Изгнанники

      Место жительства клана Учиха оказалось на удивление неплохим.       Алисе как-то пришлось пожить некоторое время среди пустынных кочевников. Условия там были весьма суровые – ничего ненужного с собой не таскали – но терпимые, а местами и приятные, если присмотреться.       У Учиха было не хуже. Может, даже лучше. Всё-таки это крепкий деревянный дом, а не палатка из шкур или парусины, и мыться можно в горячей ванне, а не в тазу с водой или вообще песком, если воды нет. Футон ей показался жёстче, чем памятная подстилка из шкур животных, но выбирать не приходилось.       Она всё-таки наложила морок на свои сапоги и пояс. Теперь у неё тоже были когти и перья (золотистые, по аналогии с совпадением цветов волос и перьев у её провожатого), а «калечных людей» в клане было двое. Вслух никто не говорил, но на лицах шиноби так и читалось: «калечному шиноби – калечный лекарь».       Смешно.       С нынешним главой клана отношения выстроились нормальными, насколько это было возможно. Младший брат Мадары всё ещё её подозревал, но пока не мог прийти к каким-либо выводам. По словам других Учиха и самого Мадары, последнего считали мёртвым несколько лет, пока он не объявился снова – калечный и беспамятный, но по-прежнему крепко держащий в руках катану и легко управляющийся с катоном. Удивительно, что его способности шиноби ничего не затронуло.       Изуна явно понимал, что этот Мадара – не его Мадара, но всё-таки приютил его у себя, не держал взаперти и даже согласился оставить врача – свою заявленную работу блондинка делала исправно.       Они переговорили втроём ещё в самом начале, когда ей показали территории клана и её комнату.       - Ты знаешь, отчего у моего брата такие сильные головные боли? – в места в карьер спросил её глава клана, когда она переоделась в выданную ей одежду, и все они разместились в комнате, явно аналогичной гостиной.       Алиса кивнула.       - Да. Я увидела инородные тела в его голове, блокирующие энергетические потоки, проходящие через головной мозг. Они блокируют доступ к части нервных клеток, вызывая боли при особо сильных попытках пробиться сквозь них. Убирать их надо постепенно, чтобы ничего не повредить. Лучше во время активности, так проще и менее рискованно. Часть во время приступа я убрала, какие-то воспоминания могут вернуться. Мне лучше быть рядом, чтобы не упускать моменты.       - Я не вижу никаких инородных тел на его потоках, – сказал Изуна, глядя на старшего брата шаринганом.       - Не те потоки. – Отрицательно качнула головой Алиса. – Духовные. У всего живого есть душа, её энергия течёт в теле по духовным потокам и потокам жизни. Это слишком тонкая материя по сравнению с чакрой, и вам её увидеть пока что нельзя.       - А ты её, значит, можешь видеть, – младший Учиха продолжал глядеть на неё волком, но ничего сверх вежливости не говорил.       - Могу, – и в знак доказательства предъявила побелевшие глаза магического зрения. Мадара тогда отметил, как досадливо нахмурился брат – он явно не чувствовал активности… чего-то, что она использовала.       Этот короткий диалог они провели, так сказать, официально. Закончился он тем, что младший брат Мадары пообещал сделать с девушкой что-то страшное, если она попытается чем-то навредить старшему брюнету или клану. Сам Мадара тогда его возмущённо окоротил.       Помимо наблюдений за Учиха она занялась помощью местным ирьёнинам. По мнению шиноби выходило так, что раз уж человек может принести пользу, то он и обязан её приносить. На деле, а не только в теории. Никаких проблем Алисе это не доставило – опыт работы с чакропользователями у неё имеется, помочь она может, да и плата за постой вполне разумная.       Вопрос был лишь в том, как скоро по меркам своего мира они вернутся обратно. Мадара, по его же словам, находился здесь уже около недели, в то время как в Фолькрейхе прошло около суток или двух, как их с Торгни отправили «всех спасать». Или просто временной промежуток, в который её отправили, оказался другим? Перемещаться во времени ведь тоже так можно. Попали же Беате и Торгни в один мир, но в разное время. Кажется…       «Где-то я это уже видела» – подумала Алиса, почувствовав, что в выделенной ей комнате она больше не одна.       - Не спится? – спросила она у вышедшего на свет Мадары.       Сама она сидела у раскрытого окна, а мужчина сейчас поразительно напоминал себя самого в первую их ночь в общежитии.       - Типа того. – Коротко бросил он, присаживаясь на расстеленный на полу футон. – Поговорить надо.       Шиноби терзали противоречия. Он на самом деле признавал, что оба спорщика – и младший брат, и златовласая знакомая незнакомка – правы каждый по-своему. И одновременно ему хотелось согласиться с Изуной и вернуть утраченные воспоминания, которые, кажется, включали в себя Алису. Многое говорило в её пользу.       - Что ты хотел бы обсудить? – спросила девушка, разворачиваясь к нему всем телом.       - Почему ты не можешь просто рассказать мне, что было? – спросил Мадара, чуть хмурясь. – Если это всё действительно было.       Алиса чуть улыбнулась откровенно высказанному подозрению.       - Было. Рассказать о забытом можно, но не рекомендуется. Иначе о чём-то вспомнить ты не сможешь. Тут дело, помимо прочего, ещё и в мотивации – организм должен работать на выздоровление. Твой случай не единственный. У нас проводились аналогичные исследования, и было установлено, что те, кому о прошлом не рассказывали, справлялись со своим недугом быстрее и эффективнее. В другой категории были и те, кто вовсе не смог ничего вспомнить.       Мужчина помолчал немного, явно о чём-то задумавшись.       - Мне недавно снился бой. Очень странный. Я… Я не знаю, что это было. Некоторые сцены были яркие, другие словно в тумане. Там ко мне обращались по имени какие-то незнакомые люди, но я не помню, чтобы эти события были со мной. Может, это те забытые воспоминания… Ты, кажется, там тоже была…       - Может быть. В этих сценах было что-то… выделяющееся? Отличающееся от остального. Ты ведь был знаком не только со мной, но и с другими людьми.       Учиха замялся. Перед глазами всплыли три лица.       Первым был почти лысый исхудавший мужчина, стоящий в одной болтающейся на его теле футболке на заснеженном балконе с дымящейся чашкой в руке и что-то весьма красиво напевающий.       Второе лицо было освещено шаром, словно сплетённым из нитей голубого света. Светящиеся голубым глаза немигающе смотрели на него, а ровный безэмоциональный голос говорил: «Это – наш мир. Наша планета называется Кризалис. А мы себя зовём кризалитами».       Третья особа удивила больше всего: зеленокожая рокурокуби с металлическими набалдашниками там, где должны были начинаться руки, и с металлической левой ногой сидела на столе и что-то ковыряла в металлической руке зажатым в зубах инструментом. Удерживала протез она своими ногами, пальцы которых были длиннее за счёт когтей. Подняв взгляд тёмных глаз на него, она сварливо проговорила, не выпуская инструмент из острых зубов: «Что? Можно подумать, мне никогда не отрывали конечности…»       В голове заныло, но в мигрень не переросло – Алиса вовремя положила ладонь ему на голову и уняла боль.       - Спасибо.       - Обращайся. И не грузись так сильно по поводу воспоминаний. Не все из них хорошие, но не все и плохие.       - Да, но… где всё это происходило? Ты говоришь на странном языке, и я его знаю. Те люди из моего сна использовали странное оружие, бьющее на дальние дистанции. Я сейчас вспомнил двух странных мужчин. Один говорил на каком-то другом языке, непохожим на твой, а у другого были светящиеся глаза. Ещё странная девушка без рук и ноги, с длинной шеей. Но ведь таких людей не бывает, и ни у кого не было крыльев…       - Всё, о чём ты говоришь, было, не волнуйся. Ты много общался с ними и другими людьми. И, не удивляйся чьей-то необычной внешности – в последнее время это стало в порядке вещей.       - Где именно? – требовательно спросил Мадара, чуть подаваясь вперёд.       - Сказать обо всём я не могу. – Покачала головой Алиса. – Можно лишь подводить к нужным мыслям.       Мужчина отступил. Ладно, не всё сразу. Всё же, ему действительно хотят помочь…       - Заниматься этим лучше завтра. Давай ложиться спать. – Девушка поднялась со своего места и подошла к футону, намереваясь лечь. Мужчина не сдвинулся. – Ты собираешься идти к себе?       - Я хотел бы остаться, – проговорил Учиха, повинуясь какому-то наитию.       - Футон только один.       - Тогда подвинься, – брюнет забрался под одеяло, ложась с краю, и приглашающим жестом похлопал по свободному месту. Выражение лица у него было слегка шкодливое. Явно думал смутить.       Алиса же молча пожала плечами и легла рядом, игнорируя своего визави. Для неё это не было чем-то особо смущающим или удивительным – всё же они уже спали вместе в одной постели, да и голым она его видела – шиноби явно были менее стыдливы и не считали наготу чем-то заслуживающим особого внимания.       Блондинка чуть улыбнулась, вспоминая, как ругался Владимир, когда Мадара поначалу выходил из душа в одном полотенце, а иногда и без него (когда думал, что никого нет). «Победить» лысому блюстителю нравственности удалось лишь с помощью Лива и Этт и изучающим взглядам, которыми они буравили тело и особенно причинное место брюнета (прикрытое, к слову). Исследовательские вопросы и высказанная невинным тоном просьба дать посмотреть поближе подействовали сильнее, чем все увещевания о том, что здесь это неприлично, да и вообще холодно, заболеешь же.       «Где-то я это уже видел» – подумал Мадара, испытывая чувство дежавю. В который раз за последнее время. Впрочем, это, наверное, хорошо…       Утром его разбудили лучи солнца, бившие в глаза через открытое окно. Брюнет чуть поморщился, но закрывать створки не стал. Вылезать из тёплого кокона одеяла не хотелось.       Он поплотнее прижал к себе источник живого тепла и чуть вздрогнул, «догнав», что он лежит в обнимку с бескрылой девушкой и, видимо, спал так оставшуюся часть ночи. Но, что странно, в их нынешнем положении ему ничего не казалось неправильным. Скорее, даже знакомым, словно всё это уже было.       Задумавшись и осмотревшись, он кивнул своим мыслям. В голове постепенно всплывали воспоминания, но боли они не приносили. Вспоминались ночёвки в комнатах на кроватях на одного и привалы на паре выездных заданий. Иногда он приходил спать к ней, иногда она к нему. Он тогда старался держаться поближе к единственному хорошо знакомому человеку. От окружающих он тоже старался не отгораживаться, но такого уровня доверия как с ней, у него, пожалуй, ни с кем не было.       Два экземпляра, помнится, очень полюбили шутки ради устраивать ему жёсткие побудки. Сначала одна лысая сволочь просто тормошила его, призывая вставать. То, что Мадара спросонья его атаковал, приняв за угрозу, его не остановило – он мог ему противостоять в рукопашной.       Потом появилась сволочь кудрявая и высокая – она была очень громкой, и Мадаре тогда пришлось ставить фуин-барьер, не пропускающий звук, а потом и предметы. Но его достали и так!       Джотто как-то обмолвился, что russo – странный и даже страшный народ, с причудами. Зря его Мадара тогда не послушал! Отмахнулся, как от тех слухов о «красноглазых демонах», что распускали о его клане!       Владимир тогда додумался до того, до чего никто бы не додумался! Взял увеличительное стекло и встал перед окном, фокусируя солнечные лучи на одеяле Мадары, устроив ему натуральную прожарку на вертеле! И потом ещё неделю называл его «Учиха-гриль с хрустящей корочкой»! Додумался же… russo…       Мадара мысленно осёкся. Владимир и Джотто… Странные имена и не менее странные люди. Внешне нормальные, а одежда странная… Две шапки с ушами; одна – кожаная с очками и мягкой подкладкой, другая – пушистая и очень тёплая, зимняя.       - Имя «Vladimir» означает «владеет миром». – Лицо искажает усмешка, отдающая какой-то неясной горечью на языке. – По-русски это звучит как «vladeet mirom». Похоже, правда?       - А меня назвали в честь нашего художника. Были те, кто надо мной из-за этого смеялся, но большая часть моего окружения считала, что это необычно и здорово.       Учиха чуть нахмурился. Ему казалось странным, что в воспоминаниях не появлялся никто из Сенджу. Мадара помнил Хашираму, помнил их дружбу, но ничего нового о нём не вспоминалось, будто бы его и не было. Но, может, это нормально? Изуна же сказал, что он пропал на несколько лет, а значит, не мог видеться с Сенджу. Но вот при каких обстоятельствах он пропал, Мадара тоже не помнил. Изуна также сказал, что все считали его мёртвым, и не отпускал его за пределы территории клана, чтобы не оповещать врагов о его «возвращении». Его вполне можно было понять, но, чуяло сердце, было здесь что-то не то…       Чего-то не хватало. Какой-то очень важной детали, без которой ничего не сходилось.       