Право Бога

Облегчение, которое испытывает Ацуши, недолгое. Возможно, в десятый раз за последние пять минут он спрашивает: «Что ты имеешь в виду?» Несомненно, уже в десятый раз за последние пять минут Акутагава награждает его страшным взглядом. "В настоящее время невозможно подойти к этим координатам." - Но почему? Акутагава вздохнул и ткнул бледным пальцем в пять строк цифр на обратной стороне записки. - Клей на обратной стороне записки - он не такой прочный, а это значит, что это было там уже довольно давно - начинает Акутагава, очень похоже на то, что он хочет помять лист бумаги и заставить Ацуши подавиться этим листом бумаги. - У нас нет возможности использовать электронные устройства и поэтому мы не можем подключить эти координаты к GPS. Координаты похожи на звездные координаты, и я правильно полагаю, что если я не обладаю навыками навигации по звездам, то еще более сомнительно, что этими навыками обладаешь ты. Чувствуя, что друг другу не удается сказать еще одно, Ацуши с нетерпением поднимает бровь. Акутагава добавляет последние слова, "...глупый человек." Ацуши закатывает глаза. "Что если я знаю, как читать координаты, а?!" - Вряд ли. - Акутагава легко раскрывает его. - Ты не из тех, кто учится таким полезным навыкам выживания. Ацуши взволнован тем, что ему льстит, то что Акутагава тратит время на размышления о вещах, о которых он знает, и раздражает, что Акутагава считает его таким бесполезным и глупым. Неважно, если он на самом деле не знает, как читать звездные координаты, это принцип! - Тогда что мы будем делать? - Ацуши начинает испытывать голод и жажду, когда они идут в другой конец парка. Они приближаются к портовой зоне, штаб-квартира портовой мафии находится в нескольких кварталах отсюда. - Я уверен, Дазай-сан хочет, чтобы мы смогли расшифровать это сообщение! - Сообщение не для нас. - ... А? - С чего бы тебе думать, что господин Дазай пришлет сообщение нам, а... - Лицо Акутагавы проходит через ряд действительно смешных выражений, начиная от отвращения и заканчивая кривлянием, как будто от произнесения следующего набора слов его вырвет. - ...романтическая манга? - Может быть, так сказал Дазай-сан, что ему нравится его кохай. - Как глупо, - говорит Акутагава, затем останавливается у выхода из парка. Перед ними перекресток. Если они пойдут дальше, то в конце концов пройдут мимо штаба Портовой Мафии. Если они повернут налево, то в конце концов повернут назад в сторону Агентства, пройдя мимо некоторых библиотек и книжных магазинов. Если они повернут направо, то пойдут к железнодорожному вокзалу с его торговыми центрами и магазинами. Пару минут проходят в полной тишине. Ацуши рушит тишину раньше, чем его желудок рычит. "Может, сначала поедим и выпьем чего-нибудь?" - Я не нуждаюсь в поддержке. - Ну, я. - отвечает Ацуши угрюмым взглядом. - Мы должны найти способ понять эти координаты. - говорит Акутагава, взволнован этим. - Библиотека - лучшее место для посещения. - Изучаю… - бормочет Ацуши, не с небольшим испугом. - Даже если сообщение не для нас? - Ты хочешь просто сидеть сложа руки и ничего не делать? - Конечно, нет! Но я также очень голоден и хочу пить! И я уверен, что ты тоже, даже если у тебя аллергия на признание этого! - Я не голоден. - настаивает Акутагава, - но он также идет к дорогам, ведущим на вокзал. - Хм... Может, нам стоит сначала разделиться. - Ты даже не можешь делать простые вещи, такие как открытие дверей, - безжалостно напоминает ему Акутагава. - Ты не сможешь обеспечить себя пропитанием самостоятельно, что означает, что ты просто потратишь время и это значит, что ты будешь невыносимым и еще более бесполезным, чем ты уже сейчас, когда мы встретимся снова. Ацуши снова закатывает глаза. - Ты можешь просто сказать, что не хочешь расставаться со мной. - Я бы очень хотел тебя разорвать на клочья. Не испытывай моё терпение. Ацуши закрывает рот. Честно говоря, несмотря на его опасения по поводу работы в тесном контакте с кем-то таким вспыльчивым, как Акутагава, это все же намного лучше, чем абсолютное одиночество, которое было до этого. Таким образом, Ацуши не нужно догадываться о многих вещах. Такое ощущение, что он не одинок в этой странной ситуации. И так он чувствует себя сильнее. Их шаги, отраженные от тротуаров, заполняют