«Я люблю вас, учитель!»

      Следующие недели прошли спокойно. Я не ходила по пятам за учителем, не пыталась добиться от него особенных разговоров. Решила, что получила за короткое время и так очень много, так что не стоит наглеть.       Переваривала свое счастье, как питон кролика, стараясь растянуть каждое счастливое мгновение подольше. Я не слишком требовательна, мне немного надо. Одни воспоминания о нашем свидании и ночи, проведенной в доме учителя, уже служили источником радости и я зачастую надолго уносилась мыслями далеко от реальности.       Между тем подходило важное время. Скоро Новый год, а это для меня, помимо любимого праздника, так же означало, что надо выбрать подарок для любимого человека. Это было одной из тех простых радостей, из-за которых я завидовала Польке, когда у нее появился парень. И пусть я не могу назвать учителя своим парнем, подарок ему все равно хочу сделать! В моем случае это вдвойне трудно, потому что Алексея Викторовича угораздило родиться 31 декабря. Поэтому подарок должен быть вдвойне прекрасным.       Часами я сидела и старалась придумать, что же делать. Обычно девчонки делают что-нибудь своими руками. Или покупают какой-нибудь сувенир на память. Но я вспоминала учителя, его фигуру, стиль и то, как оформлена его квартира и понимала, что самодельный шарфик, дурацкая фигурка или туалетная вода для него не подарок. Шарфы к его пальто подбирались явно дорогие, с лейблами известных брендов, такие на рынке не купишь, места для безделушек в его комнате не было, а относительно ароматов он, как истинный джентльмен, был постоянен. Конечно, я знала, какую туалетную воду он использует, еще после его болезни нашла ее название. Но цена флакона оказалась для меня поднебесной. Я лично для себя, чтобы иногда дышать его запахом, купила пробник и уже он один был недешев.       Так что же простая необразованная девочка может подарить утонченному мужчине, чтобы не показаться смешной?       Идея, осенившая меня, пришла из неожиданного источника. Девчонки на занятии во вторник разгалделись и, хотя обычно мне удавалось абстрагироваться от их болтовни в мечтах об учителе, на сей раз некоторые фразы до меня долетели. «Юрка, физкультурный», «гитара, группа», «студия звукозаписи». Какой-то инстинкт заставил меня подойти к ним и поинтересоваться: - О чем речь?       Девчонки тут же ответили: - Юрка из физкультурного, помнишь, в походе в конце того года на гитаре играл, в музыкальной группе теперь играет. Они на студии звукозаписи песни записывают, хотят разослать продюсерам, вдруг понравятся.       Аленка, девчонка с черными, убранными в конский хвост волосами, протянула: - Да ладно вам, в шоу-бизнес так просто не попадают, это же всем известно! Без денег и связей не пробьешься.       Девушки вступили с ней в спор и про меня забыли.       Но меня уже осенило, и теперь я точно знала, что можно сделать. Постаравшись вспомнить лицо того парня, который играл на гитаре костра в походе. Кажется, вспомнила. Поэтому на обеде в столовке я подошла к Юрке: - Юр, извини, но у меня к тебе вопрос. Можем поговорить?       Юрка – высокий спортивный парень со светлыми волосами и светло-серыми глазами и широкой улыбкой с готовностью согласился: - Агась! Сейчас или после занятий? - Лучше наверное после… - Ок, заметано!       Да, разговаривать лучше после колледжа, потому что Юрка популярный парень и один остается редко. Вот и сейчас, пока мы разговаривали, несколько девчонок ошивались вокруг с подносами и недовольно на меня зыркали. Не слишком удобно для беседы. Раньше я бы постеснялась так прямо посреди толпы подойти к парню, но сейчас все мои мысли были о подарке и мелочи, вроде перешептывающихся девушек не задевали даже краешек моего сознания.       После уроков я нашла Юрку в холле колледжа. Увидев меня, он приветливо помахал рукой: - Хэлло! Вот и я. Что ты хотела обсудить?       Мы направились к выходу и пошли по дорожке, ведущей к автобусным остановкам. По дороге парня то и дело окликали разные ребята с прощаниями или вопросами, когда тренировка клуба. Он всем отвечал, потом смеялся и извинялся: - Прости уж, такой я популярный чел, что я могу поделать?- и невинно поднимал плечи и разводил руки.       Я тоже смеялась, такой он был открытый и дружелюбный, что моя природная застенчивость притихла. - Ничего страшного. - Так что ты хотела? - Понимаешь, я слышала ты с друзьями организовал музыкальную группу. Это правда? - В точку. А что, хочешь присоединиться?       Я в ужасе замахала руками: - Нет-нет, что ты, я и сцена две вещи несовместимые! Я хотела спросить, как вы записываете ваши песни. В студии звукозаписи? - Агась! В «N-рекордс», там все условия. Нормальное помещение с хорошей акустикой, оборудование и грамотные люди. Записи получаются профессиональные! - А можно там записать песню?       Юрка удивился: - Ты что, поешь?       Я смутилась: - Это не то, что ты думаешь. Я не сочиняю музыку и не пишу песни. Просто… захотелось записать несколько песен. Не моих и не для коммерции. Хочу сделать подарок. - Оо! Отличная идея. Парню? - Н-нет, не совсем…- как бы я ни хотела ответить «да», это было бы нечестно, ведь сколько бы я ни любила Алексея Викторовича, пока он не ответит мне взаимностью называть его моим парнем уж никак нельзя. Тем более что термин «парень» ему вообще не подходит. - Ну ладно, ладно, не выспрашиваю! Да, конечно, ты можешь сделать там свою запись, без проблем.       Как будто осененный идеей, он стукнул себя в лоб и заявил: - Слух, а мне ведь надо туда съездить, забрать кое-какие партитуры. Хочешь, поехали вместе. Я тебя там познакомлю со всеми и сама спросишь что почем, а? В среду к пяти, сможешь?       Как удачно все складывается! - Да, я смогу. - Заметано. Тогда после занятий вместе и поедем.

