Разврат

За дверью послышался приглушенный вскрик и лихорадочное копошение, а затем торопливо удаляющиеся шаги. – Ты действительно хотел, чтобы она присоединилась к нам? – девушка в его руках отстранилась и запрокинула голову, глядя на него. Снейп сильно ущипнул ее сосок так, что она вскрикнула. Она здесь, чтобы ее трахнули, и все на том. Его намерения ее не касаются, и лучше ей помнить об этом. – Я думал, она твоя подруга, – пробормотал он, снова скользнув указательным пальцем между ее половыми губами. – М-м-м, – простонала рыжая. – Да. Мне… мне нужно пойти к ней. Он остановился. – После того, как мы закончим, – продолжила она, кладя свою руку на его пальцы, вдавливая их поглубже и подаваясь к нему. Она была невероятно настойчивой, почти нахальной. Совсем не такой, как он себе представлял. Снейп удивлялся, как Поттеру удалось ее проебать. Насколько он мог судить, она была готова практически на все. Поттеру нужно было всего лишь время от времени позволять ей делать то, чего она хотела, дать предаться своим фантазиям и фетишам, не осуждая ее. Его «избранность» явно не распространялась на постельные дела. – Ты трахнешь меня прямо сейчас? – спросила она тихим жалобным голосом. Она совсем помешалась на членах. Он мог бы дать ей то, что она желала, то, зачем она пришла. Или он мог бы расширить ее границы. Коснувшись однажды чего-то нового, она будет все больше недовольна Поттером и вряд ли вернется к нему за новой порцией его «миссионерских чудес». Снейпу было мало дела до их отношений, но вдруг он почувствовал необъяснимую опустошенность. Его тело еще не полностью исцелилось от полученных ран, хотя он умудрился сохранить свой привычный секс-режим во время выздоровления. Одна медсестричка в больнице Святого Мунго показала отличные навыки «оральной терапии». А еще была мисс Белл, чьи умелые бедра ежедневно доводили его до разрядки в офисном кресле. Так что дело не в отсутствии секса. Просто его энтузиазм поугас с уходом одного неискушенного вуайериста. Он видел Грейнджер сквозь ее Дезиллюминационные чары с самого начала и наслаждался, исполняя для нее небольшой спектакль. И теперь он жалел, что окликнул ее. Мысль о ней, наблюдающей, как он трахает девчонку Уизли, заводила его. В Грейнджер столько же неодобрения, сколько острого желания, пусть она сама это и не осознает. И все же, если бы он не был убежден, что она упорно отрицает свои желания, то легко мог бы поверить, будто она его ненавидит. Той хмурой мины, с которой она приветствовала его каждое утро, хватило бы, чтобы обломать кого-то менее уверенного. Однако Снейп встретил за свою жизнь столько неодобрения, что у него практически уже выработался иммунитет. И конечно, ему не нужно было ее внимание. У него и так его достаточно. Всегда, когда бы он сам ни захотел. Но сейчас в его руках все еще извивалась рыжая, которая теперь с недоумением смотрела на него снизу вверх. Для него она всегда была не более чем одной из несносных Уизли, девчонкой, чьей незавидной участью до конца жизни будет подпитывание эго Поттера. Но она оказалась достаточно настойчивой, чтобы заинтересовать. И явно относилась к его любимому типу: податливая, отзывчивая и достаточно молодая, чтобы выдержать все, что он мог с ней сотворить. И открытая для экспериментов. Но прямо сейчас он хотел сделать с ней только одно. – Повернись, – приказал он. Ее глаза упрямо заблестели: в ней явно живет гриффиндорский дух противоречия, которым также обладает в изрядных количествах и кое-какая другая гриффиндорка. Только у Грейнджер он патологический, а у этой эгоистичный. Но она