воздух между ними. Накаджима играет с ремнем сумки на плечах. динок в этой странной ситуации. Вот так он чувствует себя сильнее. Их шаги, отражающиеся от тротуаров, заполняют воздух между ними. Ацуши играет с ремнем сумки на плечах. - Как думаешь, что случилось? - ... - Когда я проснулся один в той гробовой тишине, я сильно запаниковал. - Ацуши осознает, что Акутагава никогда не будет хорошим вариантом «с кем ты хочешь поговорить, без угрозы получить ножевое ранение?» но у Ацуши нет и лучших вариантов. Он может говорить только с неподвижным воздухом или с самим собой. - В прошлый раз… была Кёка-тян, но она тоже ушла. Тишина Акутагава скрипит зубами, прежде чем говорить. «Кёка сильна. Она не будет колебаться в подобных ситуациях. Лучше беспокоиться о жалком сеебе, прежде чем пытаться беспокоиться о другом человеке. » - Ничего неудивительно, что у тебя нет друзей - говорит Ацуши, хоть крошечная его часть поражена тем, что Акутагава способен говорить хорошие вещи о других. Конечно, потому, что это правда. Кёка-чан является сильной. Ацуши иногда хочет, чтобы он мог иметь хотя бы небольшую часть этой силы. Еще более крошечная часть внутри него думает, что это на самом деле довольно забавно, как говорит Акутагава. Кашель, прежде чем «мне не нужны друзья». - Сказать это, может тот, у кого нет друзей - отмечает Ацуши. - Разве у тебя нет кого-то, кто тебе дорог? - … Моя сестра. - в конце концов признается Акутагава, когда тишина растягивается и нарастает между ними. А потом еще одна долгая пауза, прежде чем - … и Чуя-сан. Он настаивает на том, чтобы я больше употреблял полезную пищу. - Ты можешь просто сказать« еда », знаешь? - Ацуши отвечает - Почему-то меня все равно удивляет, что у тебя есть сестра. - Она может убить тебя пятьюдесятью разными способами, так что даже не думай об этом. - Я и не заинтересован в ней. - Ты намекаешь, что она недостаточно хороша для такого жалкого как ты? Расемон находится в миллиметрах от горла Ацуши. Человек-тигр закатывает глаза и ударяет его, используя преобразованную тигром лапу. - Меня больше интересуют другие вещи! Акутагава фыркает, прежде чем оттащить Расемона. «Кёка тоже хороша для тебя». - Мне она тоже не интересна! Не таким образом! - …Жалкий. Ацуши думает, что он должен прекратить закатывать глаза, иначе они выкатятся из его головы. Тем не менее, «А ты? Ты говоришь так, как будто ты заинтересованый в ком-то! - Я не нуждаюсь в таких вещах, как романтика и привязанность. - Акугатава злостно проговаривает. И затем на его лице появляется острая, как бритва, улыбка, его кровожадность заостряется, когда он заявляет: - Я заинтересован в тебе, человек-тигр. Я заинтересован в том, чтобы бороться с тобой и покончить с тобой раз и навсегда. - Так мелодраматично - бормочет Ацуши в сторону. К счастью, он не настоящий дурак, несмотря на то, что Акутагава любит называть его. Он запаниковал, когда услышал « Я заинтересован в тебе, человек-тигр». Он знал, что имел в виду тот. - Ты закончил свои жалкие попытки пустого разговора? - Вот почему у тебя нет друзей. - Я сказал тебе, мне не нужно ... Ацуши отмахивается от слов другого. «Ага, конечно. Они вдвоем наконец добираются до магазина. Это странно. Ацуши привык видеть магазины у дома в каждом квартале, но им потребовалось много времени, чтобы добраться до него. Они… на самом деле наслаждались разговором друг с другом, что они шли медленнее, чем обычно? …Возможно нет. Ацуши отмахивается от этой невозможности. Он пытается открыть дверь. Это не сдвинется с места. - Переехать. Акутагава пытается, но он тоже не двигается. Он не должен чувствовать себя оправданным, но Ацуши не может удержаться от детского крика: «Ха! Ты тоже бесполезен в открытии дверей! Акутагава изогнул едва заметную бровь. «Почему ты празднуешь это, дурак? Моя потеря способности открывать двери означает, что мы будем серьезно ограничены в нашем прогрессе ». - … Попробуй использовать Расемон. «Не приказывай мне!» Акутагава ждет три минуты, прежде чем использовать Расемон на стеклянные двери. Стеклянная панель и пластиковая ручка не показывают царапин от Способности Акугатавы. Ацуши чувствует, как у него перехватывает дыхание в легких. Акутагава снова начинает идти по улице, не утруждаясь ждать его. - Эй, подожди! Куда