***

      Полька идею с записью целиком и полностью одобрила. - Вот это дело! Наконец-то ты хоть чем-то полезным занялась. Надеюсь, запись мне-то можно будет послушать? - Само собой. Если все получится. Вдруг у них поднебесные цены… - Не бойся! Если что – я тебе займу. - А этот Юрка, он ничего,- помолчав, добавила Полька.- Такой весь накачанный, высокий. И вроде характер хороший. Может, раз уж выпал шанс, присмотришься?       Я непонимающе уставилась на подругу: - Что именно мне надо присмотреть?       Полька усмехнулась: - То самое! Юрка – твой ровесник и хорошо выглядит. И подходит тебе куда больше, чем старая зануда в очках. - Поля! - Да, да прочитай мне лекцию о том, какой твой драгоценный Алексей Викторович необыкновенный и потрясающий! Я же не предлагаю тебе бросаться этому парню на шею.       Лишь рада, что ты пообщаешься для разнообразия, со сверстником. А что, твой придурок так и не отвечает на сообщения?       Я недовольно ответила: - Нет, все как обычно. И он не придурок!       Полька глубокомысленно кивнула: - Ну-ну. Пусть дальше отмалчивается. Вот будет потом локти кусать – да поздно. - Что? - Ничего-ничего, двигай булками, вон наш автобус!

