Изгнанники

      Их возвращение с Пустошей было встречено волной воодушевления. Люди, оборонявшие города от разлива тьмы, аналогичного тому, что было во время Тёмного Урагана, поняли, что международная миссия увенчалась успехом, а значит, дела идут на лад. И это, в общем-то, было правдой – с закрытием Большого Разлома даже немного выровнялся энергетический фон, как отметили маги.       Кто-то уже даже начинал строить планы на будущее: Джотто, хитро поблёскивая шоколадными глазами, по секрету поделился, что наследники одного влиятельного клана из южной страны собираются уломать своего главу разрешить им взять ученичество у какого-то мага с севера; застрявшие в Фолькрейхе до катастрофы послы Кинезии приглашали своих новообретённых друзей в гости, когда всё закончится, а приятели Владимира и Беате, те, что из «приближенных к природе», на досуге начинали мечтать о том, какие сады разобьют дома, что переделают, а что восстановят, как было.       Сам Учиха в таких разговорах обычно не участвовал, но с удовольствием слушал. Всеобщее воодушевление и знание того, что он сам внёс какой-то вклад в восстанавливающийся мир, грели ему сердце.       Не обходилось, впрочем, и без плохого. Так, например, возникали случаи, когда передовики обвиняли тыловиков в том, что те «сидят в безопасности и ничего не делают, пока за них там головы складывают». Последние в долгу не оставались – инициативные ребята с их стороны обвиняли бойцов в том, что те плохо выполнили свою работу, из-за чего от ударной волны, образовавшейся от долбёжки разлившейся энергии о барьер, была разрушена часть отстроенного города и сильно повреждена часть речного порта.       Конфликтов было немного, но касались они всех и каждого, так что бывали случаи, когда спор между двумя индивидами перерастал в, образно выражаясь, драку на всю улицу.       Успокаивать разбушевавшихся было нетрудно. Мадаре такой случай выпал всего один раз, и каких-либо особых трудностей он для себя не обнаружил. Практически как в старые добрые времена бытия главой клана Учиха.       Как ни странно, отличился здесь и Джотто. Молодой лётчик, в жизни чаще всего показывавший себя как жизнерадостный раздолбай, сродни Хашираме, напомнил, что в своём мире занимал, на минуточку, командирскую должность, пусть и не самую высокую.       «Разогнать по углам» рабочих для него было примерно равнозначно тому, чтобы разогнать рядовых. Несложно, и в некотором роде привычно. По сравнению с его обычной, присущей скорее гражданским лицам несерьёзностью, командирское амплуа выглядело как минимум неожиданно.       Мадара тогда потянулся было сложить «кай», но его вовремя остановил невосприимчивый к иллюзиям Владимир, уверивший, что всё в порядке.       - Раз начали хернёй страдать, значит, всё идёт на лад, – сказал он и растянул губы в усмешке под хмурым взглядом Джотто. – Значит, силы на это у людей появляются, потому что работы остаётся меньше. – И перевёл весёлый взгляд на проштрафившихся. – А если работы у вас стало меньше, то вас смело можно отправлять туда, где рабочих рук стало меньше. Джотто, ты, как член командного состава, не отдашь этих ребят в мою вотчину?       - Что за странные вопросы ты задаёшь, Владо? – хитро прищурился кудряш, мгновенно вливаясь в игру. – Разумеется, отдам.       - Grazie mille! Как хорошо иметь друзей среди начальства! Потопали, кобылки, у нас лопатоносцев на участке нехватка.       Ухмыляясь правой стороной лица, Джотто театрально закатил глаза, глядя вслед удаляющемуся с садисткой улыбочкой Владимиру.

