Глава 41 — Ночные беседы.
16 февраля 2025 г., 19:20
Глава 41 — Ночные беседы.
Вскоре после ухода Пирры Никос преподаватели вновь собрались в кабинете директора Бикона. — Что же. Всё прошло в пределах наших ожиданий, — вслух подытожил общие размышления Айронвуд. — Не знаю, чего ты ещё ожидал, имея на руках полный психологический портрет ребёнка, — с сарказмом произнёс другой темноволосый мужчина. — Кроу! — неодобрительно покачала головой Гудвич. — Что, скажете не прав, и его мозгоправы заранее не изучили личность Никос в мельчайших подробностях? — Даже без подобных сверхмер, — Глинда бросила взгляд на невозмутимо скрестившего руки за спиной Айронвуда, повторно покачав головой. — Нам был прекрасно известен характер мисс Никос. Она храбрая и самоотверженная девочка. — Ещё забыла добавить — умная, — посерьёзнел Кроу, покосившись на Озпина за его столом. Массивные столпы тянулись вдоль помещения. Широкие коридоры с мраморным полом едва освещались зелёным светом, оставляя высокие потолки во тьме. Скрытый от посторонних глаз, склеп, располагавшийся прямо под Биконом, внушал одновременно трепет и вызывал дискомфорт. — Наши передовые технологии позволяют поддерживать в ней жизнь. Но этого всё равно недостаточно. Вскоре она умрёт. Джеймс в знак поражения и признания неспособности защитить опустил голову. — Одна из причин, почему наш выбор новой Девы произошёл сейчас, — мягко произнесла Глинда. — Иначе последствия стали бы непоправимыми для всего Ремнанта, — значимо постановил Озпин, опёршись на свою трость. Пирра не осталась стоять на месте. Внимательно прислушиваясь к объяснениям преподавателей, она приблизилась к тому, что выглядело как криокапсула. Девушка в ней, казалось, просто спала. Опустив ладонь на прозрачную дверцу, Никос внимательно вгляделась в черты лица нынешней Девы Осени, испещрённое шрамовидными отметинами на загорелой коже. Будто от ожогов. — Говорите, что перепробовали все методы? А как же Айа? Вы к ней обращались? — не оборачиваясь спросила она. — Боюсь, мисс Каси в этом деле не сможет оказать помощь, — с сожалением вздохнула Глинда. — Но всё же? — не сдавалась Пирра, отчётливо слыша, как в её голосе прорезались отчаянные нотки. Она прекрасно знала, что Айа далеко не всемогущая. Но знать и принимать это — разные вещи. Потому Никос вместе с остальными членами двух команд Бикона, и даже не только они, превозносили веру в безграничные навыки Тенно. Даже не осознавая, что в какой-то мере они были полностью правы. Именно эту веру неосознанно попытались подорвать преподаватели. — Таланты лидера вашей команды без сомнения уникальны по своей природе, — в согласии произнёс Озпин. — За свою долгую жизнь я встречал далеко немногих, кто мог бы в подобной мере управлять энергией своей Ауры, имея многогранную душу. Ведь, как мы знаем, наши Проявления — отражения нас самих, — указал на себя, а затем тростью обвёл остальных. — И даже тогда никто из них не имел и доли такой степени контроля над собой, чтобы проявлять столь разнообразные умения, как мисс Каси. Однако, — печально покачал головой. — Речь здесь идёт о душе другого человека. И это отличается от всего, что мы знаем. — Хотя исследования таких понятий как Проявление и Аура активно проводятся в Атласе и других странах, — перехватил инициативу Айронвуд. — В этом деле всё ещё находится достаточно неизвестных переменных. — Сомневаюсь, что во всём мире найдётся умелец, который сможет исцелить буквальную душевную рану. Кроу едва заметно покосился на Озпина, умышленно не став добавлять про умелицу. — Когда её половину просто вырвали. — Тем не менее, нам удалось найти другое решение, — продолжил Джеймс. Он начал описывать способ перемещения самой сути Девы, предполагая, что за ней последует Аура вместе с Проявлением и, следовательно, силами Осени. Но прямо предупреждал о том, что никто из преподавателей не имел понятия, какое влияние это могло оказать на реципиента. Когда одна личность смешается с другой. Выслушивая речь директора и генерала Атласа, Пирра продолжала смотреть на капсулу со сложным выражением лица и бурей эмоций внутри себя. Она обратила внимание на ощущение, как её ладонь на дверце мелко подрагивала. Но не оторвала взгляда от лица той, кого назвали Девой Осени. Её предполагаемой предшественнице. Один единственный раз за весь разговор упомянув имя. Эмбер… Возвращаясь в настоящее, Кроу подметил, что на его напоминание о прошедшем разговоре Озпин внешне никак не отреагировал. Хотя Брэнвен прекрасно знал, что тот никогда особо не жаловал, когда к нему обращались с наводящими вопросами. Предпочитая ограничивать информацию, выдаваемую союзникам. Даже своему внутреннему кругу. Специфика долгой жизни с богатым опытом, полным совершённых ошибок, как предполагал сам побитый жизнью опытный Охотник. И хотя его работодатель никак этого не показывал, Кроу готов был поставить многое на то, что Озпин предпочёл бы менее болтливую кандидатку в Девы. Легковнушаемую, не задающую лишних вопросов. И если в начале года Пирра Никос почти что подходила под это описание, то сейчас, благодаря влиянию других, она серьёзно отдалилась от него. Что мысленно сам Брэнвен полностью поддерживал, никогда не будучи любителем всяких тайн и секретов. — Уверен, мисс Никос сделает правильный выбор до конца турнира, — убеждённо сказал Озпин. — Вопрос в том, как на это отреагируют остальные, — закатил глаза Кроу, приложившись к фляжке. — Имеешь в виду других студентов? — вопросительно подняла бровь Гудвич. — Её команда? — Я полагаю, мы ясно донесли до неё свою точку зрения о важности сохранения тайны того, что она сегодня узнала, — высказался Озпин. — Ага. Ну, думаю, в случае ставки, у меня были бы весомые шансы в этом вопросе, — отрешённо произнёс Кроу, больше занятый исследованием остатков напитка на дне своей фляжки. — Связь этих детишек между собой крепка. Даже слишком. Под конец тяжело вздохнул, прекрасно понимая, что в кружок имени Айа Каси вместе с самой Никос входили также его племянницы. — Эти знания слишком важны, чтобы разбалтывать их своим друзьям. Уверен, Пирра осознаёт значимость этого, — как и ранее его коллега-директор, убеждённо произнёс Айронвуд. Со своей стороны Гудвич предпочла промолчать. Припоминая всё, что знала о своих учениках, она признавалась самой себе, что больше была готова поддержать в этом вопросе точку зрения Кроу, чем Джеймса. — В отличие от нас, ты не особо общался с их группой. Не так, как мы, — без своего обычного сарказма произнёс Брэнвен. — Сводки и показания не продемонстрируют тебе ту картину их взаимодействия между собой, что я наблюдал в тех же туннелях Гленн. Морально, да и физически, эти детишки подошли к той черте, когда я готов буду назвать их полноценными Охотниками. Со своими взглядами на мир, которые серьёзно могут отличаться от наших. Непроизвольно Глинда поддержала его согласным кивком. — Одна из них так точно пересекла эту черту давным-давно, — с хмыком закончил Кроу. Несмотря на сказанное, Айронвуд остался при своём мнении, бросив на Гудвич взгляд, который можно было бы интерпретировать, как обиженный. — Давайте на этом закруглимся, — прервал готового продолжить спор коллегу Озпин. — Время позднее. Завтра начало финала. Всем следует хорошо выспаться, — в кресле развернулся к окну, за которым уже наступила ночь. — Свой выбор мы сделали. Очередь за мисс Никос. — Ага, пожелаем ей крепкого сна после всего свалившегося на неё в одночасье, — закатил глаза Кроу, первым направившись к выходу. Директор Бикона печально улыбнулся, проследив за ним краем глаза. Но был тут же отвлечён оповещением о том, что кто-то хотел воспользоваться одним из лифтов башни в этот поздний час. — Хотя бы она отказалась