Ликорис

      Пройдя половину густого леса, небольшой отряд во главе с Чонгуком остановился на ночной привал на небольшой поляне. Каждый воин прекрасно знал свои обязанности, поэтому стоило им только слезть с коней, как они тут же разбрелись кто куда. Одни отправились на поиски хвороста, другие отвели коней в сторону, чтобы накормить, некоторых Чонгук взял с собой на охоту, а остальные занялись провизией.       Чимин внимательно наблюдал за каждым, пока его не отвлек один из воинов.       ─ Ваше превосходительство, разрешите накормить вашего коня, ─ в поклоне произнес воин.       Юноша засмеялся.       ─ Тебе и другим воинам не стоит обращаться ко мне так официально. Ведь сейчас я ничем не отличаюсь от вас, ─ Чимин спрыгнул с коня и похлопал воина по плечу, ─ как твое имя?       ─ Сунхо, господин, ─ выпрямившись, произнес мужчина.       ─ Ты понял меня, Сунхо? ─ Чимин мягко улыбнулся.       ─ Да, господин! ─ слегка смутившись, ответил Сунхо, смотря вслед уходящему юноше.       Хоть дракон говорил, что ничем не отличался от других, все равно все знали, что он другой. Божество есть божество. Даже сама природа напоминала всем об этом. Стоило только ногам Чимина коснуться земли, как снег таял, и в небольшом следе, оставленном божеством, расцветал цветок.       Чимин подошел к куче хвороста, которую пытались разжечь два воина, но выходило у них не очень, так как дрова были сырые. Дракон коснулся веток, и они тут же вспыхнули ярко-алым пламенем. Воины, громко воскликнув от неожиданности, отскочили назад, вытаращив на юношу глаза. Длинные языки пламени освещали прекрасное лицо божества, отражаясь в его черных глазах.       ─ Тебе не стоило этого делать, ─ подойдя к юноше, холодно произнес генерал, вызволяя дракона из собственных мыслей, ─ они должны были сами развести костер. Это их обязанность.       Чимин посмотрел на Чона, держащего в руках за уши четырех зайцев.       ─ Порой, можно быть мягче к своим подчиненным. Они и так недавно пережили по моей вине свою смерть. Можно оправдать мои действия как попытку загладить мою вину перед ними, ─ ответил Чимин и, одарив генерала легкой улыбкой, направился к другим воинам.       Вскоре все приступили к трапезе. Чимин сел рядом с генералом. Чонгук сам налил в глубокую чашу горячий суп. Сделав небольшой глоток, Чимин почувствовал как вниз по горлу стекает горячая вязкая жидкость, наполняя его тело теплотой.       ─ Как же давно это было, ─ тихо произнес юноша, сделав очередной глоток, ─ если вы скажете, что божеству не нужна еда, то будете абсолютно правы. Но я вам скажу, вкус людской еды - это одно из самых лучших ощущений, которые я когда-либо испытывал.       ─ Какова же тогда еда на небесах? ─ спросил один из воинов.       ─ Там нет еды, ─ улыбнулся Чимин, ─ нет вина.       Всех поразил такой ответ, ведь в легендах и сказаниях пир богов описывают как нечто, где изобилует еда и вино.       За такой непринужденной беседой и прошла вечерняя трапеза. В беседе лишь не принимал никакого участия вечно молчаливый Чонгук, но никто уже не обращал на это внимания, ведь это было привычное поведение генерала. Никто, кроме Чимина. Ему хотелось услышать голос того, кто вытащил его из сырой пещеры.       ─ Но все же, как вы прошли через этот лес, не потеряв ни одного воина? ─ спросил Чимин, посмотрев на Чона, который завороженно наблюдал за красными языками пламени, играющими в костре, ─ ведь этот лес славен своими кровожадными демонами и призраками.       ─ Как видишь, прошли, ─ только и ответил Чонгук, после чего встал и тихим, глубоким голосом продолжил: ─ Ложитесь спать, эту ночь буду дежурить я.       