Tenebris: fiat lux

Кайл был приятно удивлен изменениям, что случились с Замком за последние годы. «Покинутый Замок» стал первым Владением, которое посетил юный Кайл, когда их с матерью привезли обратно домой, по другую сторону Скучных земель. Сейчас же тут всё изменилось. Пропали множественные статуи прошлой семьи, разбросанные по всему замку, растаял лёд на перилах и лестницах, холодный ветер сменился приятным, теплым. Громада замка перестала быть чем-то пугающим, наоборот, в окнах горел теплый свет, в садах вокруг цвели кустарники. И горгульи на воротах не щерились, готовые атаковать, а услужливо развели тяжёлые створки, пропуская гостей. И уже на лестнице во внутреннем дворе четверку пришедших встречали сами хозяева, лорд и леди Элан. О том, что это совсем новая Семья, только недавно ставшая аристократами, говорило многое. Робость во взглядах, суетливость, мельтешение. Новая семья не бралась из воздуха, её вырывали из Скучных земель, перенося в нужное Владение. Считалось, что память о прошлой жизни стиралась, но частенько всплывали упоминания, что это не совсем верно. Просто новоиспечённые аристократы старались как можно быстрее научиться жить в новых условиях и сами стремились забыть то, что делало их простыми людьми. Но юной крови требовалось время, чтоб заматереть. Эланы ещё не успели. Леди Элан, несмотря на богатое длинное платье походила на мягкую добрую домохозяйку, её супруг подслеповато щурился и чем-то напоминал Кайлу отца. Такому человеку место в офисе, на совещании, а не на крыльца древнего величественного замка. Но надо отдать им должное, спины они держали прямо и смотрели с участием. — Лорд Контийе, мы с супругой рады приветствовать вас и ваших спутников в нашем Владении. Вы — наши гости, и я надеюсь, пребывание в Замке оставит только приятные впечатления! — лорд Элан шагнул навстречу идущему чуть впереди Бену и протянул руку, которую тот решительно пожал и улыбнулся: — С этим замком у меня связано много воспоминаний, буду рад приятным. Благодарю за приглашение. Бен представил своих спутников, не забыв назвать Кайла наследником, поцеловал руку леди Элан. Когда с приветственными любезностями закончили, все двинулись за хозяевами в одну из гостиных, а уже оттуда в какую-то малую столовую, где всё уже оказалось накрыто для ужина. Кайл был этому рад больше всех. Не из-за голода, нет, просто толстенная книжища была огромной и тяжёлой, сумка так оттягивала плечо, что держать спину прямо с каждой минутой становилось всё сложнее. — Я попросила приготовить самые разные блюда, чтоб никто не остался голодным, — поделилась леди Клара, с гордостью оглядывая стол, который ломился от еды. — Мы с удовольствием попробуем все угощения, — пообещал Бен, отодвигая стул для своей супруги. Кайл усадил мать, пристроил сумку с книгой на пол и уточнил: — Мы будем ужинать вшестером? Ваши дети не присоединятся к нам? — Дети… Да, дети, присоединятся, конечно, — лорд Элан постарался этого не показать, но вопрос о детях заставил его насторожиться. — Я позову их, дорогой, — поспешно кивнула леди Клара и проворно покинула залу. Мать с Беном обменялись короткими, но говорящими взглядами: семья Элан пока ещё не очень свободно чувствовала себя в клетке из норм этикета. Лорд Кеннет Элан неуверенно улыбнулся и простодушно произнес: — Как я рад, что наш ужин сегодня разделят гости, особенно такие прелестные дамы. Обе дамы польщенно улыбнулись, хотя по общественному мнению пора «прелести» обеих уже прошла, у Милы лет этак двести назад на человеческий счёт. Бен понимающе едва заметно вздохнул взял беседу в свою руки: — Как я уже говорил, нам с леди Эльвирой интересно вернуться в Замок. До появления вашей Семьи, библиотека Замка была изъята из общего доступа, и нам довелось побывать тут несколько раз ради ценных экземпляров. Нужных леди Эльвире для её исследований. — О, это так здорово, когда супруг сопровождает свою наречённую по её делам. Совместное путешествие. — О, супругами мы тогда ещё не были, — отмахнулся Бен. Кеннет Элан лишь слегка поднял бровь, но благоразумно уточнять не стал. Его замешательство выдали лишь свечи, чье пламя сильно качнулось, впрочем, привлекая внимание к картинам и атласным обоям на стенах. — Красивый у вас дом, — вежливо заметил Бен, оглядывая столовую. Хозяин Замка кивнул сдержанно, будто не знал, благодарить за комплимент или насторожиться. — Он был таким задолго до нас. Мы лишь… присматриваем, — словно не зная правильного ответа, неуверенно улыбнулся Ричард, но тут же оглянулся