Ликорис

      ─ Ваше Величество, разрешите отправиться в путь, ─ поклонившись, произнес Чон.       ─ У тебя на сборы была неделя, так почему так скоро? Хотя, ладно, чем быстрее ты отправишься, тем быстрее вернешься, ─ ответил император, восседая на своем троне. От последних слов на лице советника, что стоял по правую руку своего господина, растянулись губы в ехидной улыбке.       ─ Благодарю вас, Ваше Высочество, ─ тихо произнес Чонгук, после чего в поклоне удалился из тронного зала.       Выйдя на улицу, Чон выдохнул клуб белого пара. Сегодня на улице было прохладнее, чем обычно. Ночью выпало много снега, а сейчас он ярко переливался от лучей холодного солнца. Генерал направился в сторону храма, чтобы попрощаться с Чимином и вручить ему подарок, но к его удивлению, его там не оказалось. Лишь пара слуг сновали туда-сюда по храму. Тогда он остановил одного мальчишку, что натирал алтарь для подношений.       ─ Где Его Превосходительство? ─ спросил Чон, смотря на невысокого роста мальчика лет тринадцати.       Слуга, не смея взглянуть на генерала, опустил голову в поклоне и ответил:       ─ Его Превосходительство отправился в сад, чтобы полюбоваться заснеженными цветами.       ─ Вот как, ─ задумчиво произнес Чон, ─ тогда можешь передать это ему?       Чонгук протянул сверток средних размеров.       ─ Как скажете, мой господин, ─ пролепетал мальчик.       ─ Благодарю, ─ ответил Чон, отдавая сверток слуге.       Взглянув на высокую золотую статую Чимина, генерал поклонился ей и зажег палочку благовоний, после чего вышел из храма.       На улице снова кружил мелкий снег, искрясь на солнце. Чон вдохнул свежий морозный воздух и почувствовал, как легкие обдало холодом. В конюшне он подготовил своего коня и, ведя его под уздцы, направился в сторону сада. Как и сказал слуга, Чимин был здесь в сопровождении ребятни. Это были дети слуг, с которыми дракон часто проводил время, когда был один. Дети, смеясь и что-то лепеча Чимину, шли рядом с ним, заставляя его нежно улыбаться. На божестве были дорогие одежды из сиреневого шелка, а поверх них накинута на плечи белая накидка с богатым меховым воротником. От снега голову Чимина укрывала шляпа кат. Среди заснеженных цветущих алыми цветами кустарников Чимин выглядел таким чистым и непорочным, словно только что сошел с небес. Чонгук только хотел еще раз увидеть его перед тем как отправиться в долгий путь. Он не любил долгие расставания, хотя, если подумать, то этих долгих расставаний у него и никогда не было, ведь ему не с кем было расставаться. А теперь у него появился тот, кого он ни на секунду не хотел покидать. Чон хотел уйти незамеченным, когда его конь громко фыркнул. Божество тут же устремило свой взгляд в сторону Чона. Когда Чимин увидел генерала, на румяном от мороза лице расцвела счастливая улыбка. Чонгук вздохнул, радуясь в душе, что его попытка уйти незамеченным провалилась, и направился навстречу Чимину, который что-то говорил детям. Вскоре дети куда-то убежали, оставив Чимина наедине с генералом.       ─ Ты уходишь? ─ спросил Чимин, вглядываясь в спокойное, словно озерная гладь, лицо генерала.       ─ Да, ─ кивнул Чон, ─ чем быстрее я отправлюсь в путь, тем раньше прибуду обратно. Я не хочу оставлять тебя одного надолго, мне неспокойно от этого.       Чимин промолчал. Знал бы Чонгук как неспокойно ему от всей этой ситуации. Дракон уже открыл было рот, чтобы сказать об этом, но пресек эту попытку. Стало тихо, лишь глухой, еле слышимый звук снега, который снова начал валить крупными хлопьями, и скрип из-под ног сопровождал их.       Внезапно под глаза Чона попался цветок ликориса, затаившийся среди кустов. Это было странно, чтобы ликорис цвел в такое время года. Цветок, предвестник смерти, будто бы предупреждал Чонгука о чем-то. Когда же он, Кровавый генерал, стал таким суеверным? И тут Чон вспомнил, что сам является неким суеверием среди людей, ведь куда бы он ни пришел, везде проливалась кровь. Чонгук остановился и сорвал цветок. Чимин удивленно посмотрел на него.       ─ Что-то не так? ─ спросил юноша, пристально смотря на генерала.       Чонгук встал на колени и, аккуратно взяв божество за руку, вложил в нее красный цветок, после чего согнул его пальцы и нежно поцеловал.       Чимин спокойно наблюдал за этим, но в его глазах играло любопытство и волнение, но он молчаливо ждал, когда генерал объяснится.       ─ Моя смерть в твоих руках, ─ тихо произнес Чонгук, приложив лоб к сжатой руке божества, ─ пока этот цветок в твоих руках, я не умру.       ─ Обычно говорят: “Моя жизнь в твоих руках”, ─ мягко улыбнулся Чимин, ласково проводя пальцем по скуле Чона.       Чонгук отпрянул и резко встал, чем удивил божество. Вот почему люди не любят долгие прощания, это безумно больно. И чем дольше ты прощаешься, тем больше ты не хочешь покидать любимого человека.       Не глядя на Чимина, Чон оседлал коня и произнес:       ─ Не позволяй мне умереть.       И пришпорив коня, помчался вперед, поднимая за собой тучи воздушного снега. Не понимая, что он делает, Чимин бросился вслед за Чоном и, тяжело дыша, крикнул:       ─ Чонгук!       Генерал остановил коня и оглянулся. Чимин из всех сил бежал за ним. Дыхание его сбилось, и изо рта беспорядочно вырывались клубы пара, а щеки, которые до этого были слегка розоватые, стали ярко-розовыми, из-под шляпы выбились несколько черных прядей, которые лезли на лицо, мешая Чимину. Добежав до генерала, Чимин вцепился в его одежды и, резко потянув вниз, горячо поцеловал его в губы. Не удержавшись, Чонгук притянул его к себе, отрывая от земли и крепко прижимая к своей груди. Чимин слышал, как сильно колотилось сердце генерала. Так же билось и его собственное. Шляпа, что была на голове божества, упала на снег. Теперь крупные белые хлопья начали покрывать собой черные как смоль волосы божества, делая его лишь прекрасней.       ─ Я не позволю тебе умереть, ─ отстранившись, прошептал Чимин, глядя генералу в глаза.       ─ Обещаешь? ─ так же прошептал Чонгук.       ─ Обещаю, ─ кивнул дракон.       Как только силуэт Чона растворился в горизонте, Чимин поднял заснеженную шляпу кат и, отряхнув ее и свою голову от снега, надел обратно. Вытащив из рукава маленький алый цветок ликориса, Чимин аккуратно приложил его к губам.       ─ Возвращайся скорее, ─ прошептало божество и, развернувшись, направилось обратно во дворец.