***

      В среду мы с Юрой (Полька с хитрым видом сказала, что очень занята, зараза) поехали узнавать про запись. Студия «N-рекордс» находилась довольно далеко, но мы доехали быстро. Это оказалось небольшое одноэтажное здание, втиснутое между двумя жилыми домами. Вместо вывески на двери висел распечатанный на принтере лист с расписанием работы без обозначений характера этой самой работы.       Внутри нас встретил высокий худощавый мужчина, в свитере и джинсах, с всклокоченной головой и в очках с такими толстыми стеклами, что глаза за ними казались огромными и неправдоподобно голубыми. - Ааа, Юрка пришел! Партитуры забрать?- радостно завопил он неожиданно низким густым голосом.- И девушку привел, показать, где песни пишешь? Так лучше бы на запись приводил!       Юрка, как всегда широко улыбаясь, поправил: - Привет, Серег, это моя однокурсница, Аня. Она хочет узнать, сможешь ли ты помочь ей записать несколько песен профессионально. Для личных, так сказать, нужд. Аня, это Сергей Бренчук, звукооператор от бога. - Очень приятно,- пискнула я. Как-то всегда стесняюсь чужих людей, когда они такие подвижные и громкие. - А, понимаю,- мужчина внимательно посмотрел на меня, сощурив почему-то один глаз.- Хочешь попробовать силы, не знаешь, как начинают?       Я запротестовала: - Вовсе нет, вы не так поняли. Я хочу записать несколько песен в подарок, знакомому. Никаких коммерческих целей не преследую.       Звукооператор от бога резко развернулся спиной и вышел в другую дверь. Оттуда до нас донесся его жизнерадостный басок: - Ну, и чего встряли? Сюда идите!       Юрка кивнул мне, и мы вместе пошли на голос.       Это была оборудованная для записи комната, разделенная перегородкой из стекла. За ней находился микрофон с чем-то вроде теннисной ракетки с частой сеткой (впоследствии Сергей мне объяснил, что это поп-фильтр, ну а для чего он нужен я и сама догадалась), подставка для нот, какие-то колонки, провода, еще что-то. Перед перегородкой стоял пульт, монитор, и вообще масса оборудования, среди которого даже как-то неуместно выглядел простой компьютерный стол с обычным компьютером. В глаза бросилось, что все поверхности накрыты тканью. Из–за этого во время разговора появлялось странное чувство.       Сергей кивнул на перегородку и заявил: - Иди, спой.       Я от неожиданности заикаться стала: - Н-н-но я хотела только узнать сколько стоит и можно ли вообще… - Не дрейфь, деточка, попробуй спеть, я тебе минусовку черновую включу, посмотрим, что ты вообще собой представляешь. А то может и деньги тратить смысла нет. Какую песню споешь?       Так, оживленно болтая, он практически силой втащил меня в комнату записи, надел наушники показал, где стоять во время пения и где лежит текст. Затем вышел, сел за пульт и показал мне большой палец.       Мне досталась детская песенка из старинного фильма, «Крылатые качели». Сначала я удивилась, что он предлагает такое петь, но Сергей убедил, что эта песня хорошо покажет мои голосовые возможности, а минусовка у него как раз готова, он какой-то детский хор записывать готовится.       После записи я вышла из комнаты и спросила: - Ну как, получилось?- потому что в комнату звуки снаружи вообще не поступали. Сергей почему-то сосредоточенно крутил какие-то рычажки и кнопки на пульте и не ответил. Юрка же сказал: - Очень хорошо. Ты классно звучишь. Сейчас Серега все сведет и даст послушать.       Запись включилась без предупреждения.       Я свой голос в записи все время не узнаю. Это уже привычно, я его знаю, но слышу только со стороны, когда пою, для меня он звучит по-другому. Но сейчас мне показалось, что это волшебство. Никаких неровностей, ошибок, голос из динамиков лился свободно, музыка его не заглушала, а лишь подчеркивала. «Только небо, только ветер, только радость впереди!» - брали за душу трогательные слова.       Сергей же тем временем что-то бормотал себе под нос. Наконец, сняв большие наушники, он повернулся ко мне на стуле: - Хорошо, я тебя запишу. Сколько песен ты хочешь записать и к какому числу? - Ну, я думала, песен пять-шесть. К тридцать первому декабря. - Новогодний подарок? - Не совсем…       Резко встав со стула, оператор бодрым шагом полетел в приемную, из которой мы сюда вошли: - Так-с, в общем, аранжировка, инструменты, чистка, тюнинг, -бормотал он маловразумительные для меня слова.- Ага… В общем, так: шесть песен к тридцать первому я тебе запишу, хоть и мало времени осталось. Но – ходить будешь, когда я скажу. Могу днем - придешь днем, могу вечером – чтоб как штык, даже если в шесть утра позову – умри, но будь тут. Расписание у меня жесткое, а работы с тобой очень много. Мне за труды десять штук. Считай даром, потому что жаль девчонку и голос у тебя есть. Сначала я вообще браться не собирался, но ты меня удивила, надо сказать. Все устраивает?       Я быстро просчитала в уме варианты. Летняя подработка и деньги на день рождения потрачены на свидание, денег ни шиша, мама с папой до нового года сами без денег, бабушку с дедушкой напрягать – зададут слишком много вопросов, а в итоге еще и не дадут. Но упустить такой шанс – ни за что! И я кивнула: - Устроит! - Ок, тогда в следующий раз подготовь список, что петь будешь. Не шесть, а больше, песен пятнадцать. Я сам решу, что взять. Телефон давай, я позвоню, когда придешь.