от продолжения участия в турнире, — вздохнула Глинда. — Потому имеет время всё хорошо осмыслить. Так, Оз? Озпин? Следом за обеспокоенным голосом Айронвуд, также собиравшийся уходить, остановился, обернувшись к Гудвич и Озпину. Последний никак не отреагировал на обращения к себе, задумчиво глядя на свой сенсорный стол, на котором вывелось изображение кабины с ночным визитёром. Директор был уверен, что тот поднимался на верхний уровень башни в его кабинет. Далеко не для праздной беседы. — Похоже, наше собрание придётся продлить ещё ненадолго, — всё также задумчиво произнёс он, заработав этим удивлённые взгляды от коллег. — И кому-то нужно было ставить… Кроу, который оказался ближе всех к лифтам, обернулся на его слова. Но, как и остальные, не успел задать свой вопрос, услышав раскрытие створок позади себя. Обернувшись обратно, Брэнвен прямо встретился взглядом с Айа Каси. Чья открытая половина лица демонстрировала её обычное отрешённое выражение. Но глаза, в которых проблёскивали искры энергии, отражали внутреннее состояние. Далёкое от спокойствия. Услышав гулкое рычание, Кроу только тогда обратил внимание на спутницу ночной визитёрши, которая сама по себе была не настолько маленькой, чтобы не заметить. Моргнув, он покосился на громадную кошку, что глядела на него с рассерженным прищуром и прижатыми к голове ушками с опущенным хвостом, слегка присев, словно приготовившись для рывка. Понимая, на что способна эта невиданная представительница кошачьих, что он сам наблюдал на горе и в туннелях, Кроу благоразумно отступил в сторону на пути иронично названной Кошмариком и её хозяйки. Фыркнув, Смита выпрямила ушки и нормализовала походку. Пройдя мимо мужчины, она напоследок взмахнула своим веерным хвостом. На этот раз, на подобную продемонстрированную спесь хмыкнул сам Брэнвен. Затем обратил внимание на её хозяйку, чей взгляд безошибочно был сосредоточен на директоре Бикона. Скрестив руки на груди и облокотившись на одну из колонн помещения, Кроу с живым интересом приготовился наблюдать за тем, что произойдёт дальше. Внутренне подавляя желание бросить фразу «я же говорил». Но и ему стало не по себе от дальнейших действий Айа Каси. Тенно вступила следом за своей спутницей. Тяжёлый шаг бронированных ботинок гулко разнёсся по помещению. Едва заметные мерцающие всполохи сорвались с фигуры, исчезая за спиной. Остановившись в центре кабинета, она задала один единственный вопрос: — По̕ч͘е̏м͜у? ͊ Искажённая пародия на её обычный спокойный голос эхом отразилась от стеклянных стен и потолка. Вместе с этим принеся потусторонний шёпот. Настолько тихий и на доли секунды, что заставил поверить тех, кто его услышал, что им показалось. Однако Кроу, Глинда и Джеймс все как один ощутили мурашки, пробежавшие по их спинам. Единственный, кого это не затронуло, оставался сидеть за своим столом. — Не сказал бы, что удивлён вашему визиту. Но всё же позвольте поинтересоваться. Что именно из того, о чём ей самой поведали, рассказала ваша подруга? — Вͅсё. На повторное звучание иного Озпин нахмурился, сцепив руки перед собой. Но на этом ограничился. Вместо него в разговор вступил коллега-директор. — Мне казалось, мы ясно дали понять мисс Никос важность сохранения подобных знаний. И всё же, несмотря на это, она так быстро проговаривалась. Я разочарован. Айронвуд огорчённо покачал головой. — Плевать, — не глядя бросила Айа, чьё внимание было приковано исключительно к Озпину. — Мисс Каси! — с возмущением продолжил мужчина. — То, что вы стали носителем тайны, при том, что никогда не должны были, не позволяет вам пренебрегать дисциплиной или что-либо требовать от ваших преподавателей. К тому же вопрос ни коем образом вас не… Резко повернув голову, Тенно заставила мужчину оборваться на полуслове. В сузившихся глазах отражалась едва сдерживаемая ярость, алым оттенком заполонив зрачки. Вместе с этим на костюме начал проявляться пульсирующий багровый сигил, пересекавший грудь. То, что было легко принять за потерю контроля над Аурой. — Пирра — м̓о͛я͝ подопечная. То, что в̀ы̕ собирались совершить с ней, ќ́аͅс̑аӗтͅся̌ ͅм́ен̿яͅ. Джеймс с трудом подавил дрожь, непроизвольно возникшую как от оказанного на него внимания, так и от вновь прозвучавших ноток чего-то нечеловеческого в её голосе. Не понимая, просто не осознавая причину охватившего его страха, Айронвуд поддался собственному гневу. В том числе из-за того, что считал Айу хотя и способной воительницей, но всё ещё неопытным подростком. Подающим надежды новобранцем, который полностью пренебрёг мнением командования, отказываясь его даже осмысливать. А также потому, что неконтролируемый всплеск энергии Бездны, проявлявшийся следом за искажённой речью, нарушил действие его собственного пассивного Проявления сосредоточения. — Ты просто не понимаешь, что происходит. Не осознаешь масштабы, что поставлено на карту. Даже с учётом того, что тебе рассказала Никос. Сейчас от наших действий зависит судьба всего Ремнанта. И выслушивать истерику одной из первокурсниц… — Хотя я и не согласен с железной рукой во многом, — вклинился Кроу, оторвавшись от стены и не обращая внимания на острый взгляд того. — В текущей ситуации я на его стороне. Покосившись на вновь тихо зарычавшую кошку рядом с собой, мужчина вздохнул, взлохматив свои волосы. — Слушай, я тоже далеко не в восторге от того, что мы все здесь делаем. Но у нас практически нет выбора, потому что альтернатива гораздо хуже. Можно сказать, передача сил Девы Осени Никос жизненно важна… для всех нас. — Ты бы сумел сказать тоже самое, если бы речь шла о Руби или Янг? — через плечо бросила Айа. После чего Брэнвен повторно тяжело вздохнул и отвернулся, признавая её правоту. — Почему вы выбрали Пирру? — с нажимом повторила свой вопрос, медленно оглядывая всех. — Мисс Никос является прекрасным бойцом, а также самоотверженной и добросердечной личностью с твёрдыми моральными принципами, — заговорил Озпин. — Мы выбрали её, потому что уверены. Она будет использовать дарованные силы во благо. — Л̉ожь, — непоколебимо заявила Айа, возвратив своё внимание к первоначальной цели. — Выбор пал на Пирру, потому что ей можно манипулировать. Достаточно тем, кто для неё является авторитетом, оказать нужное влияние. Например сообщить, что от её выбора зависит судьба всего мира. Последняя фраза, обращённая против него самого, заставила Айронвуда нахмуриться. — Никто не заставляет мисс Никос насильно принимать мантию Девы, — сказал Озпин. — Мы подробно описали ей нынешнюю ситуацию со всеми рисками и привилегиями. — Сомнительную мощь вместе с потерей себя, — указала Айа. — Риски при передачи действительно существуют, — с сожалением подтвердила Гудвич. — Но отчаянные времена требуют отчаянных мер. — И вот так вы принуждаете её вступить на выбранный вами путь, — припечатала Каси с потемневшим выражением лица. — Твоя реакция и то, что ты отказываешься признавать масштабную угрозу человечеству показывает твою незрелость. Видимо, я ошибался в сознательности не только Никос. Из всей вашей команды лидерство больше всего заслуживает Вайсс Шни. За свой долгий путь Тенно не раз сталкивалась с упрёками, обвинениями и тому подобным. Потому ей было всё равно на прозвучавшие осуждения. Тем более что они были неоправданны. То, на что она действительно обратила внимание: генерал даже не попытался оспорить тот факт, что Пиррой пытались управлять. — Джеймс, ты переступаешь, — вместо Каси возмутилась Глинда. Бросив на мужчину свой коронный грозный прищур, она поправила свои очки. К дополнительному эффекту обнажив стек, заставила того с ворчанием отступить. С хмурым взглядом генерал скрестил руки на груди, не собираясь оправдываться. Чтобы в следующий миг вновь