***

      Блок. Блок. Ещё один блок. Оппонент не даёт и шанса на атаку, его движения настолько стремительны, что только и остаётся успевать их замечать и уклоняться или блокировать.       Хвать! Её перехватывают поперёк туловища и бросают на землю, но Алиса успевает обхватить оппонента обеими руками за шею, не давая вырваться. Противник, прижав девушку к земле всем своим весом, подался вперёд, вдавливая свою макушку в чужой кадык.       Раздался дробный звук свистка, и давление прекратилось. Тяжесть с тела быстро пропала. Алиса приподнялась на локте и ухватилась за протянутую руку Этт – а именно с ней они проводили сейчас тренировочный спарринг.       Крепкие пальцы обхватили её ладонь не по-человечески крепко, и одним лёгким движением поставили на ноги.       Хоть Алиса, как и многие другие люди, уже более-менее привыкла к силе и выносливости кризалитов, которые намного превосходили человеческие, несоответствие всё ещё царапало изнутри.       Владимир называл это «эффектом зловещей долины». Заключалось это явление в том, что это «царапанье» было вызвано несоответствием поведения кризалитов ожиданиям окружающих – люди видели в них в первую очередь людей, а потому всё то, что в понятие «человеческого» не вписывалось, вызывало страх и неприязнь.       Беате тогда посмотрела на него, как… Алиса даже не знала, как это описать. Словно одним объяснением Владимир перевернул аловолосой воительнице всю картину мира. Впрочем, этим он, кажется, принёс ей небывалое облегчение.       - Побеждает Этт, – провозгласил судья, коим и являлась Беате, стоявшая чуть в стороне от тренирующихся и наблюдавшая за спаррингами. – Следующие.       Следующими оказались Лив и ещё какой-то пришлый светлый маг, отчего-то смотревший на киборга волком. Последний, если и реагировал на подобное, то человеческому восприятию это было непонятно.       Несколько наблюдателей отвесили по паре комментариев Алисе и Этт, после чего вернулись к следующему раунду шоу.       Блондинка почти сразу же схватила оставленную на скамейке фляжку с водой и сделала из неё длинный глоток.       - Не рекомендую так делать, – прокомментировала чужие действия Этт.       - Почему? – скосила некромантка глаза на кризалита.       - Разгорячённый организм должен остыть, прежде чем ты его начнёшь заливать холодной водой. – Этт похлопала себя по солнечному сплетению. – Это и для металлических деталей вредно, а уж для вас, органиков, и подавно.       Алиса ничего не сказала, но флягу отложила.       Лив и светлый маг тем временем обменивались ударами под аккомпанемент выкриков наблюдателей-болельщиков. Беате следила за ними как стервятник. Руки мага то и дело светились, но гасли от рассеивающего поля Лива, что немало злило светлого.       Этт оглядела окружающее пространство непроницаемым взглядом. Находились они на территории университета, в спортивном секторе. Их небольшая группа спонтанно образовалась близ стоящих рядом на улице турников и прочих тренажёров.       - Как продвигается работа над кристальными садами? – спросила Алиса. Этт плавным движением обернулась к ней. – Лива и Ракшу недавно вызывали в Райгель. Он сказал, что там собираются начать восстанавливать выращивание магических камней.       - Да. Лива позвали для консультации по проекту обновления жилищной и горнодобывающей системы, а Ракшу попросили привезти образцы ископаемых и растение битрум. Их хотят начать выращивать там.       Райгель был небольшим городом, располагающимся в гористой местности близ Зильбернберга. Образовался город вокруг шахт по добыче зурита – довольно редкому классу ископаемых, особым свойством которых являлась почти абсолютная чистота – то есть содержащаяся в них магическая составляющая была даже меньше, чем у какого-нибудь угля или железа, за счёт чего зуриты были прозваны «универсальными проводниками».       В ритуалистике и артефакторике материалы класса зурит могли проводить абсолютно любые магические потоки – любого «окраса», объёма и мощности, без вреда для себя. Образовывались эти минералы только в аномальных зонах без магии. Как раз в одной из таких зон и расположился Райгель.       