Сотница или Восток - дело тонкое

            Ненависть       Поместье Фантомхайв. Сиэль давно позавтракал и приступил к делам, но потом решил немного прогуляться по саду, дворецкий же поддержал идею графа.       Капли росы сверкали радужно на листьях растений, исчезая незаметной лёгкой дымкой, встречаясь с солнечными лучами. Лишь кое-где на бархатных лепестках ароматных роз дрожали хрустальным светом капли росы, стекая по гладким лепесткам внутрь бутонов. Местами хрустальной россыпью задержавшаяся роса на траве и растениях сверкала на солнце, испаряясь едва заметной человеческому глазу дымкой, капая с листьев деревьев тихим звоном. Птичье пение в саду и яркие летающие бабочки придавали саду особую красоту и очарование.       Пение птиц и солнечный день, — ничто так не поднимает настроение. Сиэль прогулочным шагом шёл по саду, Себастьян не отставал.       Дворецкий шёл рядом, когда граф, осматривая сад, сказал: — Хм, странно. Что случилось с Эдже? Я не видел её более четырёх месяцев!       Дворецкий удивлённо посмотрел на господина, но ответил: — Милорд, возможно, она покинула страну. — Хм, странно. Надо бы съездить и узнать. Приготовить карету, немедленно!       Наш высокомерный и заносчивый друг, конечно же, был знаком с Эдже, но лишь поверхностно, девица не сильно была разговорчива с графом, а в поместье графа она приезжала лишь раз. Держалась восточная красавица особняком, трудно было увидеть на её лице улыбку, злость или раздражение. Граф проявил заинтересованность к девушке, когда узнал, что она занимается фруктами и древесиной, конечно же, не без выгоды для себя и своей фабрики.       Себастьян молча поклонился и ушёл выполнять приказ. Сиэль сорвал распустившуюся розу и стал рассматривать цветок, мысли его были далеко. Лепестки розы, подхваченные ветром, кружась летели по саду. Карета была уже готова, дворецкий помог графу сесть и они отправились в путь, оставив троицу разрушителей в особняке под присмотром Танаки.       Дворецкий умело правил лошадьми, карета легко катилась по дороге. Граф смотрел вдаль и любовался прекрасными пейзажами и солнечным днём. Лёгкие перистые облака неспешно плыли по небу, лёгкой тенью скользили по изумрудным лугам, пестрящими полевыми цветами. Мелькали редкие кустарники и леса, простирающиеся на километры, стада коров, охраняемые мальчишками и мужчинами на конях, рядом с которыми где-нибудь в тени лежали собаки. Постепенно пейзаж сменился на дорогу, мощёную камнем, облагороженную по обочине кустами роз, рядами пряных трав, вокруг которых летали пчёлы. Соловьиная трель встречала карету, но испугавшись лошадиного похрапывания, птицы замолкали и пели одиночно. — Какой воздух тут, а пение птиц так великолепно! — сказал граф и вдохнул воздух полной грудью.       Дворецкий кивнул, соглашаясь с графом. Вот и розарий. Дворецкие Сотницы встретили гостей возле розовых кустов. Арина зло сверкнула глазами в сторону Себастьяна. — Дамир, сообщи госпоже о визите графа, — холодно произнесла Арина, коснувшись дворецкого с длинными тёмными волосами катаной. — Не стоит, Арина! — холодный тон голоса панночки заставил всех обернуться.       Панночка плавно шла, ведя коня за поводья узды, который фыркал и тряс длинной гривой. Чёрный как ночь конь, покорно шёл за госпожой, шерсть его сверкала и переливалась на солнце, богато украшенное седло, закреплённое на нём, играло всеми цветами радуги. Дворецкий помог графу выйти из кареты и поклонился девушке. — Рада видеть Вас, граф. Прошу прощения за свой внешний вид. Однако одну деталь я уточню. Ваши визиты постепенно учащаются, хотя ни золота, ни алмазов здесь нет, но есть ценные породы древесины. Что заставило Вас прибыть сюда? — глаза панночки скользнули со своих дворецких по гостям и остановились на коне. — Я рад видеть Вас, Эдже! Но зачем так холодно встречать гостей? — ответил граф в своём привычном высокомерии. Дворецкий графа смотрел вдаль. — Дамир, займись лошадьми. Граф, пройдёмте в замок, — так же холодно проговорила девушка.

