Система "Реабилитация" для первосортного злодея

Спустя несколько дней в небольшом городе стало очень шумно. Гостиницы и постоялые дворы были полностью выкуплены богатыми людьми, лавки по главной улице распирались от яств и изделий, а торговцы вином и лекарственными травами получили шанс заработать на две жизни вперед. Ведь в этом небольшом городке был один большой секрет, о котором знали лишь высшие мира сего и, естественно, сам управляющий. Под стенами города находился один из самых крупных аукционов Поднебесной — Темный Аукцион Границ. Он отличался от других. Это был целый подземный город, врата которого открывались не для всех. Сюда могли попасть лишь те, чьих сил, порядочности и вежливости было достаточно для входной платы. На страже стоял каменный однорогий лев с головою пса и телом быка, а его яркие небесного цвета глаза оценивали сущность всякого входящего. Главное правило Аукциона гласило: "Порядочность — прежде всего. Раздору и распрям здесь нет места." Поэтому, когда к вратам подходил вежливый и достойный этого места человек, каменный страж величественно изрекал: — Господин принимает тебя. Входи — не забудь о деньгах, выходи — не забудь о благодарностях. Если же перед вратами появлялся грубый и неотесанный наглец, который из-за собственной напыщенности не видел дна своему хамству и самоуверенности, однорогий лев гневно поднимался на четыре лапы, смотря на него сверху вниз, и срывался на рык: — Подобным тебе здесь нет места! Проваливай, невежда! Возвратишься, как манерам достойно обучишься! И если одни благоразумно убирались прочь, то находились и те, кто бросал вызов каменному льву. Однако, каждого из них постигал весьма неудачный и иногда даже плачевный итог. Однорогий зверь, равный по силе небожителю, никогда не церемонился, выбрасывая прочь невежд ударом массивных лап или же протыкая своим рогом неисправимых и прогнивших насквозь заклинателей и демонов. Да, демоны так же имели право войти и полноценно принимать участие в этом аукционе. В этом и заключалась вторая особенность этого места. Лоты, выставляемые перед всеми, были собраны как из людских земель, так и с территорий демонов. Проще говоря, здесь было абсолютно все. Именно поэтому Темный Аукцион Границ был особенным, принимая обе стороны одновременно. Здесь был товар на вкус любого заклинателя или демона, начиная от древних манускриптов и свитков, заканчивая лучшими магическими камнями и зверями, от которых не отказался бы ни один достаточно разумный демон. Однако, хотя Темный Аукцион Границ исправно принимал товар и посетителей каждую неделю, он не высталял на продажу великие драгоценности каждый раз. Лишь раз в четыре года выставлялись по-настоящему редкие и бесценные предметы. И именно через два дня состоится этот самый действительно важный аукцион. Большинство тех, кто имеет широкий кошелек и великие запросы, начали постепенно прибывать в город еще за несколько дней до самих торгов. Никто бы не удивился, явись сюда собственной персоной великие львы гор — главы самых могущественных орденов Бессмертных заклинателей. Потому для самих прибывших это было как возможностью для приятных знакомств, так и слишком большой вероятностью встречи с давними врагами. Особенно, если учесть очевидную вероятность прибытия среди демонов и самих Высших. Несколько дней назад, когда Ташан Шэнь рассказал об этом Бай Сюньи, он также не забыл упомянуть, что Мо Юн-мэй возглавляет этот самый Аукцион, поскольку является временным управляющим. В тот миг, как заклинатель узнал, что и все известные ему Старейшины также явятся сюда, он сперва хотел выкопать сам себе могилу и просто засыпаться землей. Однако, услышав, что Юн-мэй управляет этим местом, его душа едва не выскочила из тела. — Это слишком опасно! — Учителю не о чем беспокоиться, — Ташан Шэнь был как всегда спокоен, с улыбкой подавая ему чашку чая и садясь напротив за стол. — Уверяю, ему ничего не грозит, даже если кто-то из заклинателей и узнает его. Это место будет наполнено как демонами, так и Бессмертными, а потому никто не станет обращать на него внимание или тем более ввязываться в бой. — Но разве это не слишком