Система "Реабилитация" для первосортного злодея

— Глупое дитя, — лицо Шен Ву исказилось гневом. Он поднялся с колен, оставив тело ученика лежать на снегу, что медленно багровел от расползающегося кровавого пятна. Рубиновый взгляд Юн Мина уставился непониманием на своего наставника. Разве не должно было быть хоть чуточку печали в глазах учителя? Почему... в них был лишь холод и злость? Фань Шень Ву крепко зжал в руке Бай Шуань. — У...читель...? — Сперва ты ослушался, а теперь посмел закрыть меня собой? Неисправимый глупец! — голос Снежного демона сочился ненавистью, которой Мо Юн Мин никогда не слышал прежде по отношению к себе. Рубиновый взгляд медленно наблюдал, как бледная рука наставника занесла меч вертикально над его грудью, дрожа от гнева, как он тогда думал. Ташан Шэнь же слышал, как разрывается болью и заливается кровавыми слезами сердце Шен Ву, а его руки — дрожат. — Это будет расплатой за все ошибки, совершенные мною, — ледяной голос Снежного демона последним прозвучал в ушах Мо Юн Мина, прежде чем острие Бай Шуаня острой болью вонзилось в его грудь. В глазах юноши померкло. Единственное, что Юн Мин помнил отчетливо — это ледяной ненавидящий взгляд ярких синих глаз наставника. Ташан Шэнь же видел, как Снежный демон взвыл раненным волком. Едва глаза мальчишки закрылись, Фань Шен Ву рухнул на колени, роняя горячие слезы и закрывая лицом в собственных ладонях. Он не мог больше терпеть. Слезы текли по его обмерзшим щекам, а остатки души разрывались от боли. Однорукий черный лис не мог ничего сделать. Он мог лишь только сжимать в руках снег и с горечью в сердце слушать как мысли его учителе убивали того изнутри. "Я сам... собственноручно пронзил грудь своего ученика своим же клинком! Я убил его, как человека! После такого смерть покажется мне долгожданным покоем!..." С трудом заставив себя унять недостойные громкие слезы, Фань Шень Ву поднялся на дрожащие ноги, в единое мгновенье призвав дух рыси. Не прошло и половины сгорания палочки благовоний, как снежная сова превратилась в ничто от лап разгневанной кошки. На руках принеся своего ученика в пустую пещеру неподалеку, Шен Ву снял с него одежду на спине и груди, осматривая затягивающиеся раны. Он все еще дышал, а сердце стучало. В свою очередь Ташан Шэнь желал бы его убить. Пусть бы он тогда сдох, как псина, лишь бы больше никогда не причинял боль учителю! — Удивительно, так он полудемон, — прокомментировал Император, потирая изумленно подбородок и наблюдая, как на голове юноши образовались черные лисьи уши, а за спиною появился такой же черный лисий хвост с белоснежным пятном-кисточкой на конце. — Да, — без тени эмоций ответил Шен Ву. Он не знал, что этот мальчишка в самом деле окажется демоном-лисом, но Шен Ву был слишком сожжен изнутри, чтобы чувствовать еще хоть что-то, кроме боли. — А ты, значит, знал об этом все это время, — подвел итог демон. — Да ты в самом деле страшнее меня, дядюшка старейшина. — Это твоя гребаная бабушка страшнее тебя! — не сдержался однорукий призрак, утирая со своего лица еще не высохшие слезы. Шен Ву не ответил. Печать, что сдерживала силу полудемона внутри Мо Юн Мина была сорвана и теперь пришел черед последствий. Шею заклинателя обожгло болью, но он не среагировал никак. Шен Ву лишь посмотрел на свое запястье. Печать проклятья оков души исчезла. Теперь она переместилась на его шею, сделав в самом деле рабом полудемона. Рука Ташан Шэня дрогнула, сжавшись до боли в кулаке. — Это же...