрев на людей, окруживших их. Полное непонимание на бледном и невинном лице, что сменилось готовностью защищать, заставило всю толпу выронить их орудия из рук. — Старшему братцу незачем было так волноваться и вставать, — мило улыбнувшись и скрыв свою злость за маской искреннего добродушия, Мо Юн Мин склонился и обхватил Бай Сюэ рукою за плечи, поддерживая. — Они просто ошиблись и уже уходят. Острый взбешенный взгляд алых глаз заставил несчастных спасителей в страхе отступить назад. Только один силуэт в розовых одеждах осмелился выскочить из толпы и подбежать к Мо Юн Мину. — Ах, Мастер Мо, Вы в порядке! Этот полоумный пьяница ничего в Вами не сделал?!— полностью проигнорировав гнетущую атмосферу вокруг полудемона, Цзянь Лянь бросилась к нему, тревожно осматривая на наличие красных отметин и помятой одежды. И при этом не сразу заметив, что одна рука Мастера Мо бережно поддерживала за плечи того самого пьяницу, что вчера удосужился выпить ее любовное зелье. Бай Сюэ, заметив эту женщину, мгновенно пришел в ярость: — Ах! Вчера ты посмела подсунуть какую-то отраву Юн Мину, а сегодня считаешь виноватым меня?! Услышав этот голос и наконец обратив внимание на того, кого в ее глазах обнимал Мастер Мо, Цзянь Лянь хотела раздаться весьма некультурной бранью, не соответствующей девушке ее вида. Однако растеряла все слова, увидев за их спинами циновку, запачканную кровью как раз в том самом месте, что было бы ниже поясницы лежащего. Девушка побледнела, заалела, почернела и готова была окаменеть на месте. — Т-ты... Ты.... — ее палец судорожно поднялся, указывая на Бай Сюэ, что все еще был зол. — Что, снова я? — возмутился Бай Сюэ, сложив руки на груди. — Видимо, тебя не учили, что нужно признавать свои ошибки и нехорошо приставать к другим! — Что?!— Цзянь Лянь готова была провалиться на месте. — Старший братец, пойдем внутрь, тебе еще нельзя вставать, — Мо Юн Мин заслонил собою Бай Сюэ от вида оторопелых жителей и этой мерзкой женщины, полностью проигнорировав ее. — А? Но что касательно тех людей? — Бай Сюэ удивленно попытался обернуться, однако полудемон стал за его спиною, плотнее прижав рукою за плечи к себе и настойчиво уводя внутрь. — На улице становится прохладно ночью и слишком громко лают назойливые собаки, — Мо Юн Мин нежно улыбнулся заклинателю, тем самым окончательно заставив душу Цзянь Лянь разбиться вдребезги. Дверь в хижину громко захлопнулась перед носами всех жителей, оставив тех в глубочайшем остолбенении. Гробовую тишину разорвал насмешливое карканье пролетевшей вороны. Мо Юн Мин довел Бай Сюэ, взяв у него палку и помогая лечь на циновку. — Юн Мин, тебе вовсе незачем быть столь обходительным со мною, — он неловко откинулся, благодарно кивнув полудемону. — Не понимаю, о чем говорит старший братец, — улыбнулся тот, взяв со стола спелый плод хурмы, все еще покрытый инеем, и сев рядом на стул. — Ты любишь хурму? — удивился Бай Сюэ, перевернувшись на бок и опираясь на локоть, стал наблюдать, как Юн Мин греет ее в руках. Шен Ву прежде не замечал, чтобы его ученик был в восторге от нее. — Она полезна при потере крови и воспалениях, — спокойно ответил тот, продолжая греть ягоду в ладонях. — Но ты же не ранен? — в полнейшем непонимании спросил он, лишь в следующий миг поняв смысл этих слов. — Оу... Спасибо... Мо Юн Мин незаметно улыбнулся, раздумывая, а действительно ли понял этот глупый заклинатель, что живет бок о бок с тем, у кого в жилах течет кровь демона. Вокруг повисла неловкая тишина. Бай Сюэ не знал, о чем говорить с ним и просто наблюдал, как тает белый иней на алой кожице плода, стекая прозрачными каплями по пальцах и ладонях Мо Юн Мина. Что-то странное творилось внутри него, не давая покоя душе, и приводя самые ненормальные сравнения в голову. Отчего-то эти мысли заставили его крайне устыдиться. Прошло более получаса, пока спелый плод хурмы не стал достаточно теплым и мягким, чтобы его можно было есть, и только тогда Мо Юн Мин протянул его Бай Сюэ. — Благодарю, — тот склонился в поклоне, приняв его из холодных рук полудемона и немного виновато опустив голову. — Что такое? — спросил Мо Юн Мин, заметив настроение заклинателя. — Я в самом деле ничего не могу дать тебе взамен, — вздохнул