рискованно? — Бай Сюньи с тревогой обхватил руками чашку. — Ведь место, где соберется вместе нечисть и заклинатели, будет подобно пороховой бочке. Стоит только кому-то зажечь огонь вражды в этом улье, как от города в пылу битвы и камня на камне не останется! — Это не совсем так, — Ташан Шэнь безмятежно облокотился на стол. В его полуприкрытых глазах мерцали слабые хитрые огоньки. — А? — Ты помнишь, что я говорил о каменном льве? По своей силе он равен небожителю. Никто не отважится нарушать порядок в его присутствии. Даже Высшие и главы орденов не рискнут вызвать его гнев в свою сторону. — Но разве это не преувеличение? Сейчас ведь нет никого среди Бессмертных, кто смог бы вознестись на небеса. Так как это может быть правдой? — Отнюдь. Это действительно правда. Яркие рубиновые глаза демона вспыхнули веселым озорством, а улыбка слегка растянулась на губах. — Неужели Учитель думает, что я обманываю его? — Нет, но... Юн Мин, это действительно слишком невероятно, чтобы быть правдой. Бай Сюньи никогда не слышал за все свои жизни, чтобы кто-то достигал уровня небожителя и в самом деле возносился на небеса. Неужели какой-то магический зверь смог то, чего не смог человек, сформировавший ядро в среднем даньтяне*? *В организме имеются три даньтяня (буквально — поле киновари, котёл, треножник, в котором происходят энергетические процессы) — центры энергии ци в нижней части живота, районе сердца и голове. — Если Учитель так волнуется, мы можем пойти и проверить. Мо Юн Мин был крайне счастлив предложить подобное, прикрыв в улыбке глаза и уложив щеку на ладонь. — Ты предлагаешь нам принять участие в аукционе? — Бай Сюньи неловко улыбнулся. — А почему бы и нет? Бай Сюньи неслышно вздохнул, почесав смущенно щеку у виска. Он не понимал, почему Юн Мин был так воодушевлен от этой затеи. — Юн-гэ, во-первых, я не совсем простой человек сейчас и моя персона может привлечь ненужное внимание как среди одних, так и среди других. А во-вторых... — он как раз думал, как обойти стороной то, что касалось его крайней бедности и безденежья, чтобы участвовать в подобных местах. Ведь он даже на еду денег толком найти не может, что уж говорить о местах, где люди выбрасывают по меньшей мере сотни тысяч и миллионы монет. Однако, Черный лис сделал вид, что не заметил этого, безропотно предложив: — Учителю не стоит беспокоиться об этом. Я могу поручиться, что нас там никто не узнает. К тому же, мне и самому нужно кое-что в том месте. Бай Сюньи, как ты смотришь на то, чтобы составить мне компанию? Изящная и крепкая ладонь аккуратно была протянута над столом, а оба ярких алых глаза с уважением и ожиданием смотрели на него. Услышав, как тот назвал его по имени, Снежный демон чуть не выплевал весь выпитый чай. Хотя он сам просил его иногда обращаться по имени, но это оказалось слишком неожиданно. Успокоив свои нервы и внушив себе, что "это нормально!" и это куда лучше, чем "учитель", втрескавшийся в своего ученика, он все же протянул руку в ответ. — Что же... Если ты так говоришь, тогда я не против. Ничего же плохого не произойдет, если мы один раз побываем там, верно? — Бай Сюньи неловко рассмеялся. Он очень хотел надеяться на это. Ташан Шэнь мило улыбнулся, приняв в свою руку бледную ладонь заклинателя. — Разумеется. Учитель может довериться мне. В назначенный день Бай Сюньи и Ташан Шэнь в молчаливом согласии дожидались, когда первым уйдет Юн-мэй. Ведь он должен был безоговорочно присутствовать на открытии аукциона, как глава этого города, поэтому это также будет свидетельствовать для них двоих о начале мероприятия. Эти двое договорились держать их планы в тайне от младшего, как говорится, меньше знает — меньше создает проблем. И даже Бай Сюньи пришлось согласиться, что это действительно было так. Для Мо Юн-мэй в самом деле иногда было лучше ничего не знать. Снежный демон весь день старательно делал вид, что ни о чем не подозревает, потому просто убирался по дому и подметал двор. Ташан Шэнь же в свою очередь убивал время с ножом в руке у плиты, готовя ароматный обед из мяса, риса и приправ. Мо Юн-мэй же колол дрова во дворе, изредка поглядывая за солнцем и едва