Девушка в его руках чуть шевельнулась, отвлекая от мрачных дум. Впрочем, наверное, не так уж всё и страшно. Что бы там с ним ни случилось, это «что-то» подарило ему эту девушку, к которой он испытывал какие-то особые доверие и симпатию. Хоть и странно испытывать такое по отношению к человеку, с которым познакомился совсем недавно…       Отстранённо подумалось, что надо бы уйти к себе. Но уходить отчего-то не хотелось.       «Ещё пять минуток полежу и уйду» – сонно подумал Учиха, незаметно для себя начиная задрёмывать.       Вдруг дверь открылась, и на пороге возник Изуна.       - Ари… Нии-сан?       Мадара кинул на него негодующий взгляд – он только собирался ещё поспать!       - Ты ещё на весь дом поори, чтоб точно все собрались, – недовольно зашипел старший Учиха, выпуская блондинку из объятий и садясь на месте. Впрочем, насчёт «орать» он покривил душой; говорил Изуна спокойно. – Ты чего тут делаешь?       - Тебя искал, – ответствовал младший брат, окидывая их обоих колким взглядом. – А почему ты здесь, а не в своей комнате?       - Потому что хочу спать здесь.       - С ней?       - С ней.       - Почему ты так ей доверяешь, нии-сан? Вы знакомы всего несколько дней, а ты ведёшь себя так, словно вы знаете друг друга много лет, и она тебе не раз помогала и спасала.       Мадара замешкался, прежде чем ответить. Вспомнилось: брошенный дом, холод и тепло, душащие его боль и рыдания… Алиса тогда тоже там была – мягко успокаивала и расчёсывала его гриву. Только о чём именно они тогда говорили, он не помнил…       - Может, и много лет. Но не думаю. – Мужчина поднялся и направился к выходу, не желая будить девушку. Да и одеться надо, раз уж он всё равно проснулся. – Пойдём отсюда, не будем её будить.       Младший брат последовал за ним. Лицо у него было явно не довольным.       Свалившаяся на их головы девушка принесла ещё больше сумятицы в его жизнь. Пускай Изуна сразу понял, что этот Мадара – не его Мадара, и вполне логично было бы предположить, что за ним может кто-то прийти, мысль о том, что старший брат всё вспомнит и вернётся туда, откуда пришёл, вызывала глухую злобу и желание оградить его от «старой знакомой».       Он и сам не совсем себя понимал. Судя по тому, что она обращалась к нему как к Мадаре, не используя какого-то другого имени, это был не самозванец под личиной брата. Ничто не обнаруживало в нём чужака, кроме отсутствия крыльев. Но и его братом этот человек не был…       Изуна запутался. Правильно было бы вернуть чужака туда, откуда он пришёл, но… это же аники… он ведь так скучал по нему…       - Твои воспоминания возвращаются? – спросил он Мадару, когда тот оделся, и они шли на полигон для тренировок, чтобы размяться с утра.       - Да, постепенно, – кивнул старший Учиха.       - А раньше не возвращались?       - Да, из-за боли. Алиса её снимает, и воспоминания остаются.       Изуна отвёл взгляд.       - Это хорошо… И… прости меня.       - За что?       - Я ничем не могу тебе помочь. Хочу, но не могу.       «И прости мне мой эгоизм. Я хотел бы, чтобы ты остался, но я не знаю, кто ты такой…»       На приватный разговор Учиха Изуна позвал её этим же днём.       Алиса слышала, как глава клана чернопёрых людей говорит с не-своим братом и видела, как смотрит на него и какие взгляды кидает на неё.       Глава клана вызвал её, когда она расписывала клановым медикам способы восстановления чакроканалов. В этой области познания местных были куда ниже, чем в её мире.       Увёл её в свой кабинет, обставленный в стиле, приближённом к стилю её страны. После ничего не значащего трёпа, нужного лишь для прощупывания почвы, перешёл, наконец, к делу.       - Я одно хочу спросить: Мадара – действительно Мадара? Кто он?       - Не волнуйся об этом. Мадара – действительно Мадара, но он не из этого мира.       - А из какого тогда? – Изуна напряжённо выпрямился и прямо-таки вцепился в неё взглядом.       - Миров несчётное множество, а реальностей в них ещё больше. В той реальности, в которой родился Мадара, у людей нет крыльев, а события пошли иначе – по его словам, там вместо него погибли вы, Изуна-сан.       