Операция «Спасись или умри»

      Фестиваль фейерверков начался вечером. На школу опустилась вечерняя прохлада, небо потемнело, и на его синем полотне весело зажигались маленькие звездочки. Взошла бледная полная луна.       На тренировочном поле, где накануне Цзин Юэ встречался со своими учениками, теперь выстроились ряды пёстрых, красочных палаток. Жители близлежащих деревень были приглашены к заклинателям в качестве торговцев и лавочников — это была давняя традиция. Так обычные люди становились немного ближе к легендарным Бессмертным, а связь между заклинателями и народом укреплялась.       Второй Молодой Мастер, весь день бродивший по окрестностям, в итоге все равно заблудился и едва не опоздал к церемонии открытия. Он никак не мог найти нужную дорогу и в конце концов остановил пробегавших мимо адептов, попросив проводить его сославшись на головокружение. Прежде у мужчины никогда не было проблем с памятью, но сегодня она его отчего-то подвела. Эх, неужели на нем так сказывается невезение оригинального персонажа?..       Впрочем, как только невероятно яркая картина фестиваля предстала перед его глазами, Цзин Юэ тотчас позабыл обо всех печалях. Он завороженно разглядывал цветные вывески палаток, искры магических игрушек, вспыхивавшие тут и там, и празднично одетых совершенствующихся, будто проплывавших мимо. Если бы он только знал, что торжество окажется настолько грандиозным, непременно тоже бы принарядился. На фоне Бессмертных заклинателей, выглядевших словно сошедшие с небес Небожители, он казался скромным странником. К счастью, был в этом не одинок: у арочного входа, несмотря на царившее вокруг великолепие, Жоу Бао в крайне простом одеянии спокойно приветствовал одного за другим собравшихся мастеров. Заметив своего заклятого врага, прохлаждавшегося поблизости, глава ордена невольно нахмурился, не переставая при этом добродушно улыбаться, отчего его лицо приняло презабавное выражение. Цзин Юэ, не сдержавшись, прыснул в ладонь, а затем поспешно состроил бесстрастный вид. Миновав очередь, он подошел прямо к своему шиди и, мерно помахивая веером, встал рядом с ним. Кланяясь вместе с главой ордена очередному гостю, он услышал с правого бока недовольное шипение:       — Ты опоздал.       Цзин Юэ всей душой почувствовал прожигающий взгляд в висок и, не удержавшись, поднял Лэн Чан Янь повыше. Вслух же невозмутимо заметил:       — Неправда, шиди. Я просто пришел на минуту позже.       — Братьев Си из Чжу Фу, которых я только что впустил, чрезвычайно интересовал вопрос, куда подевался Второй Молодой Мастер. Неужели ты не понимаешь, что снова даешь повод для сплетен? Ты мог бы быть хоть немного ответственнее? Я уже даже не говорю о том, что из-за тебя портится репутация школы и…       Цзин Юэ поспешно отвел взгляд и мысленно вздохнул, предчувствуя приближение тех самых нравоучений, которые Жоу Бао так любил читать оригинальному персонажу. Даже человек, едва появившийся в этом мире и еще не успевший толком ничего натворить, не избежал своей участи и попался под горячую руку сурового главы ордена! Заклинатель знал лишь один способ заткнуть своего шиди и поспешил им воспользоваться. С самым послушным видом, на какой был способен, он поклонился и покорным тоном произнес:       — Я понял, шиди. Постараюсь больше не доставлять тебе неприятностей.       Как и ожидалось, Жоу Бао мгновенно умолк, во все глаза уставившись на Цзин Юэ, прежде так любившего поспорить. Тот лишь невозмутимо пожал плечами, взмахнул веером и поклонился приближавшейся паре заклинателей, тем самым давая понять, что разговор окончен. Подошедшими оказались его названные братья: Тянь Ли, Первый Мастер Чжаньши, и Тао Ханг, Глава ордена Шуфа.       — Мастер Тянь, мастер Тао, рад снова вас видеть и приветствовать в добром здравии. Благодарю, что пришли, — учтиво произнес он, следуя примеру Жоу Бао и выставил руки перед собой.       Два брата ответили поклоном.       — Глава ордена Инь Юэ, мы с нетерпением ждали этого праздника, — вежливо, но непривычно холодно откликнулся Тао Ханг. Затем его взгляд потеплел, и он обратился к Цзин Юэ: — Шиди, как твое самочувствие? Стоило ли приходить, если ты совсем недавно был ранен?       — Шисюн, ты чересчур беспокоишься, — мягко возразил Второй Молодой Мастер с легкой улыбкой. — Я чувствую себя прекрасно после лечения девы Жоу и буду только рад помочь.       — И все же я не совсем согласен…       — Шиди Ханг, мы задерживаем очередь, — прервал спор Тянь Ли и, еще раз поклонившись, потянул его за собой.       Цзин Юэ с облегчением вздохнул, мысленно поблагодарив старшего брата за своевременную помощь: если Тао Ханг вздумает отчитать его шиди, он ведь и не подумает о стоящих позади заклинателях. О, это легко могло бы затянуться на несколько часов! К счастью, беда миновала, хотя Жоу Бао, ставший невольным свидетелем сцены, недовольно нахмурился и отвел взгляд, но так ничего и не сказал.       К ним без остановки подходили новые гости. За это время Первый и Второй Молодые Мастера успели поклониться не меньше сорока раз. У Цзин Юэ уже начинала побаливать поясница, настроение немного испортилось, но, раз за разом поглядывая на спокойное лицо своего шиди, он никак не мог решиться пожаловаться. Жоу Бао самоотверженно исполнял долг главы ордена, неустанно улыбаясь каждому заклинателю — что, в целом, было не слишком свойственно его суровому нраву. Цзин Юэ невольно вновь восхитился им и вспомнил, что А-Бао, как ласково называли его читатели, был его любимым героем в романе. Погруженный в легкую ностальгию, заклинатель больше по инерции похвалил вслух:       — А ты неплохо держишься, шиди. Не ожидал, что протянешь так долго.       — Твои насмешки на меня не действуют, — холодно бросил глава, склонившись в сорок первом поклоне.       — Но это не насмешка, — с плохо скрываемой обидой пробормотал Цзин Юэ и, не удержавшись, добавил: — Хотя, признаться, над выражением лица тебе бы стоило поработать. После пятого поклона оно у тебя уже перекосилось. Теперь улыбка выходит скорее жутковатой.       — Если ты сейчас же не замолчишь, — процедил Жоу Бао сквозь зубы — тихо, но угрожающе, — после фестиваля я порублю тебя на куски. И вообще, не тебе говорить о жуткой улыбке. Ты себя-то в зеркало видел? Такой важный и надменный Второй Молодой Мастер, да еще и с улыбкой — гости шарахаются, как от прокаженного!       — Эй, не нужно переходить на личности, — фыркнул Цзин Юэ, отмахнувшись веером. Теперь он начал понимать оригинального персонажа, который при каждом удобном случае подтрунивал над бедным Жоу Бао. Глава ордена так потешно злился! — Я всего лишь дал тебе пару добрых советов. Как твой шисюн.       — Цзин. Юэ. — по слогам прошипел заклинатель, и, похоже, был уже близок к тому, чтобы вытащить меч.       Второй Молодой Мастер поспешно поднял руки в примирительном жесте.       — Я понял-понял, молчу! — неловко переступив с ноги на ногу, он осторожно добавил: — Но согласись, следуя моим советам, ты действительно выглядишь лучше…       — Да когда же ты наконец заткнешься?!       Переругиваясь, мужчины не сразу заметили, что к ним подошел очередной гость — и теперь с интересом наблюдал за происходящим. Это была невысокая, симпатичная девушка, производившая впечатление совсем еще юной заклинательницы, едва ступившей на путь самосовершенствования. Волосы ее были собраны в невысокую прическу, пухлые губы оттенены алой краской, а большие глаза с любопытным блеском рассматривали все вокруг. От ее образа веяло наивной, детской невинностью. Когда оба заклинателя, наконец, заметили ее, девушка низко поклонилась:       — Глава ордена Инь Юэ, Второй Молодой Мастер, рада приветствовать вас. Искренне благодарю за приглашение.       — Госпожа Бай, не ожидал, что вы действительно придете, — поспешно поприветствовал ее Жоу Бао, незаметно, но ощутимо пихнув Цзин Юэ локтем в бок. Тот сначала метнул на шиди недовольный взгляд, а уж затем поклонился.       — Рады приветствовать вас, госпожа Бай, — вежливо произнес заклинатель, мысленно лихорадочно перебирая в памяти это имя. Где-то он его уже слышал... но где?       — Ах, А-Бао, А-Юэ, давайте отбросим формальности, — ласково отозвалась она, поправив слегка подернувшиеся рукава зеленого одеяния. — Зовите меня шишу, как и всегда.