метка Бай Сюэ! — Вот так раз, — изумился в очередной раз Император. — Сомневаюсь, что ты не знал о том, что тебя ждет такая участь, так зачем пошел добровольно? Шен Ву горько ухмыльнулся. — Раны, что нанесла марионетка, заживут на полудемоне в самом деле быстро, — он натянул обратно изорванные одежды на уже полностью восстановленное тело ученика. — Но раны, нанесенные мечом заклинателя — практически не заживают на их плоти. Тебе ли не знать, Минь Шу. Лицо Ташан Шэня стало еще бледнее. Он рухнул на колени, пытаясь дрожащей рукой отодвинуть ворот одежд на груди Шен Ву. — Учитель... только не говори мне, что эту рану от Бай Шуаня ты сам.... Император нахмурился. — Но ведь рана от твоего меча так же полностью исчезла с его тела. Куда она пропала? Шен Ву уложил бессознательного Мо Юн Мина на холодный камень, накрыв его сверху белой накидкой, испачканной кровью, и вовсе не заметив той руки, что так отчаянно пыталась коснуться его груди. А затем поднялся с колен и обернулся к Императору. — Она никуда не исчезала. Свежее кровавое пятно медленно расплывалось на груди Старейшины Чушань прямо перед глазами Ташан Шэня. — Проклятье ошейника, — догадался Небесный Повелитель Созвездий. — Значит, с этих пор любая рана, нанесенная этому полудемону будет отражаться на тебе, как на его рабе, а на нем — просто заживать? Зверство! Рука черного лиса обессиленно упала. Еще тогда. Еще в тот самый день его учитель начал забирать всю его боль себе. Шен Ву ничего не ответил. Точнее не смог — кровь подступила к горлу, по этому ему пришлось протолкнуть ее обратно, сглотнув. Все что он мог, так это временно продлить себе жизнь, замедлив кровотечение. — Пойдем, — он вышел из пещеры, оставляя Мо Юн Мина лежать внутри. — Бросишь его вот так? — Император вышел следом. — Он скоро очнется. Нужно скорее отправить остальных обратно на их пики, — Шен Ву из последних сил перебирал тяжелыми ногами по снегу. "Теперь Мо Юн Мина, ставшего полудемоном, не примет ни один пик. Пускай ненавидит меня, как своего учителя. Надеюсь, этого достаточно, чтобы он не совался на горные пики и не искал себе смерти." Сгустки крови с каждым шагом рвались наружу по его горлу, заставляя терпеть отвратительный металлический вкус во рту. "Я достаточно обучил его выживанию. Теперь он должен позаботиться о себе сам. Лишь бы он был жив." — Будем считать, что я, как Император, решил тебе помочь. Рука демона подхватила падающего заклинателя, а пейзаж вокруг резко изменился. Всего в один миг они оказались внутри пещеры, где четверо учеников уже давно проснулись и сейчас смотрели на пришедших, не в силах понять, что происходит. Ташан Шэнь же теперь и в самом деле ощущал себя лишь призраком. Он больше не мог выносить той боли, что рвала его душу. Он просто хотел умереть, а все слезы, что лились до этого по его лицу, теперь просто высохли. Казалось, он больше не был способен плакать. Небесный Повелитель Созвездий махнул рукой и трое подростков тут же растворились в воздухе, спустя миг оказавшись в самом деле каждый на своем пике. — Благодарю, — хрипло отозвался Шен Ву, силясь встать на ноги ровно. — Не стоит, дядюшка старейшина. — Теперь будь добр, отправь и меня на мой пик, — Шен Ву выпрямился, в последний раз вздохнул и мгновенно принял образ того самого несгибаемого старейшины, не чувствующего боль. — Действительно, Снежный демон, — ухмыльнулся Император. А затем его ладонь снова взмахнула в воздухе. — Прощай, заклинатель. Буду ждать возможности отдать тебе второй долг. В следующий миг Шен Ву очутился возле своего поместья на вершине Чушань, а Ташан Шэнь переместился вместе с ним. Но вместо зеленого бамбукового сада их взглядам предстал пылающий в огне особняк, обугленный и выгоревший бамбук, а каменные и песчаные тропы были устелены окровавленными трупами учеников в синих одеждах. Его худшие сны, которые также не раз видел однорукий призрак, теперь стали явью. — Как так?... — Ташан Шэнь не верил своим глазам. Как их пик Чушань мог так пострадать? Как это могло оказаться правдой!? Кто же так истребил здесь всех детей и заклинателей!? — Нет... не может быть... — голос Шен