Причина 57

Слэш — в центре истории романтические и/или сексуальные отношения между мужчинами
Jojo no Kimyou na Bouken

Пэйринг и персонажи:
Ризотто Неро/Винегар Доппио, Дьяволо/Винегар Доппио, Леоне Аббаккио/Джорно Джованна, Бруно Буччеллати/Джорно Джованна, Джотаро Куджо/Нориаки Какёин, Наранча Гирга/Триш Уна
Рейтинг:
R
Размер:
Миди, 60 страниц, 8 частей
Статус:
закончен
Метки: AU ER Hurt/Comfort Ангст Воспоминания Драма Инсценированная смерть персонажа Невзаимные чувства Нецензурная лексика ООС Смерть основных персонажей Современность Счастливый финал Упоминания наркотиков Элементы гета Показать спойлеры

Награды от читателей:
 
Пока нет
Описание:
Ризотто никогда не пытался расспрашивать о своей цели: лишняя информация могла помешать выполнить работу. Но, глядя в заплаканные глаза возлюбленного, он не мог избавиться от чувства, что вновь всё испортил.

Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика

Примечания автора:
https://vk.com/club175281106?w=wall-175281106_191&z=photo-175281106_457239159%2Fwall-175281106_191 - некоторые коллажи к работе!
Предупреждение: много Оос-ной слащавости. Иногда она нужна хоть где-то :')

Часть 5

22 октября 2019, 19:13
       Последняя подпись была оставлена на документах, и врач напоследок улыбнулся Абаккио — приторно-слащаво, как настоящий доктор никогда бы не улыбнулся, провожая не до конца выздоровевшего пациента. Деньги за непродолжительное удобство в палате остались при нём, а сам раненый только что заполнил документы на добровольный отказ от госпитализации. Заботы врача разрешились за считанные минуты, в то время как беспокойство его пациента нарастало с ужасающей скоростью.        Яркий свет в коридоре резал глаза, и Леоне пришлось прищурить глаза, как только он вышел из своей палаты, в которой пробыл некоторое время. Ноги не слушались с непривычки, отчего мужчина шагал медленно, подавляя ноющую боль в рёбрах. Фуго ждал его на парковке, прислонившись к машине. На задних сидениях расположился Наранча, нервно постукивая по расцарапанному экрану телефона.        — Триш до сих пор не отвечает? — Спросил Абаккио, благодарно кивая блондину, который поспешил открыть ему дверь.        — Нет… — Гирга угрюмо покачал головой, освобождая немного места для друга. — Телефон не отключён, она просто игнорирует. Надеюсь, с ней и Джорно всё в порядке.        — Куда же они денутся. — Фуго не почувствовал в своём голосе привычной уверенности и вновь замолчал, переключая всё внимание на дорогу.        После того, как Ризотто и Мелоне оказались в пустой квартире, паника постепенно передавалась каждому. Отовсюду звучали настороженные голоса, а глаза то и дело выжидательно поглядывали на двери, словно ожидая, что Дьяволо решит появиться и здесь. Прошутто, включив громкую связь на смартфоне, позволил всем присутствующим удостовериться в том, что ситуация ухудшалась с каждой минутой. Миста тут же принялся звонить Джорно, передавая тому информацию, а Наранча, который, хоть и не понимал, кем приходился Дьяволо пропавший парень, почувствовал, как липкий страх пробирается под кожу. Но Джованна, забежавший в кабинет спустя полчаса, излучал непонятную уверенность в себе и своих действиях, словно это не его пальцы дрожали так крупно и бесконтрольно. Гирга доверял парню, позволяя себе немного успокоиться.        После краткого обсуждения было решено держаться в группах. В надежде на то, что Доппио вернётся, Ризотто остался в квартире в ожидании хотя бы звонка, чувствуя себя точь-в-точь, как его возлюбленный с десяток часов назад. Мелоне остался с ним: его работа заключалась в поиске информации, а в этом может помочь и его ноутбук, который он предусмотрительно взял с собой.        Абаккио и Триш оставались единственными, кто не проживал в данный момент в доме Джорно. Просить о беспрерывном наблюдении в больнице — бесполезно. Джованна удостоверился, что с помощью денег можно было осуществить всё, что угодно, поэтому тут же предложил Леоне подписать отказной лист. Дьяволо богат и опасен, что способствовало проявлению небеспочвенной паранойи Джованны. Мужчина не сопротивляясь, согласился, принимая во внимание, что находиться одному в больнице было действительно опасно. Конечно же, команда никогда бы не оставила его без присмотра, и Джорно, наверняка, посылал бы к нему парней. Но ему самому дружеские руки помощи были необходимы даже больше, чем кому-либо.        