***

      Сиэль сидел напротив Эдже, когда Арина заварила чай, принесла тарелки с кусками торта и салфетки. — Итак, граф, что случилось? — немного отпив чая, девушка спросила графа. — Вы помогли мне пару раз с заданием от королевы, не могли бы Вы продать мне древесину?       Сиэль едва заметно улыбнулся. Каменная девица, как считал её граф, улыбнулась неуловимо, парень и сам улыбнулся. — Граф, у Вас есть поставщик древесины, а у меня ценные породы дерева. Я даром их не отдаю, — девушка внимательно наблюдала за мимикой и руками графа, отмечая его чрезмерное высокомерие. — Но я ещё и фрукты вожу из южных стран. Не думаю, что я для Вас подходящий вариант. — Это предложение. Я предлагаю Вам сотрудничество, чтобы моя фабрика развивалась, — спокойно сказал парень, заканчивая трапезу. — Давайте немного прогуляемся по саду, мне нужно подумать над Вашим предложением, — девушка встала из-за стола и пригласительным жестом предложила графу прогулку по саду. Спустя некоторое время Сиэль уже прогуливался по саду с девушкой. Нежный аромат роз расслаблял и успокаивал, свистели соловьи и гудели пчёлы. Аромат пряных трав делал атмосферу сада загадочной и таинственной. Недалеко от куста красных роз стояла садовая скамейка. Сказочная красота сада завораживала Сиэля. Наши герои присели, дворецкие, следовавшие тенью за своими господами, стояли недалеко.       Синие глаза панны, сверкая бездушной красотой, встречались с взглядом графа. Рука Эдже на мгновение замерла на плече парня, а потом она резко убрала её, ощутив жжение и покалывание в ладони. — Сиэль, я хочу показать Вам кое-что интересное, пойдём! — с этими словами Эдже развернулась и пошла за замок, граф шёл рядом.       За замком открывался прекрасный вид. Внизу, на изумрудном заливном лугу с одиночными кустиками, паслись лошади, охраняемые несколькими парнями на лошадях, одетыми как Эдже и двумя десятками собак разных пород. Чёрные, гнедые и белые лошади: кобылы с жеребятами и жеребцы. Несколько из них сильно выделялись красотой и грацией. — Эдже, они прекрасны. — Подарок! Это мои крылья. Для меня лошадь — это крылья, — с грустью в голосе сказала Сотница, устремив взгляд на самого ретивого коня.

***

      Вечер наступил. На небе алел закат, солнечный диск проглядывал сквозь тонкую вуаль перистых облаков. Пение птиц сменилось трелью сверчков. Вечерняя лёгкая дымка, смешавшись с ароматом роз и пряных трав, заполнила воздух по всей округе. Сиэль и хозяйка замка сидели и пили чай с пирогом, свита панночки стояла возле дверей, Себастьян рядом с господином. — Граф, уходите или остаётесь гостить? — спросила парня девушка, поставив чашку на стол. — Я останусь, время позднее.       Эдже едва заметно улыбнулась, в её глазах сверкнул лёд: — Дамир, приготовь комнату для гостя и проведи. — Да, панна, слушаюсь, — ответил дворецкий с длинными тёмными волосами, завязанными синей лентой, и исчез в глубине замка. — Граф, о карете и лошадях не беспокойтесь, всё будет хорошо. Спокойной ночи, граф, — Эдже встала и, плавно скользя, покинула гостиную.       Себастьян, всё это время находившийся рядом и тенью следовавший следом за графом, наклонился к господину: — Прошу прощения, милорд, Вы в самом деле хотите тут побыть? А как же слуги в поместье? Доставить их сюда? — Не надо, пусть немного отдохнут.       Дамир уже вернулся и получил одобрительный кивок головой от госпожи, которая, неторопливо шагая, поднималась по лестнице, ведущей к комнатам. — Граф, я проведу Вас к комнате, иначе заблудитесь. Приказ панночки. — Дамир, сказав это, повёл за собой графа и дворецкого.       Себастьян ощущал на себе тяжёлый взгляд Арины и Самуила. Обернувшись, дворецкий графа Фантомхайва увидел дворецких Сотницы, стоящих внизу у лестницы с обнажёнными катанами.       Свечи погасили во всём замке, всё погрузилось во тьму. Граф провалился в сон на роскошной постели, в просторной, богато украшенной спальне. Всё те же огромные окна, сквозь которые проходил лунный свет, падая на мраморный пол, камин горел потрескивая, рядом с постелью гостя стоял стул с аккуратно сложенными вещами графа. Стены комнаты украшали картины и натюрморты, на которых были изображены букеты цветов и фрукты, а также пейзажи редкой красоты. Между окнами комнаты стоял деревянный стол, накрытый белоснежной хлопковой скатертью, в середине которого стояла хрустальная ваза, сделанная в форме кувшина с ручкой, рядом стоял графин с водой и пустой бокал. Атласное постельное бельё василькового цвета, надетое на одеяло и подушки из лебяжьего пуха, сочеталось с убранством комнаты. Перина из гусиного пуха, взбитая, как сливки, застеленная такой же простынью, расслабила графа. Дворецкий находился в соседней комнате, убранной так же.