      Шишу Бай? Хм… Неужели это и вправду она?       — Госпожа Бай, пожалуйста, наслаждайтесь праздником. Вы, наверняка, проделали долгий путь и устали. Мы со Вторым Молодым Мастером обязательно подойдем к вам позже, — будто не услышав ее просьбы, все так же учтиво ответил Жоу Бао и пригласил гостью войти.       Та лукаво улыбнулась — и это резко контрастировало с невинным обликом — махнула на прощание рукой и молча направилась к сверкающим лавкам.       Цзин Юэ с недоумением посмотрел на шиди, прокручивая в голове сюжет романа. Он действительно знал эту заклинательницу — ее звали Бай Инь, и она была среди тех, кто участвовал в облаве на демонов и присягнул на верность предыдущему Главе ордена Инь Юэ. В книге ей будет посвящена целая арка, по итогам которой все закончится весьма плачевно: Хэй Синь случайно наткнется на нее во время странствий, хладнокровно пронзит мечом, но не убьёт, оставив умирающую заклинательницу на растерзание собственным последователям. Она была неприятной личностью, успевшей натворить множество дурных дел, так что читателям было совсем не жаль ее гибели. Тем не менее, насколько он помнил, Бай Инь до самой своей смерти успеет доставить немало проблем ордену Инь Юэ — и в частности, им с Жоу Бао. А все потому, что…       — Ох, неужели это шимэй мастера Кай Мина? — шепнул Цзин Юэ главе ордена, пряча лицо за веером. — Я пару раз видел ее мельком. Шишу Бай обычно приходила к учителю глубокой ночью, так что мне никогда не удавалось рассмотреть её как следует. Но все же... неожиданно, что она так молодо выглядит.       — Перестань шептаться, как юная сплетница! — прошипел Жоу Бао и замахнулся на него рукой. Однако через пару мгновений сам понизил голос и, поколебавшись, нехотя продолжил: — Конечно, она так выглядит. Госпожа Бай практикует путь самосовершенствования, который требует держать тело в чистоте. У нее огромный запас духовной силы, а юный облик — лишь результат вековых медитаций и строгости в практике. Ей уже три сотни лет…       — Три сотни?! — Цзин Юэ едва не вскрикнул и стал лихорадочно махать веером, невольно обернувшись на почти исчезнувшую в толпе девушку. — Постой, а ты откуда знаешь?       — Разумеется, я должен это знать. Она последовательница и близкая подруга моего отца — считает своим долгом постоянно совать нос в дела ордена! Раз в полгода шишу непременно приезжает в школу, чтобы в который раз наставлять меня, как правильно принимать важные решения, — Жоу Бао тяжело вздохнул, сам удивляясь, почему вдруг вздумал делиться этим с придурком Цзин Юэ. Спохватившись, он вновь принял холодный и собранный вид: — Но Второй Молодой Мастер, разумеется, ничего об этом не знает. Он ведь постоянно занят своими исследованиями — дела ордена его не интересуют.       Стоило этим словам прозвучать, как он тотчас отвернулся, потупив взгляд.       Жоу Бао по воле отца слишком рано занял пост Главы Инь Юэ, и, конечно же, ему было непросто: бесконечные собрания, налаживание связей, решение внутренних проблем школы, постоянные просьбы о помощи в уничтожении призраков с подконтрольной территории ордена — и это лишь малая часть того, с чем он сталкивался ежедневно. По древним уставам часть этих обязанностей должен был разделять с ним Второй Молодой Мастер Инь Юэ, но оригинал был слишком нелюдим и, вдобавок, высокомерен, чтобы выполнять роль секретаря столь ненавистного ему шиди. Это, к слову, также входило в число причин, приведших к холодной войне между двумя заклинателями.       Цзин Юэ проглотил обиду, смиренно приняв все упреки. Хотя на деле не был ни в чем виноват, совесть все равно болезненно кольнула. Будет ли уж слишком ООС-но встать сейчас перед Жоу Бао на колени и попросить прощения за все грехи надменного оригинального персонажа? Мужчина не сдержался и тяжело вздохнул, но промолчал.       