***
Once you drink my blood, we'll be connected forever.
Стэн не замечает, как оказывается на холоде, всё ещё чувствуя голод внутри. Дыхание сбилось ещё рядом с Биллом, но и сейчас упорно не собиралось приходить в норму. Юноша бездумно бредёт по тротуару, совершенно не разбирая дороги. Время от времени его толкают в плечо, когда он совсем сворачивает с дорожки.
Слюна во рту становится невыносимо противной на вкус. В голову лезут мысли о том, что нужно было не сдерживаться, ведь добыча была так
близко. Нужно что-то выпить. На этой мысли Урис заставляет сознание сконцентрироваться и уже через пару минут находит какую-то небольшую кафешку, думая о том, что стакан кофе не повредит.
Вкус напитка был не так сильно ощутим для него, как, скажем, вкус крови. Однако он был достаточно везучим для того, чтобы иметь возможность есть человеческую еду, пусть она не насыщала в должной степени. У чистокровных она попросту не усваивалась, и Стэн был искренне удивлён тому факту, что люди не замечали эту 'странность'.
Волки жили совсем рядом с оленями, умело скрываясь под масками.
Колокольчик на двери моментально оповещает о новом посетителе, стоит слегка толкнуть дверь. Юноша подходит к стойке, наугад заказывая какой-то десерт, не особо заморачиваясь с этим.
Эдди сидит почти в самом конце зала за угловым столиком и увлечённо читает меню, придумывая, что бы ещё дозаказать. Чизкейки уже надоели за столько времени, поэтому он думает о чём-то более классическом, как слышит знакомый, пробирающий до мурашек голос. Стэнли? Удивлённо оглядывает посетителей, подмечая кудрявую макушку. Оставив шарф на столе, Каспбрак тихо подбирается к нему, резко схватив за плечи, и обнимает. Вампир вздрагивает, глубоко погрузившись в свои мысли.
— Никогда бы не подумал, что ты ходишь в такие места, — астматик лучезарно смеётся, заставляя Уриса улыбнуться в ответ.
— Хожу, но довольно редко, — забирает кофе с тортом, следуя за Эдди.
Кудрявый совершенно не удивляется, увидев столик, который выбрал друг. Тихое, уютное местечко. Годфрой бы обязательно поморщился от таких слов. Но Стэн скучал по таким местам, которых становилось всё меньше. Он не разделял предпочтений остальных вампиров, тем самым в очередной раз доказывал свою нечистокровность. Эдди, Ричи, а теперь ещё и Билл были главным доказательством того, что он мог быть
человеком.
Каспбрак тихо кашляет, глотнув горячей жидкости, и морщится.
— Не стоило мне пить твой кофе, — щупает обожжённые губы рукой, тут же делая глоток из своего стакана с обычной водой. — Почему ты сюда пришёл? — Урис едва поднимает бровь. — Я имею в виду, что ты просто так не делаешь подобных вещей.
— Вынудили, — говорит спокойным голосом, чётко понимая, до какого момента может рассказывать. Хотя астматику хочется выложить всё, и он не может это объяснить, да и настолько рисковать определённо не станет.
— Думаю, мне не нужно спрашивать
кто, — уголки губ слегка приподнимаются в полуулыбке.
Юноша молчит, но они оба знают ответ. Каспбрак знает намного больше, чем показывает. Стэн вряд ли удивится, если в какой-то момент он подойдёт к нему и скажет, что знает про его сущность.
— А я вот сидел, ждал Ричи, но у него появились какие-то планы, поэтому пришлось куковать одному, — наигранно вздыхает, мимолётно касаясь чужой руки. — Ты до сих пор не согрелся?
Урис уже давно выработал ответы на такие 'базовые' вопросы, но сейчас логичное объяснение для человека почему-то не приходило в голову.
— Мои руки всегда холодные. Особенность крови, — медленно потягивает кофе, представляя, что это свежая кровь.
Нужно скорее домой.
— Интересно, — прищуривается, а потом идёт выбрасывать стаканчик. — Думаю, нам не стоит задерживаться, что скажешь?
— Ага, — забирает напиток с собой, мысленно благодаря судьбу за то, что Эдди предложил расходиться, ведь иначе он мог бы рассказать много ненужного.
Домой нужно, чтобы выпить донорской крови, но совершенно не хочется, поэтому юноша медленно бредёт по вымощенной плиткой улице. На часах уже давно за комендантский час, но ему нечего бояться, а значит можно не торопиться. Помнится, когда-то давно он боялся темноты, а сейчас ночь — его любимое время суток. Все давно сидят по домам, встречаются только редкие прохожие, которые даже не смотрят в его сторону.