Ву дрогнул. Шаг за шагом медленно ступая по кровавым лужам, Старейшина Чушань не мог поверить своим глазам. Все, что он так пытался сберечь, все эти ученики, которых хотел защитить.... Они все мертвы. Слезы снова обожгли его лицо. Кулак Ташан Шэня сжался, а зубы скрипели. Его взгляд ледянел ненавистью и гневом. Это было слишком жестоко. Шен Ву била дрожь. Он потерял всех и вся. Шесть... двенадцать... восемнадцать... Здесь были трупы почти всех его учеников. Обезглавленные, с оторванной рукой или ногой, они застыли с гримассой боли на лице. Боль и гнев заклинателя смешались с ненавистью на самого себя, заставив прикрыть ладонями лицо в который раз. "Я был слишком наивен и слаб!" "Слишком слаб, что бы защитить!" "Я... я никого не смог уберечь в этой проклятой жизни!" — Учитель не прав, — однорукий черный лис стоял за его спиной, тихим шепотом выдавливая из себя каждое слово из-за переполняющего его гнева на того, кто сотворил подобное с пиком Чушань. — Учитель никогда не был слаб. Учитель, ты смог защитить такого жалкого полудемона, как я, от Высших и заклинателей. Учитель, ты не прав... За спиной послышались размеренные чужие шаги. Мо Юн Мин обернулся и тут же гнев новым огнем вспыхнул в его сердце. — Ты! — Старейшина Чушань, — глумливый голос раздался за спиной заклинателя. — Нет, Учитель, в сторону! — однорукий призрак в панике попытался оттолкнуть наставника, но его рука прошла насквозь. Для самого заклинателя реагировать уже было слишком поздно. Не успел Шен Ву обернуться, как холодное лезвие пронзило его со спины, проткнув насквозь живот. Боли больше не было, лишь тошнота и холод. Когда клинок безжалостно выдернули, он обернулся, сплевывая кровь. — Ты... — Да, я. Как же долго я ждал этого дня! — Си Ван У расплылся в дикой усмешке, а во второй его руке были зажаты намотанные волосы. Внизу свисала свежесрезанная голова одного из учеников, все еще истекающая кровью. Бай Шуань со свистом взмыл в небо. Шен Ву использовал последние силы своего ядра, что уже пошло трещинами и готово было рассыпаться в любой момент. Он жаждал мести! Всей душой желал убить эту тварь! — Безликий!! — О, значит ты все таки узнал меня наконец? Ха-ха-ха! — он глумливо отбросил голову прочь, как мусор, увернувшись от всех ударов Старейшины Чушань. — Так может ты узнаешь и того, кем я был до "Безликого"? — демон оставался в форме мальчишки, с вызовом и насмешкой посмотрев на Фань Шен Ву. Си Ван У подкинул в руке камешек, метко бросив его в лицо заклинателя. Камень пролетел мимо, оставив тонкую рану на щеке того. — Быть не может... — Шен Ву вспомнил его. И Ташан Шэнь также вспомнил этого мальчишку, покрывшись дрожью от ярости. Тот, кто издевался над ним, когда сам Мо Юн Мин только поднялся в горы и еще носил серую никчемную одежду отброса. Это был тот мальчишка, который избил его до полусмерти, чтобы забрать одежду, подаренную учителем! Это был тот, кого учитель жестоко наказал за это, разрушив только сформировавшееся ядро и сбросив с гор! — Х*р собачий! — Ташан Шэнь сплюнул ругательства, замахнувшись кулаком в его надменную рожу. — Проклятый свин! Жадная грязная свинья! Так это был ты! К его удивлению, ему даже показалось, словно его кулак в самом деле обо что-то ударился, а не прошел насквозь, как всегда. И словно подтвердив его мысли, Безликий рассмеялся, в улыбке выговаривая каждое слово: — Верно, учитель! Я тот самый ученик Старейшины Хэ Гуа Фу, которого ты изгнал с гор и кому уничтожил золотое ядро! Ха-ха-ха, забавно, неправда ли? Ужасный оскал озарил его молодое лицо. — Ты изгнал меня из-за слабости собственного ученика и обрек на смерть тогда. А сейчас я сам обрек на смерть тебя, Старейшина Чушань, а твоего любимого ученика отдал одному из Высших для развлечения. Ха-ха-ха-ха-ха-ха! — Что ты сказал? — Шен Ву