Короткие истории о долгой любви

С первого класса у Антона с Арсением не заладились отношения. Тогда они оба, как и весь класс если честно, бегали за одной девочкой. Они устраивали массовые драки, привлекая своих единомышленников, постоянно подначивали друг друга, делали иногда неприятные вещи вроде: поймать и запинать толпой, но это было уже в старших классах. Та девочка давно перевелась, а вражда между ними осталась.       Поэтому сейчас Антон прятался в тени арки, упираясь в колени, тяжело дышал и постоянно вытирал то и дело стекающую кровь из носа. Во рту уже был неприятный металлический привкус, парень уверен, что у него рот полон крови. Юноша сплëвывает себе под ноги и видит ярко-красную кляксу на асфальте.       — Шасту-у-ун, ты далеко не убежишь! — приторно тянет Арсений где-то рядом. — Выходи по-хорошему, и я, может, отпущу тебя, — голос раздаётся всё ближе, а ноги Антона будто приклеены к асфальту. Он попросту не может двинуться. Страх окутывает его с головой, а Арс продолжает: — Зайка-трусишка, выходи! — голос раздался совсем близко и в следующую секунду Шастуна грубо припечатали к шершавой стене арки. — Попался, зайчик, — Попов скрестил руки Антона над головой, сильно прижимая к стене.       — Попов, отъебись от меня, а, — шипя выдохнул Антон, пытаясь вырваться из чужой хватки. — Сколько можно уже, блядь! Я же ничо не сделал тебе, чо тебе от меня надо, — Шаст готов был разреветься от накатившей обиды. Что за несправедливость?       — Мне это приносит удовольствие, — тихо выдохнул Арсений, даже не думая отступать. — Я когда тебя вижу, у меня всё внутри начинает бурлить, так хочется врезать тебе… — брюнет наклонился к лицу Шастуна, который стоял на полусогнутых ногах, опаляя своим немного хмельным дыханием. — Я буду это делать пока мне не надоест, — Антон отвёл взгляд от голубых глаз, просто не имея сил выдержать этот пришпиливающий взгляд. — Но мы можем сменить вектор, — вдруг заговорщически начал одноклассник, но шатен упорно рассматривал тёмный двор. — Вместо твоего избиения, мы можем заняться чем-то более интересным, — Шастун дёрнулся от страха, когда по шее прошёлся чужой нос. — Ты охуенно пахнешь, — выдохнул Арсений и прикусил изгиб шеи, тут же проводя по месту языком. Шастун опешил, ноги ещё сильнее подкосились, но крепкие руки Попова удержали его.       — Ты пидор? — выпалил Шаст, резко повернувшись к Арсу.       — Нет, — брюнет нахмурился, чуть ослабив свою ладонь на чужих кистях. — Разве ты не хочешь, чтобы побои прекратились? — Шастун быстро закивал. — Ну вот, я предлагаю поменять тебе плоскость. Может, и ты будешь получать удовольствие… — Попов свободной рукой скользнул под чёрное худи шатена, проводя холодными пальцами по рёбрам.       У Шастуна по спине пробежалось стадо мурашек, и юноша равно вдохнул. Секс или вечные гематомы? После отказа Арсений явно начнёт с большим энтузиазмом преследовать Антона и избивать намного старательнее, чем раньше. Поэтому для Шастуна выбор был очевиден.       — Согласен, — Шаст совсем обмяк в чужих руках, которые тут же обхватили талию. — Только теперь никаких избиений. Довольно.       — Договорились, — с улыбкой сказал Арс, тут же крепко прижимая к себе худое тело и с жадным поцелуем впиваясь в обветренные губы, будто закрепляя сделку. Сделку с самим Сатаной.