заметно хмурясь. Это первый раз, когда у него выпадет возможность встретить множество демонов и даосов в одном месте. Ехидная ухмылка расплылась на его лице. А ведь это отличная возможность развлечься. Прошло не мало времени, прежде чем Мо Юн Мин закончил с делами как во дворе, так и по дому, после чего набросил зимнюю одежду на плечи и обернулся к двери, бросив через плечо несколько слов: — Учитель, мне нужно уйти по работе. Вернусь поздно. Бай Сюньи спокойно кивнул. — Конечно. Когда солнце постепенно начало близиться к закату, Мо Юн-мэй ушел. — Ну что же, — Бай Сюньи улыбнулся Ташан Шэню, набросив на себя просушенные после стирки верхние одежды, — нам ведь тоже пора, не так ли? — Учитель не возражает, если я попрошу его немного подождать? Бай Сюньи удивился, однако, наблюдая за его спокойствием и хорошим настроением, не стал противиться. — Хорошо. Но что ты хочешь сделать? — Подожди немного и увидишь, — Ташан Шэнь мило улыбнулся, опустив густые ресницы. Бай Сюньи оставалось лишь вздохнуть без лишних вопросов, подняв в знак поражения руки. Черный лис достал из-за ворота одежд золотую лисью маску и вновь принял облик "однорукого" под черным плащом, рассеяв собственную демоническую ауру и заставив левый широкий рукав опустеть. По голосу было слышно, что Ташан Шэнь улыбался, подойдя к двери, и на мгновение остановился, прежде чем уйти. — Я вернусь так быстро, что Учитель даже не успеет заварить чай. — Что же, надеюсь на это, — Бай Сюньи саркастически улыбнулся, размышляя, стоит ли ему в самом деле сделать немного теплого чая. Прошло меньше трети сгорания палочки благовоний, как Ташан Шэнь уже стоял на пороге хижины со свертком одежды в руках, а его собственный вид кардинально изменился: вместо простых черных тканей он был облачен в роскошные черно-серебристые одежды с прекрасным тончайшим морозным узором бегущих под снегом лисиц. На плечах лежал теплый воротник из густого белого меха, а волосы цвета чернил были собраны в аккуратный высокий пучок, увенчанный изящной серебристой короной и закреплен тонкой заколкой из белого нефрита. На конце заколки был изображен раскрывший пасть и явивший свои клыки грозный дракон. В дополнение ко всему кровавые глаза Ташан Шэня теперь имели острый черный зрачок. — Это... — Бай Сюньи потерял дар речи. До этого даже на фоне простых черных одежд этот человек выглядел прекрасно. Сейчас же Ташан Шэнь своим изящным и полным могущества обликом мог вполне затмить самого Императора. Даже алые глаза демона, что до этого так волновали душу Снежного демона, теперь стали еще острее, ярче и упрямее, словно что-то в них изменилось из покорной мягкости на неудержимое величее и превосходство. — Что скажешь, Сюньи? Тебе нравится? Уголок губ демона слегка приподнялся в игривой усмешке. Бай Сюньи готов был распрощаться с душой вновь. Он снова использовал его имя в своем влекущем и фривольном тоне! — Это... Юн-гэ, ты выглядишь... потрясающе. Если до этого он был безоговорочно похож на человека, то сейчас он выглядел как один из величайших чистокровных демонов даже без своих хвостов! Голова Бай Сюньи готова была пойти кругом от таких перемен. Этот вымахавший лис был слишком безупречен. — Если Учителю нравится мой настоящий облик, тогда стоит ли мне оставить его? — Ташан Шэнь подошел к оторопевшему заклинателю, оказавшись выше него на полторы головы и опустив вниз ясный смеющийся взгляд горящих алых глаз. Ноги Бай Сюньи приросли к земле и покрылись мелкой дрожью, заставив руки сконфуженно хвататься за рукава. Его кадык несколько раз дернулся вверх и вниз, а холодный пот окатил его с ног до головы. Он отчетливо ощутил себя перепуганным до смерти кроликом, загнанным в угол черной лисой. — Е-е-если... если тебе нравится находиться в нем, то почему бы и нет? — он выпалил с трудом эту фразу, сразу отвернувшись, чтобы скрыть неприкрытое смущение на лице. Однако не учел, что его в миг вспыхнувший цвет кожи дал слишком очевидный ответ уже за него. Улыбка сделалась еще ярче на губах Ташан Шэня. — Неужели? Я настолько пугающе выгляжу? — Н-нет, что ты... — однако, повернуть голову и взглянуть на него Бай Сюньи все таки