Глава 6
6 марта 2020 г., 20:13
Рубашка Квентина была Питеру слишком велика. Ткань казалось мягкой, но чуть выше спины все равно немного чесалось. Глубокого черного цвета, рубашка имела v-образный вырез, а рукава почти полностью скрывали пальцы. Питер ее обожал. Он не мог перестать ее трогать и несколько раз подносил воротник к носу и вдыхал. По большей части ткань пахла какой-то хренью, которую Квентин использовал при стирке, чем-то очень простым без малейшего следа цветочного аромата. Но он мог поклясться, что от нее также пахло Квентином. Питер просто не знал, как описать этот запах.
— Ладно, прекрати нюхать мою рубашку, чудик, — рассмеялся Квентин, когда притормозил на красный свет и взглянул на него. — Я уже понял, что она тебе нравится.
— Я люблю ее, — счастливо пробормотал Питер, делая еще один вдох, прежде чем, наконец, выпустил ткань из рук.
Вообще-то Квентин не предлагал ему рубашку. Питер просто подошел к его шкафу и вытащил оттуда одну, решив, что теперь она принадлежит ему. Может быть, когда-нибудь в будущем он украдет у Квентина еще и толстовку.
Все еще было слишком рано. Квентин решил, что хочет поработать сегодня и предложил подвезти Питера до дома. Еще он сказал, что они оба должны побыть вдалеке друг от друга после того, что произошло ночью. Ведь события развивались слишком стремительно. Питер все еще старался сохранить в памяти каждую мелочь. Да, он помнил их милое, но немного неловкое свидание. Он вспомнил, как вошел в квартиру Квентина. Он вдруг вспомнил, как целовался с ним. Питер не понимал, почему не смог сдержаться. Возможно, просто находясь в квартире Квентина, он чувствовал себя не в своей тарелке. Из-за этого поцелуя все переросло в нечто большее, потому что ни один из них не обладал достаточным самоконтролем.
Питер не жалел о прошлой ночи. Ни секунды. Но с того момента, как машина остановилась, он чувствовал, будто находится в середине лекции о том, как им нужно притормозить. Не то чтобы сбавление темпов было чем-то плохим.
После того, как Квентин припарковался около нужного дома, они остались сидеть в машине. Питер не был уверен, стоило ли ему просто взять свои вещи, выйти наружу и забежать в подъезд или он должен дождаться Квентина.
— Я был… хорош? — спросил Квентин.
Довольно смелый вопрос, заданный прямо в лицо. Питер смущенно хмыкнул и отвернулся.
— Ты прикалываешься? Ты был очень, очень хорош. Типа, действительно, — сказал он. Когда его взгляд вернулся к Квентину, тот смотрел на него с любопытством, ожидая услышать больше. Питер сглотнул. — Это было… намного лучше, чем я ожидал. Мне все еще немного больно, ха-ха… но ты был невероятен, Квентин. Правда.
Питер бы не стал лгать о таком. Квентин трахал его как гребаный порно король. Питер был готов к скучному сексу, состоящему из корявых минетов, которые не продлились бы и пяти минут. Но он кончил дважды. Дважды. Питер обычно находил раздражающим, если ему приходилось трогать себя снова, после того как он уже кончил, лишь бы его дурацкий организм угомонился. Но когда это произошло с Квентином, оба его оргазма чувствовались просто фантастически и вовсе не… раздражали. Мысль о том, что он может такое провернуть, все еще заставляла его краснеть.
Питер задался вопросом, проводил ли Квентин, как он сам, свободное время, изучая, как заниматься потрясающим сексом.
— Ты тоже был чертовски хорош, Питер, — улыбнулся Квентин.
Его пальцы барабанили по рулю, и ему потребовалось несколько секунд, чтобы сменить тему.
— Думаешь, мы движемся слишком быстро? — спросил он в конце концов, и Питер почувствовал, что вдруг вспотел.
— Я знаю, что мы перепрыгнули несколько стадий и чувствую, что это моя вина. Но я не сожалею, — ответил он честно, его ногти впились в ладонь. — Ты… сожалеешь?
— Нет, нет! Я не сожалею, — быстро сказал Квентин. — Я просто… не хочу все испортить.
Они встретились взглядами и мягко улыбнулись друг другу. Атмосфера больше не казалась такой плотной и тяжелой. На самом деле, они оба были согласны в одном — они не сожалели о том, что произошло, но теперь хотели слегка притормозить. Это был знак, что они оба хотели серьезных отношений, а не приключений на одну ночь.