Абаккио знал, что Триш имела некую связь с Дьяволо, что очень напрягало его. Первая догадка заставила его несколько дней опасливо приглядываться к девушке, но мужчина скоро отказался от неё. Бруно и Наранча скрывали причины появления Уно в их организации, но после всего, что случилось, Гирга позволил себе открыть этот секрет Джорно — сам он, оставшийся в одиночестве после смерти лидера, ничего не смог бы придумать или сделать. Джованна и здесь показал свои умения держать ситуацию под контролем, взяв с Триш обещание слушать его при критических обстоятельствах.        Стрелки часов показывали полдень, когда Наранча вскочил с кожаного дивана, направляясь к двери. Во дворе с визгом приоткрылись ворота, запуская владельца дома и девушку, которая тут же принялась аккуратно и незаметно осматриваться. Джорно похлопал её по плечу, кивком указывая на парня, который с искрящейся надеждой в глазах ждал на пороге. Триш качнула головой, устало улыбнувшись, и почувствовала прилив нежности, когда Наранча, чуть ли не теряя обувь, побежал к ней. Пока Уно старалась скрыть выступившие слёзы и извинялась за то, что не отвечала на звонки и сообщения, Джованна перехватил тяжёлые сумки с вещами левой рукой, набирая код на электронном замке. Блондин утомлённо потёр переносицу свободной рукой, ощущая, как недостаток сна сказывается на его организме. Час назад его телефон оповестил о том, что абонент, который был подписан в контактах как «Отец», находился вновь в сети. Они не виделись достаточно долгое время, и сейчас Джованна мог только надеяться на то, что Дио не решит вернуться домой. Узнав о том, что сын пошёл по его стопам, связавшись с опасными людьми, мужчина был бы доволен, но удовольствие на лице отца было последним, что когда-либо хотелось видеть парню.        Дёрнувшись от внезапного прикосновения к руке, Джорно встретился взглядом с Мистой, который перехватил вещи Триш. Блондин, задумавшись, не заметил, как темноволосый успел переброситься парой фраз с девушкой и подойти к нему. Сумки легко перекочевали в сильные руки мужчины, а сам он нахмурился.        — Ты совсем никакой. Иди спать.        — Был бы рад, конечно, но дела. — Джованна направился к дому. — Пойдём, нужно показать Триш её комнату.        Миста и Абаккио расположились в одной гостевой комнате, Фуго и Наранча — в соседней, оставляя третью, которая была немного меньше остальных, для Триш. На втором этаже, помимо гостевых комнат, также находились спальни хозяев дома, просторные кабинеты, прикреплённые к ним и три ванные комнаты. Фуго предупредил, что этот этаж пустовал почти всё время, лишь Джорно изредка заглядывал в свой светлый кабинет в поисках необходимых бумаг. Все поднимались наверх только поздно ночью, когда сил оставаться в сознании было слишком мало. Ребята предпочитали находиться в гостиной на первом этаже, иногда перебираясь всей компанией на кухню. Триш ничуть не удивилась, когда парни, полностью игнорируя существование столовой, таскали дорогие вкусности из холодильника и ели, прислонившись к кухонной тумбе или же к стене.        Джованна со вздохом прочитал последнее сообщение Ризотто, в котором мужчина подтверждает отсутствие каких-либо новых действий со стороны Дьяволо.        — Интересно, что это за парень такой. — С интересом протянул Миста. — Дьяволо не выглядит, как человек, способный на какие-то тёплые чувства, значит, он ему понадобился не просто так.        — А что Дьяволо? — Триш почувствовала, как напрягается её тело.        — Я лишь успел сказать тебе, что дело серьёзное. — Признался Джорно. — Находиться вне дома опасно, поэтому нам надо было поскорее уехать, вот я и оставил детали.        Блондин пересказал девушке всю ситуацию, в которую попали «Сквадра» и их организация. Уно в какой-то степени была более ознакомлена с поведением Дьяволо, чем кто-либо из присутствующих. С каждым предложением лицо девушки становилось всё белее, а руки сильнее сжимали ткань длинной юбки.        — И до сих пор ничего неизвестно о пропавшем?        — Нет. Его парень — лидер «Сквадры» — находится сейчас в их общей квартире и ждёт.        — Для чего он мог ему понадобиться…        — Ну, секретарь мог многое знать о своём начальнике. Не удивлюсь, если уже все поиски тщетны.        — Что ты сказал? — Изумрудные глаза с неверием уставились на Мисту, который непреднамеренно выбил почву своим высказыванием из-под ног девушки.        — Ух, прости, я не подумал, что это может звучать так плохо.        — Нет, повтори! Кем он был для Дьяволо? — Триш вскочила с места, в её голосе слышался непонятный остальным страх.        — Секретарём? Ну, насколько я помню.        — Триш, ты знаешь его? Парня с именем Доппио? — С сомнением спросил Фуго.        — Доппио… — Глухо повторила девушка: перед её глазами предстали сиреневый тёплый свитер и россыпь ярких веснушек.        Шум струящейся воды доносился с кухни, когда девочка вошла в квартиру. Удивлённая раннему приходу матери, она сбросила тяжелый рюкзак на пол и попыталась тихо проскользнуть в свою комнату. Но спасительный шум прекратился, как только маленькая ладошка коснулась двери. Быстрые шаги в её сторону заставили Триш закатить глаза: наверняка мама сейчас снова начнёт отчитывать за звонок из школы. Подумаешь, не пришла на первые уроки; ей было уже четырнадцать, и она могла решить сама, когда ей стоит просыпаться.        — Ох, дорогая, ты уже дома? — Услышав неожиданный приятный мужской голос, девочка резко развернулась.        Доппио зябко ёжился в любимом свитере, но губы его тепло улыбались, приветствуя. Розовые волосы, точь-в-точь такие же, как у неё самой и её отца, были собраны в небольшой хвостик, и Триш удивилась тому, как они успели отрасти с их последней встречи.        — Я думала, это мама пришла. — Неловко пробормотала девочка. — Папа приехал сегодня с тобой?        — Нет, в этот раз он попросил меня приехать самому, в офисе какие-то неполадки. — Парень присел на корточки, принимаясь удивлённо поправлять растрёпанную школьную одежду. — Ты откуда упала?        — Ниоткуда… Торопилась просто. Ты надолго? — Триш с надеждой подняла зелёные глаза, когда Доппио привстал, оглядываясь в поисках её рюкзака.        — Не знаю, пока босс не позвонит. Где ж ты опять его оставила? А, вот он. Ну что, беги переодеваться, умываться и за стол. Я пока прогляжу, сколько замечаний ты успела нахватать за то время, пока меня не было.        — Много. — Девочка хихикнула и направилась в свою комнату.        Триш сидела на мягкой кровати, пытаясь прицепить свой любимый брелок к телефону парня, пока тот проверял её домашнее задание по математике. Доппио был умён не по годам и отлично умеет заводить нужные связи, о чём постоянно напоминает его высокая должность в таком молодом возрасте, но это уравнение бесило не только семиклассницу, но и его. Закончив с брелоком, девочка ткнула на кнопку блокировки, намереваясь узнать о времени, и ахнула.        — Кто это? — Она повернула экран к парню, заставляя того покрыться ярким румянцем в считанные секунды. — Доппио!        Классические обои на смартфоне, которые никогда не менялись с момента их знакомства, наконец исчезли, уступая фотографии незнакомого мужчины. Он испугал и заинтересовал Триш с первого взгляда. Прищуривая татуированные склеры глаз, мужчина еле заметно улыбался с фото. Позади него можно было заметить очертания статуи для влюблённых; в этот парк девочка ходила лишь пару раз с подругами, каждый раз мечтая о том, что когда-нибудь обзаведётся здесь фотографией со своей второй половинкой.        — Э-это мой парень. Вроде как. Ну, мы познакомились лишь месяц назад, так что… — Язык парня заплетался, а мозг уже отбросил нерешаемое уравнение.        Триш окончательно запуталась. Девочка готова была выдать всё, что её напрягало, но внезапно раскрывшаяся дверь остановила её. Дьяволо выглядел по особому злым и расстроенным, и Триш машинально выпрямила спину, встречаясь с холодными глазами такого же изумрудного цвета, что и у неё.        — Босс! Я не услышал, как вы вошли, прошу прощения. — Доппио подцепил из маленький рук свой телефон и улыбнулся вошедшему мужчине.        Уно знала, что её отец не может злиться на своего секретаря, поэтому немного расслабилась, когда его глаза потеплели на пару градусов. У Винегара была необъяснимая власть над Дьяволо, о которой он сам не подозревал.        Наранча понял, что означало испуганное молчание девушки. Она бы давно рассказала обо всём, что крутилось сейчас в её голове, если бы это не подвергало её секрет опасности. Парень пихнул Джорно локтём, надеясь, что друг поймёт его намёк. Блондин приподнял одну бровь.        — Триш, Наранча, вы не будете против подняться ко мне в кабинет?        — Конечно. — Девушка резко развернулась, нетвёрдым шагом выходя с кухни.        Гирга благодарно кивнул Джованне, выбегая вслед за подругой. Оставшись наедине с парнями, блондин подавил в себе желание застонать от усталости. Он не мог ничего объяснить им — по крайней мере, сейчас -, но и портить с ними отношения из-за недосказанности не хотел.        — Простите. Мы объяснимся, когда всё придет в норму. Не обижайтесь. — Последнюю фразу он проговорил совсем тихо, удивляясь, что смог сказать что-то настолько неловкое.        — Не обижаемся. — За всех ответил Леоне, выдавливая из себя кривую улыбку.        Мужчина очень переживал за своих ребят, хоть и старался не показывать этого — не та репутация была у него в организации, чтобы дрожать по поводу и без. Такими волнениями всегда занимался Бруно, за что Наранча частенько бурчал на него, называя «мамочкой». Улыбка на губах Леоне погасла также быстро, как появилась. С каждым днём воспоминания становились тяжелее, буквально всё ассоциировалось с лучшим другом. Абаккио был уверен, что в глубине души каждый член организации не мог поверить в смерть Бруно, надеясь на то, что вот сейчас он, извиняясь за долгое отсутствие, войдёт на кухню. Но этого никогда не случится, и Леоне оставалось только с грустью поглядывать в сторону шкафа с дорогим алкоголем. Будь его воля, несколько полок опустели бы к тому же вечеру, но сейчас было совсем не время забываться.

***

       13:20        Джорно устало откинулся на спинку стула. Глаза сами по себе закрывались, и он был бы рад отключиться прямо здесь, но напряжённая спина и шея умоляли о долгожданной встрече с кроватью. То, что Триш знала пропавшего Доппио, никакой новой информации не дало, но блондин всё же позвонил Ризотто. Голос мужчины звучал также устало, и Джорно на мгновение удивился, как грехи одного человека смогли повлиять на спокойствие стольких. Забытые из-за беготни таблетки неодобрительно поблёскивали в таблетнице, но парень проигнорировал их. Если он не заснёт прямо сейчас, то точно не сможет помочь позже: Дьяволо сделает свой кульминационный ход в ближайшие пару дней, и Джорно должен быть готов ответить. Таблетки приведут его организм в состояние рабочей лошадки лишь на пару часов, поэтому парень потянулся к выдвижному шкафчику. Там, забытая среди запасных ручек и ключей, пряталась ещё не вскрытая пачка сигарет.        Джованна не считал себя курильщиком, в подростковом возрасте он и вовсе старался избегать каких-либо встреч с никотином. Но сигареты, подаренные Мистой на его день рождения, как показатель совершеннолетия, изменили его отношение. Гвидо показал другу, как правильно вдыхать и выдыхать, прогоняя табачный дым по лёгким. Первая сигарета обошлась лишь секундным кашлем от непривычного першения в горле, но приятная слабость в теле привлекла Джорно, который как раз искал возможности успокоить напряжённые нервы. Бруно был не особо рад, когда узнал, что парни принялись вместе пробовать сигареты подороже и качественнее. Джованна чувствовал неловкость, когда Буччеллати с серьёзным лицом читал ему лекцию о вреде курения и одновременно дарил ему пачку одних из самых дорогих сигарет, которые можно было найти в городе.        Слегка подрагивающие пальцы раскрыли алюминиевую упаковку, и в комнате сразу запахло табаком и пряностями.        Абаккио вошёл в кабинет без стука, когда Джорно уже сделал пару затяжек. Мужчина удивлённо проследил за тем, как длинная тонкая сигарета оторвалась от сухих и всё ещё по-детски пухлых губ.        — Отдыхаем, а? Дорогое удовольствие, позволь сказать. — Леоне кивнул на чёрно-золотую пачку, приближаясь к столу.        Джованна медленно приоткрыл рот, позволяя густому дыму выскользнуть на свободу на долю секунды и вновь вбирая его в лёгкие. Крепкий табак помог ему расслабиться за считанные секунды: блондину даже казалось, что он уже спит, поэтому разрешал себе немного поиграть. Реакции мужчины не пришлось долго ждать. Краткий разговор в больнице не положил конец их недопониманию, но общаться стало гораздо легче. Леоне в глубине души ужасно страдал из-за смерти лучшего друга; Бруно появлялся в его мыслях каждый раз, когда в поле зрения оказывался Джованна. Зная привязанность товарища к блондину, Абаккио чувствовал на себе ещё большую ответственность. Мужчина предполагал, что просто перестанет смешивать Джорно с грязью при любой возможности, совершенно не ожидая, что после этого начнёт замечать в парне то, что не видел ранее.        Возможно, в нём говорили выпитые обезболивающие и успокоительные, но расслабленная поза Джованны, его длинные пальцы, игриво перекатывающие сигарету, и голубые глаза, покрытые сонной пеленой, притягивали.        — Думал, ты давно бросил курить.        — Хочу немного успокоиться, чтобы поспать спокойнее. — Джорно неопределённо махнул рукой, стряхивая пепел прямо на пол.        Леоне скользнул ботинком, недовольно топча тот участок, на который осыпались истлевшая бумага и табак. Движения блондина становились плавучими, глаза с каждой секундой было тяжелее держать открытыми, но он стоял, прислонившись к столу. Абаккио вернул взгляд на упаковку и нахмурился сильнее. Он помнил, как носился с Бруно по магазинам в поисках таких сигарет: друг был уверен, что настолько крепкий табак отобьёт любое желание курить у кого угодно, но при этом он не хотел, чтобы Джорно посчитал его подарок плохим. В пачке не хватало лишь одной сигареты, и Леоне слегка улыбнулся — парню нужна была простая просьба, чтобы отказаться от пагубной привычки. Но ситуация, в которую они все попали, оказалась настолько отвратительная, что мужчина и сам не прочь был забыть о противопоказаниях врачей.        — Табак пагубно влияет на молодой организм. — Иронично проворчал Абаккио.        Джованна недоумённо приподнял бровь и молча протянул ему свою сигарету. Холодные пальцы соприкоснулись с горячими губами, когда Леоне, слегка наклонившись, сделал слабую затяжку прямо из рук парня. Он почувствовал рваный выдох. Джорно подождал, пока Абаккио не выпустит небольшое количество дыма, и отошёл от него на шаг. Щёки запылали, и парень был готов провалиться сквозь землю, лишь бы мужчина не заметил его реакции на еле заметное прикосновение. Сонная пелена тут же исчезла с глаз, и Джованна расстроенно подумал о том, что теперь засыпать, наверняка, бесполезно. Затушив сигарету и вдавив её в пепельницу, парень расплёл волосы. Леоне проследил за тем, как солнце принялось сверкать в его золотых длинных волосах, которые слегка вились из-за косы.        — Что ты делаешь? — Озадаченно спросил мужчина, когда Джорно вновь сел за стол и взял в руки бумаги.        — Работаю?        — Ты же собирался спать.        Парень пожал плечами, показывая, что потерял интерес в отдыхе. Точно также Абаккио потерял всякое терпение, которого у него всегда было, кстати говоря, мало. Он молча прошёл к окну, задёргивая шторы. Кабинет тут же окунулся в темноту, и мужчина услышал позади недовольные восклицания.        — Бумажки от тебя никуда не денутся. Иди спать, пока есть возможность.        — Я лягу, когда все лягут.        — Сколько суток ты не спал? Двое? Трое?        Организм Джорно был действительно вымучен, а постоянная работа мозга только подбрасывала дров в его состояние. Он должен был согласиться прилечь хотя бы на несколько часов, но внезапный страх, что что-то может случиться, пока он будет дремать, скользнул по спине. Парень нёс ответственность за каждого, кто находился сейчас в его доме и не смог бы простить себе, если бы не уследил за кем-либо. И то, что телефон отца вновь оказался на связи, не успокаивало совсем. Казалось, будто прямо сейчас мужчина следит за своим сыном, грозно прищурив карие глаза.        