Tenebris: fiat lux

Томас Вартез раньше никогда не ощущал себя главой Семьи. Да, он им, несомненно, был, но все дипломатические заморочки, политические игры, статусы и этикеты… Пока он не встретил Ракель, не интересовался вообще, потом вся эта дурь легла на плечи жены. Ей нравилось вращаться в свете, а Томас был и рад. А потом… он ушёл. А потом вернулся, но после Чистки всем до поры было как-то не важно, глава он там или не глава… Дети стали взрослые, самостоятельные, свои проблемы решали сами или при его посильном участии. Если ему предлагали как главе Семьи поучаствовать в каких-то мероприятиях, типа ужинов и балов, вынужденно соглашался. Но и всё. Ему не было нужды решать за других членов его малочисленной Семьи, он просто жил со своими родными близкими. Но сейчас всё разом поменялось. Лора спала в своей комнате, Ки сторожевым псом сидел в гостиной, а Томас… словно осознал, что он не просто отец. Его дочь вляпалась по самое не хочу, раньше он уже рвался бы вместе со всеми искать тех идиотов, что покусились на самое дорогое, бросился бы из-под земли доставать её парня, или уже почти мужа… Но сейчас он не должен. Его дело — сидеть дома, ждать и решать, как быть. Смог же Бен включить мозги и стать серьёзным главой своей Семьи, значит, и Том сможет. Вариантов дальнейшего развития было немного. Если Гвинн мертв... Если он погиб, никто не узнает, что Лора его… недовдова. Захочет потом найти кого-то другого, её решение. А мелкий… Спрячут. Бел прав, даже дурак догадается, когда его увидит, но Хорренам его Том не отдаст. Просто не покажет, а потом мелкий подрастет и решит сам. Это если парень, а если девчонка родится? Хуже… Да, что за чушь он несет? Как можно спрятать от мира человека, ребенка? Не он ли сам ругался как черт, когда узнал, что и Каэ, и Милу прятали ото всех свои же родичи? А теперь допускает мысль, что его собственный внук будет расти в тюрьме? Что ж он за сволочь-то такая? Да и вряд ли вообще получится спрятать. Хоррены прознают, почуют. Нет, по всему выходит, что парня надо найти, живым. Тогда они доделают ритуал, и Лора сможет спокойно родить и растить ребенка. Да, у тех же Хорренов, но пусть лучше так. Но до этого момента нужно будет её саму прятать. Том не был дураком. И прекрасно понимал то, что никто не озвучивал. Лора Хорренам не нужна. Ни как невестка, ни как мать их ребенка. И ребенок этот им тоже не нужен. Хорренам плевать на всякую великую любовь, они живут по правилам, а правила… Их правила допускают устранение ненужного. И как глава Семьи Том это прекрасно понимал. Это понимал и Ки, который не сводил глаз с лестницы, одновременно прислушиваясь к звукам с улицы. Том и сам слушал «Город». Он знал, что происходит в каждом доме, каждой подворотне, он дал четкий приказ — и Владение знало, как себя вести. Никто не войдет сюда без его ведома. Если кто из аристократов внезапно и решит наведаться, ну уж извините, проход закрыт, никого нет дома. — Па! Зов Ки заставил Тома вздрогнуть от неожиданности и поспешно встать на ноги. Сын тоже поднялся и неотрывно смотрел на раму связи, под которой на полу валялся белоснежный конверт. Тому мучительно не хотелось поднимать письмо и читать, вот жопой чуял, что ничего хорошего там не будет… Там и не было. Леди Рената Хоррен просила лорда Томаса Вартеза о встрече. Немедленно. Том бросил листок Ки, сын внимательно прочитал, коротко выдохнул, прикрыл глаза, но качнул головой: — Это явно не из-за Лоры. Если б они узнали, то раньше. Или вообще не стали бы писать. И точно не леди Рената, она же официально ничего не решает. — Не ответить я не могу. Она меня с рождения знает, сразу поймет, что что-то не так, тем более сам недавно к ней наведывался, — с досадой бросил Том. — Значит, иди. И веди себя как обычно, ничего не говори, типа сам не знаешь и всё. Зато может что-то выяснишь, что знают они. Вдруг они уже в курсе про ритуал, может они сами и… Том жестом оборвал сына и сам понимая, что его мысль логичная, ужасная, но логичная, от этого и противнее. — Я пойду. Будем надеяться, что вернусь. Если нет… за семью отвечаешь ты. Ки даже не кивнул, не возразил, не удивился. И Том был этому рад. Леди Рената ждала его в той же самой беседке, на том же самом месте. И вид у нее был благодушный. Это успокаивало, но Том не обманулся. — Доброго дня, Томас, спасибо, что пришел так быстро. — Ну так… вы же просто так бы не стали звать. — Это верно. Прошу, садись. Я говорила с сыном. Про Мелиссу. Он согласен дать свое дозволение на её брак. Это была хорошая новость, но Том не мог радоваться так, как должен бы. Не сейчас. — Я… спасибо. Это хорошо. Для нас. Спасибо, леди Рената. От меня и от сына. — Но… ты, вероятно забыл или не знаешь вовсе, но по нашим правилам