***

      На обратном пути Юрка весело болтал: - Живчик он, да? Не напугал тебя? Он, конечно, фанатик своего дела и работать с ним тяжело, но продукт выдает – закачаешься. Так что не бойся, ты ему понравилась, это хорошо. Он такой – если кто не нравится, может и отказать. У него лучшее в городе оборудование и сам он лучший звукооператор, вот и может себе позволить ломаться.       Наконец, заметив, что я слушаю вполуха, мой спутник спросил: - Ань, что-то не так? - Да вот думаю, где денег взять. Наверно, надо найти подработку на месяц… С другой стороны, как я осилю запись, подработку и колледж? - Ааа…Слушай!- Юрка потянул меня за рукав.- А ведь я наверное могу помочь! - Что?- во мне вспыхнула надежда. - Ну, у моей сестры и ее мужа детская игровая комната в торговом центре на Маяковского.       Им нужен кто-то, кто будет приходить и убирать после праздников. Работа несложная, думаю, ты потянешь, а сестре я все объясню. - Правда? Честно-честно?       Юрка весело рассмеялся: - Честно-честно! Сейчас сестре позвоню и договоримся.

***

      Вот так я надела себе на шею ярмо на целый месяц. Учитывая, что предстояла еще зимняя сессия, мне было крайне сложно. Если бы не Полька, делавшая за меня практически все письменные работы на дому типа сочинений, курсовых и прочее, я бы не справилась. Конечно, за ее сочинения пятерок мне не будет, ну и не надо.       Несмотря на вредный вид, Сергей оказался очень даже хорошим человеком. Он никогда не назначал мне время в шесть утра или поздно вечером. Обычно я ездила в студию на два часа три-четыре раза в неделю, после колледжа. Еще он мне понятно изложил, чем сольное пение отличается от хорового и дал несколько хороших советов.       Благодаря его помощи и моему энтузиазму, запись проходила достаточно быстро. Юрка нередко составлял мне компанию, однако из студии Сергей его всегда прогонял.       «Нечего тут нерабочий настрой разводить», ворчал он.       Работа в «Чудо-стране» тоже оказалась вполне посильной, в основном, благодаря тому, что сестра Юрки, Юлия, оказалась такой же милой и дружелюбной, как и ее младший брат. Муж Юлии был типичным бритым качком, но с удивительно добрыми глазами. Я приходила туда по субботам, воскресеньям и в те дни, когда был заказан праздник, чаще всего вечер пятницы. Иногда праздник затягивался и уборку я заканчивала уже ближе к одиннадцати. В таких случаях Юлия всегда настаивала, чтобы ее муж отвез меня домой, хотя центр находился рядом с автобусной остановкой, от которой шел прямой автобус к моему дому.