Кошмары, в которых он не нащупывает признаки жизни у друзей преследовали его постоянно, отчего Джованна каждый раз успокаивал себя тем, что проходил по всем комнатам, проверяя, слышно ли их дыхание. Лицо блондина, наверняка, выражало сейчас крайнюю озабоченность и страх, потому что тёплая рука Абаккио вновь коснулась его, заставляя вздрогнуть: неловкий больничный случай слишком был жив в памяти.        Леоне знал о его страхах. Молча, он легко потянул Джорно за руку, крепко обхватывая его узкую ладонь своей. Кожа парня была мягкая, лишь немного огрубевшая на кончиках из-за постоянного письма и работы с бумагами. Джованна ощущал тёплую кожу, громкое чужое сердцебиение и горячее дыхание, смешанное с запахом медикаментов и табака, и совершенно не понимал, что бы с ним случилось, если бы раны Абаккио оказались тяжелее, чем на самом деле. Мужчина вывел несопротивляющегося спутника из кабинета и осознал, что не имеет понятия, где находится его спальня. Возвращаться в свою гостевую комнату было не вариантом — Миста, который также временно проживал там, точно поймёт всё превратно, когда увидит спящего. Джованна, широко зевая, толкнул свободной рукой соседнюю от кабинета дверь.        Он впервые проспал несколько часов в совершенном спокойствии, словно младенец. Леоне не отпускал его руку, расположившись рядом на кровати: стоило ему немного отодвинуться от парня, как тот начинал хмуриться и что-то бурчать сквозь сон. Решив, что Джорно заслужил хотя бы пару часов отдыха, мужчина с неловкостью представлял, как они выглядят со стороны. Что-то происходило между ними двумя, так как похожего поведения со стороны блондина раньше не было замечено никем, но Абаккио не мог понять, что именно, ведь раньше он и не старался заводить беседы с новеньким. Сейчас же реакции парня становились всё ярче, что совсем не убавляло вопросов. Спать не хотелось, но рядом с Джорно было так необычно приятно, что Леоне не заметил, как сам задремал от скуки.         — И вот это правда стоило того?        Джорно резко приподнялся на локтях. Абаккио лежал рядом, повернувшись к нему умиротворённо спящим лицом, что никак, впрочем, не успокаивало, так как не его голос он только что услышал. Длинные белоснежные волосы мужчины слегка растрепались, а рука властно приобнимала за узкую талию. От нежности перехватило дыхание: это было одним из самых лучших пробуждений за всю его жизнь. Надеясь, что чей-то голос ему приснился, парень переместил взгляд и в ту же секунду почувствовал, как сердце пропускает пару ударов. Карие глаза смотрели на него насмешливо.        — Наигрался? Да ещё и с кем. Полицейский. — Презрительная улыбка скользнула по губам мужчины, который прислонялся спиной к косяку двери. — Меня не было всего-то пару месяцев, а ты уже вовсю водишь мужчин.        — Пару месяцев? — С ироничным сомнением повторил Джованна, облизывая сухие губы. — Ты пропал на полгода. Я уже начал думать, что тебя поймали.        — Думай, что говоришь, мальчик. — Дио отошёл от двери. — Будешь также валяться в объятиях этого пса или пройдёшь в мой кабинет, где мы уже нормально поговорим?        — Что ты сделал с остальными?        — Кто знает.        Парень молча приподнялся с кровати; голова кружилась из-за небольшого количества сна, но он хотя бы мог ходить, не шатаясь. Абаккио перевернулся на другой бок, и Джорно грустно взглянул на него.        — Нам не нужны чужие, не буди его.        Брандо провёл длинными ногтями по нежной щеке сына, когда тот вышел вслед за ним в коридор. Парень испытывал страх перед мужчиной, но не за себя, а за друзей, которые должны были находиться на первом этаже и точно заметить приближение кого-либо к дому. В кабинете было темно, несмотря на то, что из коридора Джорно видел, как тучи на небе постепенно сходили на нет. Единственным источником света являлась настольная лампа, позволяя глазам разобрать серебряную таблетницу, которая лежала на огромном письменном столе из красного дерева. В кресле, что стояло у книжного шкафа, сидел, смирно сложив руки, Пуччи.