сжал кулаки. — Что с Мо Юн Мином!? Кому ты его отдал!? — Ты оглох, старый недоумок? Так я повторю, — Безликий вновь принял облик сумасшедшего оригинального главного героя, а его голос сменился грубым и насмехающимся, — твоего любимого ученика сейчас забрал Высший, который недавно появился на свет. Демон в белых траурный одеждах — тебе это о чем-то говорит? Снежный демон выплюнул очередной комок крови. Этого просто не может быть... он действительно не смог спасти даже его! Теперь его душе явно не будет ведом покой. До тех пор, пока он не отомстит, пока не оградит своего ученика от этих чертовых демонов, ему никогда не будет покоя! — Ублюдок! — Фань Шен Ву взял Бай Шуань в руку, начав стремительно наносить удары, а Безликий все так же спокойно уклонялся. — Ты смотри, как оживился! Ха-ха, ну давай, развлеки меня! В следующий миг Бай Шуань вылетел из руки заклинателя, вонзившись прямиком в грудь демона. — Сукин сын, так ты еще способен трепыхаться!? — Безликий сплюнул кровь, в одно мгновенье вонзил руку в ребра Шен Ву и, переломав треть из них, сжал в ладони золотое ядро, покрытое трещинами. Багровые глаза Ташан Шэня расширились в ярости, увидев то, как Безликий проткнул грудь наставника. — Умри, тварь. Рука сжалась в кулак, раскрошив с хрустом золотую материю. Снежный демон издал тихий сдавленный стон, рухнув на землю. Синие и лиловые благородные одежды смешались с кровью и грязью, а руки из последних сил сжимались в кулаки до побелевших костяшек. Лицо заклинателя исказилось яростью. В его глазах застыла дикая ненависть, а губы беззвучно повторяли единое слово: "Уничтожу!" — Да, Учитель, — Ташан Шэнь склонился возле него, опустившись на колени и сжимая руку на земле. В его глазах горели ненависть и жажда мести, словно в них не осталось ничего, кроме настоящей души демона. — Я уничтожу их. Мы вместе уничтожим их, Учитель. "Мы с тобою вместе сотрем их в порошок, Учитель." "Только дождись меня." "Янь Сюньи." Император Минь Шузуи нервной походкой расхаживал по комнате, спрятав руки за спиной, все выжидая, когда этот четов лис наконец-то проснется. Ему нетерпелось увидеть, будет он сломлен окончательно, или же наоборот возьмет себя в руки и начнет что-то делать. Хотя, он не отрицал и третьего варианта, где ненависть поглотит его душу и этот чертов полудемон идиот разрушит половину мира от запада до востока. Цзинь Фа Лун лежал на императорском вороте, обвиваясь вокруг его шеи и пуская облачка пара. —Ты так трясешься над ним. Минь Шу, ты так ждешь его пробуждения? — Я боюсь представить, как этот идиот поведет себя, когда проснется, — император мрачно фыркнул, а его черные густые брови недобро сошлись на переносице. — Эй, наставник, он долго еще будет так дрыхнуть? Уже три дня прошло. — Не-е-ет, — лениво протянул дракон, —может еще несколько часов, не больше. Его наставник прожил слишком короткую жизнь, так что сон не будет слишком долгим, — изогнувшись и блеснув своей золотой чешуей, Цзинь Фа Лун пыхнул белым дымом и спрятался обратно под теплый меховый императорский воротник. — Утомляет меня эта суета. Минь Шу, я слишком стар для этого. Император ухмыльнулся, ощутив, как тот копошится у него под одеждой на шее, почесывая свою пушистую гриву и вертясь то тут, то там, словно пытаясь найти место потеплее. Драконы, как оказалось, очень склонны замерзать. Поэтому Небесный Повелитель Созвездий уже давно привык, что его наставник вечно ищет место потеплее на его теле и прячется там, чтобы согреться. Когда же его взгляд вновь вернулся к этому лису, спящему возле мертвого тела своего наставника, морщины недовольства пролегли на лбу императора. Привязанность этого полудемона была слишком... ненормальной. Слишком сильной. Настолько, что Минь Шузуи готов был поклясться о том, что этот чертов лис не согласиться