на звук шагов — в столовую вошла леди Клара. Леди Элан вернулась одна, сообщав, что сын Говард сейчас спустится, аккуратно присела за стол, прямо, с идеально сложенными на коленях руками. Слишком прямо. Слишком спокойно. Мила Контийе уловила это почти сразу. — А ваша дочь…? — мягко начала она, не заканчивая фразу. Леди Элан вздрогнула. Совсем едва заметно, но все это увидели. — Алетта скоро спустится, — поспешно сказала она. — Она… задержалась. Ричард Элан нахмурился. — Она должна была быть здесь, — сухо произнёс он. — Это неприлично. — Молодые люди иногда… — начал было Кайл, но осёкся под взглядом хозяина. Тишина растянулась. Леди Элан сжала пальцы, потом выдохнула и, наконец, позволила себе слабость: — Она ушла. Слова прозвучали почти шёпотом, но в них было больше стыда, чем тревоги. — Ушла? — уточнила леди Эльвира, приподняв бровь. — Сбежала, — поправил Ричард. — До начала ужина. Не оставив ни слова. — Мы думали, она просто… — леди Элан замялась, — …переживает. Всё-таки гости. Такое внимание. Бен откинулся в кресле и сцепил пальцы на животе. — Леди Алетта — девушка взрослая? — Девятнадцать, — ответил Ричард. — По человеческому счёту. — Прекрасный возраст, чтобы делать глупости, — хмыкнул Бен. — Идеальный, я бы сказал. Хозяева посмотрели на него с явным непониманием. — Мы обеспокоены, — резко произнёс Ричард. — Она могла попасть… куда угодно. — Она могла пойти туда, куда хотела, — спокойно возразил Бен. — Это разные вещи. В этот момент дверь в гостиную открылась, и вошёл высокий молодой мужчина с тёмными волосами, собранными в небрежный хвост. Он был одет проще, чем ожидалось от наследника: тёмные брюки, рубашка без герба, закатанные рукава. — Вы звали, отец? — спросил он. — Говард, — леди Элан тут же поднялась. — Ты видел сестру? Говард помедлил. Совсем немного. — Да, — честно ответил он. — Она ушла в «Тёмные сады». В комнате повисла звенящая тишина. — Ты… — Ричард побледнел. — Ты позволил ей?! — Я не её надзиратель, — пожал плечами Говард. — И она не сделала ничего, что не делала раньше. — Это позор, — прошептала леди Элан, опускаясь обратно в кресло. — Просто… позор. Бен внимательно наблюдал за этой сценой, затем наклонился вперёд. — Простите, — сказал он, мягко, но отчётливо, — но я не вижу здесь трагедии. Все взгляды обратились к нему. — «Тёмные сады» — не место для юных леди, — резко сказала леди Элан. — Для юных — возможно, — согласился Бен. — Но для дочери главы Семьи, умеющей за себя постоять, в компании друзей? Поверьте, если бы там с ней что-то случилось, вы бы уже об этом знали. — Вы не понимаете, — Ричард сжал кулаки. — Мы — новая Семья. Нам нельзя… — Ошибаться? — перебил Бен. — Быть живыми? Дышать? Он усмехнулся. — Послушайте. В моём доме есть разные женщины, о которых вы, возможно, слышали. И если бы каждая их выходка становилась поводом для стыда… — он махнул рукой. — Нас бы давно вычеркнули из всех списков. Леди Эльвира едва заметно улыбнулась. — Поведение вашей дочери может быть… неподходящим для леди, — продолжил Бен. — Но для меня и моей Семьи это не является препятствием. — Вы хотите сказать… — начал Ричард. — Я хочу сказать, — Бен выпрямился, — что характер — вещь куда более ценная, чем безупречная репутация. А иногда именно такие девицы становятся лучшими леди. Он посмотрел на Кайла, затем снова на хозяев Замка. — Особенно, если говорить о возможном родстве. Говард хмыкнул, скрывая улыбку. Леди Элан подняла глаза. В них мелькнуло удивление. И — впервые за вечер — надежда. — Думаю, — сказала она тихо, — Алетта всё же вернётся к утру. — В этом я не сомневаюсь, — кивнул Бен. — Такие девушки всегда возвращаются. Когда захотят. Тишина после слов Бена повисла не тяжёлым грузом, а лёгким, почти невесомым намёком. Леди Элан первой оправилась от неожиданного поворота. Она не стала ни оправдываться, ни благодарить — вместо этого её взгляд, тёплый и внезапно очень острый, скользнул по лицу Кайла, будто оценивая не возможного жениха для дочери, а союзника для семьи. — Характер, — произнесла она медленно, растягивая слово, словно пробуя его на вкус. — Да, у Алетты он есть. Иногда мне кажется, его хватило бы на троих её спокойных подруг. — Она позволила себе лёгкую, почти материнскую улыбку. — В Скучных землях это называют «упрямством». Здесь, как я понимаю, это может звучать иначе. — Здесь это называют «стержнем», — мягко вступила леди Эльвира, впервые обращаясь прямо к хозяйке. Её голос, тихий и ровный, приковал внимание. — А отсутствие стержня — «вседозволенностью». Те, кому