***

      Сотница сидела за столом в своей спальне и что-то писала на бумаге, Арина принесла бумагу, чернила и перо. Металлическая чернильница, сделанная в виде сплющенной капли, сверкала в свете свечей комнаты. Сотница сидела в своём привычном виде. Стук в дверь заставил её на время отложить письмо. — Арина, это ты? — спокойный, холодный тон голоса панночки эхом разлетелся по комнате. Дверь открылась и вошла свита. — Панночка, Вы устали, да и ночь давно, мы, пожалуй, пойдём, — ответил Самуил, глядя на Арину и Дамира, те переглянулись между собой. — Всё хорошо, пока ещё немного посижу за делами, — Эдже резко встала из-за стола и почувствовала лёгкое головокружение.       Дамир бросился к госпоже, поймал её на руки и понёс к постели. Дворецкие подошли к постели панночки. Арина села возле панны и, приложив пальцы к её вискам, закрыла глаза. — Госпожа, это не страшно, к Вам возвращаются воспоминания прошлой жизни. — Воспоминания? Прошлая жизнь? Звучит как бред, — девушка, сказав это, рассмеялась на мгновенье, но, посмотрев на дворецких, сильно озадачилась. — Хорошо, интересно-интересно! Я поищу информацию по этой теме, очень интересно!       Сотница сухо кивнула и, потирая пальцами висок, встала и подошла к окну, открыв его настежь, впуская в комнату аромат сада и лёгкий ветерок. Тюль и портьеры трепетали от игры ветра, Сотница смотрела вдаль, слушая пение сверчков.