Огонь продолжал потрескивать. Вокруг слышалось негромкое сопение солдат, которым наконец-то за столь долгое время удалось нормально поспать. Чонгук окинул всех взглядом и остановился на спящем лице божества, длинные ресницы на котором изредка подрагивали, а между бровями появлялась морщинка.       Холодало. Чонгук встал с места и, подойдя к своему коню, достал черный плащ. Вернувшись обратно к костру, он накрыл Чимина этим плащом и сел обратно. Достав из ножен меч, Чон принялся начищать его.       ─ Как зовут твой меч? ─ внезапно, словно разрезав тишину, прозвучал голос божества.       Чонгук повернул голову в сторону юноши. Тот лежал, уставившись на него.       ─ Черное Солнце, ─ тихо ответил Чон, продолжая чистить клинок.       Чонгук замолчал, но все равно ощущал пристальный взгляд юноши, который ожидал продолжения, на себе.       ─ Когда клинка касается кровь, он начинает чернеть, ─ так же тихо произнес генерал. Чимин поднялся и, придвинувшись, уселся рядом с Чоном.       ─ Разреши, ─ дракон протянул руки, прося меч.       Через секунду Чимин почувствовал тяжесть и холод оружия. Аккуратно проведя пальцами по холодному металлу, божество порезало себе ладонь. Кровь медленно потекла по серебряному клинку, заставляя его чернеть. Чимин внимательно с неким любованием наблюдал за мечом.       Чонгук же увидев, что божество ранено, крепко сжал ладони, но, взглянув на лицо юноши, напряжение будто рукой сняло. Выражение, с которым Чимин смотрел на меч нельзя передать словами. Никто до него не смотрел так на его меч, как он. Только завидев Черное Солнце все кричали от ужаса, Чимин же смотрел с восхищением.       ─ Он прекрасен, ─ прошептал дракон, проводя пальцами по искусным узорам на металле.       ─ Им убиты тысячи, ─ холодно произнес Чон.       ─ И это ужасно. Но таково его предназначение. У меня тоже когда-то был меч, ─ тихо произнес Чимин, возвращая меч своему владельцу.       ─ Где он теперь? ─ спросил Чон, вглядываясь в задумчивое лицо божества.       ─ Его забрал император, ─ иронично улыбнувшись, ответил Чимин.       Внезапно неподалеку послышался шорох. Мужчины одновременно повернули головы на звук, но увидели лишь темноту.       ─ В этом лесу нужно быть всегда начеку, ─ шепотом произнес дракон.       Чонгук посмотрел на божество и, ничего не ответив, вернул меч в ножны.       ─ Спи, ─ только и произнес Чон, мешая угли в костре.       Только Чимин улегся поудобнее, вдруг тишину пронзил громкое лошадиное ржание. Чонгук подскочил на ноги и, схватившись за рукоять меча, начал вглядываться в темноту. Спавшие воины проснулись от шума, не понимая, что происходит. И, последовав примеру своего генерала, начали осматриваться вокруг. Вглядываясь в черноту леса, можно было едва различить деревья и сломанные ветви.       ─ Смотрите! ─ громко воскликнул один из воинов.       Все устремили взгляды в темноту, куда он указывал рукой. Приглядевшись, можно было увидеть приближающийся силуэт в черных одеждах. Через некоторое время было видно, что это красивая молодая девушка.       ─ Что она здесь делает? Кто это? Кто она? ─ послышалось со всех сторон.       ─ Здесь что-то не так, ─ тихо произнес Чимин, когда Чонгук подошел к нему.       Присмотревшись, дракон сделал вывод, что девушка безумно красива: бледная, фарфоровая кожа, длинные черные волосы, плавно спадающие с хрупких покатых плеч, осиная талия, женщина была одета в дорогое шелковое кимоно с вышивкой золотой паутины. Это была холодная красота, она завораживала, но отталкивала.       ─ Будьте начеку! ─ внезапно крикнул Чимин.       Но было уже поздно, все воины направились в сторону красавицы. Чимин тут же посмотрел на Чона, но тот оставался на месте.       ─ Их нужно остановить, это демон паучихи, ─ бросил генералу Чимин и побежал к воинам.       ─ Стой! ─ крикнул вслед удаляющемуся Чимину Чон, но тот его не послушал.       Генералу не оставалось ничего другого, кроме того, как побежать вслед за божеством. Но стоило ему сделать пару шагов, как Чимин вместе с остальными воинами резко взмыли вверх и повисли в воздухе так, словно их кто-то подвесил на невидимых нитях.       ─ Не приближайся! ─ крикнул Чимин, пытаясь вырваться из незримых пут, ─ здесь повсюду паутина!       На лице Чонгука на долю секунды появилось удивление, которое он мгновенно скрыл под своим обычным выражением безразличия. Вынув меч из ножен, генерал начал всматриваться в темноту. В это время тучи, скрывавшие луну, рассеялись, и поляна залилась холодным светом. Тут-то Чонгук понял о какой паутине говорит Чимин. Вокруг, вдоль деревьев блестели тонкие шелковые нити, переливающиеся серебром, воины и божество были подвешены на такие же. Времени на раздумья не было, Чонгук посмотрел в сторону, откуда пришла девушка, но там никого не было.       Вдруг до ушей Чона донесся звонкий заливистый смех.       ─ Ты не попался в мои сети, красавчик! ─ пропел женский голос, ─ как же так? Я для тебя недостаточно хороша?       Чонгук молча продолжал вглядываться в темноту, пытаясь обнаружить источник голоса, который звучал то с одной стороны, то с другой, то совсем близко, то совсем далеко.       ─ Не пришлась по вкусу моя человеческая внешность, может, тогда придется истинная?! ─ девушка снова засмеялась.       ─ Генерал, сзади! ─ крикнул Чимин, и Чон, моментально среагировав, обернулся и рубанул мечом. Меч разрезал воздух.       Чон отступил назад и посмотрел на демона. Он мог поклясться, что никогда в жизни не видел ничего мерзостнее того, что сейчас было перед ним. Огромный, метра два - два с половиной, паук с длинными, тонкими лапами, сплошь покрытыми острыми шипами. Туловище демона медленно переходило из паучьего в человеческое, которое сплошь покрывали длинные черные волосы, ниспадающие с головы. На некогда прекрасном лице теперь было не два, а восемь черных глаз, похожих на дыры. На месте рта теперь была пасть с четырьмя ядовитыми клыками.       ─ Промахнулся! ─ паучиха засмеялась.       ─ Мерзость, ─ сквозь зубы процедил Чонгук, встав в боевую стойку.       ─ Что? Что ты только что пропищал, человечишка? ─ паучиха моментально приблизилась к Чону, широко распахнув и без того широкие глаза, и попыталась сбить его с ног, но генерал увернулся, ─ а ты шустрый, но я тебя все равно поймаю, милый! Чонгук крепче сжал меч и попытался атаковать паучиху, но тут же был сбит с ног. С людьми Чон расправлялся на раз-два, но сейчас перед ним был демон: другая сущность, другой нрав, другая скорость, другие размеры.       Рядом с Чоном упала небольшая горсть снега, заставившая посмотреть наверх. Демон замер над ним с поднятой паучьей лапой.       ─ Вот ты и попался, ─ прошипела паучиха и опустила лапу, пронзив плечо генерала и тем самым пригвоздив его к земле.       Оскалившись от резкой боли, Чонгук не проронил ни звука. Через некоторое время боль сменилась онемением. Мужчина не чувствовал левой руки.       Посмотрев наверх, Чон заметил, что один только Чимин пытается вырваться из демонических пут, остальные же, словно безвольные куклы, висели над землей, не подавая признаков жизни.       ─ Ха-ха-ха, вот это улов! Сорок два человечка! Мне надолго хватит! ─ паучиха осматривала свою добычу, но глаза ее остановились на Чимине, ─ а ты не человек… Ты божество!       Демоница весело закричала. Где-то вдали стая птиц взмыла в воздух.       ─ Вот это повезло так повезло! Съем тебя, стану бессмертной и всемогущей! Аха-ха-ха-ха! Ах, с чего же лучше начать? С людишек? Или с тебя?       Паучиха широко раскрыла пасть, и оттуда появился длинный язык, почти достающий земли и истекающий зловонной вязкой слюной.       ─ Аааах! Не могу ждать! Начну с тебя, ─ пролепетала демоница и коснулась языком лица Чимина, ─ такой сладкий!       Чонгук, увидев это, сделал резкий рывок, но все было зря, паучья лапа намертво вонзилась в его плоть.       ─ Ты действительно веришь, что съев меня, обретешь бессмертие и безграничную силу? ─ прорычал дракон, ─ нет. Ты сразу же умрешь, только попадет капля моей крови в твою зловонную пасть!       Демоница рассмеялась.       ─ Ты мне зубы не заговаривай! Не поверю, пока не проверю сама! ─ произнесла паучиха и только еще шире раскрыла пасть, чтобы впиться в тело Чимина, как почувствовала резкую боль.       Изогнувшись под несвойственным телу углом, паучиха посмотрела на Чонгука, который уже стоял на ногах, а из плеча у него торчал обрубок паучьей лапы, с конца которого стекала черная кровь.       ─ Да как ты посмел! ─ заверещал демон и попытался ударить Чона, но тот ловко увернулся и вновь ударил по лапе мечом. Обрубок отлетел в сторону.       Демон взвыл от боли. Подбежав к пауку, Чонгук принялся остервенело рубить его конечности. Снег вокруг почти весь растаял, покрывшись густой черной кровью демона. Когда все конечности были срублены, демон повалился на землю, проклиная Чона и вереща от боли.        ─ Умри, ─ ровным голосом произнес генерал и, вонзив меч по самую рукоять, вспорол толстое паучье брюхо демона, откуда вывалились зловонные внутренности.       Паучиха, еще немного побившись в конвульсиях, упала без сил. Тяжело дыша, но не отпуская меч из руки, Чонгук посмотрел вверх, на Чимина, который с ужасом смотрел вниз. Картина поистине устрашающая. Черный снег, мертвый демон и человек, стоящий в середине всего этого побоища.       Через несколько минут, Чон разрубил паутину, и, висевшие на ней воины, которые уже начали постепенно приходить в сознание, и Чимин, упали на землю.       Чимин, выпутавшись, наконец, из липкой паутины, быстро подбежал к генералу.       ─ О, нет-нет-нет! Ты только посмотри на себя! ─ Чимин аккуратно отодвинул одежду Чон, обнажив грудь. От раны, из которой все еще торчал обрубок лапы, во все стороны распространились черные миазмы, ─ если тебя не излечить от этих проклятых меток, ты долго не протянешь.       Голос Чимина был взволнованным, Чонгук же молча наблюдал за божеством. Кто-то впервые о нем так беспокоился. Чон не знал радоваться этому или огорчаться. Пока он размышлял об этом, сознание медленно покидало его.       ─ Все равно сожру! ─ заверещал уже знакомый голос за спиной Чимина.       Чонгук, сильно схватив юношу за плечо, отшвырнул его в сторону. В этот момент, прямо перед глазами Чимина, в руку Чона впились паучьи клыки, впрыснув яд. Чонгук поморщился от боли, но, подняв меч, одним ударом отрубил демону голову. Теперь паучиха точно была мертва.       Чонгук пнул паучью голову в подальше в сторону. В руке ощущалась жгучая боль, разливающаяся по всей руке и груди.       ─ Генерал?! ─ Чонгук только услышал взволнованный голос божества и погрузился в темноту.