оказаться поражённым потусторонним шёпотом. Намного громче, чем ранее. Проследив за его звучанием, генерал вместе с Глиндой и Кроу обнаружили его источником Каси. Силуэт которой начал отбрасывать неестественную тень, невозможную при нынешнем освещении кабинета. — Когда-то ты назвал студентов светом, озарявшим тьму, что смыкалась над человечеством, — разочарованно произнесла Айа. — Академию — маяком, распространяющим его лучи. Все эти месяцы я наблюдала за ним. Но сейчас я не вижу света. Лишь тени, заполонившие маяк. Сожаление и скорбь по нынешнему и давно забытому на краткие мгновения отразились на лице директора. Невольное напоминание о том, что несмотря продолжающуюся борьбу между тьмой и светом, его успехи, потому что человечество всё ещё стоит вопреки, множились на бесконечное число неудач. — Порой на войне приходится чем-то жертвовать. Ради победы. Ради спасения большего числа жизней, — с нотками смущения за предыдущие высказывания, тяжело проговорил Айронвуд, возвратив себе контроль над Проявлением. В том числе над самообладанием. — Жертвовать жизнями.? — тихо переспросила Каси. — Детей… — Ты ещё юна, — покачал головой Джеймс, не расслышав последнего слова. — Несмотря на столкновения с террористами, не принимала сложных решений. Это не легко, и сейчас тебе просто не понять. Отдельные отрывки его речи эхом отразились в разуме Айи, болезненно напомнив о принятых решениях. Точнее, одном из них. Главном. …Дитя, прости… …убей… — Всю свою сознательную ж́изн̆ь́! — с холодной яростью в голосе проговорила Каси. С громким треском острое навершие разложенного посоха вонзилось в пол в ногах позади. Но оружие, удерживаемое за древко одной рукой, осталось за спиной. Пока что. — Я провела в сражениях. Бесконечный цикл битв, меняющихся одна за другой, прерванный при поступлении в Бикон. Я не нуждаюсь в том, чтобы меня поучали в вопросах ведения войны. Или её жертвах. Взгляд алых глаз не покидал напрягшуюся фигуру генерала, ладонь которого опустилась на кобуру. Кроу также инстинктивно взялся за рукоять своего меча, настороженно наблюдая за кошкой, которая начала неспешно огибать колонны, обнажив клыки. — Если это действительно так, то ты должна понимать то, о чём сказал генерал Айронвуд, — не обращая внимание на накалённую обстановку в кабинете, погружённый в свои внутренние размышления, проговорил Озпин. — Пирра Никос — наша наилучшая кандидатка. Ради выживания человечества она должна стать следующей Девой Осени… — Я это͒го̒ н̕е͜ ͠п́ӧӟв̚олю͝, — непоколебимо постановила Тенно. Её глаза зажглись золотистым пламенем. Силуэт начал окутываться тёмной дымкой. Древний механизм над прозрачным потолком замедлился, пронизывающе заскрежетав шестерёнками в отчаянных попытках продолжить движение. То были спонтанные проявления энергии Бездны на взбушевавшиеся внутри сосуда, коим являлся клон Оператора, эмоции. Осознанным же стала коса, вспыхнувшая алым полумесяцем над её головой. Разошедшаяся волна энергии после фразы обесточила большую часть помещения, погрузив его в полумрак. Вместе с этим она вновь уничтожила проявление пассивной способности генерала, отдавшись звоном разбитого стекла в его ушах. Всю свою жизнь после раскрытия Ауры прожив с этим Проявлением, укреплявшим его решимость, Айронвуд на краткое время оказался растерян, за столь короткое время повторно лишившись эмоциональной защиты. Потому сверкнувшее в полумраке алое лезвие оказалось той каплей, что заставила ощутившего вполне реальную угрозу генерала рефлекторно выхватить один из револьверов. Дуло оказалось нацелено на источник угрозы. Затемнённую фигуру по центру, озаряемую огненными всполохами. Тоже самое произошло с Брэнвеном. Умудрённый опытом старый Охотник больше инстинктивно, чем осмысленно, отреагировал на угрозу. Развёрнутый длинный меч оказался выставлен в защитном жесте перед собой прежде, чем он это осознал. Моргнув, глядя на погасший экран сенсорного стола перед ним, Озпин поднял голову и с изумлением оглядел открывшуюся ему картину. Глинда до бела сжала ладонь на стеке. Она бросила взгляд на ошеломленно выглядевшего директора, который не ожидал подобных последствий от своих слов. Затем покосилась на своих коллег, которые должны были действовать обдуманно и аккуратно в отношении её студентки. А не способствовать эскалации этого недоразумения. Потому как сама Гудвич даже после всего произошедшего и в мыслях не учитывала вариант силового противостояния. Только не с одной из её дорогих подопечных. Смита, зайдя за одну из колонн, клоном вышла из неё, сама скрывшись в невидимости. После чего перебежала за спину директору. — Так… давайте все сейчас успокоимся, — опустив меч, тревожно проговорил Кроу, осознав положение. — И не будем совершать то, о чём впоследствии горько пожалеем. Глинда была с ним полностью солидарна. Но видела, что оба директора никак внешне не отреагировали на его слова. Поэтому поспешила прибегнуть к более решительным мерам, пока кто-нибудь из них или сама Каси не спровоцировали друг друга. — Джеймс! — рявкнула Глинда, избрав своей целью самого опасного на её взгляд. Вместе с этим она взмахнула хлыстом и телекинезом вскинула дуло револьвера. Айронвуд всё же успел выстрелить от неожиданности, но пуля попала в потолок. Пробив стекло, она угодила в скрипящий механизм, чей скрежет вместе с разбившимися осколками стекла громогласно разнёсся по помещению. Однако Айа продолжила неподвижно стоять на месте, всё так же удерживая активированную косу за спиной. Не подверженная резким звукам, коих в её яркой и долгой жизни было более чем достаточно, чтобы не отвлекаться на них. Лишь внимательный взгляд пары горящих глаз скользил с решительно выглядящей Глинды на более чем растерянного генерала с поднятой рукой. Кроу облегчённо вздохнул и поспешил сложить и убрать меч обратно за спину. Озпин же отреагировал только тогда, когда рядом с ним, на его столе проявилась Смита. Не обращая внимание на вспыхнувший фиолетовый барьер, которым тот рефлекторно окружил себя, Кошмарик насмешливо мявкнула, получив по своей связи с Тенно команду отбой. Фыркнув на косой взгляд директора из-под очков, она спрыгнула на пол, грациозно взмахнув веерным хвостом напоследок. — Я… — начал было Айронвуд после того, как Глинда силой заставила его опустить револьвер дулом вниз. Но оказался прерван её же острым взглядом, сверкнувшим поверх очков. Затем с гораздо более мягким выражением лица Гудвич повернулась к Каси. — Айа, — успокаивающе обратилась к ней, мгновенно переключив её внимание на себя. — С тех пор, как ты поступила к нам, я имела удовольствие наблюдать девушку: ответственную, сознательную и ту, кто, несмотря на проявляемую отстранённость, всегда готова была оказать помощь другому. Ту, которая справедливо заслужила уважение как преподавателей, так и студентов своей инициативой. Теперь я наблюдаю её нехарактерно рассерженной и осознаю, что причиной такой острой реакции послужило беспокойство. За одну из её собственных учениц. Как преподавательница я прекрасно понимаю, — коснулась рукой своей груди, склонив голову и прикрыв глаза, вспоминая, как сама едва не вышла из себя во время затянувшегося обсуждения плана спасения студентов из туннелей. — Но всё же прошу успокоиться. Из всей троицы, не считая Кроу, больше всего уважения самой Тенно заслужила именно Гудвич. Которая была строгим и внимательным профессором, которая стремилась всеми силами подготовить своих учеников к будущим боевым столкновениям с Гримм и не только. Тем больнее Тенно было признавать её участие во всём этом. Ненависть в глазах Айи отступила, заменившись печалью. Что заставило Глинду ощутить стыд, на краткое мгновение почувствовав себя не взрослой преподавательницей, а