сделает так, как ей было сказано. – Ты очень сексуальный, я бы хотела смотреть на тебя, – хрипло пробормотала она, проводя руками по его животу. – Я сказал… повернись. Вздохнув, она подчинилась. Протянув руки, он схватил бретельки ее платья и грубо спустил вниз, а затем расстегнул лифчик и отбросил в сторону. Она слишком самоуверенная. Когда страх заструится по ее венам, она станет более послушной. – Трусики снять. На кровать. На четвереньки, – авторитарно скомандовал он, как некогда в учебном классе. Она уже успела поведать ему об этих своих фантазиях, и одни его слова должны были заставить ее намокнуть. Джинни стянула трусики и заняла позицию на кровати. Он встал над ней, глядя на ее худое бледное тело и рыжие волосы, и это было то, что нужно сейчас. Не лицо. Ничего не вышло бы, если бы он видел ее лицо. Глубоко вздохнув, Снейп опустил руку, обхватил член, внушительный контур которого проступал сквозь ткань брюк, и позволил воображению захватить свои мысли. Настроившись, он расстегнул ширинку, и гладкая горячая плоть легла в его ладонь. Касаясь ее, он вспомнил время, когда рука была единственным доступным ему средством удовлетворения. А теперь у него были все эти хорошенькие женщины, жаждущие урвать кусочек его внимания. Ему необходимо было это напоминание самому себе о том, как далеко он продвинулся. Он не льстил себе, полагая, что кто-то из них мог его любить. Но так было даже лучше. Не нужно притворяться, что он любит их. – Я очень недоволен тобой, – прорычал он, наблюдая за ее извивающейся задницей, и его слова разожгли огонь в них обоих. – Ты отвратительно себя вела, – он почувствовал, что его дыхание участилось, а глаза заволокла алая пелена. – И за это ты будешь наказана. Ты меня поняла? – Да сэр, – выдохнула она, опустив голову. Он встал на колени на кровать позади нее, даже не сняв ботинки – если он не будет совсем раздет, то сможет уйти сразу, как закончит. Положив руку ей на спину, он надавил, заставив поднять ягодицы и ниже опустить голову, так что рыжие волосы веером рассыпались по простыне. Просунув колено между ее бедер, он раздвинул их и положил ладонь на ей на задницу. – Твое наказание и то, что оно повлечет за собой, закончится, если ты произнесешь стоп-слово. В противном случае ты примешь все, что я сочту нужным с тобой сделать, – он замолчал, размышляя еще кое о чем. – Ты будешь просить прощения после каждого удара. Тебе понятно? – Да, сэр, – донесся до него ее приглушенный ответ. Ее податливость его порадовала. – Значит мы достигли соглашения. Он скользнул рукой по ее ягодицам вниз и проник указательным пальцем в отверстие, которое, как он и ожидал, уже истекало влагой. Добавив второй палец, он начал механически двигать ими. Снейп не видел смысла что-то говорить ей: его действия скажут всё лучше слов. Обхватив основание члена, он приставил головку ко входу и снова вызвал в памяти свою фантазию. Сравнив ее с тем, что было перед ним, он скривил губы в невеселой усмешке и вошел. Джинни со стоном сжала в руках простыню. Снейп снова ворвался в нее до самого конца, и она вздрогнула всем телом. Она так приятно и туго сжимала его член: либо они совсем мало трахались, либо Поттеру не хватало объема растянуть ее. Снейп предполагал последнее, но его мало интересовал член Поттера – гораздо больше его интересовала его бывшая невеста. Со следующим толчком он резко шлепнул ее по ягодице, заставив вскрикнуть от неожиданности. – Простите, сэр, – после короткой паузы сказала она. Было хорошо. Лучше, чем он ожидал. Он продолжал давить ладонью на спину Джинни, трахая ее, а второй рукой