На чердаке

— Может быть, оставишь в покое Феогноста? — без особой надежды спросил Серафим. — Ему нравится, — беспечно отмахнулся Костик, наматывая на шею торса елочную гирлянду. — Красиво, правда? — Какой-то ты слишком буйный для человека, который не спал всю ночь, — проворчал Серафим. — Всё утро туда-сюда. — Вообще-то я ужасно устал, — признался Костик. — Если хоть на минуту присяду, то непременно засну на весь день, а мы же этого не хотим… — Нет, что ты, — горячо поддержал его Серафим, — разумеется, не хотим. Ты же тогда не сможешь участвовать в работе… А, нет, погоди-ка. Ты и так в ней не участвуешь. — Потому что вы не даете, — возразил Костик, окружая Феогноста зеркалами. — Потому что ты уже расколотил шкатулку с золотыми перепелками. — Потому что после бессонной ночи плохо соображаю. Кроме того, с мелкой моторикой у меня всегда было плохо, — признался Костик. — Но не спать-то всю ночь кто тебя просил? — Ну, я же не виноват, что электричества не было, а при свечах вы не разрешили. — Действительно, что это я? — продолжал ворчать Серафим. — Мог бы и позволить твоему зоопарку перевернуть свечи и спалить времянку. — До сих пор злитесь на Матильду? — проницательно спросил Костик. — Во-первых, она не виновата, что вы перепугались и стали махать руками, а во-вторых, челка вам даже идет. — Это не челка, а стригущий лишай какой-то, — с горечью ответил Серафим. — Ну, наколдуйте что-нибудь, — пожал плечами бессердечный Костик. — Что, например? — Например, я где-то видел заклятие, призывающее на голову цаплю. Это бы отвлекло внимание от ваших проплешин, — предложил Костик, поправляя на голове Феогноста выцветший капроновый бант. — Подайте еще какой-нибудь хлам, мне Феогноста наряжать нечем. — Ему уже хватит, — сердито отмахнулся Серафим. — Ну и жадина, — весело ответил Костик. — Хотите, сделаю вам парик из веревочной швабры, чтобы не комплексовали? Серафим промолчал. Костик оставил Феогноста в покое и нырнул под кресло. — Проверяешь, нет ли там еще каких-нибудь выбивалок? — поинтересовался Серафим. — Очень вовремя. У меня как раз нет настроения тебя спасать. — Проверяю, нет ли тут еще какого-нибудь красивого хлама, — ответил Костик. — Раз уж вы мне ничего не даете… — Вот чучело, — проворчал Серафим. — Опять ведь что-нибудь агрессивное откопаешь… За креслом было тихо. Потом что-то звякнуло — и снова воцарилась тишина. — Эй, мучитель, ты живой? — позвал Серафим. Через несколько отвратительно долгих секунд за креслом послышалась возня, потом из дыры в завале выглянул украшенный паутиной и пыльными катышками Костик. — Сим, ты только не сердись, — сказал он. — То есть вы. Не сердитесь. — Что опять? — слабым голосом спросил Серафим. — Помните портал, который раньше был в шкафу? — Ну? — В общем… Есть вероятность, что портал бывает в зеркальце? Серафим неуверенно покачал головой, потом спросил: — Он еще там? — Вряд ли. Боюсь, я его раскокал нечаянно, — смущенно признался Костик. И тут же напомнил: — Вы обещали не сердиться. — Ничего я не обещал, — возмутился Серафим. — Но и не возражали, а молчание — знак согласия, — запротестовал Костик. — Кроме того, я точно знаю, что вы меня за это не убьете. — Неуместный оптимизм, — проворчал Серафим. — И что тебя вечно несет к этим порталам? — Не знаю, — пожал плечами Костик. — Может, мне действительно надо было стать вершителем. — Давай всё же про портал, — нетерпеливо сказал Серафим. — Что в нем было? Почему ты вообще решил, что это портал? Ты в него проходил? — Погодите, я за вами не успеваю, — остановил его Костик, вылезая из-под кресла и протягивая учителю зеркальце. — Не забывайте, бессонная ночь и всё такое. Серафим посмотрел в расколотое отражение и недоуменно нахмурился: — Как это может быть порталом? — Сейчас уже никак, — вздохнул Костик. — А пять минут назад, когда я в него заглянул, там было… Не знаю, как описать. В общем, как будто смотришь глазами машиниста: впереди рельсы, по бокам деревья мелькают, всё движется. Но зеркальце маленькое, там не видно, в кабине сидишь или нет. В общем, когда меня стало засасывать, я отбросил зеркальце подальше. Одно дело, если в поезд перенестись, а вдруг портал как раз перед ним и перемещается? Только пройдешь — и в лепешку. Я не хочу в лепешку, — на всякий случай уточнил он. — Разумно, — задумчиво ответил Серафим. — Но всё это очень странно. Впервые слышу о портале, который движется. — Вы же говорили, что они не стоят на месте, — возразил Костик. — Ну, они просто перемещаются из одного места в другое. Где-то закрываются, где-то открываются. Никто еще не видел, чтобы они двигались. Или находились в движущихся предметах, — покачал головой Серафим. — Скажите, это очень важное открытие? — спросил Костик, сверля его взглядом. — Пожалуй, — неохотно признал Серафим, — но мы об этом никому не расскажем. — Почему? — Потому что тогда придется рассказать, что мы своими некомпетентными действиями дважды сорвали возможность прохода в рабочий портал. — Мы? — Вообще-то ты, но это же я за тобой не слежу… Так что мы. Костик разочарованно отвернулся, потом решительно встряхнулся и сиганул на ближайшую балку. — Интересно, я смогу заснуть вверх ногами, как летучая мышь? — спросил он, повиснув вниз головой и скрестив на груди руки. Серафим покачал головой, убирая в карман разбитое зеркальце. — Странный ты, Костик, — сказал он. — И безответственный, безалаберный, неусидчивый и какой там еще, — радостно согласился Костик. — Мне говорили. — Слезай. Поспи нормально. Костик бросил на него долгий, какой-то чересчур внимательный взгляд, потом спрыгнул и с разбегу плюхнулся на перину, по пути чудом избежав столкновения с трюмо. — Разбудите, когда я буду нужен, — сказал он и отвернулся к шкафу. — То есть никогда? — проворчал Серафим и тут же пожалел о сказанном. — Нет, я неправильно выразился, — невозмутимо поправился Костик. — Разбудите, если работа будет идти слишком хорошо. Я сегодня ночью, пока вы дрыхли, пришел к выводу, что нужен вам для вселенского равновесия. Это мое предназначение. Здорово, правда? — Не то слово, — отозвался Серафим. — А, еще можете разбудить, если найдете какой-нибудь красивый хлам для Феогноста, — сказал Костик. — Да спи уже… — Сплю, — заверил его Костик и закрыл глаза. Серафим бросил неодобрительный взгляд на щеголяющего обновками Феогноста, потом открыл расписной ларь и углубился в изучение его содержимого. Среди многочисленных магических одежек в ларе отыскался красивый, но совершенно лишенный магии стеклянный шар на подставке. Серафим покрутил его в руках, перевернул пару раз, полюбовался крупным снегом, который накрыл заключенные внутри елку и избушку. Хотел было отдать бесполезный хлам Костику, но передумал, не стал будить. Что бы чертенок ни болтал насчет равновесия, без него работалось просто отлично. Поразмыслив немного, Серафим спрятал шар в один из ящиков комода. Вдруг пригодится?