Дипломат

Домой Цзян Чен вернулся с крайне тяжелыми мыслями. Жабообразная тетушка Ли практически прямым текстом сказала, что Яо на грани, что он может быть опасен, что он приходил к ней, чтоб научиться управлять мужем. То, что супруг не начал пылать страстью к мужчинам вообще и к нему в частности Цзян Чен был полностью уверен. И тот раз, когда он решил поменяться местами в постели, был лучшим доказательством. Яо дома не оказалось, будто он издали почуял дурное расположение духа супруга. Младший глава ордена лично отправился покупать припасы на зиму вместе с приказчиками, нарушив запрет выходить из усадьбы. Цзян Чен запретил это из страха, что что-то произойдет, что на Яо нападет орден Лань или ему станет плохо из-за яда, который вновь разрушал его тело. Однако, орден Лань будто закрылся от всего мира и забыл о своих претензиях, а состояние Яо не становилось ни лучше, ни хуже. «Может и к лучшему», — подумал Цзян Чен. Будет время все осмыслить и опять не сказать что-то не так. Они после прошлого-то разговора еле-еле начали разговаривать, про занятия любовью вовсе пришлось забыть. Яо здорово на него обиделся. Дома все было без перемен. Налаженное хозяйство не требовало много внимания, служанки делали свою работу, помощники во время отсутствия главы дома вели уроки. Ничего непредвиденного не случилось. Все было хорошо и стабильно. И отчасти это в самом деле было достижением не самого Цзян Вань Иня, а его супруга. Яо вкладывао во все это много времени и сил, будто это в самом деле был его орден, его дом. Цзян Чен даже ощущал угрызения совести за свои слова, но… его авторитет не должен подлежать сомнению. Пока супруга не было Цзян Чен сам приглядывал за домом. Болтовня служанок в спальне Яо его весьма озадачила. Там было две девушки. Одна драила пол, вторая вытирала пыль и перестилала постель: господин Цзинь просил сменить простыни к его приезду, а это как раз завтра. - … да что ты все нос чуешь в жизнь господ? — говорила та, что мыла пол. — Самой-то тебе не стыдно? — Ой, Янь-Янь, можно подумать, тебе самой не любопытно, как там все у господ происходит и сильно ли господин глава любит супруга? — отвечала на ее укор другая служанка. — Ничуть. Я весь день мою полы, а не слушаю, чем там занят глава ордена. — Неужели? И ты никогда не думала, как любит глава сильно любит супруга, как они милуются где-нибудь... — Любит, но не балует, — огрызнулась Янь-Янь. — Фу, какая ты грубиянка! С А-Сы хоть поболтать можно было! А с тобой… Цзян Чена крайне заинтересовал этот разговор. Он распахнул дверь в комнату Яо. Горничная, перестилавшая постель взвизгнула. Это была одна из молодых девушек, нанятых не так давно в помощь Аи-Аи. Свою работу эта барышня определенно закончила, потому как стояла опершись о постель и определенно хотела почесать язык на тему отношений супругов в этом доме. — Ты! — Цзян Чен не мог вспомнить имени сплетницы. — Ты закончила тут свои дела? — Да, глава Цзян, — сникла та. Уж больно неприятная была ситуация и суровый тон у того, кого она посмела только что обсуждать за глаза. — Тогда чего ты здесь встала?! В доме работа кончилась? — Нет, господин глава. — Вот иди и займись делом! Девушка испуганно вылетела из комнаты. Цзян Чен услышал, как она себе под нос сказала: "Скорее бы господин Цзинь вернулся!". Ладно, он еще поговорит с Люн И на тему этой нахалки. Янь-Янь так и сидела на полу, боясь шевельнуться. — Встань и подойди! — девушка вскочила, спрятав мокрые руки под передник. — Да, господин глава, - она виновато склонила голову. — У меня к тебе есть вопрос. — Я что-то плохо отмыла? — Янь-Янь не хотела сейчас нериятностей. В Пристани лотоса жилось очень неплохо: платили вовремя и столько, сколько обещали, не удерживая за кров