жестко шлепал по заднице. Она не сбивалась с ритма, говоря то, что он от нее потребовал. Спустя какое-то время покалывающую руку пришлось сменить. Теперь он откинулся назад, чтобы смотреть, как его член исчезает между ее горящими красными ягодицами, подрагивающими как малиновое желе. Ее голос стал прерываться из-за боли, и извинения зазвучали выразительнее, почти искренне. Поначалу Снейп упивался этим извращенным выражением собственной власти, но затем ему стало некомфортно. Однако подобная возможность предоставлялась ему нечасто, и стиснув зубы, он заставил себя продолжать. Ускорившись, он наблюдал, как его скользкий член делает все более короткие выпады внутри нее. Он шлепнул ее так сильно, что она закричала. – Простите, мне очень жаль! У него перехватило дыхание. – Ты, блять, и должна сожалеть! – выплюнул он, вытаскивая и обхватывая член, а затем делая несколько движений по нему, и сперма брызнула на ее покрытую алыми пятнами задницу. Удовольствие длилось секунду, а затем шок и вина пролились на него как из ведра с дерьмом. – Блять, – прорычал он, переворачивая Джинни и заглядывая ей в лицо – покрасневшее, с дрожащими губами и слезами на глазах. Слов не было, поэтому он сделал единственное, что пришло ему в голову. То, в чем он был действительно хорош. Соскользнув с кровати, Снейп встал на колени и зарылся лицом между ее ногами. Используя то, по чему женщины сходили с ума больше всего, – комбинацию рук, губ, языка и носа, он ласкал ее до тех пор, пока прерывистое дыхание не заглушили стоны. Тяжесть в его груди никуда не ушла, но эти звуки слегка успокоили его. Почувствовав, как внутри нее все начало сжиматься, он коснулся пальцем точки G, нежно вылизывая клитор. Пронзительный крик вырвался из груди Джинни, и внезапно ее руки оказались в его волосах, поглаживая их. Снейп закрыл глаза, жалея, что не остался дома и просто не подрочил. Или не нашел кого-то абсолютно незнакомого, не имеющего отношения к его сраной жизни. – О-о-о, боже! – воскликнула она и крепко вцепилась в него, кончая ему на лицо. Она извивалась под ним, пока он продолжал потирать, вылизывать и трахать, заставив ее испытать еще один мощный оргазм, а затем, тяжело дыша, сел на корточки. Открыв наконец глаза, Джинни ошеломленно поморгала и перевела на него полный любопытства взгляд. – Не знаю, кто она, но надеюсь, ты не втянешь ее во все это, ради ее же блага. Снейп долго смотрел на нее, и его грудь вздымалась под черной рубашкой, прежде чем он опустил наконец голову в знак согласия. Поднявшись на ноги, он заправил член в штаны и вытащил из рукава палочку, направив на Джинни. – Что ты делаешь? – нахмурилась она, садясь на кровати. – Не волнуйся, это всего лишь Очищающее заклинание. – Не беспокойся… мне оно не нужно, – спокойно ответила она. Его черные глаза встретились с ее, и он склонил голову. – Мисс Уизли, – и Снейп исчез за дверью. *** Когда постучали в дверь, Гермиона все еще лежала, уткнувшись лицом в подушку. Она совершенно точно знала, кто это, и этот человек явно не спешил к ней, поэтому пусть остается за дверью. Она перевернулась, прижавшись лицом к спинке дивана, пытаясь отгородиться от всего мира. – Гермиона? – в дверь снова постучали. – Уходи, – отозвалась она. – Впусти меня. Я хочу поговорить. – Я занята. – Ты лежишь на диване. Это слышно по голосу. Впусти меня. Пожалуйста. Гермиона перевернулась на спину и громко вздохнула. Что ей нужно? Похвастаться своим перепихоном со Снейпом, или поиздеваться, что она подглядывала за ними? Она одновременно была в ярости и в ужасе, хотя и сомневалась, что у нее