Действующий глава клана чуть опустил потемневший взгляд.       - Я думал о чём-то подобном… Вот, значит, как… Каким же образом вы с ним попали сюда?       - Произошёл несчастный случай, в результате которого два человека пропали без вести. Их нашли в других мирах и отправили им помощь. Не знаю, как обстоят дела у Торгни и Владимира, но Мадара потерял память.       - У кого? – строгое выражение на лице Учиха треснуло, сменившись изумлением.       - У Торгни и Владимира. – Чётко произнося слоги, повторила Алиса. – Так зовут вторую пару несчастных.       - Странные имена.       - Мадара тоже сначала мучился. Сейчас уже ничего. Затруднения ещё есть, но уже не так много.       Изуна снова задумался.       - Откуда вы пришли? Ваше поведение сильно отличается от привычного нам. Жесты, слова… Вы этого не замечаете, но это видно.       - Я из другого мира, который совсем не похож на ваш. Мадара живёт там уже около полугода.       - Зачем он ушёл туда? – снова удивился мужчина.       - Сначала ему нужна была помощь, а потом он решил там остаться и помочь нам. У нас война была, а её последствия едва не уничтожили всю планету. Он оставил свой мир и ушёл к нам.       - Бросил клан?!       - Оставил на какое-то время. По рассказам Мадары я знаю, что у него были крайне напряжённые отношения со своим кланом. Во всяком случае, он считал, что его предали. Так что клан, скорее всего, бросил его ещё раньше. Но сам он сказал, что хочет потом вернуться и помочь своим, когда случится что-то плохое.       - Что, по его мнению, должно случиться с Учиха? – Изуна подобрался, готовясь к худшему.       - Мадара рассказывал мне, что после смерти другого вас он заключил мир с кланом Сенджу, и они основали общую деревню, к которой потом присоединились другие кланы. Через какое-то время его начали откровенно травить – и вытравили. Правителем деревни стал глава второго клана, и он ничего не делал, чтобы пресечь нападки.       - Вот как…       Во время речи блондинки он сложил руки на груди и всё крепче сжимал локти.       Всё же хорошо, что он не стал заключать мир с противниками. Как знал… А брат, видимо, не послушал…       Медленно и глубоко вдохнув, он так же медленно и глубоко выдохнул. Надо успокоиться. То, что произошло с братом, ужасно, но есть и другие важные вещи, о которых ему нужно позаботиться.       - А как ты с ним встретилась?       - Случайно. Я тогда заблудилась, если можно так выразиться, и случайно наткнулась на него, почти мёртвого. Вылечила, а потом мы разошлись, впрочем, ненадолго. Насколько я понимаю, тогда, когда я его нашла, он бился с тем самым главой второго клана. Сейчас все в его мире считают его мёртвым.       - Как у него обстоят дела сейчас? – спросил Изуна после паузы.       - Лучше, чем было. В новом мире много нового, и у него там нет дурной репутации. У него появились друзья, которые вам могут показаться странными.       - Нии-сан любит битвы, и он всё же шиноби. Простые люди могут начать его сторониться.       - Простые люди его не боятся, – усмехнулась Алиса. – От девушек отбоя почти нет, и есть несколько людей, которые не гнушаются гонять его в магазин и ругать за немытую посуду.       - Серьёзно? – недоверчиво изогнул бровь мужчина.       - Абсолютно! – девушка широко улыбнулась. – А уж как Мадара был удивлён, когда понял, что его силы для некоторых индивидов вообще пустой звук – ты бы видел его рожу!       Впрочем, рожа Изуны после этих слов была точно такой же, как и у Мадары тогда. Сомневаться в родстве этих двоих не приходилось.       - Это для каких таких чудовищ сильнейшие шиноби этого мира ничего из себя не представляют?       - Есть у нас двое разумных, не имеющих чакры. Их тела растворяют любую направленную на них магическую энергию, а сами они сильнее и крепче, чем люди. В их родном мире тоже нет магии, а к нам они попали через немагические порталы, которые находятся где-то за небом.       Брюнет смотрел на неё, раскрыв рот.       - Что же это за люди такие? – только и смог произнести он.       - А они и не люди. – Приложили его по голове беспечным голосом. – Кризалиты. Форма жизни в виде кристаллов. Хотя выглядят они как люди, только глаза светятся.       Изуна уставился на неё так, словно не мог понять, кто из них двоих сошёл с ума.