тот, чувствуя себя безногим и безруким калекой, не способным на ответную благодарность. — О, разве? — усмехнулся Мо Юн Мин, прищурив хитро взгляд. — Тогда как на счет того, что бы позволить мне спать с тобой? — О... Просто позволить лечь рядом в самом деле будет достаточно? — Бай Сюэ уставился на полудемона невинным и удивленным взглядом, с улыбкой сразу же согласившись: — Тогда, конечно, я не против. Тем более, что ты переложил все сено сюда. Мо Юн Мин хищно ухмыльнулся. Изначально это была лишь глупая шутка, однако услышав ответ, он в самом деле решил таким образом проверить, подействовало ли то зелье на человека перед ним. Спустя некоторое время свеча была потушена и заклинатель лег спать. Мо Юн Мин взобрался на стог соломы и лег на циновку за спиною Бай Сюэ. Он положил руки под голову, делая вид, что засыпает, и при этом перевернулся на бок, ненароком прижавшись к заклинателю. Бай Сюэ лежал по-прежнему тихо и казалось, что он уже в самом деле уснул и ничего не заметил. Мо Юн Мин ожидал, что он проявит хоть какие либо эмоции или хотя бы как-то отреагирует, однако ничего этого не было. Не происходило ровным счетом ничего. Мо Юн Мин нахмурился, раздумывая, стоит ли продолжать эту игру. Подумав, что он уже в самом деле давно не был ничем так заинтересован и зашел слишком далеко, чтобы спрыгнуть с бегущего тигра, полудемон ухмыльнулся, положив руку на талию Бай Сюэ и нагло поджав тело того под себя. Заклинатель по-прежнему спокойно спал, никак не реагируя и не подавая признаков возражений. Так прошло больше получаса, пока Юн Мин не сдался и не закрыл глаза, потеряв интерес в ожидании. Спустя еще немного времени он так и уснул, не убирая руки. Фань Шен Ву лежал, не имея и капли сна в глазах. Двадцать лет, мать вашу! Даже в двадцать лет его ученик все еще имеет дурную привычку обнимать кого-то по ночам! Только теперь он осознал, что зря потакал прихотям этого ребенка раньше, когда на самом деле стоило отучать его от столь пагубной привычки! Дождавшись, пока Юн Мин за его спиною в самом деле уснет, Шен Ву попытался аккуратно снять его руку со своего живота и вернуть обратно хозяину. Он уже поднял ее бережно за пальцы, однако те неожиданно соскользнули и ладонь его ученика упала фактически на грудь, заставив ворот одежд Бай Сюэ позорно раскрыться и упасть на циновку. Шен Ву готов был плеваться кровью дальше собственных ботинок и при этом проклинал свою невезучесть на чем свет стоит. Он не смог удержаться от громкого хлопка ладонью по собственному лицу. Черт бы побрал его!! Кто, мать вашу, просил его вообще трогать руку его повзрослевшего ученика?! Внезапно за его спиною Мо Юн Мин начал шевелиться из-за звука хлопка ладони. Бай Сюэ затаил дыхание, молясь, только бы этот человек не проснулся и пообещав себе больше ни в коем случае его не трогать! Будто услышав его мольбы, Мо Юн Мин успокоился, перестав ворочаться. Шен Ву хотел выдохнуть с облегчением, как внезапно рука полудемона проползла по его груди, задев пальцами округлившуюся от прохлады розовую горошину и заставив его вздох облегчения превратиться в сдавленный постыдный стон. — А-ах..! Ммм! — бледные руки заклинателя в спешке закрыли его рот, опасаясь издать еще хоть один звук. Это было слишком позорно и неожиданно! Бай Сюэ орал благим матом в душе. Как такое вообще могло произойти?! Разве он не утратил чувствительность после пыток!? Какого черта он спокойно игнорирует сломанную кость, но издает подобные звуки при каком-то касании?! Тем более, что оно было столь мелочно! Он беззвучно лежал в недоумении более одной палочки благовоний, пока его не осенило. Утратив способность чувствовать боль, он тем самым удвоил собственную чувствительность к более приятным вещам. Проще говоря, если тело избивать палками, то позже даже легкое поглаживание ему покажется за невиданную блажь. Шен Ву побледнел, осознавая, что нечто подобное в самом деле произошло и с ним самим. Чертов Сянь Шэнь сотворил с его душою в самом деле ужасную вещь!! Снежный демон лежал в полной апатии, весь покрытый чернотой. "Бл*дь... твою мать... твою же ж мать...