ты направляешься?! - … Найти другой магазин. - Нет, все в порядке! - Это определенно нет. - Мы не можем тратить больше времени, на это ... давайте пойдем в библиотеку, как ты упоминал ранее ...» Плечо Акутагавы напрягается. Он не оглядывается на Ацуши. Во всяком случае, его шаги ускорили их темп. - … Ты был бы еще большим идиотом, если бы настаивал на том, чтобы жить без еды или воды. - Всё в порядке! Я разберусь с этим! - Ты принимаешь меня за дурака, джинко? Нет необходимости лгать мне о жалком состоянии твоего тела. Уверяю тебя, у меня нет никаких надежд на тебя, так что ты не рискуешь разочаровать меня." …Ой. Ацуши дрожит, слева пялится на спину Акутагавы. Акутагава, со своей стороны, продолжает тестировать следующий круглосуточный магазин Лоусон, а затем продолжает искать другой магазин, когда появляется такое же отсутствие результатов. "Ты…" - Ты можешь быть довольно добрыми время от времени, а? Каким-то образом Ацуши повезло, что он не одинок в этом мире. Всплеск хороших чувств продолжается, когда Акутагава пытается применить другой подход. На этот раз он не идет в магазин, а вместо этого открывает деревянную дверь кафе рядом с железнодорожной станцией. - Ой! Вот здесь я обедал с Дазай-саном в тот день! - Мне не нужны твои комментарии. Атсуши, все еще чувствуя себя согретым от удивительных слов утешения Акутагавы, продолжает: «Как только мы выберемся из этого, я попрошу Дазаи-сан тоже пообедать с тобой здесь». - Мне не нужны твои детские усилия для сватовства. Нет смысла, если это не по собственному желанию Дазая-сан. - Это просто обед. - скулит Ацуши. - Хорошо, я как-нибудь найду способ, чтобы Дазай-сан пригласил тебя сам! Акутагава хихикает. Это не то же самое, что и раньше. На этот раз всплеск юмора. Ацуши не может не чувствовать, что это звучит для его ушей. - У тебя нет чувства тонкости и хитрости в твоем арсенале. Вместо того, чтобы оскорбляться этими словами, Ацуши говорит: "Ты говоришь мне, что я слишком добрый? О, Акутагава, ты учишься быть дружелюбным?" Расемон приближается к его лицу, но Ацуши как-то его уже ожидал, поэтому он избегает удара. - Должен ли ты всегда применять насилие?! - Должен ли ты всегда говорить глупые вещи, когда открываешь рот? - Совсем не дружелюбно. - бормочет Ацуши. - Тогда я не буду угощать тебя обедом! - Хорошо. Акутагава копается в кладовой кафе,в надежде достать еду. - Я видел жалкую вещь, которую ты называшь« зарплатой ». - Эй! Я хочу, чтобы ты знал, что моя зарплата - плод моего пота, крови и труда! - Моя зарплата также является плодом пота и крови. - говорит Акутагава почти беседе. Видите ли, именно в такие моменты Ацуши сбивается с толку, потому что Акутагава Акутагава может говорить так нормально, даже когда он говорит о гнусных вещах. А потом, как бы напоминая Ацуши о его природе, он добавляет: "То есть о моих врагах". Будучи вынужденным находиться в тесном контакте с другим в очень многих ситуациях, Ацуши уже осознал, что в Акутагаве существует определенная необходимость существовать только в определенных местах. Это не имеет смысла, не для Ацуши, но он полагает, что это, вероятно, должно, учитывая, что Ацуши все еще иногда трудно смотреть в зеркало и думать: "Я член Агентства вооруженных детективов". Иногда Ацуши видит плачущего ребенка, которому говорят, что он бесполезен и ничтожен. Иногда он видит только того, кто бессилен и нуждается в защите и втягивает других в свой беспорядок. ... В последнее время он может видеть кого-то достаточно сильного, чтобы хотя бы стоять самостоятельно. Вот почему Ацуши возится с ремнем сумки, заставляя его спорить с Акутагавой по поводу их совершенно другой позиции, когда дело касается человеческой жизни. - … Должны ли мы действительно возиться с их кладовой? - Ты хочешь умереть от голода? Ацуши фыркает, прежде чем он ищет свой кошелек. Он опустошает его содержимое в верхней части кассы и дает обещание вернуться как можно скорее, чтобы заплатить за все, что они берут. Акутагава выходит из кладовки с бумажным пакетом, заполненным едой и напитками. Он поджимает губы, как только видит, что Ацуши пытается упорядочить свои монеты, Акутагава отталкивает его плечо легким движением. Бросает бумажный пакет на столик, затем находит свой кошелек. - Теперь ты просто