Питер покраснел и нервно застучал ногами по полу.
— Так… эм… будешь ли ты… ну, моим парнем?
Слова слетели с губ так быстро, что он едва ли смог их осознать. Питер был так взволнован, что у него даже живот заболел, но потом он почувствовал, как рука Квентина нежно и успокаивающе погладила его по затылку.
— Да, — Квентин улыбнулся. — Я буду твоим парнем.
Его хватка на затылке Питера усилилась, и он заставил его повернуть голову и посмотреть себе в лицо. Он притянул Питера ближе, наклонился, и их губы встретились в целомудренном поцелуе. Квентин не хотел отстраняться, и Питер, к счастью, тоже. Прошло несколько долгих секунд, прежде чем он, наконец, решил отодвинуться, но рука Питера уже тянулась к его щеке, и Квентин был притянут обратно, а поцелуй стал глубже и горячее. Питеру не потребовалось много времени, чтобы открыть рот пошире и попытаться добавить в поцелуй язык, но, к его разочарованию, Квентин заставил их рассоединить объятия.
— Черт тебя дери, Питер. Если ты не успокоишься, я не смогу обещать, что наш план притормозить не пойдет прахом прямо сейчас, — Квентин почти рычал, как животное.
— Прости, я просто… ты мне, правда, нравишься, — пробормотал Питер. — Из-за тебя я чувствую себя так хорошо.
Квентин провел рукой по волосам Питера, его пальцы массировали кожу головы.
— Я знаю, малыш. Из-за тебя я чувствую много всего. И из-за этих чувств мне становится сложно себя контролировать.
Щеки Питера слегка покраснели. Квентин снова наклонился для поцелуя, но на этот раз он только нежно прижал их губы друг к другу. Он позволил поцелую продлиться всего несколько секунд, прежде чем отодвинулся.
— Не волнуйся. Скоро мы снова сможем сходить на свидание. Просто напиши мне, — сказал Квентин.
— Ладно, — Питер кивнул и решил, что настало время выбираться из машины. Он открыл дверцу, шагнул наружу и затем наклонился обратно, чтобы взглянуть на Квентина в последний раз. — Увидимся.
— Увидимся, пацан.
Питер еще раз кивнул, закрыл, наконец, за собой дверцу и быстрым шагом добрался до многоквартирного дома. Как только он скрылся внутри, Квентин завел машину и поехал на работу, чувствуя себя таким счастливым, как никогда раньше.
***
Следующая неделя каким-то образом пролетела быстрее, чем обычно. Может быть, потому что Квентин смог наконец-то расслабиться теперь, когда они с Питером встречались (и Питер никак не мог ему изменить), и целиком сфокусировался на работе. Несмотря на то, что он тонул в рабочих делах, Квентин все равно чувствовал, что проводил львиную долю времени, перекидываясь с Питером сообщениями. Тот был занятым подростком, учитывая, что помимо школы ему приходилось также помогать тут и там, как Человек-Паук, но Питер всегда находил минутку, чтобы ответить на смс. Что означало лишь одно — Квентин являлся главным его приоритетом. Как и должен был быть. Квентин Бек чувствовал, что меняется. Он начал размышлять о тех поступках, которые совершал ранее — были они правильными или нет. Часть его знала, что преследование кого-то было в корне неверно. Другая его часть знала, что он делал это, чтобы защитить Питера, и что это было приемлемо. Прямо сейчас он не видел необходимости следить за Питером снова. Теперь, когда Питер стал его парнем, не было нужды быть таким собственником. Может быть в будущем он уничтожит все фотографии, когда мальчишка сам начнет присылать свои селфи. Снимки, которые Питер хотел отправить, были ценнее тех, что были сделаны без его согласия. Квентин чувствовал, что скоро сможет вести себя как «нормальный» горожанин. Так было до сообщения, которое он получил в четверг. Питер Привет, не смогу пойти с тобой на свидание сегодня. Мы с ЭмДжей собираемся повеселиться Мне правда жаль :( Я все тебе возмещу Квентин почувствовал себя ужасно злым, и он не мог понять почему. Он знал, что нравится Питеру. Он знал. И все же мысль о Питере, проводящим свободное время с кем-то другим, особенно с ЭмДжей, заставляла его тревожиться, что его могут бросить. Он сильно тряхнул головой. Он должен больше