— он был более не способен трезво соображать. Было чувство, что его превратили в полное ничтожество, не способное устоять даже от самых слабых приятных прикосновений. Его гордость и достоинство было в самом деле окончательно растоптано. — Твою же гребаную мать..." Фань Шен Ву готов был расплакаться, спрятав лицо в ладонях. Такого позора он еще никогда не испытывал. Мо Юн Мин очнулся от тихой дрожи заклинателя. Обнаружив, что его рука неожиданно оказалась на груди того, да еще и неоднозначно отодвинула ворот одежд, полудемон помрачнел, скинув ситуацию на свою привычку спать с наставником. Он не желал признавать, что в самом деле сделал нечто подобное, но и убирать руку не решался, чтобы человек рядом с ним не очнулся и не застал его в столь откровенном жесте. Однако, заклинатель вовсе не собирался просыпаться, он тихо дрожал всем телом, хмуря лицо во сне. Он привык, что Бай Сюэ почти каждую ночь просыпался от собственных тихих криков и уходил из хижины. Но в этот раз он тихо лежал в слабой дрожи, что любой другой мог бы подумать, будто его лихорадит или же он просто замерз. Однако, приглядевшись к его лицу, можно было легко заметить крохотные блестящие капли на черных ресницах, что заставили полудемона испытать искреннее сочувствие. Он решил, что ему снова снится очередной кошмар. Если бы это было в прошлом и он сейчас в самом деле лежал возле своего учителя, то все было бы проще. Его наставника тоже часто терзали кошмары, заставляя метаться во сне. Но, будучи ребенком, Мо Юн Мину было достаточно всего лишь обнять того сильнее и тихо говорить что-то утешительное на ухо, как его учил отец. Он рассказывал, что во сне человек слышит куда более чутко и верит каждому слову, так что Мо Юн Мин не раз испытал этот метод на учителе. И тот в самом деле начинал спать спокойно. Однако, сейчас он всего лишь начал неудачную шутку и никак не мог теперь ее закончить. Бай Сюэ в его руках выглядел так, словно очень желал проснуться, но никак не мог. Мо Юн Мин еще некоторое время метался в сомнениях, пока наконец не решился и не убрал руку с груди того, аккуратно запахнув ворот. Бай Сюэ по прежнему спал. Точнее, Шен Ву притворялся спящим, проклиная себя, что до сих пор не смог унять предательскую дрожь. Когда рука удалилась с его тела, он желал возблагодарить всех богов за столь щедрую поблажку, однако не успел. Мо Юн Мин всего лишь улегся поудобнее, вновь окольцевав талию Шен Ву плотнее прежнего и подняв аккуратно его голову, уложил ее себе на руку. А затем тихий бархатистый голос лиса заставив Бай Сюэ затаить дыхание в панике. — Будь умницей, спи спокойно. Мо Юн Мин улыбнулся, заметив, что заклинатель притих. Он мягко стер с его ресниц влагу, вернув руку обратно на живот и прижав как можно крепче, тихо полушепотом проговорил тому на самое ухо: — Все хорошо. Тебе нечего бояться. Шен Ву забыл, как дышать. Однако, старательно пытался создавать вид спящего. От чрезмерного испуга у него даже прошла чертова дрожь, заставив тело попросту окаменеть. Мо Юн Мин снова уснул. Когда же толика спокойствия вернулась к сознанию Шен Ву, он покрылся холодным потом, осознав две вещи. Первая — его ученик до сих пор его не узнал. Вторая — исходя из первой, Мо Юн Мину нравятся мужчины! "Идиот старый! — корил себя Шен Ву, проклиная свою женскую недальновидную душу. — Нужно было обратить больше внимания на вкусы мальчишки и дать возможность узнать красоту весны, а не запирать его в каждодневных тренировках!" Его чрезмерное опекунство в самом деле привело к катастрофическим последствиям! В итоге за всю ночь плененный Снежный демон так и не сомкнул глаз, уснув лишь с первыми лучами солнца. Мо Юн Мин же очнулся вполне в отличном состоянии. Этой ночью никто не кричал и не выходил из дома, впуская тем самым собачий холод внутрь. Бай Сюэ крепко и безмятежно спал, а на его ресницах не осталось и следа от сонных слез. Когда Мо Юн Мин поднялся, заклинатель сжался в клубок от внезапного отсутствия тепла, поджав под себя ноги, словно совсем не ощущал боли от перелома. Полудемон усмехнулся, наблюдая, как нахмурилось бледное спящее лицо, пребывая в явном недовольствии от накатившей прохлады. Он склонился, с улыбкой протянув ладонь. Палец Мо Юн Мина мягко лег между бровей того, начав разглаживать морщинку недовольства, прямо как когда-то делал со спящим учителем. Этот человек в