не решался. — Тогда почему же Учитель отводит взгляд? Сердце Снежного демона рухнуло в пятки. Как он может это объяснить? "Потому что ты слишком привлекателен?" Как он может сказать такое вслух!? — ... В итоге, он так и не смог придумать ответ. Ташан Шэнь был весьма доволен таким его поведением и чем дальше, тем больше в его пусть и нежных, но острых глазах начинало играть скрытое озорство. — Учитель, я принес тебе кое-что. — ..? Бай Сюньи не решался повернуть голову, а его уши горели от этого слишком вежливого и мягкого голоса. — Вот, примерь, — рука Ташан Шэня протянула ему большой бумажный сверток с одеждой. — Спасибо... — и все-таки ему пришлось повернуть голову и принять протянутый сверток в свои руки. При этом Бай Сюньи всячески пытался избегать прямого зрительного контакта и не поднимал головы. Он видел лишь широкую ладонь смуглого цвета и тонкие изящные пальцы с аккуратными продолговатыми ногтями. Кожа руки Ташан Шэня выглядела чистой и не имела изъянов, словно была сделана из гладкого и мягкого медового воска. Это было его главным отличием от прочих демонов. Он не был мертв. Он не был бледен и холоден в своем истинном обличии, а его сердце всегда будет издавать приятный слуху стук. Ведь часть его принадлежала живому человеку. Бай Сюньи не заметил, как слишком погрузился в свои мысли и застыл с одеждой в руках, при этом засмотревшись на протянутую ладонь. Бровь Ташан Шэня изумленно изогнулась. Затем улыбка вновь коснулась его лица. — Учитель. — А?.. Бай Сюньи мгновенно пришел в себя, рефлекторно подняв голову на звук сверху. — Давай я помогу тебе его одеть . Уши Снежного демона в миг порозовели от этого мягкого искреннего взгляда и располагающей улыбки, отчего ему снова пришлось опустить голову за свою неловкость. — Буду весьма благодарен... Он действительно плохо умел обходиться с многими слоями подобных широких одежд, потому это всякий раз была для него сплошная пытка — запахивать и подвязывать все эти платья на себе. К тому же... его собственные простые одежды сейчас больше походили на тряпки еще сильнее, чем у самого бедного нищего. Не осталось ни одного места без залатанных дыр и перешитых швов, а ткань до того износилась, что местами теперь просто просвечивалась. В самом деле... в таких обносках на аукцион его могли просто не пустить. Еще и при этом громко высмеяв. Ташан Шэнь обхватил пальцами подбородок, задумчиво посмотрев на него. — Только вот, так я не смогу тебе помочь. — А? О чем ты? — Бай Сюньи не понимал, что тот имеет ввиду, но при этом вспомнил об опустевшем рукаве Ташан Шэня, указав на него пальцем. — Разве ты не можешь ее вернуть? Одной рукой действительно было бы слишком неудобно... — Конечно, Учитель прав. Однако, хотя я могу отлично справиться и с одной рукой, здесь проблема вовсе не в этом. — Тогда в чем? Бай Сюньи искренне не понимал о чем идет речь. — ... Ташан Шэнь неловко тихо кашлянул в кулак. — Учитель... твоя одежда. Сначала ее нужно снять. — ... Бай Сюньи в миг залился алой краской с головы до пят, имитируя застывший переспелый помидор. Казалось, упади он сейчас, как сразу превратится в красную расплывшуюся лужицу из сока и мякоти. Как он мог забыть об этом столь смущающем моменте!? — Хорошо... — ему пришлось смириться с этой неловкой частью процесса переодевания, потому, тяжело вздохнув и прикрыв рот кулаком в тихом покашливании, Бай Сюньи поставил условие. — В таком случае нужно сперва закрыть окна. Я не очень хочу оказаться в еще более неловкой ситуации, если кто-то проходящий мимо окажется слишком любопытным. Ташан Шэнь в улыбке согласился без единых возражений. — Само собой, никто не должен видеть то, чего не следует. Он сам завесил окна найденной мешковиной, повесив ее в несколько слоев, что даже лучика света на проникало внутрь хижины. Бай Сюньи это более чем устраивало. Чем темнее, тем лучше. Во всяком случае, это хотя бы позволяло ему успокоиться и унять стыдливую тревожность перед страхом оказаться полностью без одежды перед этим лисом, который заставил его душу пойти дрожащей рябью. О том же, что демоны прекрасно видят в темноте, он предпочитал крайне избирательно забыть.