доверять Питеру. Ведь в этом смысл любви, верно? Доверять друг другу и делать… другие вещи, которым Квентину еще предстоит научиться. Квентин не знал много о любви и о том, как вести себя в отношениях, но он собирался сделать все, от него зависящее, ради Питера. Поэтому он не должен ревновать. И не должен злиться, что у Питера есть друзья. С тяжелым вздохом, Квентин начал писать ответное сообщение. Квентин Ловлю на слове. Скучаю по тебе. Квентин спрятал телефон обратно в карман и глубоко вздохнул. Он действительно скучал по Питеру. Он скучал по мальчишке так сильно, что все свободное время провел, вдыхая аромат его дурацкой рубашки и уставившись на фотографии питерового идеального лица. Иногда это полностью его успокаивало. Иногда этого было недостаточно. Сегодня Квентин чувствовал, что ему нужно более действенное успокоительное.***
Питер все еще не заменил окно. Квентин заметил это, потому что оно все еще было сделано из дерева, покрытого белой краской, а стекло быстро закрепили на месте с помощью инструкций, украденных из гугла. Наиболее вероятно, что Питер на пару с тетей Мэй починили окно в надежде сохранить деньги. Говоря о тете Мэй, Квентин молился, чтобы ее не оказалось дома. Он прождал снаружи здания больше часа, бродя кругами, проверяя, в квартире она или нет. И когда он поднялся по пожарной лестнице, встал у окна и заглянул в него, то увидел, что дверь в комнату широко распахнута, и внутри, похоже, никого нет. Квентин открыл окно намного быстрее, чем в прошлый раз, и даже не сломал его. Оно уже было сломано и держалось на соплях, так что с легкостью открылось. Он забрался в квартиру и на всякий случай закрыл окно за собой. Целую минуту он стоял в тишине и прислушивался. Он слышал соседей, но не слышал и звука из квартиры, в которой находился. Все было чисто. Питер совсем не прибирался в комнате. Его одежда была свалена кучей на полу, и Квентин заметил по углам несколько грязных пятен. Очевидно, Питер был неряхой, а его тетя, наверное, что-то не поделила со шваброй. Квентин тоже не был чистюлей, но, во-первых, у него и стольких вещей-то не было. Когда ты вырастаешь, то начинаешь избавляться от хлама, который тебе не нужен. Вообще-то Квентин не знал, зачем точно пришел. Долгие минуты он просто осматривался и ходил кругами по комнате, пока его глаза не замерли на предмете на полу. Черные боксеры. Нижнее белье Питера просто лежало на полу, прямо под ногами. А никто не оставляет чистое белье на полу. Квентин почувствовал себя грязным, даже просто думая об этом. Но его никто не должен был заметить. Тетя Мэй, очевидно, пропадала на работе, а Питер развлекался со своей глупой подружкой. Что означало, что у Квентина было все время мира для того, чтобы расслабиться. Квентин схватил чужое нижнее белье с пола, в два шага добрался до кровати и лег на спину. Он поднес мягкую ткань к носу и вдохнул. Затем он расположил белье поверх рта и носа, почти полностью закрыв лицо. Боже. Квентин пообещал себе, что он успокоится и будет уважать личную жизнь Питера, но как он мог это сделать теперь, когда тайно забрался к нему в комнату, отчаянно желая снова трахнуть его сладкую маленькую задницу? Он уже был таким твердым только из-за одного адреналина. Квентин, не теряя времени, расстегнул штаны и вытащил член. Если он собирался так часто вытаскивать член в публичных местах, ему следовало начать носить смазку в кармане. Но ладно, со слюной на руке трогать себя тоже не должно было быть слишком больно. Квентин ласкал себя так быстро, как только мог, жадно толкаясь в руку. Он сжимал пальцы крепче, затем расслаблял, затем снова сжимал сильнее, представляя, что это задница Питера снова сжимается вокруг его члена. Не прошло и минуты, как его рука устала, поэтому он стал меньше двигать ею и сосредоточился на том, чтобы сильнее вскидывать бедра вверх. Квентин тяжело задышал. — Ох, Питер… блять, детка, — повторял он. Движения бедрами замедлились, но по-прежнему оставались сильными и резкими, а рука идеально ласкала