глава Семьи или его наследник, как слишком значимые партии, должны объявить о своём намерении, чтоб каждая желающая породниться Семья, могла представить свою кандидатку… — Зачем нам этот отбор невест, если мы уже всё решили? — искренне не понял Том. — Да и вообще, кому это надо? Бен сам женился, я тоже сам… — Бенджамина Контийе спасали от верной смерти, там было не до формальностей, а ты… Ты поступил слишком решительно, быть может даже поторопился, — с укором заметила леди Рената, но тут же добавила, видя, как насупился Том, — Я не говорю о том, что ваш с Ракель брак был неудачен, я лишь напомню, что и пары недель не прошло, как вы поженились, едва познакомившись. Пусть это и была любовь с первого взгляда, как вы заявили. Томас не стал спорить, он и сам до сих пор считал, что это была любовь с первого взгляда. Но от этого она была не менее сильной. Он прекрасно помнил день их встречи, для него Ракель показалась единственным светлым пятном в его скучной одинокой жизни. Она и была этим пятном в своём белом платье и с растрепанными светлыми волосами, когда бежала по серым улицам «Пустого города» в поисках мелкого Бена, который под шумок свалил из безопасных «Садов», где они с сестрой тогда жили. Бена Том почуял сразу, едва мальчишка ступил на улицы, и это его спасло, а потом пришлось спасать уже от разъярённой старшей сестры. В процессе прилетело и самому Тому, но в итоге Ракель успокоилась, поняла и поблагодарила, а Том уже не хотел их отпускать. Он жил один, был один, вся семья сгорела в пожаре, а ему так хотелось, чтоб дома снова было шумно и весело. И никого кроме этой девушки и ее братца Том не хотел видеть рядом. Он даже потащился на приём к Хорренам на следующий день, чтоб снова увидеть Ракель, уже тогда всё для себя решив. На его счастье Ракель решила так же. Так чего им было тянуть? — Не буду я никакие смотрины устраивать, на кой это кому надо? Тем более все и так знают, что Ки с Каэ живут, — проворчал Том, — прям захочет кто ей дорогу переходить, конечно! — Правила есть правила, Томас. Это основа нашего существования. Если их не выполнять, как появится гармония? — Но она не от правил появляется, а от наших поступков и желаний! Зачем делать то, что на неё не повлияет? Но я в любом случае рад, что у нас появится еще один член Семьи. — Кстати, о членах Семьи… — начала леди Рената и Томас замер, стараясь не шевелиться ни одной мышцей, чтоб не выдать себя, — ты ведь знаешь, как я к тебе отношусь. Мне важно твое благополучие, хоть я и не могу заботиться о тебе в полной мере, но я знаю тебя с колыбели и мне важно, чтоб… Прошу, не реагируй на мои слова слишком резко, но я бы хотела обратить твое внимание на тот факт, что волнует слишком многих из аристократов. Томас уже мысленно мечтал, чтоб стряслось что-то страшное, ну там рухнула крыша усадьбы или нападение какое случилось, лишь бы леди Рената не продолжила свою речь. Он просто не готов был, не придумал ещё, как реагировать на те обвинения, что она предъявит. — Томас… «Пустому городу» нужна хозяйка. — У нас есть старшая леди, — осторожно протянул Том, — Лора честно посещает всякие приёмы, если надо. И вроде к ней в этой роли претензий нет. Лора действительно отлично выполняла свою роль старшей леди Семьи Вартез, потому что обычно только молчала и улыбалась. То, что многих это настораживало, удивляло, а то и пугало, это уже их проблемы. Но, то, что тему Лоры подняла леди Рената, настораживало уже Тома. — Я не об этом. Да, старшая незамужняя дочь главы Семьи и должна быть старшей леди, если… у главы нет супруги. А у тебя нет супруги. Уже двадцать шесть лет на человеческий счет. Рано или поздно Лора выйдет замуж и перейдет в другую Семью. Ты ещё молод и твои старшие дети выросли, это отличн… — Я не собираюсь жениться снова, — отрезал Том. — Ракель — моя жена и мать моих детей. — Томас, Ракель… была твоей женой, но она погибла. — И никто другой мне не нужен. — Я понимаю твою скорбь и тоску, но есть и от неё смысл? Разве Ракель хотела бы знать, что после ее смерти ты добровольно лишил себя возможности… — Леди Рената, я благодарен вам за желание улучшить мою жизнь, но это моя жизнь, — сухо произнес Том, поднимаясь на ноги. — Если я решу найти себе… новую… жену, вы первая, к кому я обращусь за помощью в её поисках. — Я буду рада дожить до этого момента, — печально улыбнулась леди Рената, явно не веря его словам. — Если я вам больше не нужен, я пойду тогда, сына обрадую. — Конечно, иди. Получать радостные новости всегда приятно. Том вежливо улыбнулся, попрощался и размеренным шагом направился на выход, чтоб ничем не вызвать подозрения, что готов сорваться на бег в любой момент. А он был готов. Еще никогда он не хотел вернуться домой как можно скорее.