имелись основания для одного из этих чувств или для обоих сразу. Джинни предала ее. Так ведь? Или нет. Она ведь не обещала не встречаться с ним. Они в общем-то даже не обсуждали это. Бывает ли такая вещь, как непредумышленное предательство – из-за того, что Джинни не поделилась своими планами? И на что тут вообще обижаться? Она сама ведь не хочет Снейпа. Может, она просто завидует, что у Джинни столько партнеров, а у нее ни одного? Или она чувствует себя преданной от лица Гарри? – Гермиона? – Джинни говорила в замочную скважину. Какая ирония. – Ш-ш-што? – раздраженно прошипела она, отрываясь от дивана и подлетая к двери. Надменно положив руку на бедро, она рывком распахнула дверь. – Что тебе надо? Джинни усмехнулась. – Что с твоими волосами? Гермиона потрогала их рукой и поняла, что она, видимо, кошмарно выглядит. – Если тебе так интересно, то меня пронзило молнией стыда. А что делала ты? Усмешка погасла, и Джинни вздохнула. – Прости, Гермиона. Мне следовало сразу прийти сюда. Гермиона поджала губы, оглядывая ее с подозрением. Это было совсем не то, чего она ожидала. – Входи, – сдаваясь, пробормотала она, отходя в сторону, чтобы пропустить Джинни. – Хочешь выпить? – она последовала за ней в комнату. – Да, чего-нибудь покрепче. Гермиона прошла в кухню и взяла полбутылки джина и пару стаканов из шкафа. Она плеснула изрядное количество в оба бокала и вручила один подруге, которая стояла, глядя в окно на глухую стену здания напротив. – Не хочешь сесть? – Нет… думаю, я постою, – Джинни сделала большой глоток. Гермиона присела на подлокотник одного из кресел, скрестив щиколотки. – Так что случилось? Что он с тобой сделал? – Ничего такого, о чем я его не просила, – Джинни все еще смотрела в окно. – Что-то пошло не так? Когда я видела вас в последний раз, вы отлично проводили время. – Хм-м-м, – Джинни невесело фыркнула. Повисло долгое молчание. Гермиона начала волноваться, а затем решила попробовать свести все к шутке. – Дай угадаю: у него не встал? Джинни насмешливо подняла брови. – Нет, там все отлично работало. – Что же тогда? Джинни наконец повернулась от окна. – Он просто долбанутый. – Конечно, он долбанутый, – Гермиона нахмурилась. – Никто не ведет себя так, как он, будучи счастливым и беззаботным. Что он сделал с тобой? Джинни вздохнула. – Дело не в том, что он сделал, а в умысле, – она сделала еще глоток. – Может, если бы я его не знала, то просто была бы довольна. То есть… у меня впервые в жизни был двойной оргазм. Он невероятно хорош, но… – Но он долбанутый, – закончила за нее Гермиона, отпивая из своего стакана. – Я думала, что нашла отличную возможность избавиться от всего этого эмоционального багажа, – того, что Гарри постоянно носит с собой. Но в итоге нашла кого-то еще хуже… – Ты ведь не хотела с ним отношений, правда? – Гермиона выглядела озадаченной. – Нет, конечно, нет. Я просто хотела кого-то опытного и раскованного. Он раскованный в сексуальном плане, но я уверена, это всего лишь маска. – Для чего? – Близости… любви… любых других долбанутых вещей, которых ему не хватает и которых он так жаждет. Гермиона тяжело вздохнула, глядя в свой стакан. – Значит вывод такой: держаться от него подальше? – Несмотря ни на что, он очень горячий. И я бы потрахалась с ним еще раз, если он разберется со своим дерьмом, – сказала Джинни. – Вот только ему нужен кто-то, чтобы разобраться, – она многозначительно посмотрела на Гермиону. Та вскинула брови. – Ты хочешь, чтобы я помогла ему разобраться в себе, чтобы ты могла потрахаться с ним снова? Джинни усмехнулась. – Разве не для этого нужны друзья?