РЭББИТКА

      В комнате стояла гробовая тишина, давящая сильнее камня. Вэй Ин сидел на кровати, скрестив ноги, тиская белого зверька. И хоть он очень старался не обращать внимание на исходящие из противоположенной стороны комнаты искры ярости в его адрес, напряжение в воздухе зашкаливало. — Итак, если ты решил оставить его на завтрак, то не играйся с едой. А если ты задумал то, о чём я думаю, Вэй Ин, то можешь выбирать горшок для праха. — Так, Цзян Чэн, давай для начала успокоимся. Убери Цзы Дянь и давай спокойно поговорим.       Только Вэй Ин закончил свою мольбу, как фиолетовая вспышка пронеслась в сантиметре над его головой. Парень ловко увернулся и прыгнул в самый дальний угол от своего «товарища», но вопреки ожиданиям, следующий замах раздался не в его сторону, а в сторону кровати, на которой остался в одиночестве зверёк. — Цзян Чэн, стой!       Но парень уже опустил рукоять и хвост Цзы Дянь с сильнейшим хлопком упал на ложе, разламывая мебель пополам. Ошмётки ткани в перемешку с опилками полетели по всей комнате, заполняя всё пространство. Вэй Ин ничего не оставалось, только как разочарованно выдохнуть. — Цзян Чэн, ну вот что ты за человек? — А что такое? Мне же пришлось выгнать своих щенков из-за кое-кого, так в чём… Какого чёрта?!       Парень удивлённо уставился в сторону кровати и его лицо исказилось такой яростью, что, казалось, молнии шли с его тела. Не понимая, в чем дело, Вэй Ин проследил за его взглядом и засмеялся самым громким смехом: на краю сломанной кровати спокойно сидел кролик и отряхивался от поднявшийся пыли. — Поздравляю, тебя уделал кролик! — хохотал Вэй Ин.       А вот Цзян Чэну было совсем не до смеха, ведь была задета его гордость. Он снова замахнулся, ударил — мимо, маленький зверёк успевал улизнуть из-под каждого удара. Парень повторял свои действия до тех пор, пока перед кроликом не встал Вэй Ин раскинув в обе стороны руки. — Всё, хватит! Если ты не прекратишь, мы останемся без крыши над головой. Я вот уже без ложа остался. — Радуйся, что с головой не расстался, — Цзян Чэн всё ещё был в бешенстве, но лучи разума стали потихоньку проникать через дымку гнева в его сознание. — Ладно, извини. Доволен?! — Нет, я требую компенсацию. — Какую компенсацию?! — Я оставляю кролика у себя и ты не возражаешь. Идёт? — Да пошёл ты. — Тогда я ухожу, а ты сам здесь разбирайся с нечистью. — Чёрт, Вэй Ин! …Хорошо, можешь оставить эту тварь. — Это не тварь. Отныне его зовут Чжань, — он поднял кролика прямо перед лицом друга. — Давай, поздоровайся!       Но вместо ответа он вновь услышал звук вспышек и сразу отпрыгнул на безопасное расстояние с кроликом в руках. На этот раз, Цзян Чэн лишь хмыкнул и ушёл, бросив, чтобы тот прибрался в его отсутствие. Через несколько минут ругательств в пустоту, парень, наконец, глянул на кролика в руках: — М-да, наделал ты делов, Чжань.       Он смотрел на пушистика, до сих пор не понимая, как он мог выжить после ударов Цзы Дяня. Даже если он не попал прямо, его ударная волна достает на расстоянии до трёх метров, а тут какое-то животное, стоявшее в пару десятков сантиметров, не только выжило, но и обошлось без единой царапины. Это даже немного пугало. — Так, ну-ка посиди здесь, — он закинул кролика в шкаф, плотно закрыв дверцу, а сам выбежал на улицу и вернулся со старым ржавым тазом с отверстием от меча на дне. Сейчас эта дырка была как нельзя кстати. — Вот! Прости, конечно, но пока тебе придется… как ты выбрался?!       Дверца шкафа была приоткрыта, а сам беглец обнюхивал кровать Цзян Чэна. Вэй Ин окончательно удостоверился, что животное необычное. Может, это из-за его происхождение? Не зря же на горе запрещена охота. Он снова поднял пушистого за уши, но на сей раз, животное было спокойно, только носик дрыгался. — А с виду вполне обычный, — озвучил мысли вслух. — Ладно, ты временно посидишь под тазом, а я пока приберусь и схожу на рынок. Хорошо?       Кролик никак не среагировал на вопрос. Лишь когда его усадили под таз он начал сильно топать лапами. Сверху Ванцзи слышал, как на его «домик» кладут что-то тяжёлое. Через несколько секунд, звук повторился. Где-то минут двадцать кролику пришлось слушать звуки уборки, а после раздался звук закрывающихся ворот и наступила тишина. Как бы зверёк не пытался выбраться — ничего не выходило. Ему оставалось только ждать.       Через час оба хозяина вернулись: один что-то ворча, а другой постоянно подкалывая первого. Прошло ещё какое-то время когда парень в черных одеяниях наконец стал снимать груз с места заточения и перенёс животное на новое и постоянное места жительства — в купленную только что клетку. — Чжань, смотри, что я ещё купил, – он протянул через решетку кусочек морковки, но кролик лишь сжался в противоположном углу. — Давай же, я ничего с тобой не сделаю.       Но кролик не спешил подходить, поэтому Вэй Ину ничего не оставалось, как положить небольшую морковку и несколько листиков капусты сразу внутрь клетки и оставить животное в покое. Цзян Чэн просто пытался игнорировать существование животного.       Из-за сломанной кровати, Вэй Ину пришлось спать на полу, из остатков сообразив матрас. Нельзя сказать, что он привереда: ему все равно где спать. Но в эту ночь его крепкий сон был прерван хрустом у самого уха. Еле разлепив глаза где-то в пять утра, он повернулся на шум и встретился взглядом с кроликом, который мирно жевал капусту. Ванцзи, заметив движение, резко замер с торчащим листом во рту, но поняв, что угрозы не исходит, продолжил трапезу. Вэй Ин молча ждал, пока кролик наесться, и когда это, наконец, случилось, то достал зверушку и уложил рядом с собой. Дыхание кролика тут же участилось, но попыток бегства он не принял. Всё-таки, так нежно с ним ещё никто не обращался. — Ну чего ты так дрожишь? Не собираюсь я тебя есть, Чжань. Кстати, как тебе имя? Мне кажется, оно тебе очень подходит, — он гладил пушистика, немного играясь с ушками. — Такой тёплый. Давай ты немного полежишь со мной, а потом я тебя верну, хорошо? Хорошо.       Вэй Ин прижал к себе зверька так, чтобы и кролику было не больно, и себе тепло. И буквально через пять минут снова уснул, не вернув Ванцзи в клетку. Это был лучший шанс сбежать: весь день он визуально обследовал комнату и уже заприметил парочку слабых мест, но он лишь удобнее устроился под тяжеловатой рукой человека и наблюдал. Да, он очень скучает по брату и здесь нет гарантий, что его завтра не зажарят, но он так хотел увидеть людей, понять их повадки, что решил остаться здесь ещё ненадолго. Плюс ко всему, ему и самому было тепло...