всё позволено, редко понимают, где проходят настоящие границы. Они не плывут по течению правил, создавая свои. — Она слегка наклонила голову в сторону окна, за которым темнели очертания садов Замка. — Ваши предшественники погрязли в такой вседозволенности. Для них не было табу — только скука. И посмотрите, что с ними стало. Лорд Кеннет нахмурился, но не от возмущения, а от внезапной мысли. — Вы намекаете, что их судьба была не просто случайностью? — Мы намекаем, что камень, долго лежащий на дороге, в конце концов либо уберут, либо разобьют, — парировал Бен, беря в руки бокал. — Замок выбрал вас. Не самую тихую, не самую «правильную» семью. Он ждал тех, у кого хватит духа не просто занять комнаты, а провести в эти стены… ну, скажем так, свежий ветер. Даже если этот ветер будет временами сносить черепицу. Чтобы разрядить новую порцию философской напряжённости, Бен громко вздохнул — настолько театрально, что леди Клара непроизвольно улыбнулась. — Кстати о ветре и черепице, — начал он, откладывая нож и вилку. — Мне ваша ситуация ужасно напоминает один случай. Только представьте: великосветский приём в особняке Хорренов, все в кринолинах и фраках, играет струнный квартет. И вдруг моя старшая сестра, тогда ещё юная дебютантка, замечает, что её кавалер, потомок древнейшего рода, украдкой кормит под столом хозяйскую холеную собаку, которую сам же и приманил, жареными фазаньими сердечками. Кайл фыркнул, прикрыв рот ладонью. Мила покачала головой, но в уголках её глаз заплясали смешинки. — И что же? — не удержался Говард, ухмыляясь. История явно приходилась ему по вкусу больше, чем разговоры о стержнях. — А то, что пёс, насытившись, от избытка чувств громко… отрыгнул. Прямо во время паузы между адажио и менуэтом. — Бен сделал драматическую паузу, наслаждаясь всеобщим вниманием. — Звук был такой сочный и благодарный, что у дирижёра выпала палочка, а у дамы из рода Карес — жемчужная нитка с шеи. Все застыли. А сестра моя что сделала? Не стала отрекаться от кавалера. Она невозмутимо наклонилась, подняла ожерелье, вручила его даме и громко на всю залу заметила: «Видимо, ваш фазан пришёлся по вкусу не только гостям, но и настоящим ценителям». В столовой на секунду воцарилась тишина, а затем лорд Кеннет фыркнул — сначала сдержанно, потом всё громче, пока не рассмеялся по-настоящему, здоровым, грудным смехом. — И… и что было дальше? — выдавила леди Клара, пытаясь скрыть улыбку за салфеткой. — А дальше выяснилось, что дама Карес терпеть не могла эту скрипучую музыку и была в восторге, что представление прервалось. А кавалер с собакой через месяц стал мужем сестры. — Бен развёл руками, и его сиреневый манжет мелькнул в свете канделябров. — Мораль? Иногда хаос — это просто непонятый порядок. А побег в «Тёмные сады» — возможно, просто более прямая, чем у нас, форма запроса на… жизненный опыт. Кто знает, может, ваша Алетта принесёт оттуда больше понимания границ — своих и чужих — чем из сотни трактатов о том, куда какую вилку класть. Шутка снизила накал, превратив тревогу в нечто общее. Говард, успокоившись от смеха, вытер глаза. — Значит, есть надежда, что мои будущие шрамы тоже сочтут признаком характера, а не дурного воспитания? — спросил он, уже без вызова, с искренним любопытством. — Шрамы — лучшие мемуары, — ухмыльнулся Кайл, подхватывая тон. — По крайней мере, так говорит мой кузен Бел. А у него их коллекция на все случаи жизни. — А ваша сестра, лорд Контийе, — осторожно вступила леди Клара, явно ободрённая историей, — та, что вышла замуж после… инцидента с фазаном? Она тоже обладала таким «стержнем»? — О, Ракель? — лицо Бена на миг смягчилось ностальгической нежностью. — Она могла одним взглядом заставить смолкнуть целый зал и вдохновить на безумный поступок. Её стержень был из чистой воли. И да, она как-то раз вставила пару здоровенных клыков мраморному грифону у парадной лестницы, потому что он, по её мнению, «слишком глупо улыбался». Просто чтобы посмотреть, станет ли от этого смешнее. Не стало. Но зато стало… впечатляюще. Разговор, натянутый и острый, теперь тёк легко. Он больше не был о побеге и позоре, а о силе, наследственности и той странной алхимии, которая превращает семейный скандал в будущую легенду, а упрямую дочь — в потенциально блестящую партию. И под тёплым светом люстр «Покинутый Замок» впервые за долгое время чувствовал себя не просто жилищем, а домом, где на кухне, возможно, скоро будут пересказывать историю о том, как леди Алетта Элан преподала урок кому-нибудь в «Тёмных садах».