подростком, предавшим ожидания одного из родителей. Однако её искренняя речь всё же подействовала на Каси. Тенно не успокоилась. Не до конца. Но совладала с собой, перестав проецировать волны энергии, вернув нормальное освещение и возобновив работу механизмов в привычном режиме. Вместе с этим убрала лезвие косы. С повторным треском и крошевом теперь уже посох был извлечён из пола. Его верхушка с украшением в форме роз оказалась направлена на директора. Безвредный жест, так как дуло с клинком указывало в обратную сторону. Вместе с этим, невысказанная угроза. Также, как и Кошмарик, обогнувшая хозяйку и замершая рядом с ней, широко зевнув и клацнув зубастой пастью. — Озпин! — красноречиво высказалась Гудвич, послав ему такой же испепеляющий взгляд, как его коллеге ранее. Для пущего эффекта она готова была встряхнуть его телекинезом, чтобы тот пришёл в себя. Но не понадобилось. — Полагаю, мы неправильно друг друга поняли, — с треснувшим фасадом спокойствия проговорил Озпин. Дополнительно поёжившись, оказавшись под пристальным вниманием женщины и девушки в кабинете. — Как говорилось ранее, мы ни в коем случае не собирались принуждать Пирру к какому-либо выбору. Он целиком и полностью зависит от неё самой. — Всего лишь иллюзия, — привычным спокойным голосом произнесла Айа, не опуская руку, удерживающую посох. — Своими речами, бременем ответственности вы не оставили ей иного варианта, избрав лишь один. Одно из того, чего все Тенно всегда придерживались в своём кредо, сформированном после падения Орокин, после годов рабства. Свобода собственных решений. Избрания пути, дороги. Судьбы. Вместе с принятием последствий своих действий, какими бы они не были. — Если наши наставления тебе видятся в подобном свете, мы не будем больше обсуждать этот вопрос с Пиррой. Но разве ты сама не позволишь ей сделать свой собственный выбор, принять мантию следующей Девы Осени, или нет? — уловив её линию мыслей, провокационно спросил Озпин. Тенно мрачно промолчала, вонзив посох остриём в пол рядом с собой. Рядом с ней предостерегающе зарычала Смита. Но затихла, стоило Каси положить ей ладонь на макушку, потрепав по ней. — Поговорим открыто, — произнёс директор, скрыв улыбку за сцепленными перед собой ладонями. — Нам известно, что ты представляешь собой фракцию сереброглазых воинов. Твоя война, что упомянула. Она и наша также. Заметив промелькнувшее замешательство на её лице, Озпин с энтузиазмом продолжил, не собираясь отступать как от новой фигуры Девы, так и от возможности перетянуть на свою сторону потерянных древних истребителей Гримм. — Непревзойдённые воители, вселявшие ужас в самих Гримм. Древние истребители порождений тьмы, которые одним взглядом своих серебряных глаз могли уничтожать монстров сотнями и тысячами. Предания о них распространялись ещё до возникновения Охотников или даже образования нынешних королевств. Не то, чтобы эти истории не были так популярны, что в наше время о них едва ли кто помнил. Время сделало своё дело. Спустя десятки лет без напоминаний о себе эти воины подверглись забвению. Легенда обратилась в выдумку, сказку. Но ведь, как и сказание о четырёх Девах года, история о сереброглазых воителях далеко не просто легенда, — довольно закончил Озпин, внимательно отслеживая реакцию студентки перед собой. Остальные преподаватели последовали за ним, с различными эмоциями и мыслями сосредоточив своё внимание на предполагаемой воительнице. Сама же Тенно предпочла промолчать, поставив посох на пол. Некогда услышав предположение директора о её принадлежности к подобной группе, она, как и ранее, не собиралась развеивать заблуждение, в которое сам себя ввёл директор. В свете текущей конфронтации так тем более. — Ты и твоя «семья» на протяжении многих поколений оставались щитом человечества. Вынужденные начать скрываться, когда властолюбивые, алчные и слабохарактерные люди объявили охоту на вас самих. Директор печально покачал головой. — Я с прискорбием полагал, что их невежество удалось. Что такие, как ты, полностью исчезли из этого мира. Приятно было узнать в начале учебного года, что я ошибался. Причиной молчания Тенно послужило желание узнать больше о воителях, с которыми директор спутал её и к которым относилась её напарница, Руби Роуз. Однако Каси постигло разочарование, так как Озпин предпочёл скрыть знания о силах и способностях этих людей. Привычно наполнив свои речи обобщённым и расплывчатым смыслом. — Потому Руби была принята в Академию, несмотря на свой юный возраст, — повторно указала Айа, вспоминая похожий давний разговор. — Чтобы стать орудием. — Разве ты сама не поэтому выбрала мисс Роуз в качестве напарницы? — парировал Озпин с приподнятой бровью. — Чтобы помочь и присмотреть за младшим сородичем. Ещё одно заблуждение, в которое директор себя ввёл. — К тому же не стоит сгущать краски. Насколько я знаю, мисс Роуз с детства стремилась стать Охотницей. Я лишь поспособствовал в осуществлении её мечты. Несмотря на это утверждение, его действия в начале года по отношению к Руби всё равно можно было бы назвать манипуляциями. Если бы Каси сама не знала, что юная Охотница уже тогда была готова к сражениям с Гримм. — Айа, теперь ты знаешь, что мы прекрасно понимаем, почему твоё племя прячется, не доверяя никому из людей, — с пылкостью продолжил директор, приняв молчание Тенно за признак согласия. — Но мы те, кто поклялись защищать Ремнант. И нет причин скрываться от нас. Поднявшись со своего места, Озпин приглашающе развёл руки в стороны. — Мы могли бы оказать неоценимую помощь друг другу в войне против Гримм, — выступил вперёд Джеймс, едва ли подавая признаки смущения от своей недавней промашки. — И против тех, кто желает зла твоей группе. — В стенах нашей Академии тебе никогда ничего не будет угрожать. Как и любому студенту, — с мягкой улыбкой, которую едва ли кто ожидал от самой строгой преподавательницы, заботливо произнесла Глинда. — Позволь нам помочь и другим твоим братьям и сёстрам. — Не могу заверить, что будущее станет выглядеть намного более позитивным, — проворчал Кроу позади, подключившись к остальным. — Но обещаю тебе, что будем делать всё, что в наших силах.***
Оглядываясь на лица преподавателей, я не могла не отметить. Преследуя единую цель, насколько сильно проявления их намерений отличались друг от друга. Мрачная решимость Брэнвена. Демонстрируемая важность и значимость Айронвуда. Доброжелательность Гудвич. И, наконец, торжественность с убеждённостью Озпина. Только двум из них я готова была поверить в данный момент. И это были не директора. Кроу, как тому, кто проявил себя в сражениях рядом со мной. Глинде, как той, чью заботу об учениках я наблюдала на протяжении всего года. Но даже они были скованы своими лидерами. — Итак, вы вновь просите о доверии. Через призму подчинения, — бросила взгляд на нахмурившегося генерала. — Через слепую веру, — посмотрела на удивлённо выглядевшего директора Бикона. — Мой ответ — нет. Я ни за что не доверю жизни своих братьев и сестёр тем, кто будет готов пожертвовать ими. Если придётся. — Мы бы никогда… — рьяно возразила Глинда. — Вы прямо сейчас этим заняты, — с разочарованием перебила её. — Просите Пирру об участии в эксперименте, что может стоить ей своей сути, личности. Женщина, ставившая благополучие студентов превыше всего, стыдливо отвела взгляд, признавая мою правоту. Тем самым показывая, что её действительно заботила судьба ученицы. В отличие от других. — Мы прекрасно это понимаем, — проворчал Айронвуд, не в первый раз задетый упоминанием его мании контроля. — Но над проектом работали лучшие учёные Атласа. Риски минимальны и стоят того, чтобы пойти на них. — Даже если конечный результат будет стоить