Омеловый венок

      Много лун назад в племени Теней жили два друга — Соколятник и Моросящий. С раннего детства они были неразлучны, вместе играли, в бытность оруженосцами бок о бок встречали и преодолевали трудности, не жалея сил готовились к посвящению в воители, в один день получили воинские имена. Их дуэт, казалось, был всесилен. Но повзрослев, коты постепенно начали отдаляться друг от друга. Первое время воины продолжали вместе ходить на охоту и в патрули, в один сезон получили по первому оруженосцу, а потому вместе их тренировали. Шли дни, и вместе с ними растворялись в прошлом теплые отношения Соколятника и Моросящего. Все сложнее им становилось понимать друг друга. Спустя некоторое время Соколятник стал ближе общаться с юной воительницей Осокой, за что Моросящий осыпал его градом колкостей, а затем и вовсе игнорировал приятеля несколько дней, после того, как узнал, что Осока ждёт котят. Моросящего неимоверно раздражало, что его лучший друг вместо того, чтобы посвящать все время служению племени, тратит его на какую-то кошку. Будто и так котов в племени мало! Сам же Моросящий вовсю старался сделать как можно больше полезного. Его успехи неоднократно подмечал даже предводитель, ставя трудолюбивого кота в пример соплеменникам.       Последнюю точку в дружбе двух котов поставила ссора, последовавшая после очередной грубости Моросящего. Возвращаясь после охоты в лагерь, Соколятник пробегал мимо полянки, где в этот момент его друг учил боевым приемам двух оруженосцев. Маленькая ученица и ее старший товарищ, вцепившись друг в друга, катались по земле, в то время как Моросящий вполголоса делал какие-то замечания или даже хвалил все схватывавший на лету молодняк. Соколятник хотел было подойти и поздороваться, но в этот момент тренирующаяся кошечка неловко оступилась и, получив ускоряющий толчок от торжествующего соперника, кубарем покатилась по земле. Сделавший вид, будто не замечает приблизившегося соплеменника, Моросящий счёл ситуацию идеально подходящей для едкого высказывания.       — Черничка! — одобрительно кивнув победителю схватки, прикрикнул он на проигравшую. — Двигаешься хуже, чем игрушка Двуногих и беременная барсучиха вместе! Даже хуже Осоки. Проку от тебя не...       Соколятник не дал ему договорить, оскалив клыки, он набросился на бывшего друга. Секундная заминка не помешала Моросящему вывернуться из чужих когтей и, гневно размахивая хвостом, вскочить на лапы. С полминуты коты сверлили друг друга злобными взглядами, пока наконец Соколятник не отвернулся, собираясь уходить. В спину ему полетело лишь презрительное фырканье. С того дня оба воителя прекратили даже замечать друг друга.       Но какая-то пустота поселилась на душе у Моросящего, и он никак не мог найти себе места. Несмотря на все свои положительные стороны, кот никогда особо хорошо не общался ни с кем из соплеменников, кроме Соколятника. Вот и сейчас у него не получалось наладить близкие отношения хоть с кем-нибудь. Воитель постоянно чувствовал непонимание со стороны окружающих, никто не мог разделить его стремления. Терзания Моросящего продолжались, пока в одну ночь ему не приснился сон. Не обычный сон, из тех, что забываются сразу после пробуждения, нет, воителя словно вернуло в далёкое прошлое. В прошлое, когда он был ещё беззаботным учеником.       На лес опустилась ночь, но Моросящелап не собирался спать. Максимально тихо постарался выбраться он из палатки, затем прокрался через лагерь, пролез в туннель и наконец выбрался в лес.       — И что это ты затеваешь? — послышался знакомый голос за спиной у оруженосца.       Резко обернувшись, котик чуть не врезался в своего друга. Соколик старался придать себе суровый вид, но радостно сверкавшие глаза выдавали его предвкушение чего-то необычного.       — Это не важно, — Моросящелап опасался рассказывать другу подробности своей прогулки, не зная, как тот отреагирует и не посчитает ли глупостью. — Иди в палатку, я скоро вернусь.       Однако отцепиться от Соколика было нереально. Понявший, что от него пытаются скрыть нечто важное — иначе зачем вообще сбегать из лагеря посреди ночи? — друг увязался следом, время от времени пытаясь выяснить куда они все же идут. Вскоре оба кота вышли к Четырем Дубам. Покосившись на Соколика, Моросящелап спустился к подножью одного из деревьев, а затем подпрыгнул и стал карабкаться наверх. Немного замешкавшись, Соколик полез следом. Друга догнал он лишь на одной из верхних ветвей, где тот устроился.       — Смотри! — запрокинув голову, ахнул Моросящелап. Его друг послушно задрал голову, с удивлением всматриваясь в небо. С высоты Великого Дуба звезды казались в несколько раз ближе, чем с земли. А сейчас они, по одной срываясь с небосвода, летели вниз, к земле. Представшее перед учениками зрелище действительно восхищало.       — Я всегда хотел посмотреть на звездный дождь, — тихо признался Моросящелап, когда они уже возвращались в лагерь, всё ещё очарованные увиденным. — Помнишь, нам ещё старейшины рассказывали, как это красиво?       — И я боялся, что ты посчитаешь все это глупостью, — чуть помедлив добавил он.       На этом моменте Моросящий резко проснулся. За пределами палатки уже занимался рассвет, а в уголках глаз кота, словно роса, появились мокрые капли. В тот день Соколятник разделил радость со своим другом. Но вот спустя время, Моросящий не смог сделать для него то же самое, а лишь принялся насмехаться. Раскаяние в своих глупых выходках захлестнуло воителя. Немедленно бросился он просить прощения у Соколятника, который нашел в себе силы простить своего друга.       Моросящий осознал, что все мы разные, что каждый хочет чего-то своего, и это абсолютно нормально. Также всем нам следует считаться с выбором друг друга, и принимать окружающих такими, какие они есть. Иначе ведь можно потерять нечто важное.