Очередь гостей медленно, но верно сокращалась. После высокопоставленных заклинателей подошла очередь юных адептов и учеников кланов — каждый из них спешил выразить почтение Молодым Мастерам Инь Юэ и попытаться обратить на себя их внимание. Обычно на этом этапе главы орденов передавали обязанности приветствия младшим по званию, но Жоу Бао был из тех, кто предпочитал доводить начатое до конца. Поэтому оба мужчины молча и невозмутимо кивали каждому гостю, приглашая войти.       Как уже упоминалось, Фестиваль Фейерверков был задуман как торжество, укрепляющее связь между Бессмертными и простыми людьми. Но это была лишь одна из его целей. Адепты различных кланов, собиравшиеся на празднике, налаживали связи и между собой. Живя бок о бок в течение недели, юные заклинатели в день расставания обменивались клятвами о совместной охоте, приглашали друг друга в свои ордена и прощались так, словно расставались навеки. Эти теплые связи между представителями молодого поколения часто становились основой для дружбы и союзов между кланами в будущем.       Помимо орденов, на фестивале присутствовали и странствующие заклинатели, такие как госпожа Бай Инь. Поэтому мероприятие также служило прекрасной возможностью завербовать к себе сильного Бессмертного. Впрочем, такие мастера, как правило, вели уединенный образ жизни, предпочитая не вмешиваться во внутренние распри орденов. Они путешествовали по миру, уничтожая нечисть в одиночку, и лишь в случае по-настоящему серьезных угроз три главенствующих клана могли призвать их на помощь. Так, например, произошло при осаде Полночного города.       Цзин Юэ нутром чуял — это будет ужасно тяжелая неделя. Помимо политических интриг, его наверняка втянут еще в какие-нибудь неприятности. Он был в этом уверен на тысячу процентов — уж слишком легендарным было невезение его персонажа. Эх, почему автор не описал события этих дней в романе? Второй Молодой Мастер даже не мог подготовиться, ведь он не знал, чего ждать.       Когда последний адепт наконец прошел под аркой внутрь, оба заклинателя с облегчением выдохнули.       — Неужели этот кошмар закончился, — радостно пробормотал Цзин Юэ, ни к кому конкретно не обращаясь. Окинув взглядом окрестности, он, словно что-то вспомнив, повернулся к Жоу Бао: — Но почему мы не встретили Главу ордена Чжаньши? Он прошел внутрь до моего прихода?       Цзин Юэ действительно с нетерпением ждал встречи с этим человеком — наладить с ним контакт было важнейшей задачей для его дальнейшей реабилитации. Но сколько бы он ни всматривался в лица проходивших мимо заклинателей, ни один не был похож на нужного Бессмертного. Только адепты клана Чжаньши и Первый Молодой Мастер Тянь Ли присутствовали на мероприятии.       — Нань Жэнь передал через адептов, что, к сожалению, не сможет присутствовать на празднике. Сейчас его клан занят поимкой суйко, и он по уши погряз в делах, — равнодушно пожал плечами Жоу Бао, затем с подозрением взглянул на Цзин Юэ. — А с чего это ты вдруг о нем спрашиваешь?       — Просто так, — поспешно отмахнулся заклинатель, в глубине души разочарованно вздохнув. Значит, не сегодня. — Итак, шиди, что мы будем делать дальше?       Услышав вопрос, лицо мужчины выразило еще большее сомнение:       — Мы?       — Ну конечно! Нам стоит пойти пообщаться с гостями? Проявить уважение и почтение знатным мастерам? — передразнил Цзин Юэ недавние слова шиди. — Разве не ты только что сказал госпоже Бай, что мы подойдем к ней позже?       — Ты… — Жоу Бао отпрянул от мужчины, инстинктивно вновь схватившись за рукоять меча. — Ты точно не одержим? Что с тобой происходит последние два дня?       — Я в полном порядке, — невозмутимо отозвался Второй Молодой Мастер, хоть внутри него уже начала тлеть искра раздражения. — Об одержимости можешь поинтересоваться у моих братьев — они с радостью расскажут, сколько раз мой мозг протыкали острым металлическим гвоздем.       — Гвоздем? — переспросил Жоу Бао с явным с недоумением.       — Ах, не обращай внимания, — устало отмахнулся Цзин Юэ и, не дожидаясь очередного язвительного комментария от шиди, первым шагнул вперед, проходя через арку.       