жизни Пирре? — внешне спокойно спросила. Тогда как бурлящий внутри меня гнев продемонстрировала Смита, уловив его по нашей связи. Выпустив когти, она низко присела, опустив хвост, обнажив клыки. — Даже если это будет стоить моей жизни, — торжественно постановил генерал. — Тогда сам возьми силу, не вмешивая детей, — своими резкими словами сбила с него надменный вид. — Боюсь, это невозможно, — печально произнёс директор, усаживаясь обратно в кресло. — Даже с величественными технологиями Атласа? — прорезался сарказм в моём голосе. Генерал вновь нахмурился. Тогда как дальше Кроу тихо фыркнул, тут же приняв сосредоточенный вид, когда на него покосился Айронвуд. — Устройство создано на основе исследований Ауры и Проявлений. Здесь же господствует, за неимением лучшего слова, магия, — пояснил Озпин. — Принять силу Девы может только молодая девушка. Та, о которой думала в момент смерти предыдущая обладательница, — добавила Глинда. — Ну, или, если не повезёт с последними мыслями, то любая другая на всём Ремнанте, — закончил Кроу. Когда об этом сказала Пирра, я предположила, что она чего-то не поняла или ей не всё сообщили. Но услышать тоже самое повторно от всех участников… — Нелепо. Какими глупцами были те, кто накладывал подобные ограничения на столь «ценный» дар? Я не ожидала получить ответа на свой риторический вопрос. Но по едва заметному изменению лица директора Бикона поняла. — Ты был причастен к этому, — прокрутив посох, безошибочно указала навершием на него. Уже не скрывая эмоции, Озпин с прискорбием вздохнул, заслужив растерянные взгляды своих последователей. — В то время это казалось наилучшим решением. — Наделить силами юных девушек и заставить их сражаться за себя? — крепче сжала ладонью древко. То, как с нами самими поступили Орокин. Создали Варфреймов и отправили детей на войну. Кошмарик низко зарычала. — Айа… — успокаивающе подняла раскрытую ладонь Гудвич. — Неужели ты готова послать вперёд себя тех, кого поклялась защищать? — резко высказала ей, заставив женщину замереть. — Никогда не предполагалось, что Девы начнут сражаться сразу после получения сил, — возразил Озпин. — Наоборот. Возраст был выбран, чтобы они могли обучиться в должной мере прежде, чем начать своё путешествие. — Или чтобы их было проще направлять, в отличие от опытных воинов. На моё замечание директор предпочёл промолчать. — Как бы то ни было в далёком прошлом, — Кроу красноречиво покосился на Озпина. — в данный момент нам приходится работать с тем, что имеем. — Тогда, — прокрутив посох, повторно вонзила его в пол. — Если ради такой работы приходится идти на человеческие жертвы, советую сменить её. Пока не стало поздно, — с отчётливой угрозой сказала я. — Боюсь, ты просто не осознаешь значимость Дев, — важно произнёс Айронвуд. — Они — один из наших главных активов в непрекращающейся войне с Гримм. Их не просто так назвали в честь времён года. Мощь, сравнимая с силой стихий в руках четырёх человек. Вот что такое Девы. — Если бы всё было действительно так, вашего кружка защитников не существовало бы, а Осень не оказалась при смерти, — возразила я. — Так ли была необходима потребность в защите «аќт͠ѝ͝в̚а», если бы он действительно мог повелевать силами самой природы? Озпин с Глиндой насторожились от мелькнувшего в моём голосе звучания Бездны в ответ на мои сильные эмоции, контроль над которыми вновь ослаб. Но я едва обратила на это внимание. Как и сам генерал. — Нападавшие подготовились. У них было что-то, что могло извлечь силу из ещё живого человека. Я помешал этому процессу, но не успел предотвратить его полностью, — пояснил Кроу, тяжело вздохнув. — Теперь нападавшие пришли сюда, чтобы завершить начатое, — утвердительно сказала я, имея ввиду, что под угрозу оказались поставлены жизни не ведающих этого студентов. — Вот именно! — горячо воскликнул Айронвуд. — То, с чем сталкивалась твоя команда, нападения Белого Клыка, кража Праха, всё это взаимосвязано. Поэтому мы все здесь собрались, чтобы помешать угрозе и остановить преступников. — Спасибо, буду знать, — ровно кивнула, наблюдая за Озпином. Внешне он оставался спокоен. Но эмоции выдавали, что ему было словно физически больно от того, что генерал прямо рассказывал о том, что скрывалось от других. — Поэтому… — Не отменяет того факта, что такую нестабильную силу вы ставите выше ӝи͟з͝н̀и студентки, — прервала я генерала. — Даже если бы передача завершилась успешно, жизнь Пирры всё равно бы подверглась угрозе со стороны тех, кто сумел убить предыдущую носительницу. — Без жертв порой не обойтись, — твёрдо оставался на своём Айронвуд. — Джеймс, хватит, — утомлённым голосом произнесла Глинда. — Давайте закончим на этом. — Но это правда, — продолжил тот. — Может, она этого пока и не понимает, не смотря на некий опыт. Но рано или поздно наступит момент, когда придётся чем-то… Генерал продолжил свою речь, вступив в пререкание с саркастическими вставками Кроу, игнорируя окрики Гудвич, что становились всё настойчивей, напряжённый взгляд которой не покидал меня. Я проигнорировала голоса всех. Постепенно отрешаясь от шума и погружаясь в себя. В воспоминания, навязанные настойчивыми словами того, кто не до конца поверил мне, когда прозвучало заявление о моём многолетнем опыте сражений. Действительно, за всю свою жизнь я избегала жертвовать жизнями других, как и заявил генерал. Но был один единственный раз, когда я сознательно пошла на жертву. Имевшую решающее значение в войне. Открытый мостик корабля Тау с троном на фоне пылающего светила. Вихревые всполохи чистой солнечной плазмы, проникающие сквозь защитный купол. Остатки поверженных врагов, разбросанных в округе. Всех, кроме одной. Извилистое лезвие широкого меча, раскалывающее фиолетовый шлем в форме лепестка лотоса. Искусственные зрачки, ярко мерцающие напоследок. Протянутая ослабленная синтетическая ладонь, до боли сжатая моей рукой. Такой родной и далёкий голос. — …Тенно…дитя… — …Айа! — отчаянный женский крик, привлёкший внимание остальных, остался мной проигнорированным. Энергия иного измерения вырывается из меня, когда остатки контроля оказываются стёрты сильными эмоциями. Широкая золотистая волна расходится во все стороны. Окна с громкими щелчками покрываются сетью трещин, механизмы со скрежетом останавливаются, лампы освещения со звоном лопаются. Преподаватели оказываются откинуты назад. С пеленой ярости, что повисла перед глазами, невидяще вглядываюсь в полумрак, освещаемый алым светом зажжённого лезвия косы. В ушах звучит отдалённый грохот взрывов, усилившийся многократно после того, как звучание проклятой мелодии затихло. Сражения других Тенно, которые позволили мне проникнуть на мостик. Они поняли, что моя миссия удалась. Но ещё не знали, какой ценой… Недовольный мявк Смиты, которую также затронул мой эмоциональный всплеск, заставил меня избавиться от оцепенения воспоминаний. Поднявшись как ни в чём не бывало после того, как её кувырками отбросило от меня, Кошмарик подбежала обратно, повторно выразив своё недовольство таким обращением в ворчливом мяуканье. Её простые действия заставили меня осознать реальность и своё положение. Прикрыв глаза, я потратила несколько секунд на то, чтобы вернуть себе привычное спокойствие. Затем обратила внимание на других. В первую очередь на того, чьи слова повлияли на меня больше всего. — Я убила свою мать ради спасения братьев и сестёр! — не совладав с голосом, ядовито произнесла. — Этого достаточно, чтобы генерал великой армии Атласа начал воспринимать меня всерьёз и посчитал достаточно равной? Ранее отброшенный ударной волной, но устоявший, Айронвуд начал вставать из коленопреклоненной позы, когда мой вопрос настиг его. Металлическая конечность, ладонь