Шагов практически не слышно, как будто он вовсе и не движется. Тусклый свет уличных фонарей позволяет оставаться в относительной тени, что как нельзя кстати. Юноша бредёт, не стараясь разбирать дороги, ведь он по-любому найдёт свой дом. Он концентрируется на слухе, чтобы не оживлять в памяти произошедшие события, о чём в скором времени начинает жалеть.
Сначала всё кажется довольно безобидным — он слышит шаги. Несколько человек, верно, что друзья. Крик. Стэн останавливается, нахмурившись. Как сильно помутился его рассудок после встречи с Биллом, что у него уже начались галлюцинации? Снова этот звук. Теперь юноша точно уверен, что это происходит на самом деле. Он уже было хочет развернуться, чтобы уйти — вмешиваться в чужие разборки не было его привычкой, как в воздухе разливается запах крови.
Клыки начинают ныть, царапая губы, потому что запах только сгущается. Радужка мгновенно окрашивается алым. Сейчас пройти мимо не получится.
Вампир ускоряет шаг сворачивая в тёмный переулок. По началу на него даже не обращают внимания, пока один из хулиганов не летит на землю. Перед глазами стоит красное марево, запахи крови заполняют всё вокруг, и в
какой-то момент Урис даже думает, что от такого вполне и в обморок упасть можно. Не проходит и минуты, как все нападающие подбирают ноги в руки и уносятся в разные стороны. Паренёк, лежащий на земле, тяжело дышит и поднимается на ноги только благодаря Стэнли. Из-под лоскутков порванной рубашки выглядывают множественные синяки и гематомы, на руках — ссадины и царапины, из которых соблазнительно струится свежая кровь. Парень настолько устал от всего, что даже не испытывает страха перед незнакомым ему
нечеловеком, который периодически отворачивается от него, чтобы вдохнуть что-то помимо алой жидкости.
— Нужно обработать раны. Ты далеко живёшь? — лучше бы он пошёл домой сразу после встречи с Эдди.
— Нет, но.
— Я доведу тебя и помогу всё обработать, — чёрт, ну не пить же его кровь. Кудрявый с ужасом смотрит на свои руки, измазанные в чужой крови, и шумно сглатывает.
Как он только до сих пор держится? Видимо, Норд был прав, когда сказал, что в нём осталось что-то человеское, что позволяет ему вести себя достойно в такие моменты.
Парень едва ли может возражать в такой ситуации, поэтому, опираясь на чужое плечо, начинает шагать к дому. К тому моменту, как они вваливаются в подъезд, кровь всё ещё не останавливается, и Стэну даже не нужно смотреть, чтобы
знать это. Парень обессиленно падает на диван на кухне, и вампир каким-то чудом находит вату, бинты и перекись. Это нереально сложная задача — сдерживаться в такой ситуации, а он даже не знает, зачем ему это.
Пострадавший едва дышит из-за полученных травм. Грудную клетку сдавливает так, что едва ли остаются силы поддерживать нормальное, а не обморочное состояние. Урис смотрит на это с нескрываемой скорбью, это будет слишком долго заживать, да и вряд ли полностью восстановится.
Перед глазами мелькают события той ночи, когда один из вампиров протягивал ему своё запястье. Стэн отчётливо помнит, как сопротивлялся в тот момент, но его заставили. Теперь, зная все законы нелюдей, он понимает, что они не имели права дать ему умереть.
Даст ли он сам выбор этому парнишке?
Не долго думая, он берёт нож, надавливая на кожу в районе запястья.
Жизнь изменится в корне, но она хотя бы останется.
Подходит к парню, протягивая ему эту руку, игнорируя удивлённый взгляд.
— У тебя только один выбор — пить, — едва удерживается от того, чтобы вздрогнуть, когда горячие губы касаются ледяной кожи, но это скорее остаток человеческих привычек. Пары капель его крови достаточно для того, чтобы рёбра начали приходить в изначальную форму, но мало для обращения, поэтому Стэн следит за тем, когда отнять руку.
По разбитым губам стекает капелька крови, которую незнакомец мгновенно слизывает — вампирская кровь не вызывает у людей отвращения, скорее не сильно здоровое желание пить её снова и снова, как будто это заложено природой — вампир должен обратить человека.
Дыхание парня моментально восстанавливается, но на него накатывает сон, поэтому кареглазый быстро удаляется из чужой квартиры, зная, что больше не сможет сдерживаться. Отдав немного своей крови, рассудок затуманивается только сильнее, потому что инстинкты требуют доведения дела до конца.