***

      Оставив на страже спящей панночки Дамира, Арина и Самуил пошли делать уборку во всём замке. Одна за другой комнаты сияли от чистоты, мылся и начищался до зеркального блеска мраморный пол, кололись дрова. Работа кипела полным ходом.       Дамир ходил по комнате госпожи, иногда останавливаясь и прислушиваясь к звукам, улавливая малейшее колебание воздуха. Постепенно светало, Сотница открыла глаза и, увидев Дамира, сказала: — Приготовь мне ванную комнату и полотенце. — Слушаюсь, панночка.       Дворецкий поклонился и исчез за дверью, панночка встала и, одевшись в свой привычный наряд, вышла следом. В ванной комнате её ждала Арина. Открыв дверь, девушка вошла в комнату и, раздевшись, окатила себя ледяной водой, быстро растирая своё тело. Арина вновь вылила на панночку ведро воды.       Девушка сняла с плеча дворецкой длинное полотенце и быстро стала растирать тело, заканчивая водные процедуры.       Солнце уже высоко поднялось в небе, туманная дымка рассеялась, обнажая замок и верхушки деревьев, стараясь скрыться в укромных уголках леса и оврагах от ярких солнечных лучей. Свита стояла в комнате у двери. — Арина, приготовь завтрак гостю. Дамир, приведи Фаи́ в сад и срежь самые ароматные розы для вазы, — панночка, одевшись в свой привычный наряд, раздавала приказы своим дворецким, пока дворецкая помогала заплетать волосы госпожи в косы. — Панна, но ведь Вы даже не позавтракали! — попытался вставить слово Самуил, который отвернувшись, тихо стоял у двери, пока госпожа одевалась. — Самуил, спасибо за интерес к моей персоне, но я хочу делать то, что считаю на данный момент лучшим. Самуил, займись садом, — холодно и с некоторым раздражением ответила панночка, поправляя пояс-корсет. — А что сказать гостю, донна? — Арина смотрела своими пустыми глазами в бездушные глаза госпожи.       Дворецкие выжидательно смотрели на госпожу, обмениваясь между собой непонимающим взглядом. Панночка слегка задумалась, но ответила дворецким: — Подайте гостю самый лучший завтрак, а также три самых тёмных, бордовых роз. Ничего лишнего не говорить, кроме как пригласить его присоединиться ко мне на прогулку по саду, — сказав это, панночка вышла из комнаты, а сви́та поспешила выполнить приказы, исчезнув в коридорах замка.       Сотница спешным шагом шла по коридору, столкнувшись с Себастьяном, который проводил её взглядом. Девушка ускорила шаг и, приподняв голову, не оборачиваясь, исчезла в лабиринте коридора, а немного позже девушка была уже в саду и занималась верховой ездой.       Длинная и ухоженная чёрная грива коня трепетала на ветру, на крупе играли яблоки, ухоженная шерсть лоснилась и сияла на солнце. Вороной красавец кавалерийским шагом шёл по саду, с гордостью везя свою наездницу, которая уверенно держалась в седле. Время незаметно шло. — Прекрасный день! — высокомерный тон голоса гостя эхом разлетелся по саду, девушка опустила руку, поглаживая крутую шею, остановила коня и вполоборота повернулась к гостю.  — Я рада, граф, что Вам здесь нравится! — всё тем же холодным тоном голоса произнесла девушка.