которой была спрятана за белой перчаткой, приблизилась к рукояти револьвера. Но не сумела до него дотронуться, тревожно заскрипев под моим взглядом в том месте, куда не доставала оболочка его Ауры. С заметным напряжением на лице генерал пытался вернуть контроль над своей рукой. Тщетно. Пока ему в этом не помогли с другой стороны. Глинда, первая заметив признаки моего срыва, оказалась готова и собственной волной ослабила выброс со своей стороны. Теперь же сосредоточенно смотревшая на меня поверх сползших очков, тогда как стек был направлен на Айронвуда, вступив в противостояние с моим желанием смять железку. Она смотрела на меня без упрёка, но с… сожалением? Сочувствием. Мне не нужна была жалость. Но она не отводила взгляда. И на этот раз сдалась я. Прекратив воздействовать телекинезом на металлический протез, погасила косу, тем самым погрузив кабинет во мрак ночи, освещаемый лишь светом Луа. Мне не было жаль за свою вспышку гнева. Почти. Но мысль того, что она была сравнима с несдержанностью самого генерала, заставила про себя скривиться. — Один — солдат, мнящий себя защитником, ступивший на тонкую грань тирании. Оценивающий и измеряющий ценность людей, как активов. Вставший на ноги генерал готов был возразить, но его остановила Гудвич, стремительно сблизившись и предостерегающе придержав ладонью за плечо. Мельком отметив это, я посмотрела на Озпина, поймав его настороженный взгляд. Прикрывшись ранее щитами, он продолжал сидеть нетронутым за своим столом. С самого первого дня пребывания в Биконе я наблюдала за директором, его действиями. За это время у меня сложилось спорное впечатление о нём. Я не могла с полной уверенностью назвать его лжецом, потому что он не обманывал, хотя и использовал недомолвки. Однако теперь… — Другой — манипулятор, убеждённый в своей правоте. Чья показная мудрость служит лишь фасадом для лицедейства. Выражение лица Озпина остаётся таким же нейтральным после моих слов. Лишь в эмоциях отражается затаённая печаль. — Здесь и сейчас присутствует только одна единственная из вас, кто по настоящему заботится как о настоящем, — голосом выделила, значимо посмотрев на Гудвич, которая растерянно поправила очки. — Так и о будущем студентов Маяка, прорезавшего лучами света окружавшую тьму. Кто действительно достойна называться профессором и директором учебного заведения Охотников. Пока она не займёт ту должность, которая ей действительно соответствует, у меня нет желания иметь никаких дел с притворными лидерами Академий. Резко развернувшись, разметав крошево под ногами, сложила и убрала посох за спину. — И будьте уверены, я узнаю, если одна из студенток внезапно пропадёт, — сказала напоследок с ощутимой угрозой. — Как же возможность выбора, которую вы проповедуете? Если мисс Никос всё же решит стать Девой? — догнал меня в спину вопрос Озпина, заданный провокационным голосом. — Её выбор — стать или нет. Мой — помешать этому. Более не желая общаться с директорами, я начала уходить. Остановившись вместе со Смитой рядом с лифтами, обратила внимание на самого пострадавшего от моей вспышки профессора. — Никаких обид, — на мой извиняющийся взгляд поднял большой палец вверх Кроу, потирая поясницу рядом со стеной. — Я полностью согласен с тем, что из меня выходит фиговый преподаватель, тем более директор. Мне как-то проще в поле, — открыто усмехнулся он, заставив едва улыбнуться под шарфом, направив на него ладонь с лечебной энергией. В процессе залечив нанесённые непреднамеренные повреждения, Аура Брэнвена которые, видимо, из-за его Проявления сумела пропустить, я вспомнила о другом обстоятельстве. Том, который едва ли вскользь упоминался за весь разговор. — Если… нужна будет помощь с лечением, — с неохотой протянула, полуобернувшись. — Я готова её оказать. — В этом нет необходимости, — достаточно резко возразил Айронвуд, сцепив руки за спиной. — К сожалению, предыдущей Деве уже ничем не помочь, — с печалью твёрдо дополнил Озпин. Ровно кивнув, я вместе со спутницей покинула разгромленный кабинет, скрылась в лифте. Отправившись вниз, где буквально на выходе оказалась в объятиях обеспокоенных подростков, окончательно позволивших мне обрести привычный, для такой шумной группы, как моя, покой.***
— Не буду говорить, что предупреждал, — тяжело вздохнул Кроу после ухода Айи. — Но Джеймс, какого хрена… — Ты обвиняешь меня в несдержанности?! — огрызнулся Айронвуд, не прекращая проверять пострадавшую конечность. — По факту? Да, — пожал плечами Брэнвен. — Не я же выстрелил в подростка. — Этот подросток… Не обращая внимание на разгоревшийся спор, Глинда подошла к столу директора, единственному предмету мебели, что не пострадал за время разговора. Посмотрев сквозь потрескавшиеся окна вниз, где была видна россыпь проснувшихся студентов, привлечённых как шумом, так и целенаправленными поспешными действиями самой Каси, ворвавшейся в башню, с трудом подавила тяжёлый вздох. — Я полагала, что глаза сереброглазых воинов в момент проявления силы будут исторгать серебряное свечение. А не золотое, — из всей горы вопросов и упрёков, эмоционально разбитая преподавательница выбрала наиболее простой. Но и, как оказалось, наиболее сложный. — Да, я тоже, — также, как и она не обращая внимание на фоновый спор, с отсутствующим видом произнёс Озпин, погрузившись в размышления. Об ошибках прошлого, болезненно напомнивших о себе. Об ошибках настоящего, совершаемых им вопреки своему желанию мира для всех. Для всего Ремнанта. В это же время внизу, скрываясь среди любопытствующих студентов, за воссоединением группы из двух команд с их лидером внимательно наблюдала пара янтарных глаз. Подняв взгляд на вершину башни, наблюдательница не смогла скрыть ухмылку, сумев разглядеть трещины с осколками на подозрительно затемнённых окнах кабинета директора.***
Вернувшись в общежитие, наша группа вновь собралась в комнате моей команды. Пока мы шли, я кратко поведала о прошедшем разговоре в кабинете директора. Тем самым успокоила подростков, потревоженных моим внезапным бегством в компании Смиты. Заместо этого заставив взволноваться о том, что они узнали теперь. — Ну ты даёшь, конечно, — впечатленно произнесла Янг. — Ворваться в башню и требовать что-то от двух директоров, не говоря уже профессоре Гудвич! Забравшись на кровать со скрещёнными ногами, она пораженно покачала головой, пытаясь свыкнуться с тем, что услышала. — Не кажется, что это было… слишком? — осторожно высказалась Вайсс, заняв стул и поспешно добавив. — Нет, я понимаю, что история с машиной для переноса личности и Ауры выглядит скверно. Но, возможно, профессора знают, что делают? Тем более там присутствовал ваш дядя, — кивнула сёстрам. — О сокрытии секретов от своих любимых племянниц мы ещё поговорим с дядей Кроу, — помрачнела Янг. Руби, сидя напротив рядом со мной, согласным кивком поддержала её. — В том то и проблема, что директора Атласа и Бикона знали, на что идут, — озлоблено сверкнула Блейк сузившимися зрачками с верхнего яруса, куда забралась, чтобы не быть стеснённой внизу. — И всё равно решили поставить чужую жизнь на кон. — Скорее звучало так, что их группа находилась в отчаянном положении, — высказался Рен снизу. — И хотела любыми средствами не допустить попадание силы, — неопределённо взмахнул ладонью. — В руки предполагаемого… Мгновенно оказавшись рядом, Нора ткнула в бок напарника, прервав его. В прыжке дотянулась до макушки Белладонны, и после бросила обеспокоенный взгляд на Пирру. Потирая затылок Блейк недовольно покосилась на Валькирию. Затем с сожалением посмотрела на Никос. Кандидатка в Девы Осени стояла, прислонившись к двери, с потерянным видом опустив голову вниз. — Ладно, беру свои слова назад, — следом за другими