Урис не помнит, как добрался до дома, что делал потом. Утро нового дня сваливается снегом на голову, и кудрявый чувствует небывалую усталость и раздражение. Единственным разумным решением становится уговорить себя отсидеть хотя бы половину пар, но, в конце концов, он даже задерживается после их окончания, чтобы обсудить вопросы с преподавателем.
По окончании занятия, Стэнли едва ли держат ноги, и он еле выползает из кабинета. Голова раскалывается, и единственное, чего он сейчас хочет — побыстрее добраться до дома. В здании института практически никого не осталось, ведь пары закончились около часа назад, если не больше. Но не успевает юноша облегчённо выдохнуть, как слышит знакомый голос:
— П-привет.
В голове что-то щёлкает, стоит только на секунду вдохнуть
его запах. Кислород перемешивается с ним, и, кажется, что воздуха почти не остаётся. Пространство тяжелеет, а сердце начинает глухо биться внутри, будто бы в невозможности перерабатывать такой 'воздух'.
Гормоны мгновенно зашкаливают в крови, а рецепторы мгновенно начинают сходить с ума. В ушах стоит пульс Уильяма, эхом отдающийся в собственном сердце. Урис ловит себя на мысли о том, что пялится на парня уже несколько минут, не произнеся ни слова.
— Почему ты ещё в институте? — кудрявый мало удивляется, услышав свой низкий голос. Скорее удивляет тот факт, что голос вообще есть, учитывая, что нервы понемногу начинают сдавать. Он задерживает дыхание на пару секунд, надеясь, что это поможет, но забывает вовремя вдохнуть небольшую порцию кислорода, из-за чего делает глубокий вдох. Зрачки расширяются, словно он только что принял наркотик. Но Билл и есть наркотик. Колени подгибаются, и он обессиленно приваливается плечом к стене, шипя от ноющей боли в затылке и привлекая внимание Денбро.
— У т-тебя всё х-хорошо? — юноша буквально на глазах теряет пространственную ориентацию, беспомощно хватаясь за стенку и начиная судорожно хватать ртом воздух.
Но делает только хуже.
Билл делает два шага по направлению к нему, но кареглазый шипит, вытягивая руку вперёд. Парню не нужно всматриваться, чтобы увидеть, как дрожат его пальцы.
— Даже не пытайся, — едва выдавливает из себя слова, сгибаясь пополам от неистового желания вонзить клыки в горячую плоть. Присвоить себе.
Заика недоумённо замирает, пусть на его лице и написано, что вопросов не избежать, но он хотя бы послушался. Рука замирает в десятке сантиметров от Стэна, который чувствует исходящее от Билла тепло, что заставляет крышу ехать чуть быстрее. Он ощущается как большое тёплое облако, которое окутывает его.
— Ч-что с тоб-бой происход-дит? — парень обеспокоен, и его волнение можно понять, но Урису сейчас совсем не до этого. Он делает ещё один маленький шаг вперёд. Слышится рык, и сильные руки мгновенно притягивают к себе. Вампир едва не стонет, чувствуя желанного человека настолько близко, что аж дыхание захватывает. Мышцы ноют, потому что он сопротивляется, заставляет себя держаться до последнего, но, в конце концов, он позволяет себе уткнуться в изгиб манящей шеи, чувствуя, как Денбро вздрагивает, а потом успокаивается, переставая ёрзать. Однако его сердце всё ещё продолжает колотиться как припадочное. Клыки неумолимо увеличиваются, и кареглазый нехило проверяет себя, находясь настолько близко. — Т-тебе нравит-тся мой зап-пах?
Стэн держится изо всех сил, чтобы не заурчать от того, как близко находится человек, но вопрос Уияльма выбивает из лёгких весь воздух. Кудрявый шумно сглатывает, стараясь прогнать из головы образы, в которых Денбро добровольно подставляется под клыки.
— С-Стэнли?
— Помолчи, — выдыхает, ощущая, как парень под ним вздрагивает. — Мне нужно пару минут, и я отпущу тебя.
Приходится уговаривать зверя внутри, объяснять, что раньше, до появления Билла, жизнь была лучше, ведь они друг друга не трогали. Можно сказать, жили отдельной жизнью — Стэн пил донорскую кровь, сущность внутри была этим довольна. А теперь она не даёт ему отпустить несчастного парнишку, которому посчастливилось в это ввязаться. Урис на мгновение задаётся вопросом — почему его до сих пор не оттолкнули?