его эрекцию. Квентин благодарил Бога за свое живое воображение, которое позволяло ему быстро кончать. Но Бог никогда не был на его стороне достаточно долго. — Господи Иисусе, я такая голодная, что готова съесть слона. Не возражаешь, если я покопаюсь у вас на кухне? — женский голос отозвался эхом от стен. — Нет, но… Только не съешь все, а то моя тетя меня прибьет. Голос Питера звучал так, словно это был ангел, спустившийся— Стоп. Нет. Нет, нет, нет. Не сейчас. Квентин запаниковал и немедленно вскочил на ноги, натягивая и застегивая штаны. Как долго он уже здесь? Он смутно помнил время, когда забрался в квартиру. Но, если он не ошибался, а часы Питера работали верно, то он развлекался тут наедине с самим собой почти тридцать минут. Блять. А Квентин надеялся, что управится за считанные минуты. Но с бельем Питера в руках и эрекцией в штанах, он не имел ни малейшего понятия, куда бежать. Он обернулся на окно, и забормотал проклятия, когда оно оказалось закрыто. Он не мог выбраться наружу, не наделав при этом шума. И он не мог уйти в таком виде. Он прислушался. Питер и… кто-то еще застряли на кухне, сражаясь за еду. Квентин чувствовал, что у него вот-вот случится паническая атака. Он быстро запрыгнул внутрь маленького шкафа и закрыл за собой дверцу, молясь, чтобы Питеру не пришла вдруг в голову мысль переодеться— О, боже. Он был в питеровом гардеробе, окруженный его запахом со всех сторон. Квентин судорожно выдохнул. Он сильно уперся ногами в пол и прислонился к стене, убедившись, что сможет стоять так столько, сколько потребуется. Затем, Квентин замер. Он затаил дыхание и стоял неподвижно, чтобы не делать лишних звуков. Его чертов член все еще давил на штаны, а белье Питера было зажато в руке, и, блять, внутри шкафа было жарко. Квентин закрыл глаза и взмолился всем богам, лишь бы пережить эту ситуацию и не быть пойманным с поличным. Он услышал, как кто-то входит в комнату, и задержал дыхание еще сильнее. Квентин старательно вслушивался в звуки и изо всех сил старался не шуметь, в ожидании шанса сбежать отсюда. — Этот сэндвич на вкус как дерьмо, — пробормотала ЭмДжей, садясь на кровать с широко раскрытыми ногами и ртом, полным хлеба. — Это ты его сделала, так что не смотри так на меня, — Питер закатил глаза, отодвинул стул и сел за стол. Его руки двигались по столу, продираясь сквозь сваленное в кучу барахло, пока он что-то искал. — Какие именно записи тебе нужны? Я записал все на каждом занятии. — Э-э, — ЭмДжей постучала ногой по полу. — Все. Я сфотографирую все. — Какая преданность школьной работе, — саркастично заметил Питер, что его подругой было воспринято всерьез и даже с некоторой гордостью. Питер нашел толстую тетрадь с записями и отдал ЭмДжей. — Я написал в верхнем углу для какого предмета эти записи. Думаешь, сможешь понять почерк? ЭмДжей открыла тетрадь, кивнула и достала телефон. — Да, пойму. Спасибо, Питер. — Без проблем. Квентин все еще оставался таким тихим, каким только мог, но чувствовал приступ злости. Ему почему-то не нравилась ЭмДжей. Зачем она пришла к Питеру в комнату, притворяясь, что хочет сделать фотографии записей, когда Питер мог послать их самостоятельно? Черт, даже гнев не избавил его от эрекции. Это было плохо. — Что думаешь о бале по случаю возвращения домой? — спросила ЭмДжей, пока делала снимки. Ее глаза расширились, когда она увидела, сколько всего пропустила. — У нас уже был один, — сказал Питер тихо. Он достал ноутбук и принялся за свои дела, чтобы чем-то занять руки и голову. — Я имею в виду следующий, который еще не скоро, но стоит того, чтобы начать строить планы уже сейчас, — продолжила ЭмДжей. — Хочешь пойти? Питер засмеялся: — В последний раз, когда я пытался пойти на танцы, у меня ничего не вышло. Я только снова облажаюсь. — Да, отстой. Но мы могли бы забить на все и просто насладиться вечером? ЭмДжей вела себя странно. Она никогда не интересовалась школьной активностью. Ни футболом, ни танцами, ни клубной деятельностью, которая могла привести к путешествию