самом деле был на него чем-то похож, но доля глупости и неуклюжести была слишком высока, что бы сравнивать курицу с фениксом. Однако, эта самая курица, что отдаленно напоминала учителя, в самом деле была ему по душе. Он слишком скучал по нему, не имея и малейшего шанса на возвращение. Мо Юн Мин слишком не хотел слышать, как тот громко прогонит его, грязного полудемона, прочь. Когда Шен Ву очнулся, в доме уже никого не было, а солнце поднялось высоко в небе. Он в самом деле проспал до полудня! Вспомнив, что произошло ночью, Шен Ву желал забыть подобное как страшный сон. Он в самом деле не желал верить, что его ученик изменил любовные предпочтения! Когда он попытался свесить ноги с циновки, то понял, что запутался в чем-то. Как оказалось, на нем все это время лежала багровая накидка из верхней одежды Юн Мина. Шен Ву побледнел. Хорошо, если это была просто вежливость о больном человеке. Но совсем не хорошо, если его догадки о смене ориентации Мо Юн Мина верны! По этому, использовав духовные силы ядра и смешав их с недоношенными способностями демона в своей душе, Шен Ву в течении часа в самом деле заставил свою сломанную ногу срастись. Пока Мо Юн Мина не было дома, он планировал отправиться в город в поисках той, что смогла бы пленить сердце его ученика и вернуть на путь истинный! Помещение было покрыто опьяняющей алой темнотой и гудело от шепота людей, что сидели за несколькими столами и в ожидании топтали каждый сантиметр под собою, смотря на сцену впереди. На каждом столе стоял графин с вином, нужное количество чаш, лежали листы бумаги и кисть для каждого человека. В другом конце помещения было единственное место хозяина этого заведения, закрытое полупрозрачной бархатной красной тканью. Яркий багровый занавес из легкого шелка был расшит золотом и отделял от всех того, кто сидел за ним, показывая лишь его подтянутый и элегантный мужской силуэт. Под стенами стояло больше двух десятков крепких мужчин с внушительным грозным видом, что были похожи на головорезов в отставке и сейчас служили верными сторожевыми псами. — Тишина в зале! — громко скомандовал старик, стоящий возле занавеса и сложивший руки за спиною. Он выглядел достаточно благородно и почтенно, что бы сравнить его с мудрецом. Длинная седая борода и усы доставали ниже груди, а ясные орлиные глаза не имели и намека на старческую слепоту. Люди мгновенно затихли. Старик наклонился к занавесу, слушая слова господина, а затем кивнул, выпрямился и уже более благосклонно скомандовал вновь: — Господин велит развлекаться, господа. А так же просит помнить о его условии, — старик пригладил бороду в легкой паузе, продолжив: — "В городе должен быть порядок и никакого воровства. На аукционе все должно быть честно и никакого обмана." Тихие шепотки тут же поползли из щелей: — Какой может быть обман..? Это же сам Господин! — Да-да, с приходом Господина везде стал царить порядок! — Верно, верно! Наш Господин достоин уважения! Старик краем глаза заметил движение за алой тканью и легкую ухмылку на лице хозяина заведения, громко скомандовав: — Тишина в зале! Из-за занавеса показалась мужская изящная ладонь, подозвавшая тонким пальцем старика к себе. Тот послушно склонился, слушая указания, а затем выпрямился и добавил: — Господин также напоминает, что вы все должны относиться к нашим гостям с почтением, — сделав упор на последнем слове в явной угрозе, старик вновь пригладил седую бороду. — А теперь прошу начинать! Бай Сюэ бродил по все еще оживленному городу, слегка опираясь временами на палку. Он решил не выдавать свои способности и оставил бинты на ноге, имитируя хромоту. Осматриваясь вокруг в поисках той самой несравненной женщины, он вот уже больше двух часов безрезультатно наматывал круги и изучал тропинки. Он в самом деле начал слегка сомневаться, что сможет найти женщину необычайной красоты, полагаясь на свои собственные стандарты. Ведь, собственно, как раз женщины его душу и не могли привлечь. — Сплошное наказание, — вздохнул заклинатель, остановившись и в итоге потеряв интерес к этой затее. На кого он не смотрел, все было не то: слишком яркие румяна или слишком простой и деревенский нрав, у одной рука способна камень расколоть, у другой же предел