оставить это бездушное тело, даже если этот мир рухнет. И хоть он понимал, что тот всего лишь слишком любил своего наставника, но такое нездоровое отношение... действительно пугало его. — Чертов лис... Император согнулся над ним, хмуро всматриваясь в перекошенное злостью спящее лицо однорукого лиса. В следующее мгновение единственная рука Ташан Шэня сжалась в кулак. — О! Кажется он скоро очнет...! Пкха! Рука полудемона в доли секунды взлетела вверх, с силой отбросив крепким ударом кулака назойливого Императора к стене напротив. Грохот раздался на все поместье Старейшины Чушань, а стены покрыли трещины. — Какого черта!? — Минь Шузуи с трудом поднялся на ноги, прикрывая рукою половину лица, сквозь пальцы которой стекала кровь. — Какого х*ера, я тебя спрашиваю, ты творишь!? Драный лис! Однако, когда Император подошел к нему, намереваясь хорошенько поколотить, оказалось, что тот все так же спит. — Гребаный блохастый вшивый полудемон! Как только посмел ударить Чженя!? Лисий мелкий ублюдок! Из-за мехового ворота послышался тихий приглушенный смех Цзинь Фа Луна. — Ха-ха, не сердись на него, Минь Шу. — Что!? Но наставник, ты же видел, что он только что сделал! Облачко белого дыма пыхнуло из-за ворота одежд, но сам дракон не посчитал нужным показывать наружу даже свой нос. — Видимо, он услышал твой голос и принял тебя за другого. Не забывай, он сейчас затянут в чужие воспоминания, вряд-ли он сделал это специально. Ха-ха, не сердись на него. Императору оставалось лишь молча скрипнуть зубами и мечтать о том, как он поколотит этого драного лиса, когда тот очнется. — Минь Шу, лучше завари чай, — довольно посоветовал золотой дракон под его воротником, обвиваясь плотнее вокруг его шеи и плеч. — Нам все равно некуда спешить. А чашка чая лишней не будет. На мгновение самому императору показалось, что его наставник сейчас будет готов замурлыкать, как кошка, если температура тела, вокруг которого он обвился, повысится еще на пару градусов. Этот дракон очень любил тепло. И император отлично знал, почему тот так хотел напоить его чем-то согревающим, например, теплым чаем. Но никто же не возражает, если он выпьет что-то покрепче? — Хорошо. Гнев тут же сменился хитрой усмешкой. Спустя несколько часов Мо Юн Мин в самом деле открыл глаза. Император тут же отставил чашу с недопитым грушевым вином и подошел к кровати. — Очнулся наконец-то? Однорукий черный лис все так же неподвижно лежал. Он молча смотрел в полоток над собой, не моргая и не произнося ни слова. Император сурово нахмурился. Он боялся, что разум этого идиота в самом деле помутнился. — Эй! Ты там живой вообще? — Минь Шузуи недовольно сложил руки на груди. Мо Юн Мин медленно повернул голову. Он смотрел на лежащее рядом бледное тело Бай Сюэ. Минь Шу не видел его взгляда, однако, когда после этого однорукий черный лис посмотрел уже на него, то ноги императора примерзли к полу, а тело окаменело от пробирающей дрожи. Какого черта у него такой взгляд!? Яркие багровые рубины горели столь кровавым огнем и в то же время холодной ненавистью. Казалось, в этом взгляде не осталось больше других чувств. Лишь всепоглощающий гнев. Мо Юн Мин медленно сел на кровати, крайне бережно подтянув сползшее одеяло наставнику до плеч точно так же, как делал это всегда. А затем неспешно встал на ноги, спокойной и уверенной легкой поступью направляясь в сторону Императора. Будто до этого он и не лежал вовсе три дня во сне, блуждая по чужим воспоминаниям. Как минимум, после такого было бы сложно встать на ноги! Как будто этого было мало, пустой рукав одежд Ташан Шэня начал сочиться густой темной энергией, из которой в тот же час сформировалась новая рука полудемона. Черная, обросшая когтями и густой шерстью, наполовину человеческая лисья лапа. — Эй-эй! Ты чего это на ноги