обратив внимание на напарницу, сказала Вайсс, добавив с большей злобой. — Директора заслужили это. — А как же разговоры об излишнем применении силы? — с весельем спросила Янг. — Понятия не имею, о чём ты говоришь. Шни независимо отвернулась. — Возможно, я сорвалась, — нейтрально произнесла, приковав к себе внимание всех. Если первый всплеск энергии служил демонстрацией серьёзности моих намерений, то последующий эмоциональный взрыв не был преднамеренным. Но по большей мере мне удалось его сдержать. Иначе на месте башни сейчас могла бы зиять трещина в ткани реальности. Разлом, ведущий в Бездну… — Речь генерала вывела меня из себя тяжёлыми воспоминаниями, всплывшими на поверхность за время разговора, — добавила в пояснении. — Знаете, — поёжилась Янг, не обращаясь ни к кому конкретно. — Мне как-то стало не по себе от осознания, что Айронвуд сумел задеть Айу! — интонацией выделила моё имя, подразумевая мою сдержанность и повседневную невозмутимость. — До такой степени, что вспышку и звон разбитого стекла слышали и видели, наверно, во всей Академии. Вокруг башни так точно. Остальные согласно кивнули на её слова. — Соблюдай они свои прямые обязанности, ответственность за наставничество, взятую на себя, этого бы не произошло, — указала я. — Но ведь профессора учат нас, — тихо отозвалась Руби, выглядя такой же потерянной, как и Пирра. — Бикон выпустил множество Охотников, которые защищают мир. — Ну, сестрёнка, мы все думали также до того, как узнали о существовании их тайного культа, — развела руками Янг. — Или скрытного рыцарского ордена! — воскликнула Нора, заставив вздрогнуть Блейк сверху. — А что? Охотники больше ведь походят на рыцарей, чем на ребят в тёмных балахонах, скрывающихся в ночи. С тем же неунывающим энтузиазмом закончила, приободрив и выудив слабые улыбки у Вайсс, Руби и Янг. — А меня, получается, взяли на два года раньше только из-за серебряных глаз, — с разочарованием добавила Роуз. Кроме пересказа беседы, где преподаватели ошибочно приняли меня за представителя общины сереброглазых воинов, ранее я также поведала всё, что мне самой удалось узнать о них. То-есть совсем немногое. — Жалеешь, что не оказалась особенной? — по сестрински усмехнулась Янг. — Но я не чувствую в себе некую силу, связанную с глазами, — смущённо проговорила Руби. — Группа Озпина выбрала путь сокрытия, — сказала я. — Оберегая свои тайны. При этом желая владеть чужими. Это… разочаровывает. Поднявшись с кровати, подошла к подоконнику, на котором привычно развалилась Смита. Там, в окне, в свете Луна виднелась башня, вершина которой оказалась повреждена. — Может, чтобы противники не узнали о них, — попыталась оправдать профессоров Вайсс. Но интонацией, как и эмоциями, выдавала, что сама не была уверена в сказанном до конца. — Даже если бы я открыла им знания о себе и других Тенно, они с жадностью поглотили бы их, не предоставив ничего взамен, — с уверенностью произнесла, вспоминая отрывки прошедшей встречи и все ранние разговоры. — И ты пришла в… негодование, — дипломатично высказалась Вайсс. — Потому что профессора хотели затянуть к себе Пирру. — Частично. Главной причиной моей злости стало далеко не это. Погладив сонно мяукнувшую Кошмарик, я задумчиво продолжила: — Мне неприятно то, что такие дети, как вы, с раннего возраста сражаетесь в мировой войне. Реакция на мои слова последовала незамедлительно. — Но, но мы ведь сами выбрали стать Охотниками! — встревоженно поднялась Руби, выразив всеобщее мнение. — Только то, что вы выбрали свой путь добровольно, примиряет меня с подобной концепцией, — обернулась к внимательно слушающим меня подросткам, включая Пирру, поднявшую голову. — Которая напоминает мне мою судьбу, судьбу всех Тенно, — жёстко постановила. История оставалась свежа в их памяти. Как меня и других братьев и сестёр бросили в войну в возрасте, младше самой Руби. С этим осознанием подростки присмирели. Медленно встав, Янг приобняла сестру, едва ли обратившую на это внимание. Так как взгляд Роуз оставался прикован ко мне, полный сострадания и тепла. — Но в текущей ситуации я её не вижу. И наблюдаю лишь попытку заставить подростка сражаться за взрослых в их войнах. С чем я никогда не соглашусь. — Но что, если они правы, и последствия моего отказа приведут к катастрофе, — нерешительно пробормотала Пирра с нотками страха в голосе. — Возможно, — пожала плечами, заставив её широко раскрыть глаза. — Но это не будет твоей ошибкой. Только их. Из-за желания сохранения тайн. — Хочешь сказать, что скрывается что-то ещё помимо..? — Янг кивнула на Никос. — Вообще странно, что выбор пал именно на тебя, а не на Айу, — высказалась Вайсс, кивнув напарнице с извинениями. На что та едва улыбнулась. — Из вас двоих и так понятно, кто сильней. А с силой «Девы» так и подавно. — Кстати да, подозрительно, — согласно добавила Янг вместе с кивком Блейк и Рена. — Один из критериев передачи наследия — возраст. Полагаю, связан с тем, что на юнцов проще повлиять. Также, как заявить Пирре, что от её решения зависят судьбы других, — пояснила я. Понимающие взгляды обратились на Никос, вскоре сменившись на враждебные. По отношению к тем, кто желал манипулировать их подругой, известной своим альтруизмом. — К тому же заявления о мощи стихий я не считаю оправданными. Иначе предыдущей Деве не понадобился бы пригляд, как и она сама не оказалась при смерти. — Так всё-таки есть что-то ещё? — повторила Янг. — Полагаю, — согласно кивнула. — Но об этом не будет известно, пока директора не переменят свои взгляды касательно секретов. Даже по отношению к союзникам. — И что будет дальше? — спросила Руби, сев обратно на кровать и рассеянно погладив дремавшего на ней почти никем не замеченного Цвая. — Пирре предстоит самой принять решение, — кивнула ей. Молодая девушка нерешительно обхватила плечо ладонью, опустив взгляд. — В любом случае у тебя будет моя поддержка. Во всём. Даже если она в итоге согласится, у меня просто состоится ещё один разговор с директорами. Гораздо более требовательный, касающейся «машины» Атласа. Я не позволю Пирре Никос утратить её суть, то, чем она является. Параллельно моим мыслям остальные также принялись бурно заверять ошеломлённую такой реакцией Никос, что она могла рассчитывать на их помощь. При этом прямо намекая на то, что между директорами с их сомнительными предложениями и древним многоопытным воином прислушиваться стоило к последнему. Или последней. — Гримм, я ведь действительно со всем этим забыла о реальном возрасте Айи, — хлопнув себя по лбу ладонью, пораженно проговорила Янг. — После пробуждения Ордис мне сказал, что я прекрасно сохранилась для своих лет, — невозмутимо отметила я, вызвав волну смешков, в том числе от приободрившейся Никос. — Но разве не получается, что в твоих глазах мы все выглядим сущими детьми? — продолжила Сяо Лонг, полыхнув в эмоциях беспокойством. Руби также, прекратив поглаживать разомлевшего корги, с некоторой тревогой посмотрела на меня, пока другие выражали заинтересованные взгляды. — В некоторых аспектах — да. Также, как вы видите меня ребёнком в социальном, — призналась я. Если первая половина моей фразы необъяснимо для меня расстроила сестёр, то после второй они заметно повеселели. Тем самым доказав правдивость моих слов. — То-есть ты всё соизмеряешь через призму опыта? — утвердительно спросила Вайсс. — И мастерства. В основном. После подтверждения этого я вновь посмотрела на Янг с Руби. Эмоции сестёр всё также пребывали в нестабильном состоянии, перескакивая с грусти на радость и обратно. Потратив краткое время на раздумья, мне не удалось обнаружить причину подобной реакции. Поэтому, так как мой социальный гид в лице Роуз оказалась недоступна, я почти что