мечтаний — купаться в золоте и нефрите. Никого подобного он и даром видеть не хотел возле своего ученика. — Ах... Слишком раздражающе... — он накрыл рукою глаза, пытаясь отвлечься от этого кошмара. — Мне так никогда ее не найти... — Кого ищет господин? — раздался хриплый мужской голос возле него, заставив того поднять глаза и осмотреться. Он по прежнему стоял один посреди дороги, а ближайшие прохожие были в двух чжанах от него, хотя голос послышался достаточно близко. Галлюцинации? Он сходит с ума? Бай Сюэ нахмурился, думая что такое вполне возможно после всех тех пыток и кошмаров, что он перенес. — Господин кого-то потерял? Мы поможем господину, — раздался второй, более мягкий голос мужчины. Шен Ву мгновенно побледнел, откровенно опасаясь сумасшествия. Он стоял все так же один и никого, кроме двух собак у его ног, не было. Он присмотрелся к двум псам. Спустя несколько мгновений его осенило: две псины были чертовски похожи на тех двух демонов, что он встретил недавно в лесу! — Вы двое... — он недоверчиво посмотрел на собак, что ожидали его ответа. — Так кого ищет господин? — вновь услышал он голос от рыжего пса. — Мы найдем для Вас кого угодно. Из под земли достанем! — черная псина, похожая на волка, вскинула морду и показала клыки в псевдо улыбке, явно гордясь своими способностями . Бай Сюэ нахмурился. Еще и этих двух прилипал на его голову откуда-то принесло. — Я ищу женщину, — тихо сказал он, что бы другие люди не услышали, приняв его в самом деле за полоумного, говорящего с собаками. — ... — ... Видимо, назвать пол человека оказалось явно недостаточно, но что еще он мог сказать? Он ведь даже не знал предпочтений Мо Юн Мина в этом плане. Какие женщины нравятся этому повзрослевшему полудемону? Да и какая из них в самом деле сможет принять его демоническую сущность? Он в самом деле не знал, как такую найти. — Если господин ищет для себя женщину, тогда почему он ищет ее среди обычных люд...? Хлоп! — Заткнись, идиот! — рыжий пес прихлопнул лапами волчью морду, заставив того зарыться носом в снег и замолчать. — Разве не понятно, что нашему господину нравятся простые смертные, а не демоны вроде тебя!? — Мгм... Ммгмхмм! — расшифровав мычание как просьбу отпустить, он слез с него, вновь обращаясь к Снежному демону и сменив голос на услужливый: — Каких женщин предпочитает господин? Бай Сюэ не удержался от тяжелого вздоха. — Никаких. Я ищу кого-то, кто способен пленить сердце другого.... Хмм... — он задумался, — не совсем человека. Две собаки переглянулись. Что значит "не совсем человек" они так и не поняли, но упускать возможность привязаться к этому демону они так же не желали. По этому без слов кивнув друг другу, вновь обратились к заклинателю: — Мы найдем господину самую храбрую и красивую женщину. — Верно! Ту, что сможет пленить кого угодно и не прогонит даже самого отвратного демона! — Да с чего вы вообще взяли, что он отвратный....? — Бай Сюэ говорил уже с пустотой. Два пса скрылись мгновенно, разбежавшись в разные концы города и роя землю носами. "Если эти двое в самом деле найдут такую женщину, что не прогонит даже самое отвратное существо, я в самом деле соглашусь иметь их в качестве слуг", — решил он, потирая подбородок пальцами. Найти такого человека в деревне, что долго страдала от нашествия нечисти — это нужно иметь талант. А таланты Шен Ву очень даже были нужны. Он посмотрел на небо, нахмурив брови. Скоро будет темнеть. Нужно было справиться до темноты, по этому он решил еще немного побродить в поисках и с надеждой в душе отправился дальше. Он ходил кругами по улицам, заставляя любопытных людей смотреть на себя, как на идиота. И хоть Шен Ву действительно имел тонкую кожу, дело было превыше всего. Он должен был решить эту проблему. Так или иначе, его душа не примет осознания того, что он единолично превратил своего ученика в любителя мужских тел! Ни за что! — Молодой господин так задумчив и невнимателен, — игривый женский голос молодой девицы прозвучал за спиною, заставив окаменеть. Бай Сюэ еще не успел обернуться и посмотреть, как его носа коснулся щекотливый запах румян. — Не желает ли молодой господин провести немного времени со мною? Когда он таки обернулся, напротив него стояла красивая