***

       14:00        Доппио бежал со всех ног, забыв про вялость из-за высокой температуры и недавнего сна. В голове всё ещё стояли ужасающие фразы Дьяволо, хоть парень старался не думать о них, так как не мог знать правды. Его начальник имел тенденцию врать или же недоговаривать правду кому угодно, но что-то в глубине души кричало о том, что в этот раз всё намного серьёзнее. Листок с информацией о Дьяволо, который, по его словам, принадлежал организации «Сквадра», а именно его лидеру — Ризотто. Парень не мог поверить в то, что его возлюбленный, а также все их общие друзья — убийцы, поэтому желал поскорее разобраться со всей сложившейся ситуацией. Одетый в одну лишь толстовку и офисные брюки, Доппио чувствовал, как усилившийся ветер больно хлестал его по щекам.        Остановился парень только тогда, когда несколько рук попытались остановить его от проникновения в горящее здание. В карих глазах застыл ужас, смешиваясь с отражением пламени, которое пожирало всё здание тату-салона.        — Его там нет, Доппио!        Услышав позади знакомый голос, зовущий его по имени, Винегар со страхом обернулся. Повсюду сновали люди, поэтому парень нервно охнул, когда надёжные руки обхватили его дрожащее тело, притянув к себе. Прошутто прижимал к себе дрожащее тело, пытаясь как-то поделиться теплом: раскрасневшееся веснушчатое лицо выражало такую невыносимую боль и грусть, что мужчина сглотнул ком в горле, представляя, что сделал с ним Дьяволо. Пухлые губы, обкусанные в кровь, дрожали от холода и страха, и Доппио, не выдержав, расплакался, уткнувшись в пальто блондина.        Они сидели на земле пару минут, молча обнявшись. Винегар, несмотря на услышанное от босса, почувствовал себя рядом с другом спокойно. Но, открыв глаза, он ощутил, как в сердце больно кольнуло. Ризотто, тяжело дышащий, с неверием и страхом в глазах, измазанный в саже и растрёпанный, смотрел прямо на возлюбленного, не решаясь подойти. Им двоим не нужны были разговоры, чтобы разобраться во всём. Доппио вопросительно и обиженно поднял брови, на что Неро смог только пристыженно опустить глаза и еле заметно кивнуть. Прошутто услышал разочарованный вздох и почувствовал, как горячие слёзы быстрее закапали на его пальто.
Примечания:
ых, надеюсь, глава оказалась не совсем затянувшейся! В следующей части, хотелось бы предупредить заранее, много времени будет уделено воспоминаниям. Но! Одновременно с этим, она - кульминационная, и действия будут резкими, почти что без объяснений (это для того, чтобы объяснить их, конечно же, позже, не пугайтесь~)
Я очень торопилась, пока писала, так как из-за универа график становится с каждым днём все напряжённее. Поэтому, если вы найдёте какие-либо опечатки/ошибки, прошу сообщить об этом, спасибо! ٩(◕‿◕)۶