***

      Прошло некоторое время с отъезда графа, панна занималась тренировками с новичками.       Сечь, здание подобное замку Сотницы, скрывающееся за ухоженными садами и розариями, было чем-то вроде тренировочного лагеря для казаков. Здесь были кузницы, конюшни, куреня, где жили опытные воины и новобранцы. Это место было колыбелью, где вырастали гордые как орлы и вольные как соколы воины. Из всех женщин здесь была лишь Сотница. Остальным женщинам вход был строго запрещён.       Закончив отрабатывать новые приёмы, Сотница поблагодарила воинов и покинула Сечь. Она шла пешком к замку, любуясь садами и розами, лёгкий шелест листвы деревьев расслаблял и успокаивал, свита шла рядом. — Как красиво! — размышляла вслух панна, осматривая сад и поглаживая висящую на поясе шашку. — Очень красиво! — раздался голос со стороны, Сотница обернулась, сдерживая закипающий в себе гнев. — Отличный день! — произнёс юношеский голос. Этот голос принадлежал весельчаку и невыносимому, немного эгоистичному мальчишке.       Этому несносному подростку с глазами цвета лазури и светлыми волосами. На нём был сливово-фиолетовый длинный сюртук, зелёный жилет с чёрными полосками, белая рубашка, чёрные шорты, длинные чёрные чулки, коричневые сапоги на каблуках и большой чёрный бант на шее. Сотница внимательно смотрела на гостя. Перед ней стоял Алоис Транси со своим дворецким. — Панночка, говорят, что… — раздался голос дворецкой из-за спины Сотницы.       Эдже остановилась, внимательно глядя на гостей — Алоиса и дворецкого, и, усмехнувшись, сказала: — Спасибо, Арина, я тебя услышала. Неделя работы в садах и розариях. Что за срочность, граф? — О, Эдже, что же ты так встречаешь гостей? Вижу, ты не сильно рада, но у меня для тебя подарок! — граф приблизился к Сотнице и, вынув из кармана длинную коробку, открыл. Золотые серьги, сделанные в виде цветов — лилий, сверкали на солнце. Девушка едва заметно улыбнулась. — О, граф! Это великолепно! Но не стоит! Да, Арина, но в одном ты права, незваный гость — хуже татарина!       Эдже резко отстранилась от графа, дворецкие стояли, отвернувшись, сдерживая улыбку. Клод и Алоис недоумённо посмотрели друг на друга и неспешно последовали за свитой и девушкой, которая, чеканя каждый свой шаг, шла к замку. — Что она сказала, Клод? — шагая рядом с дворецким, спросил слугу граф, изучая глазами ухоженный сад и розарий. — Не знаю, господин, восточные люди часто говорят так, что очень сложно понять нам. Мы с ними — словно два разных мира, — холодно ответил слуга, поправляя свои очки, продолжая идти по зелёному ковру травы и, сорвав розовую розу с сильным опьяняющим ароматом, поднёс её к своему лицу, вдыхая чарующий аромат цветка.       Клод — высокий мужчина атлетического телосложения. Ладное тело, широкие плечи, всё пропорционально и придаёт Клоду сходство с мраморной статуей. Такое же ледяное, безэмоциональное лицо с тонкими чертами.       На руке тёмно-золотистая печать демона, схожая по оттенку с цветом глаз Клода. Печать скрывается под тонкими белыми перчатками, не стесняющими движения, которые обтягивали руки, будто вторая кожа. Она обладает неуловимым шармом, который притягивает смертных, как бабочек, в сети паука. Глаза ярко-золотые с несколько вытянутыми зрачками. Клод редко расстаётся с парой очков с прямоугольными стёклами в тонкой оправе. Не смотря на стандартную «униформу» дворецкого, тот никогда не отказывает себе в удовольствии добавить что-то щегольски-современное. При взгляде на него можно подумать, что это олимпийский бог.       Вновь панночка составила компанию Алоису за ужином. Всё то время, пока они ужинали, парень не сводил глаз с Сотницы. Дворецкие отошли вглубь коридора, пригласив на разговор Фаустуса. — Зачем Вы сюда явились? — Дамир с ненавистью смотрел на Клода, поглаживая катану в ножнах. — Господин очень скучал по Вашей госпоже, Дамир, ты же знаешь, что граф любит Вашу панну! — Клод поправил съехавшие очки, глядя на свиту панны. — Клод, не прячь взгляд, ты тоже любишь Сотницу, — холодно и спокойно сказала Арина, сложив руки по швам, холодно глядя на дворецкого. — Ты можешь обмануть кого угодно, но не нас! Я знаю, что тебе нужна и она сама, и её душа, но ты не получишь. — Хорошо, ты права, — под напором Арины сдался Клод. — Но… Господин так же сильно и безумно её любит! — Ваш господин любит панночку? Ха-ха, Клод, ты неуместно шутишь, — говоря это, Арина хитро улыбнулась, сверкая холодными, бездушными глазами. — Эта девушка для меня как дочь! И помни, Клод, если хоть волос упадёт с её головы, не говоря уже о том, что ещё может быть хуже. Я обещаю, что даже Ханна не спасёт тебя от смерти!       