женщина в дорогих одеждах и с довольно аккуратным, но ярким макияжем на лице. Слегка раскинутый воротник выгодно выделял ее немалую грудь, а белоснежный пояс на розовых одеждах подчеркивал стройную талию. Любой мужчина увидев подобное и услышав столь нежный и медовый голос, тот час бы потерял голову и отдал любые деньги всего за несколько минут внимания этой красавицы. Но ее выбор пал не на того. — Благодарю госпожу за предложение, но я должен отказаться, — Бай Сюэ неловко улыбнулся, стараясь скрыть дрожь по телу. От одной мысли, что ему придется делить ложе с женщиной, его душа покрывалась холодными мурашками, как и кожа. Он поспешил развернуться и уйти, однако был схвачен за руку. — Ну куда же Вы, — женщина улыбалась, ухватив кокетливо его за рукав. — Молодому господину не стоит беспокоиться, если он думает, что подобное ему не по карману. Я даже сама готова заплатить, если Вы позволите развеять Ваши тревоги этой ночью. Она игриво улыбнулась, подтянув Бай Сюэ еще немного ближе к себе. Горло же того в панике пересохло. Он не был намерен идти на подобное! — Я, конечно, польщен... Но Вам вовсе не стоит этого делать! — он попытался вырваться, несколько раз судорожно подергав рукой, однако рукав был намертво зажат в руке блудницы. — Молодой господин столь застенчев и невинен, — ее глаза лукаво заблестели, — неужели человек с вашей красотой и привлекательностью никогда прежде не посещал подобные места? Шен Ву хотел взвыть. Он никогда их не посещал и не планировал и впредь! Она же истолковала молчание своей жертвы, как признак согласия, и в самом деле оказалась права: — Ах, раз так, позвольте Цзиньмао исправить это упущение. Уверяю, молодой господин останется доволен, — улыбка расплылась на ярких алых губах, а тонкая изящная рука ухватила Бай Сюэ за ладонь, увлекая вслед за девушкой в дом наслаждений, что оказался в двух шагах от них. Шен Ву орал благим матом. Оказалось, он все это время нарезал круги по дороге возле этого здания! Двое крепких мужчин с наружностью бывалых разбойников шли по улице, распивая вино и о чем-то весело болтая. — Неплохой сегодня улов был, да? — один из них ухмыльнулся, звеня кошельком с монетами в руке и с наслаждением делая очередной глоток вина. — Да, согласен. С тех пор, как наш Господин стал руководить здесь всем и принял должность управляющего, наша жизнь стала куда легче, — улыбнулся косо второй, держа в руке такой же кошелек. — А ведь всего год прошел. — Верно, у Господина, видимо, скрытый талант — быть главным во всем, — усмехнулся второй, обернувшись на крики со стороны. — Эй, кто там так орет посреди улицы? Обычно из этого дома слышно женщин, но какого черта в этот раз мне слышится мужской голос? — Смотри, наша малышка Цзиньмао поймала какого-то заклинателя в свои коготки! — весело прокомментировал второй увиденное. — Эй, а это разве не тот, кому подлили отравленное приворотное зелье? — А ведь и вправду! Тот самый! Пошли посмотрим поближе, не каждый день увидишь, как обрезанный рукав из рук блудницы вырывается! Ха-ха-ха! — Убедительно прошу Вас отпустить! Вы ошиблись, ошиблись! — Бай Сюэ тормозил ногами по земле, упорно пытаясь выдернуть свою руку, которую эта женщина ухватила с невиданной силой и сейчас почти затащила внутрь Дома Развлечений. — Молодой господин, не нужно быть столь скованным, — Цзиньмао продолжала игриво улыбаться, желая любой ценой затащить этого мужчину редкой нежной красоты внутрь и первой подарить ему подобный опыт. Здесь так же сильно ценились невинные молодые мужчины, как чистое золото для бедных. А этот еще и был невероятно чист и красив, что вообще было редкостью среди простых селян. — Ах, да перестаньте же! — Бай Сюэ вырывался как мог, впредь до того, как оказалось, что он уже упирается ногами в стену, не желая переступать порог. Женщина остановилась и хитро прищурилась, решив подразнить того: — Неужели молодой господин так не любит женщин и на самом деле предпочитает мужчин? Шен Ву окаменел. Если задуматься, он ведь в самом деле предпочитал именно мужчин. Его душа никак не могла быть заинтересована в женщинах и в то же время его осознание собственного тела не позволяло терять последнюю гордость и думать о мужчинах. Что же тогда