в другую страну. Даже учеба волновала ее постольку-поскольку. Но сейчас она выглядела слишком возбужденной из-за танцев, до которых были месяцы впереди. Питер развернул стул, чтобы встретиться лицами с подругой. — Почему ты хочешь пойти на танцы со мной? Вместо невинных глаз и красных щек, ЭмДжей одарила Питера скучающим, раздраженным взглядом. Он открыл рот, когда до него вдруг дошло. — О. О-о. Свидание? Я и ты? — Да. Почему нет. Я подумала, это может быть весело, — ЭмДжей пожала плечами. — Или мы могли бы сделать что-нибудь еще намного раньше. Что угодно. Питер придвинулся ближе вместе со стулом, его пальцы начали барабанить по коленям. — Это звучит здорово и все такое, но… нет, я не могу. Мне уже есть с кем потанцевать. Квентин подпрыгнул, услышав эти слова, и хотя это было неуместно в данный момент, его член тоже дернулся в штанах. Он задался вопросом, кто из них был сексуально озабоченным подростком в этих отношениях. Посему выходило, что скорее он, нежели Питер. Квентин придвинулся поближе к двери, чтобы лучше слышать разговор. — Ха, я знала это, — усмехнулась ЭмДжей. Она гордо улыбнулась и сделала вид, что ничуть не обижена тем, что ее отвергли. Было неясно, действительно ли она хотела пойти на свидание, или же просто притворилась, что пригласила Питера только, чтобы узнать, встречается он с кем-то или нет. — И кто это? — Это… не твое дело вообще-то, — буркнул Питер. — Я твой друг. Ты можешь мне доверять. Я тебе рассказала про себя и Бетти в школьной раздевалке, а это был большой секрет, — напомнила ему ЭмДжей. — К тому же, я не уйду, пока ты не скажешь. Сначала Питер нервно рассмеялся, потом вздохнул. Затем он встал, дошагал до двери спальни, развернулся и вернулся к стулу. — Хорошо. Обещаешь, что никому не расскажешь? — Обещаю-обещаю. Говори уже, — ЭмДжей закатила глаза. Питер глубоко вдохнул воздух, затем немного задержал дыхание и выпалил: — Я вижусь с парнем, которого я встретил в «Дейли Бьюгл». Рот ЭмДжей широко раскрылся. — С твоим боссом?! — Нет! Фу, нет. Коллега. Его зовут Квентин, — быстро опроверг Питер. ЭмДжей немедленно заинтересовалась. — Какой он? Питер поерзал на стуле и сложил ноги вместе. — Ну, он супер веселый и очаровательный, и… — И…? — ЭмДжей ждала ответа, настолько взволнованная, что едва могла усидеть на месте. — Он очень хорош в постели, — прошептал Питер. Его подруга тут же взвизгнула и начала хлопать в ладоши, топая ногами по полу. — Боже мой, Питер. Ты должен рассказать мне абсолютно все… Квентин понятия не имел, как ему выбраться из этой ситуации. Но какая-то его часть и не хотела этого делать. Он знал, что это неправильно — прятаться внутри питерового шкафа с его нижним бельем в руках и эрекцией в штанах было супер жутко. Еще более жутким было слушать чужой разговор, то, как Питер рассказывал о нем, расстегнуть ширинку и начать трогать себя под аккомпанемент всех этих комплиментов. Да, Квентин снова начал ласкать себя. Отчаянно, быстро и так грубо, что это почти приносило боль. Но он должен был кончить, иначе он не сможет уйти и встретиться лицом к лицу с внешним миром. Еще он должен был убираться отсюда нахрен, пока Питер его не заметил. Это было похоже на один из тех очень, очень грязных снов, которые тебе охренительно нравятся, но ты не хочешь, чтобы подобное случилось наяву. Опасность быть пойманным была слишком реальна, но в то же время это разносило по венам адреналин, из-за которого все ощущения были усилены раз в три. Он чувствовал, что готов кончить с каждым чужим словом. Голос Питера был высоким, когда он рассказывал ЭмДжей о той ночи, когда потерял девственность. Он начал с поцелуя и сцены, которая к нему привела. Он не упускал и малейшей детали, рассказывая, какими были поцелуи Квентина: отчаянные и сексуальные, полные эмоций. Питер даже описал, как у него ослабели ноги и как он почувствовал, что вот-вот упадет в обморок. Квентин гордился собой за то, что заставил Питера почувствовать так много всего, и продолжил поглаживать себя. Все остальное