Круто развернувшись на каблуках, Арина отошла от дворецкого, Клод вновь поправил очки и, потупив взгляд, пошёл к господину, обдумывая услышанное. — Арина, а это не слишком? — Нет, Самуил, пусть знает своё место, не для него Сотница. Дамир или ты будете отличной партией, хотя… Нет, лучше оба. Она не простая девушка. Осман не оставит её в покое, он знает цену сердца панночки. А этот самовлюблённый и эгоистичный мальчишка! Что он о себе возомнил? Хотя и выскочка, высокомерный граф того же поля ягода, что и Алоис! Поражаюсь, как Эдже с ними общается? — Арина, ты шутишь? — двое парней дворецких были немного обескуражены подобной новостью. — В одном случае я соглашусь, руки чешутся, чтобы головы отрубить графам! — произнес Самуил, молчавший до этого в стороне и, стараясь не встречаться взглядом с Ариной, немного отступил к стене. — Я шучу? — глаза Арины недобро сверкнули, она схватила Дамира за шею и подняла его вверх. — Жалкое ничтожество, как ты смеешь сомневаться во мне? Самуил, не время ещё, панночка сама решит, как с ними поступить, а мы будем ждать её решения, — дворецкая с силой отпустила парня и с ненавистью посмотрела на другого дворецкого, тот, скрестив руки на груди, сделал несколько шагов назад.       Дворецкие вышли из коридора, поклонившись госпоже, когда Сотница обратилась к графу: — Время позднее, Алоис, думаю, пора каждому из нас в свою спальню. Ваша комната готова. Арина? — Да, госпожа, комната готова.       Эдже улыбнулась и встала из-за стола, чему последовал и граф, панночка неспешно шла к спальням. Один из дворецких исчез в глубине коридора, Арина и другой дворецкий из свиты панночки следовали за своей госпожой, Алоис и Клод последовали за ними. Эдже остановилась возле деревянной двери, которая была украшена резными узорами и, открыв её, сказала стоящему сзади гостю: — Ваша спальня, граф. Рядом спальня Вашего дворецкого. Если что-то понадобится, спросите любого дворецкого из моей свиты. Спокойной ночи!       Эдже улыбнулась и растворилась в темноте коридора со своей свитой. Граф восхищённо осматривал спальню.       Покрытая лаком деревянная мебель с резными узорами, величаво стояла в комнате у стен. Кровать с несколькими воздушными подушками, воздушной периной и одеялом, рядом с постелью стояла небольшая деревянная тумбочка для вещей. Атласное постельное белье пастельного тона переливалось при свете свечей, сверкала холодным светом в центре потолка комнаты хрустальная люстра. Два окна с сияющими атласными шторами насыщенного цвета бирюзы и принтом роз. Недалеко от окон стояли лакированный стол и два стула из дуба, с графином и полным воды бокалом рядом с ним. Дополнял сиё величие комнаты горящий камин с потрескивающими дровами, его отблески отражались на мраморном полу и в зеркале, стоящем в дальнем углу комнаты в деревянной раме, через которое была видна почти вся комната. — Хм-м-м… Шикарно, шикарно, — произнёс юный граф, внимательно осматривая комнату, рукой коснувшись постели.       Неспешно парень изучал свои апартаменты, в то время как дворецкий в соседней комнате исследовал пространство. — Ах, как хорошо! — с этими словами граф, раскинув руки, закружился от переполнявших его чувств и рухнул на постель. — Просто рай.       Юношу переполняли чувства, он был очень счастлив от осознания того, что он наконец увидел Сотницу. Он просто сиял от счастья. Да, этот самовлюблённый и эгоистичный мальчишка серьёзно заинтересовался восточной красавицей, когда впервые увидел её на балу у Сиэля. Её чарующий голос свёл парня с ума, и он стал часто приглашать девушку к себе в гости, делать подарки. Но потом она резко перестала появляться. Оставалось лишь гадать, что стало этому причиной.       Клод тихо подошёл и, держа в руках ночную рубашку, постучал в дверь: — Ваше Высочество, можно войти и помочь? — Входи, — язвительно ответил граф, спустившись с небес на землю.       Дворецкий открыл дверь и вошёл, увидев сияющего от счастья графа, молча приступил к своим обязанностям. Пока дворецкий помогал графу переодеться, юноша продолжал осматривать комнату, иногда хитро поглядывая на своего слугу. Аккуратно сложив вещи, дворецкий помог графу лечь спать в свежую постель, тихо вышел из комнаты, предварительно поцеловав своего господина. Тихо закрыв дверь, дворецкий вышел из комнаты и пошёл к себе в комнату.       Клод внимательно осмотрел комнату, которая ничем не отличалась от комнаты его господина. Его глаза внимательно всё изучали. Неспешно он подошёл к одному из окон и открыл его, впуская свежий вечерний воздух. — Очень красиво, а какие сады и розарии! — произнёс дворецкий, глядя вдаль сада, поправляя очки.