получается? Он либо в самом деле становится обрезанным рукавом, либо... — Я лишен мужской силы, — Бай Сюэ спокойно заявил это, вытянув наконец свой помятый рукав из рук теперь уже окаменевшей Цзиньмао. — Как же так? Так молод и уже ни на что не способен!? — женщина была в ужасе и отчаянии. — Именно так. Бай Сюэ хмуро поправил одежду на себе. Он только что привселюдно сознался, что он импотент! Что может быть хуже! Наверное, только то, что ему в самом деле придется им стать, ибо наступить себе на горло и признаться в позорной участи гея он точно не был способен. — Ха-ха-ха! Да ты, верно, шутишь! Ха-ха! — Бай Сюэ обернулся на громкий смех коренастого мужчины за спиною. Увидев, как тот до пьяного визга наглотался вина и насколько был неопрятен, он в очередной раз убедился, что скорее обречен стать импотентом, нежели делить постель с чем-то подобным. — Хватит ржать, импотент все же лучше участи обрезанного рукава, — толкнул того локтем второй человек, такой же наружности и телосложения, что и первый. При виде этих двоих у Бай Сюэ на языке вертелось лишь одно — бойцовские немытые гориллы! В голове начало неприятно звенеть и гудеть. Он устал, слишком устал от этого недоразумения и понимания собственного жалкого положения. Бай Сюэ не удержался от того, что бы растереть кончиками пальцев ноющую переносицу и закрыть глаза. Его затея с поиском дамы сердца для Мо Юн Мина оказалась заведомо провальной. Мужчине с женской душой, который признался, что его корень ян лишен жизни, однозначно никогда не найти девушку для полудемона! — Вы можете смеяться и рассуждать, сколько душе угодно, ведь это в самом деле смешно, — злой от бессилия, Бай Сюэ терял любое желание находиться здесь еще хоть мгновенье, по этому сложил руки на груди и окинул двоих презрительным взглядом. — Но будьте добры делать это не у меня перед глазами. Это, как минимум, не вежливо. Однако, когда он закончил говорить, двое горилл вовсе не смеялись, а смотрели за его спину с неким ужасом и благоговейным трепетом. Кувшин с вином выпал из рук одного из низ, со звоном разбившись на земле. — Что такое? На что вы оба смотрите? — Бай Сюэ обернулся, увидев позади себя Мо Юн Мина, стоящего с улыбкой на лице и теплой зимней накидкой в руках. — О... Что ты здесь делаешь...? — только и смог выдавить из себя Бай Сюэ, от неожиданности напрочь забыв обо всем и ярко пунцовея от собственного позора. Мо Юн Мин в самом деле слышал, что он импотент! — Старшего братца не оказалось дома, — он мило улыбнулся, протягивая на руках теплую красную накидку, — а на улице достаточно прохладно. Тебе не помешало бы одеться. — Кхм... Не стоило... — конечно он чувствовал холод, но не на столько, что бы об этом задумываться. Однако теперь, взяв накидку из рук Мо Юн Мина и набросив на плечи, ему определенно стало теплее. Не то от стыда, не то от чего-то другого, но Бай Сюэ закраснелся пуще прежнего. — Что старший братец забыл в этом месте? — все с той же улыбкой допрашивался Мо Юн Мин, помогая ему закутаться в одежду. — Ах... Это... это неважно! Я просто прогуливался, просто прогуливался! — выпалил он, смущенно отвернувшись. Больше позориться Бай Сюэ просто не желал. Во всяком случае, просто не сегодня и не сейчас! Двое мужчин отошли от первого шока, в немой панике переглянувшись и нервно сглотнув. — Гос... Мастер Мо, простите. Мы не знали, что этот человек с Вами, — двое синхронно поклонились в знак извинения, а Мо Юн Мин стал за спиною Бай Сюэ, положив тому руки на плечи, повернув голову и бросив неудовлетворенный надменный взгляд на этих идиотов. — Какая разница, со мной он или нет? Он гость в нашем городе и вы должны относиться к нашим гостям с должным почтением, — и хотя голос человека звучал мягко и лился нежно, словно вода, а его багровый взгляд готов был убить на месте. Однако, Бай Сюэ слышал только голос и не видел его лица, стоя спиною к Мо Юн Мину. По этому он не видел тех глаз, от которого двое мужчин желали вырыть себе могилу и закопаться в нее. Цзиньмао же постепенно бледнела, зеленела, затем синела и чернела, а ее ноги приросли к земле. Мастер Мо никогда, ни разу не посещал ее Дом Наслаждений и всегда обходил стороной, потому что все девушки сходили по нему с ума и готовы