Благодаря этому городок послужил хорошим укрытием для людей и животных, когда началась катастрофа, вследствие чего его население прилично выросло и не сильно спешило возвращаться в покинутые когда-то места. Так что, вполне возможно, для Райгеля наступали времена процветания.       - Что значит «обновление жилищной системы»? – не поняла Алиса.       - С беженцами существенно увеличилось население города, – пояснила брюнетка. – Домов, чтобы жить, на всех не хватает. В нашем мире большинство домов высотные, и Лива позвали, чтобы проконсультировать строителей.       - Правда? И насколько высокие дома были в вашем мире?       Этт окинула взглядом близстоящие здания, задержавшись глазами на одном из них и чуть наклонив голову, размышляя.       - Примерно в сорок раз выше, чем вот такое, – ответила кризалит, указав пальцем на одно из пятиэтажных общежитий.       - Сколько? – Алиса подняла брови в удивлении.       - Может, чуть больше, учитывая более высокие потолки и технические этажи под крышей, – задумчиво протянула Этт. – Это больше характерно для рабочих сооружений. Жилые дома обычно не настолько высокие.       - Зачем такие огромные дома?       - Райгель, как нам объяснили, находится в аномальной зоне, где вы не можете творить магию. У зоны есть границы, и город не должен за них выходить. Поэтому, им нужно расти ввысь, а не вширь. До высотных домов наших городов, вроде небоскрёбов Родалекса или Артона им пока ещё далеко, но сама технология постройки будет крайне полезна, учитывая будущее развитие инфраструктур и увеличение популяции.       Алиса, подумав, кивнула, всё ещё не отрывая взгляда от общежития и мысленно прикидывая, какова будет высота в сорок раз больше. Получалось не очень.       От размышлений её отвлёк глухой звук падающего тела и ругань на незнакомом языке, больше похожая на пение. Яростное и злобное пение.       Лив стоял, склонившись над лежащим на земле противником, держа его за левое плечо и правую руку. Тот, в свою очередь, не оставлял попыток вывернуться и сбросить с себя тяжёлого киборга. Однако, Лив ровным счётом никак на это не реагировал.       Алиса мысленно отметила, что пришлый парнишка так, скорее, сам себе руки отобьёт, чем нанесёт индиффирентному кризалиту хоть какой-то урон.       Беате свистнула, давая сигнал о прекращении спарринга. Лив тут же отпустил парня и единым текучим движением отошёл на безопасное расстояние.       - Побеждает Лив, – проговорила аловолосая и хотела было повернуться к стоящему рядом сменщику и что-то сказать, как её прервали:       - Это нечестно! – вскочил незнакомый блондин. – Я…       Что «он» никто не узнал, потому как окончание предложения потонуло в издевательском ржаче. Те, кто не смеялся, либо закатывали глаза, либо смотрели с недоумением, осуждением или разочарованием.       - Парень, ты чего? – приподняла красно-рыжие брови Беате. – Ты сам вызвался спарринговаться с кризалитом, чего тебе здесь «нечестно»?       - Аргх, да что с этим дебилом не так? – услышала Алиса раздражённое шипение стоящей рядом женщины из лесных, обращавшейся к своему спутнику. Тот кинул на неё нечитаемый взгляд и покачал головой, пробормотав под нос что-то нелицеприятное в адрес скандалиста.       Лив перевёл как всегда нечитаемый взгляд с противника по спаррингу на Беате и молча ушёл с площадки. На доносящиеся ему вслед выкрики противника он даже головы не повернул.       - Пять часов, – сказал кризалит, подойдя к ним, – нам пора возвращаться.       - Пошли, – кивнула Этт.       - Беате, ты идёшь? – спросила Алиса.       - Сейчас, – девушка стянула с шеи шнурок со свистком и передала его сменщику. – Идём, – подскочила она к ним.       Они обменялись прощаниями с оставшимися и двинулись в сторону дома.       - Кто был тот парень? – спросила Алиса, когда они отошли подальше от сборища.       - Я не помню точно, как его зовут, но он – приёмыш одного из ваших Лесных кланов, - ровно ответил Лив. – Он однажды бросил мне вызов на такой тренировке, и с тех пор не успокаивается.       - Это же тот самый, которого лесные притащили? – уточнила она. – Его вместе с племенем ещё упоминают.       - Да, он, – кивнул кризалит. – Его трудно не заметить. Местным его внешность кажется весьма необычной, верно? – голубые кольца радужек скользнули к Алисе.       - Есть такое, – согласилась Алиса. – Члены Лесных Кланов обычно смуглые или загорелые и темноволосые, в крайнем случае – русые. А он – бледный и белый. На лесных похож разве что только магией и ушами.       Большие и длинные уши, почти как у летучих мышей, были отличительной чертой обсуждаемых ребят. Молва гласила, что такой формой наградил своих потомков некий предок, маг-охотник, решивший сделать себе улучшение тела. По их словам, такая форма наделяла их обладателей тонким слухом, что служило огромным подспорьем при охоте. Поговаривали также, будто некоторые лесные обладали и эхолокацией, как те же самые летучие мыши. Но это уже никем не подтверждалось.       - Сложно ему, наверное, с такими-то данными… – задумчиво протянула некромантка.       Беате невесело рассмеялась.       - Кому тут ещё сложно. Мне Бриск как раз недавно на него жаловалась, говорит, гонору у этого блондинчика, хоть бочками черпай, намучились они с ним. И Оцелу то и дело по шапке прилетает за то, что его притащил. Парень никак не возьмёт в толк, что здесь ему не там, а они – не группа Избранных, а просто группа семей, специализирующихся на определённом направлении, как и многие другие. Спасает его то, что маг он и правда отменный, поэтому ему просто Дэзир мозг любит в особо жёсткой форме. Я с их семейством с семи лет на короткой ноге, – пояснила красноволосая на выгнутую бровь Алисы. – Моя мать была травницей, и обучалась у одного из них. Мы дружили семьями. Надеюсь, когда всё закончится, мы сможем вернуться домой. Будем снова жить как соседи.       Алиса невольно дёрнулась на последних словах.       Её дом, хоть и уцелел физически, и подлежал восстановлению, но всё же… При мысли о холодном посеревшем здании, в её груди словно опять образовывалась та самая холодная пустота, которую она ощущала в ту ночь, когда она привела в свой дом Мадару.       От того, что она называла домом, осталась только пустая оболочка. И ей, откровенно говоря, совершенно не хотелось возвращаться туда. Комната на четверых и общая кухня с гостиной казались ей куда ближе и теплее огромного поместья, выданного когда-то прадеду за какие-то заслуги перед императором. А ведь вернуться ей придётся – вечно их в студенческом общежитии держать не будут, и, как только восстановят города и появятся места для жилья, всех новичков переселят.       С ней, конечно, будут четверо демонов, что сейчас охраняли поместье и приходили, если она звала, но всё же…       - Ты, кстати, так и не рассказала, тебе своих родных найти удалось? – спросила Этт.       «А, точно», - вспомнила Алиса, – «они же вместе путешествовали».       - Да, удалось, – улыбнулась красноволосая, – с ними всё хорошо. Приходите в гости, когда всё закончится.       - Обязательно, – кивнул Лив.       - А вы чем думаете заняться? – спросила блондинка.       - Нас пригласили в местное учёное сообщество, – тут же отозвалась Этт. – Местных учёных заинтересовали наши технологии, мы будем их разрабатывать в местных условиях. Владимир подкинул нам несколько чертежей двигателей, работающих на дистиллированной воде, а Ракша – систему переходников для кристаллов битрума, можно будет попробовать совместить. Нашего топлива у вас, к сожалению, нет.       - Его можно попробовать синтезировать, – сказал Лив. – Я помню формулу и способ обработки. Если найти нужное сырьё и инструменты, то может получиться заправить наш аэро.       - В большие учёные идёте, значит, – усмехнулась Беате. – Хорошо… А я, наверное, в Пустоши двину – я ещё в юности мечтала о кочевой жизни. А ты куда, Алиса?       Взгляды собеседников обратились к ней. Некромантка слегка стушевалась.       - Я… честно, не знаю пока. Но некромантов, как и других тёмных осталось не так уж и много, без работы наверняка не останусь. Наверное, выучим с Вольфгангом наших девчонок и будем по специальности работать. А может, будем учить других одарённых. Специальность наша нынче востребована, – блондинка усмехнулась. Леденящая пустота отступила, но не до конца.