с мольбой во взгляде повернулась к остальным. — А, у них просто встал вопрос, действительно ли ты их любишь, — с лёгкостью отмахнулась Вайсс, на краткий миг блеснув озорным выражением лица. Отметив краем сознания смущённые взгляды сестёр, возмущенно уставившихся на Шни, которая с независимым видом с трудом пыталась сдержать смех, я задумалась над тем, как ответить. — Проснувшись, первоначально, — неторопливо начала, моментально переключив внимание девушек на себя. — Моя цель состояла в том, чтобы узнать о современном мире. Поступление в Бикон служило поиску углублённой информации об Аурах, Прахе, Проявлениях и тому подобному. Признаться, я не планировала задерживаться в Академии сверх того. И к моменту миссии в порту узнала всё, что мог предоставить Бикон для своих студентов. Подсев поближе, Руби ухватилась за мою ладонь с выражением лица, словно я собиралась исчезнуть в ближайшее время. Янг, наоборот, сжав кулаки и нахмурившись, пристально смотрела на меня. — Но ты осталась, — в размышлении произнесла Пирра. Подойдя она присела на колено рядом с кроватью. — Из-за взятых обязательств? — склонила голову на бок. Никос, как и остальным, было прекрасно известно, что я всегда внимательно и серьёзно относилась ко взятым на себя обязанностям. — В начале так и было, — согласно кивнула. — Причина, по которой ты тренировала нас, постоянно выставляя себя противником, — в осознании расширился взгляд Вайсс. — Чтобы мы могли в случае чего сражаться втроём… Хватка Руби на руке усилилась. — Рано или поздно спарринги, — посмотрела на Пирру. — Сражения в Симулякруме, — перевела взгляд на Вайсс. — Должны были прекратиться. Когда я посчитала бы, что вы достигли приемлемого уровня. Чтобы в будущем обойтись без меня, — под конец повернулась к Руби, наблюдая за капельками влаги, скопившимися под её глазами. — Этот момент давно прошёл, но я осталась. Поначалу находя мелкие оправдания, пока в конце не осознала, что вы все стали мне гораздо ближе, чем я могла даже предположить. В растерянности сморгнув слезинки, моя напарница и девушка избавилась от грусти в глазах. Чего я и добивалась, раскрывая правду. — Как я говорила, — обратилась ко всем. — В отличие от союзников, которые у нас были, друзей, сами Тенно, мы являемся семьёй, — мягко освободив ладонь из рук Руби, положила её себе на грудь. — Несмотря ни на какие противоречия или конфликты мы придерживаемся этой связи друг с другом и дорожим ею больше всего. И на моей памяти никогда не появлялась личность, которую Тенно могли бы принять к себе, приблизить, как одного из своих братьев или сестёр. Но сейчас я могу с уверенностью сказать… признать, — вздохнув, на мгновение прикрыв глаза, раскрыла их, объяв свой силуэт золотистым пламенем в решительном заявлении. — Все вы, находящиеся сейчас в этой комнате, стали мне близки, как любой из Тенно. И я не собираюсь вас покидать. Никогда. Секунды безмолвной тишины, пока я смиренно ожидала реакцию на свои слова, прошли почти незамеченными, сменившись бурей эмоций, обрушившейся на меня, грозя смести. Точнее, я едва успела погасить своё пламя, прежде чем Руби с Янг, Норой и Пиррой, не успевшей отступить с дороги, в действительности накинулись на меня скопом, повалив на кровать. Тогда как Рен с Блейк и Вайсс наблюдали за нами, проецируя исключительно положительные эмоции. Я не мешала подобному проявлению радости, с улыбкой расслабившись, с новизной ощущая на себе вес других тел, которые не желали меня убить. Но прежде, чем освободилась, будучи погребённой под ними, на пределе слуха расслышала искажённое недовольное ворчание. Что только заставило меня улыбнуться ещё шире, не обращая внимания на возможные опасности в будущем. Мою раскрытую улыбку из-за стянутого в процессе шарфа, девушки приняли на свой счёт, что было отчасти правдой, увеличив их восторг. В итоге им потребовалось гораздо больше времени, чтобы успокоиться и слезть с меня. — Хм, а я не могу не отметить, что на любовный вопрос ты так и не ответила, — не скрывая озорную ухмылку, указала Вайсс. — Признаю, что раньше не до конца осознавала концепцию любви, — ответила, выпрямившись и расправив складки Коппры. — Даже сейчас я не могу сказать точно, что до конца понимаю её, — переглянулась между сёстрами, что остались сидеть рядом со мной с разных сторон. — Но могу сказать со всей той уверенностью, что имею на данный момент... Я люблю вас, — твёрдо постановила. На этот раз мне совершенно не пришлось ждать последующей реакции. Мгновение спустя я ощутила мягкое, но требовательное прикосновение к своим губам, параллельно осознав, что шарф всё ещё был опущен. Следом за поцелуем Янг обхватила мою голову руками, потянув к себе, углубляя телесный контакт. Её глаза были закрыты, и я последовала её примеру, прикрыв веки и нежно обхватив за спину. Ощущая безграничную теплоту и ласку, эмоционально и физически, с головой погружаясь в них, параллельно я почувствовала на себе другие объятья, когда Руби почти также требовательно, как сестра, прижалась ко мне сбоку. С большой неохотой разорвав поцелуй, я мягко отстранилась, наблюдая за мечтательным взглядом фиолетовых глаз, смотревших, казалось, сквозь меня. Повернувшись к Роуз, обнаружила её жалостливое личико, глядевшее на меня снизу вверх, не ослабляя объятья. Также мягко, как ранее с Янг, расцепив на себе хватку Руби, я коснулась пальцами её подбородка. Заставив приподнять голову, осторожно поцеловала девушку, зажмурившуюся в храбром отчаяние. После чего её выражение лица тут же расслабилось. Не пытаясь углубить контакт, как это было со старшей сестрой, я наслаждалась нежными эмоциями младшей, которая с лихвой довольствовалась малым, фонатируя счастьем и ликованием. — Сестрёнка, я поражена, — восхищённо проговорила Янг, вернув себе самообладание. Отстранившись, мелькнув напоследок грустью, Руби со смущённым писком, стоило ей осознать, что оказалась под всеобщим вниманием, спряталась за моей спиной. — Стоит ли нам продолжить в каком-нибудь укромном месте, уединившись втроём? — продолжила поддразнивания Сяо Лонг. — Если, конечно, никто не хочет присоединиться, — внезапно добавила, бросив подозрительный взгляд на других. Также следом, пропустив моментально отреагировавшую в возмущении Вайсс, но отметив проблеск любопытства в её эмоциях, я обратила внимание на остальных. Отвернувшись к стене, Рен с интересом наблюдал за картинами, нарисованными мной под руководством Шни. Нора, стоя рядом, широко улыбалась, не скрываясь наблюдая за нами. Сверху Блейк полными страсти янтарными глазами внимательно следила за происходящем внизу. Пирра же, вырвавшись и вновь оказавшись на ногах рядом с моей кроватью, застыла на месте с полуулыбкой и расширенными зрачками. — …непотребства исключительно в комнате своей команды! — обвинительно указала Вайсс пальцем на Янг. — А если мы проголосуем, и Пирра присоединится к нам? Сестрёнка, думаю, будет не против, — с дерзкой ухмылкой произнесла Сяо Лонг, взлохматив свои золотистые волосы после возни на кровати. — Тогда получится трое против одного. Кажется, я вновь потеряла нить разговора. Судя по тому, как лицо Руби стремительно приобрело цвет её плаща, вместе со вспыхнувшими эмоциями на слова сестры, она сумела осознать контекст. С которым вряд ли собиралась поделиться со мной потому, как отчаянно пыталась не смотреть мне в глаза. Тем временем Янг с самодовольством продолжала провоцировать Вайсс, втягивая в это её напарницу. Тогда как Шни, с отчаянием бросившись и обняв Пирру, увещевала её в чём-то другом. Сама же Никос продолжала с потерянным видом неподвижно стоять на месте. Только на этот раз не от осознания нависшего над ней злого рока, а от чего-то гораздо более… тривиального?