Билл странный, потому что он позволяет прижимать себя к стене почти незнакомому человеку, при этом не сильно пытаясь вырваться. Он непонятный, ведь какой нормальный человек будет идти на поводу у вампира? И всё это, чёрт возьми, слишком привлекательно для него.
Для того, кем он на самом деле является. Запах, действия, повадки — всё кричит о том, что Билл хочет принадлежать ему, едва ли держащему себя в руках при виде крови.
Денбро ёрзает, краснея, и отворачивается, замирая, когда холодный нос проходится по открытой шее.
— Что ж ты делаешь? — Урис готов на стенку лезть от болевых ощущений в дёснах. Ещё никогда у него не было столь сильной потребности отведать 'живой крови'. Но Билл, чёрт бы его побрал, даже не пытается сопротивляться. Как он может себя контролировать сейчас, когда человек себя так ведёт.
— Е-если тебе н-нужно, — оттягивает пальцами воротник рубашки, чуть шикнув, когда Стэн слишком сильно вцепляется в его плечо руками.
Здравый смысл кричит бежать подальше, пока не случилось непоправимого, а инстинкты радостно мурчат, упиваясь лёгкой добычей.
Денбро видит,
насколько сильно Урису это нужно, и отчаянно не понимает, почему юноша так сопротивляется.
Первая выпитая напрямую кровь не даёт шанса на возврат. Ему страшно, ведь перед ним нечеловек, обладающий огромными силами, но это в то же время его Стэн, добродушно показавший ему дорогу.
Ему требуется всего секунда, чтобы решить всё за двоих. Билл резко подаётся вперёд, цепляя зубами чужую шею, всего на секунду сжимая челюсти, едва ли чувствуя вкус кожи. Стэн рычит, чувствуя, как начинает проявляться алый след, мгновенно отталкивая от себя парня, и в следующую секунду впивается в его шею. Уильям почти вскрикивает, цепляясь за плечи вампира, и старается отвлекать своё сознание, чтобы не потерять его.
Стэн пьёт до того жадно, что перед глазами темнеет. Свежая кровь обжигает горло, стекая по губам и забираясь под рубашку. В голове вспыхивают воспоминания, связанные с Уильямом: то, как парень подошёл к нему в автобусе, как порезал палец на уроке, и Урису пришлось свалить, чтобы не выдавать себя. Кровь будто меняет вкус, в ней появляются терпкие нотки, но она всё ещё не теряет своей сладости. Юноша едва слышно стонет, посылая вибрации по шее Билла, и сильнее вжимает его в стену, прикладывая о неё же головой.
— Прости, — отрывается незадолго до точки невозврата, которую он так явственно может ощутить в этот момент. Денбро заметно ослабевает, поэтому Урис подхватывает его под руку, дотаскивая до скамейки и устраивая его там.
Вампир сидит возле парня около часа, но тот всё ещё не собирается приходить в себя, заставляя Стэнли всё чаще проверять его пульс. Память играет с ним злую шутку, ведь он совершенно не помнит, сколько крови он выпил. Запах Билла настолько вскружил голову, что он попросту перестал себя контролировать. Становится страшно — в таком состоянии он мог легко не остановиться вовремя.
В голову приходит мысль о том, что нужно отнести Денбро домой, и юноша легко подхватывает бессознательное тело и направляется к выходу. Впервые за долгое время он решает использовать вампирскую скорость, потому что ехать на общественном транспорте в таком состоянии явно не лучшая идея. По пути он вспоминает адрес парня, и вот через пару минут он уже стоит перед входной дверью.
Взгляд медленно скользит по месту укуса, и Стэн облегчённо выдыхает, увидев, что кожа начинает затягиваться. Даже быстрее, чем у других людей. Но кудрявый всё равно предпочитает закрыть это место воротником, а потом нажимает на звонок.
Слышатся тихие шаги, и Урис готов поклясться, что это младший брат Билла. Он знает это по распространяющемуся запаху, он схож с запахом старшего, но между ними есть неуловимая разница, которая довольно ощутима.
— Вам кого?
— Я привёл твоего брата, он потерял сознание в школе, — старается звучать как можно убедительнее, хотя Джорджи охотно ему верит. Похоже, Денбро старший часто теряет сознание по пустякам. — Где его комната?
Мальчик ничего не отвечает, только проходит вглубь дома, а кареглазому остаётся только следовать за ним. Комната парня оказывается уютной и светлой, как Стэн и думал. В голову невольно закрадывается мысль о том, что уходить не хочется. Но он не может остаться.
— Спасибо, что довели его дома, — Джорджи закрывает дверь, едва ли улыбнувшись в знак благодарности.
— Ты бы не стал благодарить меня, узнав, что я сделал.