Что-то недовольно пробормотав себе под нос, Глава ордена Инь Юэ последовал за ним.       Фестиваль был в самом разгаре: из каждой палатки доносились воодушевляющие крики торговцев, нарядные заклинатели спокойно бродили по улочкам, разглядывая прилавки, а юные адепты собирались в стайки, бурно обсуждая намеченные планы. Почти повсюду царила радостная, праздничная атмосфера. Лишь в самых удаленных, затененных уголках тихо переговаривались знатные Бессмертные, главы кланов, легендарные мастера и прочие высокопоставленные лица.       Цзин Юэ еще при приветствии постарался запомнить всех более-менее влиятельных господ, но все равно ощутил неловкость, когда его шиди направился прямиком к ним, сухо бросив через плечо:       — Пожалуйста, веди себя нормально. Без глупых споров и конфликтов.       Заклинатель лишь закатил глаза в ответ, вновь почувствовав, как внутри нарастает раздражение. Тем не менее он понимал Жоу Бао: оригинал постоянно создавал ордену проблемы, а главе приходилось за ним убирать. Хорошо еще, что Второй Молодой Мастер не успел натворить чего-нибудь непоправимого — иначе его давно бы выставили из клана. Но это ведь был не он, не нынешний хозяин тела! Подавив поднимающуюся волну обиды, Цзин Юэ вернул себе невозмутимый вид, раскрыл веер и двинулся следом за шиди.       В первый день фестиваля Бессмертные, как правило, отдыхали после дороги, присматривались друг к другу или проводили время со старыми друзьями. Мастера Инь Юэ переходили от одного заклинателя к другому, ограничиваясь в основном вежливыми любезностями и разговорами на нейтральные темы. Цзин Юэ преимущественно молчал и кланялся, ловя на себе изумленные взгляды гостей — никто не ожидал, что неприступный мастер действительно выйдет к людям. С каждой минутой, проведенной в этом обществе, его настроение стремительно ухудшалось, а Жоу Бао, казалось, хмурился все сильнее, время от времени бросая на своего шисюна недовольные взгляды. Однако наедине между ними по-прежнему висело напряженное молчание — ни один не спешил начинать разговор.       — Второй Молодой Мастер! — позади вдруг раздался резковатый голос, когда они как раз попрощались с очередным гостем. К ним подошел пожилой человек в золотых одеяниях. — Не ожидал увидеть вас сегодня на празднике!       Цзин Юэ вежливо поклонился совершенствующемуся, хотя прежде не заметил его у входа. Разглядывая слегка сморщенное лицо седого заклинателя, он лихорадочно пытался вспомнить, кто перед ним стоит. Как ни странно, помочь ему смог именно шиди.       — Мастер ордена Чжу Фу, Си Фэнг. Надеюсь, вы наслаждаетесь празднеством, — сделав шаг вперед и тем самым заслонив Цзин Юэ собой, ответил глава. — Но куда же подевался ваш брат? Вы ведь пришли вместе.       — Си Гун отправился побеседовать с мастером Тянь. Вы найдете его в той стороне, — старик махнул рукой влево и, натянуто улыбнувшись, вновь обратился к Цзин Юэ, напрочь игнорируя вставшего между ними Жоу Бао. — Удивительно видеть мастера Цзина на столь грандиозном мероприятии. Я слышал, вы были серьезно ранены. Как ваше самочувствие?       Точно! Еще одна жертва мести Хэй Синя. Братья Си Фэнг и Си Гун — старшие мастера ордена Чжу Фу — участвовали в облаве на демонов за стенами. Цзин Юэ и не знал, смеяться ему или плакать: встретить столько неприятных действующих лиц за один вечер было либо поразительной удачей, либо — куда вероятнее — легендарным невезением. Эта парочка внесла немалый вклад в истребление невинных жителей Полночного города. Старики всей душой ненавидели демонов и с радостью бросались в бой даже в своем преклонном возрасте. В романе Хэй Синь… ух, даже вспоминать не хотелось! Разумеется, главный герой с ними поквитался — и та арка считалась одной из самых отвратительных: протагонист сперва запер стариков, абсолютно голых, в клетках посреди демонической столицы на несколько месяцев, выставив их на всеобщее обозрение, а потом, запудрив им мозги, заставил сражаться друг с другом до смерти.       