и еду, кормили хорошо, комната у служанок была без сквозняков, постель мягкая, а господа и адепты не домогались. — Нет. То, что ты сейчас сказала. — Я прошу прощения, если своими глупыми словами задела главу ордена… — Почему? — В смысле почему? Линь-Линь жуткая сплетница, а мне все это не очень интересно… — С чего ты решила, что я не балую супруга? — Господин глава, - Янь-Янь даже отважилась посмотреть на хозяина дома, настолько она была удивлена. — Отвечай. Я хочу это знать, - тон не был таким уж сердитым, как с Линь-Линь. Янь-Янь набрала полную грудь воздуха и очень быстро заговорила. — Раньше я работала в купеческом доме. У того хозяина был в жена, официальная наложница и юноша, живший как наложник. Я убирала комнаты каждого из них и там все было иначе, чем тут. У всех них было полно всяких красивых вещей, картин, украшений и прочих мелочей, что создают уют в доме. А комната господина Цзинь… Когда я отмывала ее перед его возвращением, то думала, что он привезет вещи с собой. — И? — Комната все так же пуста, будто у господина Цзинь нет ни одной вещицы, чтоб поставить на полку. Цзян Чен оглянулся. А ведь служанка в самом деле была права. Комната выглядела довольно пустой. Хоть сама эта комната была подарком, но подарком необходимым. А более тут не было ничего, что хоть как-то намекало, что он любит Яо. Выходило, что Цзян Чен в самом деле супруга не баловал. Может, Яо и из-за этого так из кожи лезет? Ведь многие вещи глава Цзян воспринимал как нечто само собой разумеющееся, не стоящее даже слова благодарности, а какие-то знаки внимания проявлял очень скупо. Яо вернулся на следующий день,как и обещал, ведя небольшой флот из груженых рисом лодок. Цзян Чен не отказал себе в удовольствии на это полюбоваться. Яо стоял на носу самой первой, его волосы и одежды развевались и выглядел он весьма величественно для такого дела. В тот вечер Цзян Чен впервые поблагодарил супруга за то, что тот делает для ордена и они окончательно помирились.

***

К осеннему равноденствию случился еще один сюрприз. Цзян Чен едва начал разбирать утренние бумаги,когда слуга сказал, что у ворот гости из Гу Су Лань. Видимо, это день настал. Чтож, он попытается отправить их обратно мирным путем. Выйдя во двор глава Юн Мэн Цзян приказал открыть ворота и поправляя одежды,чтоб не ударить в грязь лицом перед всегда идеальными господами из Гу Су Лань. Вей Ин появился из ворот как всегда смешливый и дурашливый. Следом шел величественный Лань Ван Цзи и самым последним, пряча лицо под бамбуковой шляпой, Вень Нин. Цзян Чен про себя ругнулся и обрадовался. Этих господ из Гу Су Лань он был рад видеть в своем доме. Даже лютого мертвеца. Вэнь Нин вызывал у главы Цзян угрызения совести. Ведь именно этот робкий юноша когда-то вопреки действиям своего клана помог Цзян Чену отыскать тела родителей и предать их погребению, а глава Цзян не смог достойно поблагодарить его. В Пристани лотоса за закрытыми воротами Вей Ин не считал необходимым скрывать свою личность. Он вел себя совсем как прежде, даже не пытаясь быть похожим на меланхоличного Сюань Юя. Цзян Чен распорядился подать гостям закуски, и Вей Ин с большим аппетитом лопал присыпанные острым перцем орехи и семена лотоса. — Братец, ты так волновался о моем комфорте, что прислал мне в Илин мою подушку? Или намекал, чтоб я забрал ее и больше на пороге не показывался? - веселился Вей Ин. - Ну этого-то ты точно не дождешься! — Где тебя вообще носило целый год?! - Цзян Чен хмурил брови,будто в самом деле был сердит, строго спрашивал, но в душе он был рад, что с Вей Ином все хорошо, что тот жив, здоров и такая же завоза как прежде. — Да особо нигде. Учитель Лань выгнал меня и Лань Чжаня из Облачных глубин, сказав, что мы