были прыгать из окон, лишь бы поймать его. А сейчас он вот так просто пришел всего лишь, что бы забрать этого человека! К тому же лишенного мужской силы! — Старший братец еще не оправился, а уже разгуливает ночью по улицам, — Мо Юн Мин не спеша уводил его от того отвратного места, нежно улыбаясь и придерживая за плечо. — Видимо, он в самом деле полон энергии и идет на поправку. Сам же Бай Сюэ был в конец измотан сегодняшними происшествиями и просто желал поскорее их забыть. — Кажется, я слишком переоценил свои возможности и теперь без сил, — он неловко улыбнулся, удивившись столь хорошему расположению духа его ученика. Он сегодня куда более учтив и внимателен к нему, нежели прежде. Он сделал что-то, что заставило Юн Мина изменить отношение? Но Бай Сюэ в самом деле не мог вспомнить, чтобы нечто подобное случалось. Когда они вернулись домой, на столе уже ждала еще не остывшая рисовая каша. — Юн Мин, можно у тебя кое-что спросить? — когда оба уже сидели за столом, он все таки решил узнать хоть что-то о жизни его ученика здесь за прошедший год. — Конечно, спрашивай. — Почему тебя все зовут Мастером Мо? — Ах, это, — его глаза изогнулись двумя полумесяцами в улыбке, — когда я пришел в этот город и искал работу, мне пришлось разогнать нескольких крыс. — Крыс? — Бай Сюэ искренне не понимал, при чем тут крысы. — Именно, — Юн Мин ухмыльнулся, — здешние жители так долго терпели их нападки и воровство, что сочли мою победу над ними за нечеловеческую силу, подобно заклинателю. — Оу, — отпив немного из чаши жидкой каши, Бай Сюэ с искренним интересом и удивлением смотрел на человека перед собою. Мо Юн Мин в самом деле смог получить подобный титул за столь необычное деяние. А затем он вспомнил еще кое-что, что давно хотел узнать: — А кем же ты тогда работаешь сейчас? Полудемон мило улыбнулся, облокотившись на стол и оперевшись щекою на руку. — Временный управляющий этого города. Бай Сюэ чуть не уронил челюсть, а уже пустая пияла выпала из его рук, упав со звоном на пол. — Ох, прошу прощения... — он быстро опустился под стол, собирая осколки, а его рука наткнулась на изящную ладонь Мо Юн Мина, что точно так же опустился вниз, что бы помочь. Увидев, с какой улыбкой все время смотрел на него полудемон, Бай Сюэ откровенно начал стыдиться. Это произошло снова! Он снова попал в неловкую ситуацию по своей глупости! Кажется, он слишком сильно вжился в роль. — Что это? — взгляд Бай Сюэ зацепился несколько звеньев металлической цепи, что слабо виднелась из-под рукава Мо Юн Мина. Он хотел коснуться ее, что бы рассмотреть, однако та моментально ожила, начав извиваться и поднимать острый наконечник, словно змея — голову, при этом обвивая кольцами его собственное запястье и подползая все ближе к груди. Мо Юн Мин нахмурился. Эта цепь впервые ведет себя столь странным образом. Обычно она показывается лишь чтобы кого-то припугнуть или по его собственному приказу. Однако сейчас было больше похоже, что она ластилась к заклинателю, словно был ее родной матерью. — Ха-ха! Какая милая, — Бай Сюэ до сих пор сидел под столом на коленях, поглаживая пальцами цепь вдоль звеньев и играя с ней, словно с кошкой. — Это твое духовное оружие? Просто удивительное создание, — Бай Сюэ в очередной раз улыбнулся, когда цепь начала ластиться к его шее и щеке. — Ты ей понравился, — Юн Мин улыбнулся, собрав остатки битой посуды и дождавшись, пока цепь натешится поглаживаниями заклинателя, поднялся из-под стола. Бай Сюэ сделал то же следом, неловко почесав затылок. — Как ты ее назвал? — поинтересовался он, убирая со стола. Мо Юн Мин задумался. Он не считал нужным давать ей имя, однако, подумав сейчас об этом, решил, что все же оно не помешало бы. Отведя на размышления всего две минуты, он уверенно ответил: — Ее имя Ву Цин. Бай Сюэ улыбнулся, кивнув и вновь поглаживая звенящую цепь, что опять начала ластиться к его руке и шее, игнорируя своего хозяина. Однако, за его улыбкой скрывалась до боли сжимающая сердце печаль. Он с первого взгляда узнал эту цепь и сейчас услышав, какое имя выбрал ей Мо Юн Мин, он в самом деле желал сделать все, чтобы его ученик больше никогда не ощущал значение этих слов на себе. *Ву Цин — 無情 (Wúqíng) — Беспощадный, неумолимый.