***

      Ровно 24 декабря я получила, наконец, вожделенную флешку с записями. Вручая ее мне, Сергей заявил: - Потенциально хорошая вещь, однако, с моей точки зрения, все равно любительская недоделка. Ни за что бы тебе такое не отдал, если бы ты это где-нибудь светила. Я правильно понял, это для сугубо частного использования? - Да, конечно, большое вам спасибо, Сергей! Было так здорово!       Сергей шутливо нахмурился и надул губы: - Было бы хорошо, будь все серьезнее. Но что уж тут. Имей в виду два условия: первое – эти записи никто нигде не должен ставить на дискотеках или в клубах или на радио, они только для частного прослушивания дома. Второе – никто из тех, кто будет их слушать, не должен знать, что это я записывал. Ни слова про «N-рекордс», понятно? Я должен заботиться о репутации. Если узнают, что я такую работу за такую сумму сделал... Дошло? - Не переживайте, Сергей, кроме пары моих знакомых этого никто не услышит!       Я стремглав неслась к автобусу, переполненная радостным ощущением.       Осталось придумать, как вручить Алексею Викторовичу подарок. Ведь в колледже скоро каникулы, а заходить к нему домой мне запрещено. В какой форме вручать подарок, я уже придумала. Купила красивую новогоднюю открытку и внутри скотчем приклеила флешку. Внутри открытки написала поздравление и что это за подарок. Конечно, флешка для открытки была толстовата, но, если аккуратно носить, пойдет.       Наконец, решив, что ничего страшного в том, чтобы вручить учителю новогоднюю открытку, нет, я, не без дрожи в коленках, пошла к знакомому кабинету.       Он, как всегда сидел за столом, а у меня, как обычно, зашлось сердце. Нет никакого спасения от этого чувства. И не важно, как я стараюсь держаться в стороне, сколько усилий прилагаю, чтобы не попадаться лишний раз на глаза... Один взгляд и я уже себе не принадлежу.       Учитель повернул голову на мое «Можно войти, Алексей Викторович?»       Однако в классе он был не один. Пять или шесть студентов сидели и писали какую-то работу, видимо, исправляли что-то. У меня, благодаря Польке и везению, хвостов не было, но теперь я об этом пожалела. Можно было бы долго-долго делать работу, остаться позже всех... - Сазонова? Ты что-то хотела?       Отдавать подарок на виду у пяти пар любопытных глаз я точно не хотела. Набравшись храбрости, я негромко сказала: - Можно вас попросить выйти на пять минут?       Учитель удивленно приподнял брови, ребята в кабинете бросали на нас заинтересованные взгляды. - Им осталось писать тест ровно десять минут. Если это важно, подожди за дверью. - Хорошо...       Пришлось ждать, пока из кабинета не начали выходить ребята, косясь на меня. Я сделала невозмутимое лицо, и, дождавшись последнего, обратно вошла в кабинет. - Аня? Давненько тебя не видно было. С чем на сей раз?       Я совсем смутилась. Он так сказал, как будто ему меня не хватало или еще что-то такое. Ему бы все шуточки... - Я хотела поздравить вас... с днем рождения и пожелать вам счастливого Нового года, ведь завтра уже каникулы... Еще рано, но мы, наверное, не увидимся...- Я робко положила открытку на стол, от всей души надеясь, что он ее не возьмет в руки прямо при мне и не придется сразу же объяснять, что это такое.       Поэтому я постаралась как можно быстрее ретироваться из кабинета, но в спину мне вдруг донеслось: - И тебя, Аня, с Новым годом. Надеюсь, у тебя все будет хорошо.       С трудом заставив себя обернуться, я уставилась на учителя. Он смотрел на меня, повернув голову в сторону двери и улыбаясь какой-то грустной улыбкой. Мне стало трудно дышать, но все-таки я из себя выдавила: - Спасибо, Алексей Викторович.       Вылетев пулей из кабинета истории, я прислонилась к стене и отдышалась. Какая все-таки трудная эта штука, любовь...