слишком шумные и сбиваем всех с правильного пути своими стонами, а Вэнь Нин так вообще позор для их ордена, который он не может вытерпеть. В общем, мы немного повздорили... - Вей Ин как-то притих, искоса глянув на второго господина Лань. Видимо, скандал бал знатный. - Вей Ин просил дядю принять господина Вэня в орден. Цзян Чен аж подавился. - Что?... - Ну Вэнь Нин мой друг и по факту член нашей семьи. Вот я и попросил учителя Лань принять его в орден, чтоб мог спокойно жить там. Учитель Лань вспылил. Сказал, что пока я не найду способа оживить Вэнь Нина, ноги его в Облачных глубинах быть не должно, равно как и любого другого лютого мертвеца. Лань Ван Цзи слушал этот рассказ с некой долей скепсиса, будто все это было правдой лишь отчасти, и пояснил. - Дядя настоятельно просил нас отбыть из обители и постараться скрыться, используя этот случай как предлог. Он не сказал подробностей. Мы пытались разыскивать брата, но безуспешно. - И где вы его искали? - Мы много где побывали, обошли земли почти всех крупных орденов. Ну и ещё вернулись к Кипящему озеру, - Вей Ин говорил об этом, как о некой приятной прогулке. Может так оно и было. Строгие порядки в Гу Су Лань были ему не очень-то по душе. - Да там ты что забыл? Тебе жить надоело? - вот тут Цзян Чен возмутился уже не на шутку. - Э-э-то из-за м-м-меня, - Вэнь Нин обычно предпочитал не принимать участия в разговорах, а особенно в стычках главы Цзян с братом. - Учитель Лань сказал оживить, вот я и решил попробовать. А-Юаню нужен дядя. - Как будто тех, что есть ему мало! - А-Юань был окружен в ордене Лань поистине родительской заботой главы и нередко бывал в гостях в Пристани лотоса, где можно было бегать, кричать и озорничать вместе с Цзинь Лином. - Родной дядя, - уточнил Вей Ин. - А я игрушечный что ли? - собственно, себя Цзян Чен и считал родным. - Цзян Чен, ты вообще о чем? - Вей Ин был не на шутку удивлен. - А-Юань твой сын, а значит я ему почти дядя, - пояснил для особо непонятливых глава Цзян. - Подожди. С чего ты вообще это взял? - Вей Ин не поспевал за полетом чужой мысли. - С того, что ты всегда был легкомысленным, флиртовл со всеми встречным девушками, с Вэнь Цин у тебя вовсе были какие-то секреты. Ведь по ее просьбе ты пошел спасать остатки их клана из плена Цзиней... Выражение на лице Лань Ван Цзи было просто непередаваемым. Вэнь Нин слегка приоткрыл рот, что в его случае означало крайнюю степень удивления, а Вей У Сянь залился громким смехом. - Цзян Чен, Цзян Чен, неужели я по-твоему настолько плох? Я в своей прошлой жизни ни до одной живой девушки и пальцем не дотронулся! - А тот поцелуй, которым ты так хвалился после охоты на Бай Фен? - Цзян Чен тогда здорово ругался на легкомыслие Вей Ина и то,что тот позорит орден таким поведением. А Вей У Сянь лишь засмеялся в ответ, что шишу ему завидует, что выбрали не его. - Это была не девушка, - с каменным лицом пояснил Лань Ван Цзи - Цзян Чен, я же все время был с тобой. Помогал тебе на войне, разгребал с тобой завалы после пожара. Как бы и с кем я зачал ребенка? - Тогда откуда он взялся? - Цзян Чен был обескуражен. Он ведь много лет думал, что А-Юань должен носить по рождению фамилию Вей, искал в мальчике знакомые черты. - А-Юань с-с-сын м-м-моего т-т-троюродного брата. Я х-х-хотел бы заботиться племяннике и об-б-бучить его т-т-тому лекарскому искусству,к-которому учили м-м-меня и с-с-сестру . - То есть я тринадцать лет думая,что А-Юань мой племянник, ошибался? - Я тоже думал, - сознался Лань Ван Цзи и от этого признания стало как-то легче на душе. Цзян Чен уже не ощущал себя таким дураком. - Лань Чжань, ты что, оставил бы А-Юаня там, если б не считать его моим сыном? - возмутился Вей Ин. - Нет, - коротко ответил Лань Ван Цзи