***

С того дня жизнь Антона наконец-то изменилась. Он теперь мог спокойно, без оглядки гулять по дворам, выпивать с друзьями и не бояться, что в какой-то момент рядом окажется Арсений и снова будет драка. Никаких синяков, кроме засосов, никаких разбитых носом, костяшек и прочего. Можно сказать, что шатен теперь доволен жизнью, но нет. На смену этой проблемы пришла новая, а именно чувства к Попову. Шастун не ощущал привычного отвращения или злобы, Арс был хорошим любовником, хотя Антону не с кем сравнивать, он ласкал, целовал и был чутким. Даже заботился. Они стали чаще переписываться, договариваться о встречах, несколько раз ходили вместе в кино.       Это пугало Антона. Его пугало сердце, которое быстро бьётся, когда Арсений наваливается сверху, прижимает телом к матрацу и самозабвенно целует всё, до чего только может дотянуться. Шастун не мог никак остановить себя, когда первый лез с поцелуями, объятиями и душевными разговорами после секса. Парень был растерян, он не понимал, что делать, как этот всё предотвратить. После нескольких недель сопротивлений, Антон смирился и дал себе волю. Будь что будет.       Сейчас Антон, развалившись на кровати Арса в позе морской звезды, разглядывал широкую голую спину брюнета. Попов писал какой-то реферат, который ему задали по истории, а Шастун бессовестно съедал его взглядом. Он любовался лопатками, которые то и дело виднелись, когда Арсений будто специально разминал спину, выгибаясь. Юноша любовался мышцами, которые перекатывались от каждого движения. Шастун с трудом сдерживал себя, чтобы не наброситься на Попова. В штанах уже давно было тесно, но терпимо.       — Хватит, ты так дырку во мне просверлишь, — устало выдохнул Арс, откидываясь на спинку стула. — Долбанная Савелька… — Парень потёр глаза и откинул голову назад, чтобы разглядеть одноклассника. Чёлка оголила высокий лоб, и Антон хотел запечатлеть такого Арсения на всю свою жизнь — он был просто прекрасен. — Последнего кто на меня так смотрел, я трахнул, Антон, — брюнет ухмыльнулся, поднимаясь со своего стула.       — И кого же? — что-то в груди кольнуло от слов Арса, но Шастун решил оставить это без внимания. Арсений цокнул, медленно нависая над Антоном и заглядывая в изумрудные глаза что-то выискивая.       — Ваську из параллели, — серьёзно вглядываясь в глаза напротив, ответил брюнет. — Да тебя, дебил, — выдохнул Попов, не торопясь проводя пальцами по чуть шершавой щеке шатена. — Ты на меня всегда так смотришь, что крышу срывает.       Антон сглотнул вязкую слюну, которая снова быстро наполнила рот. Такой Арсений тоже срывает у него предохранители, Шастун тает, когда брюнет такой властный, берёт Антона когда захочет, крепко держит, сжимает, кусает, вертит как хочет. Шатен ëрзает под брюнетом, невольно задевая своим пахом чужой. Арс прикрывает глаза, замирая, но через несколько секунд подаётся к губам Шастуна, привычно втягивая его в сладкий поцелуй и переплетая языки. Антон привычно отвечал, ластится к телу одноклассника, оглаживая горячими ладонями грудь, шею, плечи.       Арсений тесно прижался к бёдрам шатена, медленно потираясь и имитируя толчки. Шаст таял от этого поцелуя, который стал уже страстным, жадным. Попов скользнул к чужой ширинке, ловкими движениями пальцев расстёгивая её. Парень по-хозяйски провёл по чужому члену, который уже ощутимо натягивал ткань боксеров. Шастун чуть подал бёдрами вперёд, желая теснее прижаться к ладони, которая сжала член.       — Ты хочешь, чтобы я тебе сделал минет? — похабно улыбаясь, спросил Арс, спуская трусы парня.       — Нет, — выдохнул Шастун, не смея шевельнуться. Он наслаждался касаниями, закрыв глаза. — Я хочу ощутить тебя в себе. Полностью, — шатен открыл глаза, обвил ногами талию Попова, прижимая к себе.       Арсений улыбнулся, снова целуя Антона, заставляя простонать в поцелуй. Он скользил своей ладонью по члену Шастуна, крепко сжимая в кольцо и заставляя одноклассника под собой всхлипывать. Арс целовал шею, доступные участки кожи, которые не скрываются под футболкой, и размеренно двигал рукой.       — Не тяни… Арс… — со стоном проговорил Шастун, толкаясь в чужую ладонь.       С Антона стянули футболку и жадно припали к выступающим ключицам, кусая и целуя их. Шастун отзывался на ласки громкими стонами, сбитым дыханием и длинными руками, которые цеплялись то за плечи Арса, то за загривок. Брюнет имитировал толчки, полагаясь вперёд, что больше распаляло парня под ним и Антон буквально скулил от желания почувствовать чужой член в себе. Шаст видел дикое желание в голубых, как летнее небо, глазах и заводился ещё больше.       Арсений стянул с себя трусы и, взяв за кисть шатена, притянул его к своему возбуждённом органу. Антон привычно сжал пальцы в тугое кольцо и провёл от уздечки вниз к основанию и обратно, накрывая головку ладонью и оглаживая. Попов дышал громко, жадно хватая воздух приоткрытыми губами и внимательно смотрел в лицо Шастуна. Шатен ускорял движения, увлечённо смотря на реакцию Арсения.       — Блядь, — резко выдохнул Арс, меняя их положение, усаживая Антона сверху. — Смазка в ногах где-то, — он гладил бёдра парня, рассматривая худой торс с выступающими рёбрами, наслаждаясь таким видом.       Шаст быстро взял чёрную бутылочку смазки, выдавливая её на свои пальцы. Растягивать его не надо было, ведь с прошлого их секса прошло всего пару часов, поэтому два пальца быстро скользнули внутрь. Наскоро и обильно смазав член Арса, Антон медленно насадился, ощущая, как приятно чувствовать себя заполненным именно им. Он чувствовал, как горячая плоть внутри пульсировала, как Попов медленно начал шевелиться, боясь сделать парню больно.       Шатен медленно двигался, что явно не устроило Арсения, потому он быстро сменил их позу, ставя Антона в догги-стайл. Попов провёл ладонью от самого загривка одноклассника до ягодиц, сжимая их и раздвигая в стороны. Брюнет медленно вошёл до самого конца, сразу начиная двигаться, быстро наращивая темп.       Шаст сжимал простынь, подмахивал бёдрам, громко стонал, иногда срываясь на крик. Он чувствовал жëсткие и размашистые толчки, член Арса, который иногда задевал простату; чувствовал, как горячие и чуть шершавые губы скользят по лопаткам, позвонкам и загривку; чувствовал твердую ладонь на члене, которая быстро довела его до разрядки.       Антон обмяк под Арсением, ощущая, как тот ещё в пару фрикций, кончает, выходя из него. Попов упёрся в правую ягодицу лбом, потом коротко поцеловал и упал рядом с Шастуном.       — Ты мне нравишься, Антон, — вдруг сказал Арс, накрывая губы Антона в сладком и нежном поцелуе.