Цзин Юэ подавил тяжелый вздох и поспешил ответить, намеренно игнорируя иронию, прозвучавшую в голосе Си Фэнга:       — Благодарю мастера за беспокойство. Сейчас я чувствую себя прекрасно — наши лекари творят чудеса. Ваша школа расположена довольно далеко, надеюсь, в дороге вы не столкнулись с трудностями?       Второй Молодой Мастер держался вежливо и обходительно, чем заслужил удивленный взгляд Жоу Бао и не менее ошеломленный — от самого Си Фэнга. Причина, как водится, была одна: с этим стариком заклинатель тоже успел довести отношения до крайности, и потому никто не ожидал от него любезности. Впрочем, впервые нынешний хозяин тела не возражал против линии поведения оригинала: в романе братья были тем еще отребьем — налаживать с ними контакт не хотелось от слова «совсем». Однако сейчас он сопровождал Жоу Бао, и поступать опрометчиво не следовало. Поэтому Цзин Юэ через силу радушно улыбался и лениво помахивал веером.       — Нет, поездка выдалась спокойной, — прохрипел старик, немного оправившись от потрясения.       — Рад это слышать. Как и глава школы, искренне надеюсь, что вы хорошо проведете время.       На сухих, потрескавшихся губах Си Фэнга появился намек на усмешку — неприятную и гнусную:       — Уверен, ваш великий орден не допустит ни единой ошибки. Все должно пройти идеально. А если вдруг что-то и случится, мастер Жоу, как всегда, не позволит этому запятнать честь своей школы.       Только глухой не услышал бы издевки в этих словах. Старик почти в лоб заявил: главная ошибка ордена Инь Юэ — если не всего мира Бессмертных, — это Второй Молодой Мастер.       Но, подавив раздражение, Цзин Юэ пропустил его слова мимо ушей, сдержанно поклонился и уже собрался уйти, как вдруг в воздухе раздался суровый голос:       — Благодарю вас за доверие, — сказал Жоу Бао, и его тон сочился угрозой, хотя на красивом лице по-прежнему сияла доброжелательная улыбка. — Но, к сожалению, никто из нас не застрахован от ошибок. Уверен, мудрый мастер Си лучше меня знает: первые беды начинаются там, где о них говорят… Впрочем, верю, что они обойдут нас стороной. А если вдруг возникнут какие-либо трудности, я с нетерпением буду ждать, когда вы, как преданный последователь моего отца, протянете нашему ордену руку помощи.       Старика перекосило буквально на мгновение. Он перевел остервенелый взгляд с Цзин Юэ на Жоу Бао и после тягостной паузы выдавил натянутую улыбку:       — Ну, разумеется.       — Я и не сомневался в вашей преданности. А теперь позвольте откланяться — нам еще предстоит пообщаться с другими гостями. Надеемся, вы отлично проведете вечер.       Глава школы низко поклонился и, схватив недоумевающего шисюна за локоть, повел его прочь, оставляя кипящего от ярости Си Фэнга в гордом одиночестве.       Два заклинателя некоторое время шли в полном молчании. Жоу Бао уверенно шагал вперед, уводя их все дальше от толпы, и Цзин Юэ ничего не оставалось, кроме как разглядывать мельтешащий перед ним затылок шиди. Они остановились лишь тогда, когда вокруг уже не было ни души.       Повисшее между ними молчание наполнилось какой-то гнетущей мрачностью. Не в силах больше это выносить, глава ордена заговорил, процедив сквозь плотно стиснутые зубы:       — Что с тобой случилось?       Второй Молодой Мастер удивленно замер и, невольно приподняв бровь, взглянул на покрасневшего от злости шиди:       — О чем ты? Я не совсем понимаю…       — Он же откровенно насмехался над тобой и нашим орденом! И не только он — каждый второй Бессмертный счел своим долгом поглумиться над нами! Почему ты промолчал?!       — Ха? Что? — заклинатель был искренне поражен.       «Так ты рассердился из-за этих нелепых колкостей? Что за бред? Над оригинальным персонажем издевались куда жестче, так с чего бы мне сейчас злиться? Эй, подумай головой, я же пообещал тебе держаться подальше от неприятностей!»       Высказать это вслух он, конечно, не мог, поэтому, все еще несколько растерянный, Второй Молодой Мастер глухо пробормотал:       — Я не понимаю, почему ты сердишься, когда сам приказал мне избегать конфликтов. Неужели мне сейчас попадает из-за того, что я сделал так, как ты велел?       — Будто бы раньше тебя хоть раз останавливали мои просьбы! — рявкнул Жоу Бао, сжимая кулаки.       Цзин Юэ ошеломленно уставился на шиди, наклоняя голову то в одну, то в другую сторону. В груди стремительно закипало раздражение, давно там обосновавшееся, но заклинатель изо всех сил старался его подавить. Увы, безуспешно…       — Я действительно не хотел портить праздник. Так чего тебе еще от меня надо? — ответил он чуть громче, чем хотелось, ощущая, как сердце сжимается от подступающей обиды. Он и так весь вечер выслушивал ехидные замечания и ловил на себе враждебные взгляды, а теперь еще и этот дурак набрасывается! Несправедливо!       — Ты?! Не хотел портить праздник?! Ха! Да это же просто смешно! — Жоу Бао всегда вспыхивал быстро, особенно когда дело касалось Второго Молодого Мастера — они действительно не выносили друг друга. Вот и сейчас глава ордена выплеснул всю накопившуюся за день злость именно на него, невольно сжимая рукоять меча: — Что с тобой происходит?! Я хотел спросить еще вчера, но тогда решил, что мне просто показалось. Вдруг начал вести себя прилично, пускаешь всех к себе в дом, встречаешь гостей вместе со мной, сопровождаешь меня на празднике! Ты?! Если это не дух завладел твоим телом, то что тогда?!       Новоявленный Цзин Юэ с самого детства терпеть не мог, когда на него кричали. Он всегда предпочитал мирные способы разрешения конфликтов — громкие ссоры напоминали ему о трудных годах в детском доме. Возможно, сказывались последствия недавних событий, а может, это просто усталость от десятков фальшивых улыбок давала о себе знать... Но в этот раз Второй Молодой Мастер внезапно потерял терпение. Он раздраженно взмахнул широкими рукавами и повысил голос:       — Может, хватит уже видеть во всем подвох?! Неужели шиди так трудно просто порадоваться за меня и мои изменения? Не ты ли постоянно твердил мне, чтобы я заботился о делах ордена, вел себя достойно и не встревал в неприятности?! И вот я стараюсь — а ты хватаешься за меч?!       — Вот именно! Такого можно ожидать от кого угодно, но только не от тебя! Цзин Юэ, чего ты добиваешься?!       «Эй, глава ордена, да я просто хочу выжить!» — мысленно застонал Цзин Юэ, хватаясь за голову. Ему от всей души захотелось как следует врезать этому беспокойному шиди, но он он прекрасно понимал, чем закончится такая попытка.       С грустью отбросив эту мысль, мужчина глубоко вздохнул, заставляя себя успокоиться, и перевел тяжелый взгляд на кипевшего от злости собеседника. После короткого раздумья он решил применить тактику, ранее сработавшую с братьями.       — Думай, что хочешь. Мне, поверь, тоже непросто. Весь вечер я выслушиваю насмешки, на меня косятся, принижают, а мне остается только сдерживать злость из последних сил. Я был смертельно ранен, переосмыслил свою жизнь, захотел измениться по-настоящему — а в ответ получаю только издевки и подозрения. Может, и правда зря я вообще решил открыться людям, — резко оборвав фразу, Цзин Юэ щелкнул веером, прикрывая лицо, и круто развернулся, направляясь к выходу.       — Куда ты идешь? — неуверенно окликнул его, кажется, искренне растерянный Жоу Бао.       — А куда же еще, если не в свою «обветшалую хижину»? — раздраженно передразнил его Цзин Юэ. — Чтобы больше не травмировать нашего главу, мне, как и прежде, стоит сидеть дома и не показываться. Передай гостям, что этот самовлюбленный мастер Цзин снова решил испортить тебе праздник и сбежал без всяких угрызений совести.       — Эй, Цзин Юэ, если ты сейчас же не остановишься, я…       Но заклинатель его уже не слушал. Он лишь безразлично пожал плечами — словно говоря «Мне все равно!» — и, махнув рукой на прощание, медленно скрылся из виду.       Жоу Бао заставил себя разжать до боли стиснутые кулаки, восстанавливая самообладание. Наконец, он спокойно, почти беззвучно развернулся и зашагал обратно к гостям. Никто бы и не догадался, что всего мгновение назад у него возникло безумное желание догнать этого придурка Цзин Юэ и… извиниться.