На чердаке

Костик осторожно поставил белого коня рядом с черным ферзем и повернулся к шару: — Ваш ход. Симеон Андреевич брезгливо поморщился и отвернулся. — Ладно, схожу за вас, — беспечно согласился Костик. — Ферзем. Вот сюда. Симеон Андреевич украдкой обернулся, чтобы видеть шахматный столик, и тут же кинулся к стеклу, застучал в него кулаками. — Зря вы, Симеон Андреевич, подставили ферзя, — укоризненно сказал Костик. — Вы же сейчас проиграете… Он аккуратно убрал с доски черного ферзя, водрузил на его место белого коня и объявил: — Снова ваш ход. Симеон Андреевич рассыпался в агрессивных жестах, потом демонстративно отвернулся. — Сим, можно ему как-то домик облагородить? — спросил Костик, задумчиво глядя на шахматные фигуры и барабаня пальцами по краю столика. — В смысле? — спросил Серафим. — Ну, чтобы туда можно было зайти. Чтобы домик был настоящий, хоть и маленький. А то он же цельнолитой… — Зачем ему домик? — заворчал Серафим. — Есть шар, хватит ему. — Ну, если бы я оказался навеки заперт в стеклянной тюрьме, я бы хотел, чтобы был домик. Даже рыбкам в аквариуме полагается личное пространство, — сказал Костик, подхватывая черного слона. — Какое может быть личное пространство в аквариуме? — возмутился Серафим. — Играй давай, пока действие зелья не закончилось, а то конь очнется и снова тебя покусает. — Сразу видно, что у вас никогда не было рыбок, — ответил Костик. — В аквариуме обязательно есть коряги, всякие там пещеры из камней, да хоть водоросли, чтобы рыбки могли спрятаться, когда хотят побыть одни. Мне шах. Симеон Андреевич снова прилип к стеклу, глядя, как Костик размышляет над своим ходом. — Не представляю, как ты собираешься выживать, когда вырастешь, — покачал головой Серафим. — А что? — спросил Костик и нерешительно взялся за ладью, но медлил, не ставил ее на пути слона. — Всех тебе жалко, даже вот таких подлых злодеев. Стоит мне отвернуться — и ты его выпустишь, а он тебя тут же прикончит. Симеон Андреевич яростно замотал головой, потом заискивающе улыбнулся Костику, сложил пухлые ручки в молитвенном жесте и доверчиво захлопал глазами. — Вы правы, прикончит, — кивнул Костик. — По лицу видно. Симеон Андреевич погрозил Костику кулаком, потом убежал за елку. — Видишь, есть у него личное пространство, — сказал Серафим. Костик молча отпустил ладью, передвинул короля на соседнюю клетку. — Ваш ход, Симеон Андреевич. На этот раз Симеон Андреевич даже не выглянул из-за елки. Костик пожал плечами, передвинул черного слона на пару клеток ближе к центру, отдавая его на съедение белому ферзю. — Какой интерес так играть? — непонимающе спросил Серафим. — Вы о том, что он плохо играет? — заговорщически прошептал Костик. — Так и я ему поддаюсь… Симеон Андреевич высунулся из-за елки, осмотрел шахматную доску, не удержался, стал жестикулировать. — Опять он ругается, — огорченно всплеснул руками Костик. — Нет, по-моему, он показывает свой следующий ход, — удивленно сказал Серафим. Костик присмотрелся и подтвердил: — Похоже на то. Как думаете, это он кого изображает, слона? — Нет, больше на коня похоже… Симеон Андреевич сердито топнул, ткнул пальцем в Костика, ладонью отмерил от пола расстояние, которое в обычном мире могло бы сойти за метр, показал два пальца, изобразил движение вперед. — Пешкой идти хочет, — догадался Костик и передвинул одну из черных пешек на две клетки вперед. Симеон Андреевич схватился за голову и разразился какими-то явно нехорошими словами. — Что это с ним? — спросил Костик, сбивая пешку своим конем. — Видимо, не этой пойти хотел, — пожал плечами Серафим. — И что он так нервничает? — Проиграть мне боится, — с готовностью ответил Костик, вызывая новую волну беззвучных ругательств. — Я вообще очень сильный игрок… Серафим фыркнул. — Что смешного? — обиделся Костик. — Сами-то против меня играть боитесь… — Не боюсь, а занят, — поправил его Серафим. — Кроме того, ты меня не особо и звал, ты же с этим играешь… Костик с восторгом посмотрел на Серафима и объявил: — Ревнуете! Серафим негодующе всплеснул руками и отошел от столика. — Что за чушь, — забормотал он, старательно роясь в сундуке. — Делать мне больше нечего… — Следующая партия — ваша, учитель, — торжественно пообещал Костик. — Вот еще, — пробурчал Серафим. Симеон Андреевич тем временем отыскал свой прутик и торжественно начертил на снегу: «A1-B1». — Ура! — завопил Костик. — Контакт налажен! Он перенес черную ладью на указанную клетку и тут же съел ее своим конем. Симеон Андреевич отчаянно хлопнул себя ладонью по лбу, заметался по шару, потом резко остановился и начертил следующий ход. — Ух, это была самая трудная победа в моей жизни, — сообщил Костик несколько минут спустя. — Что вы там делаете? Серафим быстро дописал что-то в блокнот, убрал письменные принадлежности в сундук и запечатал его самым сложным заклятием. Потом повернулся к Костику: — Так что, следующая партия моя? — Ваша, — обрадовался Костик. — Симеон Андреевич пусть наблюдает, ему понравится, как я тебя разгромлю, — пообещал Серафим. — А если не понравится, он всегда может уйти в домик… — Правда? — воскликнул Костик. Симеон Андреевич, внимательно их слушавший, кинулся к избушке, распахнул дверь и скрылся внутри. — Думаю, он там пробудет какое-то время, — сказал Серафим. — Если карандаш всё правильно исполнил, в домике теперь гостиная Симеона Андреевича. Больше ничего не поместилось бы, но ему хватит. — Я знал, что вы не бессердечны, — заключил Костик. — Я победил, так что фигуры расставляете вы. — Как скажешь, юный изверг, — вздохнул Серафим. Он взялся было за коня и тут же с воплем отшвырнул его в сторону. — А, да, действие зелья закончилось, — спохватился Костик. — Коня не трогайте, укусит.