хвастаешься. - жалуется Ацуши, когда Акутагава оставляет после себя пять счетов по десять тысяч иен. Акутагава пристально смотрит на свои руки. Взгляд Ацуши прикован, Акутагава пытается - и не может - поднять монеты. Ацуши поднимает монету, с которой борется Акутагава. Это просто. Акутагава фиркает, прежде чем подтолкнуть Ацуши, чтобы забрать бумажные купюры. Им кажется, что они приклеены к прилавку. - … Я не понимаю. - говорит Ацуши, потратив две минуты, пытаясь оторвать бумажные купюры от деревянной стойки. - Похоже, что ты можешь двигать только металлическими вещами. - Акутагава снова напевает, обдумывая вещи. - Пока я способен двигать вещи из дерева. - ... Счета?? - Растительного происхождения. - поправляет Акутагава. Ацуши пытается поднять бумажный пакет на столешницу и оказывается не в состоянии. - ... Да. Думаю, ты прав. Но почему? Это вопрос, который мучает его разум, даже когда он пытается жевать хлеб, который приобрел Акутагава. И чувствует себя так, словно грызет сталь. - Так я даже не могу есть ?! - Возможно, ты сможешь съесть алюминиевую фольгу. - подло говорит Акутагава. - В качестве альтернативы, я могу заставить тебя кровоточить, а ты можешь использовать свою кровь в качестве приправы. - Ург. Это отвратительное предложение, но Ацуши пробует его на себе, по духу. Он кусает внутреннюю часть щеки, пока не почувствует вкус крови, а затем снова наполняет свой рот хлебом. На этот раз он может жевать хлеб. Угр. - Я ненавижу, когда ты прав. - жалуется Ацуши, но Акутагава его игнорирует. Благодаря непонятной координации, они обе едят и пьют по пути в библиотеку на другом конце города. Деревянные двери библиотеки уступают место ладоням Акутагавы, и Ацуши прижимает пальцы к металлической застежке ящиков с каталогом библиотеки, чтобы они могли найти книги, необходимые для понимания навигации. Акутагава также ищет копию остальных томов « Фушиги Юуги» , по-видимому, для проверки, есть ли в них подсказки, поэтому Ацуши сводит свои хихиканья к минимуму. В темной библиотеке им нужно очень много времени, чтобы найти нужные им книги. Ацуши чувствует себя совершенно измотанным к тому времени, когда ему удается найти свою работу, так как он несет эти книги на свое согласованное место: возле самых широких окон, чтобы они могли воспользоваться слабым лунным светом. В конце концов, всё освещение внутри библиотеки отключено. Таким образом, в окружении пустых столов и высоких книжных шкафов холод сильнее, чем когда-либо. Ацуши стискивает зубы и шаркает рядом с Акутагавой, они сидят на полу с ковровым покрытием, спиной к широкой книжной полке, с широким окном перед ними. Сочетание усталости, стресса и холода, должно быть, добралась и до Акутагавы, потому что колючий человек не отрывает конечности от Ацуши, чтобы осмеливаться держаться так близко. Их колени и локти расчесываются друг против друга, и Ацуши начинает чувствовать, как он теряет сознание — Медленно- Он не уверен, сколько минут или часов прошло с тех пор, как он заснул. Он обнаруживает, что его щека прижата к костлявому плечу Акутагавы. Обычно Ацуши больше беспокоит пускать слюни в плечо колючего ежя, но его дыхание попадает в легкие, когда он смотрит на человека перед ним. Нет, нет, нет, называть его «человеком» - это неправильно Другое же существо выглядит так... величественным и внушительным. Царственный . Как будто его всегда ждет трон. Оттенки красного и черного цвета обвивают его тело, как чрезмерно тонкие и сложные перья. Огненно-красный цвет исходит от его лица и впадает в его вьющиеся волосы, образуя огненную корону, которая, кажется, горит, как лесной пожар. Он выглядит странно знакомым. Ацуши продолжает смотреть на другое существо. Его рука движется сама по себе и обвивает плечо спящего Акутагавы, притягивая тонкое тело другого к себе, словно в знак защиты. Другое существо смотрит назад, прежде чем недоверие и веселье врезались в его гладкое фарфоровое выражение. - ...Чёрт. Не думал, что найду вас двоих вместе. Может, стоило бы, Белый тигр и Лазурный дракон а? Странно вдруг услышать, как эфирное существо вдруг говорит ... очень небрежно. И тогда Ацуши начинает понимать, почему существо выглядит таким знакомым. Ацуши не обвиняет Акутагаву в защите. - Тот, что из кошелька Дазаи-сан! Фотография!