***

      Грохот, скрежет и скрип нещадно били по голове и по ушам. Мадара в который раз пожалел, что, пока была возможность, не изучил ирьёдзюцу и медицину как следует, в частности, устройство барабанных перепонок. Тогда он мог бы «отключить» себе слух. Сидящий рядом Торгни, корпящий над каким-то новым артефактом, понимающе посмотрел на него и кинул на их балкон недовольный взгляд.       Владимир, подпевавший этой, с позволения сказать, композиции на незнакомом языке, который здесь называли «гарсийским», взял какую-то особо высокую ноту на распевке. Учиха в который раз поразился, как можно было так даже не петь, а орать, да ещё и таким красивым голосом.       - Напомни, почему мы это терпим? – спросил юношу мужчина.       - «Самое лучшее мясо готовится исключительно под тяжёлый металл», – процитировал Торгни, поправив очки. Мадара шумно выдохнул, как лошадь.       Да уж, когда они впервые услышали в своём общежитии это звуковое оружие, они чуть с ума не сошли. И ведь эта какофония ещё, стоило признать, была как-то упорядочена, и под неё даже пытались петь.       Глядя на улыбающегося и подпевающего поющей коробке Владимира, Мадара целиком и полностью согласился с Джотто, бубнящим себе под нос: «pazzo russo». Происходило это в день, когда Мадара привёл Изуну в гости, и Владимир вызвался перед его приходом накрыть на стол, заодно оповестив об этом всё общежитие и даже дальше. Новый музыкальный жанр никому не зашёл, и все единодушно материли инженера, на чём свет стоит. Даже вставшие на его защиту кризалиты струхнули от такого напора.       Но всё же стоило признать, что мясо тогда и правда получилось выше всяких похвал.       Шиноби чуть сполз по спинке лавки, на которой сидел, и уставился пустым взглядом в аллею парка. Проходившие мимо человекообразные кидали в сторону окна раздражённые взгляды, но шли мимо.       - Не пыхти так, – попытался утешить Мадару юноша. – Это, – указал зажатым в руке инструментом на балкон, – просто самая тяжёлая форма, не для нас. Есть и другая, нормальная музыка.       - Да я уж верю, – фыркнул Учиха. – Нет, правда, верю. Он мне давал послушать… не такие тяжёлые песни. Они и правда лучше.       - М. Зато после такой «закалки» нам будут не страшны никакие психологические пытки. Те, кто решит нас этим пытать, сдадутся раньше, – мрачно пошутил Торгни. Мадара невольно хохотнул.       - Слушай, а где Джотто? – вспомнил о товарище мужчина.       - С утра куда-то уехал. Он разве не сказал, куда?       - Нет, я думал, кто-то из вас в курсе.       - Ну, значит, он Беате или Лива с Этт предупредил. Может, они знают, – пожал плечами Торгни.       - Почему ты всегда такой спокойный? – поинтересовался Учиха. – Я тебя, наверное, никогда не видел ни разозлённым, ни испуганным. Ты даже не взволнован.       - Потерял последний страх, когда Владимир учил меня выживать. – Усмехнулся юноша. – Я ведь тем ещё тепличным цветочком был, пока всё не закрутилось. А потом просто разучился бояться и научился думать и действовать.       - Погоди, Владимир же жил в полностью обустроенном месте, у него были запасы, которых хватило бы куче людей, не говоря уже о вас двоих. Где он выживать тебя учил?       - Таких мест по всему миру было несколько, и мы иногда кочевали между ними – не всегда с транспортом. Да ещё и некоторые вещи приходилось добывать самим. Не говоря уже о том, что Владимиру бывало просто скучно, и под конец нашего с ним там пребывания он решил поучить ребёнка – то есть, меня – уму-разуму. Из моих рассказов о том, что тут происходило, он решил, что мне это пригодится, когда я вернусь. И знаешь, в целом, он оказался прав. Пригодилось, да и не только мне.       Пока Торгни говорил, его лицо явно посветлело, словно для него этот период был самым лучшим в жизни. Впрочем, если учесть, что ему удалось сбежать от погони и смертной казни в довольно спокойное место, где он мог перевести дух и восстановить силы, то это могло быть недалеко от истины.       На этой радостной ноте Владимир позвал их к столу. Пытка адскими звуками на сегодня кончилась.       - Шикарно, – с чувством проговорил Мадара, проглотив очередной кусок говядины. – Где ты так научился готовить мясо?       - Один знакомый научил, он поваром в ресторане работал. Говорил, у них только так и делали.       - И им не делали никаких замечаний за этот шум? И посетители не жаловались?       - Не-а. В наших ресторанах на кухнях звукоизоляция стоит, так что никому они не мешали. Что у них на рабочем месте творится, никого не касается. Ну, если у них там всё чисто, и они ничего с едой не мудрят.       - Тебе бы самому ресторан открыть, – предложил Торгни. – Будешь подавать там свою странную еду под такую же странную музыку.       - Grechka – не странная еда, – возразил Владимир, – гречиху и тут выращивают, между прочим.       - Аха, – поддакнула присоединившаяся к их трапезе Ракша, которая поесть крайне любила. – А наффёт вефтована павумай, – последнее она проговорила с набитым ртом.       - Проглоти и скажи нормально, – недовольно зыркнул на змейку Мадара.       - Я говорю: а насчёт ресторана подумай. – Послушно повторила девушка. – Я у тебя, если что, главным клиентом буду, и семью с друзьями к тебе тоже буду затаскивать.       - Семью? – переспросил шиноби. – Ты сюда с семьёй переселилась?       - Мгм. С отцом и братом. Ещё, Адоса помните? Он тут тоже с братом и сестрой из моего мира. Моё семейство, как и я – протезисты, но их отсюда командировали в Леландию и Варию. А Адос после закрытия Большого Разлома вернулся сюда со своими.       - Вы с семьёй планируете продолжить заниматься семейным делом? – поинтересовался Владимир. – Может, откроете свою клинику?       - Папа думал об этом, – кивнула Ракша. – Спрос у нас есть, одобрение нынешнего правительства трёх стран – тоже. Только средства на это будут нужны. Но с этим будем разбираться потом. Вы, парни, сами-то что о будущем думаете? Куда подадитесь?       После этого вопроса трое мужчин разных возрастов невольно замерли статуями самим себе, застигнутые врасплох простой и вместе с тем гениальной мыслью.       А ведь и верно. В последнее время они так много и упорно работали, желая забыть о прошлом, что совсем позабыли о будущем.       - Я до войны хотел стать мастером-артефактором. Мечтал изобрести что-нибудь совершенно новое, чего ещё никто до меня сделать не смог, – проговорил Торгни. – А сейчас уже даже не знаю. Столько разных технологий из разных миров принесли, о многом даже не думали раньше. Может, и не получится у меня стать первооткрывателем.       - Ну, это как посмотреть, – положил юноше руку на плечо Владимир. – Для тебя это всё будет в новинку, в отличие от других. Может, у тебя что-нибудь и получится. Не всё сразу, конечно, но…       Владимир замолк и качнул головой, как бы намекая на продолжение мысли. Торгни несмело ему улыбнулся.       Мадара сидел молча, уткнувшись взглядом в тарелку. Ещё до того, как решил остаться в этом мире, он наметил себе цель – помочь своему клану. Для этого ему нужно будет стать сильнее и умнее и не пропустить момент. В курсе дел семьи его держала оставшаяся в его мире Ута, согласившаяся помочь старому приятелю, за символичную плату в виде особой энергии, конечно, так что он сможет сориентироваться, когда придётся выходить из тени.       Сильнее он сможет стать благодаря изучению местных техник. Надо будет покопаться в местных библиотеках – были тут некоторые приёмы, которые были ему подвластны, и которых не было в его мире.       Но не всё же время он посвятит одной лишь погоне за силой? Один раз уже на таком обжёгся – сила теперь у него есть, а применить-то её, выходит, и некуда. Некоторые техники риннегана были для местных слишком мощными, а некоторые – слишком топорными, хоть и не занимающими столько времени, сколько местные аналоги.       К тому же… Алиса.       Вслух он вряд ли признается, но бросать свою блондинистую подругу ему не хотелось. Одного себя он в этом огромном и почти полностью открытом мире почти не представлял. Но и навязываться ему не хотелось. Как знать, может она и вовсе не была намерена впускать в свой дом чужаков на постоянной основе.       Впрочем, об этом лучше будет спросить её саму.       И насчёт бессмертия поинтересоваться тоже. Что-то ему подсказывало, что эта информация может быть важной.