подорвался?! По спине Минь Шу откровенно стекал холодный пот. Его определенно пугало это гневное спокойствие, которое было на поразительно безэмоциональном лице черного лиса. Его полные безумия глаза горели кровавым льдом и холодным инеем. — Спасибо. — Что? Император опешил. За что он его благодарит? — Ты помог уничтожить Сянь Шэня. — А-а... Ты об этом, — Император облегченно вздохнул, расслабившись. Ему казалось, что этот мальчишка будет искать драки, но кажется, обошлось. — Не стоит благо... — Но при этом ты отобрал у меня нечто ценное. — Что?... — Минь Шу вновь запнулся, не понимая, что ему говорят. Да и к тому же этот поганец так бесцеремонно перебил его! Засранец! — Что это я у тебя за... Однако, договорить он не успел. Тень легла на его лицо в доли секунды. Черная демоническая рука сжалась в кулак, с силой ударив Императора в правый глаз. — Кгха-а-а!! Поместье Старейшины Чушань сотряслось во второй раз. — Кхе-хе...! Какого черта, мать твою?! — Небесный Повелитель Созвездий подпирал спиною стену, рассевшись на полу и держа рукой едва не выпавший из глазницы собственный пострадавший глаз. Когда же он посмотрел на черного лиса, в руке того между черных демонических когтей сжималась золотая чешуя Цзинь Фа Луна. Когда он успел вытащить наставника из-за ворота одежд?! — Эй, чертов лисий бастард! Ты, ублюдок! Засранец мелкий, а ну верни, откуда взял!! Император ударил кулаком по многострадальной стене, отчего по ней пошли новые трещины. — Ты забрал мои самые ценные воспоминания в тот снежный день. Не думал же ты, что я не отплачу тебе? На этот раз Императору не хватило слов, чтобы ответить. Голос Ташан Шэня был холоден и кололся острыми иглами безжалостности. Однако, что-то в нем изменилось. Словно бы из него вытащили любые эмоции, которые были присущи живым людям и оставили лишь мертвый лед. Сам же золотой дракон не особо сопротивлялся, спокойно и привычно пыхтя белым дымом и лишь слегка выказывая свое недовольство, звонко ударив чешуйчатым хвостом лиса по руке. — Какая наглость — вот так хватать старого дракона за шиворот и вытаскивать без разрешения, — Цзинь Фа Лун спокойно ворчал, но не более того. В отличии от Императора, которого переполнял гнев от происходящего. Однако, Ташан Шэнь не обращал на него внимание. Он поднял у себя перед глазами дракона, который был размером с ящерицу, и без лишних промедлений все так же произнес: — Я нашел то время, в которое вернусь. И только Цзинь Фа Лун видел ту несокрушимость и уверенность, с которой горели рубиновые глаза демона. — Что это будет за день? — серьезно спросил дракон. — Начало Дасюэ*. Ранее утро первого дня. — Хорошо. Белое облако пара привычно пыхнуло из пасти дракона. — Сколько времени тебе понадобится? Цзинь Фа Лун нахмурился, прикрыв на мгновение глаза, чтобы подумать и посчитать. А затем без доли сомнений ответил: — Десять лет. Брови Мо Юн Мина недовольно сошлись на переносице, а лицо нахмурилось, однако в следующие секунды оно вновь не выражало ничего, кроме пугающего спокойствия. — Хорошо. Мне этого времени хватит. Черный лис бросил золотую старую ящерицу обратно Императору в руки, отвернувшись от них и вернувшись к кровати, где будто бы мирно спал Бай Сюэ, колени котрого неизменно обвивал Майгу. — Хватит для чего?! — Минь Шузуи поймал наставника, спрятав его обратно под теплые одежды на шее и все еще пылая гневом. Мо Юн Мин обернулся, кровожадно улыбнувшись. — Хватит, чтобы разрушить этот мир до самого его основания. * Дасюэ (大雪) — "Большие снега". 7 — 8 декабря. Если у кого-то есть желание пообщаться с этим автором просто в жизни, то этот автор приглашает всех в группу в телеграме! С радостью отвечу на ваши вопросы и просто познакомлюсь с любимыми читателями! ╰(⸝⸝⸝´꒳`⸝⸝⸝)╯ Ссылка приглашение: https://t.me/joinchat/UF41acXZyQxlYmZi