его тело было неподвижно, как камень, потому что он не хотел издавать никаких звуков. Из-за этого он не мог ласкать себя слишком быстро, но какая разница. Сама ситуация уже подводила его к краю. — Так… это не будет слишком, если я спрошу, каким был секс? — ЭмДжей смущенно улыбнулась. — То есть, это твой выбор — рассказывать или нет. Мне просто интересно такой ли он, как показывают в порно. Питер снова неловко рассмеялся, явно слегка вспотев под рубашкой. — Что ж, это не было так экстремально, как в порно. В этих видео полно нереалистичной фигни. Но… черт, онбылтакимблятьпотрясающим. ЭмДжей громко захохотала, как маленькая девочка, и почти свалилась с кровати. — Насколько? — Достаточно, чтобы заставить меня кончить дважды, — сказал Питер, не подумав, и тут же смущенно закрыл лицо руками. — Черт, я действительно влюблен в Квентина. Вот оно. Вот оно. Квентин прикусил нижнюю губу и кончил, пролив сперму на пол и руку. Плохой расклад, но он не успел среагировать вовремя, да еще и чуть не споткнулся, когда чувство эйфории пронеслось сквозь позвоночник и покинуло тело так же быстро, как появилось. Квентин быстро застегнул штаны, вытер руку о ткань чужих боксер и спрятал их в карман куртки. И это совсем не выглядело подозрительно. Так тихо, как мог, он вытащил телефон, включил беззвучный режим и решил написать Питеру сообщение. Ему нужно было выбираться отсюда, и сказать Питеру, чтобы он уходил прямо сейчас, было единственной мыслью, которая пришла ему в голову. Квентин Эй, ангел. У меня сюрприз для тебя. Встреть меня возле дома через 5 минут Квентин поправил очки на носу и взмолился, чтобы Питер вдруг не решил сменить одежду перед выходом. Телефон Питера завибрировал, и после чтения сообщения — и демонстрирования его ЭмДжей, — он виновато пробормотал: — Прости, ЭмДжей. Думаю, мой парень придет с минуты на минуту. — Не парься. Вы двое, кажется, очень милые, — она улыбнулась Питеру и весело похлопала его по плечу. — У тебя есть его фотография? — Э-э… есть парочка, — сказал он и перевернул телефон, чтобы ЭмДжей могла видеть экран. Он показал ей несколько снимков Квентина Бека за работой, не подозревающего о том, что его фотографируют. — Папа-папарацци, — напела ЭмДжей старую песню Леди Гаги и разразилась смехом, когда Питер шутливо ударил ее. — Он красавчик. Не знала, что ты по старичкам. — Заткнись, — пробормотал Питер, прежде чем встать. — Так, нам нужно идти. Я хочу его увидеть. После выкрика «прелестноооооо», ЭмДжей быстро скрылась в ванной, а Питер остался ее ждать в комнате, просматривая библиотеку фотографий в телефоне. Когда ЭмДжей закончила дела, они оба покинули квартиру. И едва Квентин решил, что снаружи безопасно, он выбрался из шкафа и метнулся к окну. Он вылез на улицу, закрыл за собой окно и бросился вниз по пожарной лестнице. К счастью, он оставил машину в стороне от дома, где жил Питер, поэтому, когда он вышел из-за угла, все выглядело так, будто он только что припарковался на обочине дороги. Он увидел Питера, болтающего с ЭмДжей на тротуаре, и когда они встретились взглядами, мальчишка направился ему навстречу. — Эй, что случи— Питер не успел договорить, как Квентин обхватил его щеки обеими руками и притянул для глубокого поцелуя. Питер был удивлен, но тут же растаял в его объятиях. Квентин услышал, как ЭмДжей неловко хихикала над ними, но в этом и был смысл. Он хотел показать ей, что Питер Паркер принадлежит ему и только ему. Когда он отстранился, то улыбнулся так широко, как только мог. — Прости, я просто… Я освободился с работы пораньше и… Я просто хотел увидеть тебя. Питер сильно покраснел. — Я тоже хотел тебя увидеть. ЭмДжей медленно обошла их и, как только она перестала быть для них невидимкой, она представилась как подруга и одноклассница Питера. Не то чтобы Квентин уже этого не знал. — Я Квентин Бек. Работаю в «Дейли Бьюгл», — вежливо представился он в ответ. — Я знаю, — сказала ЭмДжей. — Питер та еще сплетница. — Ой, заткнись. Квентин чувствовал себя так, так неловко, разговаривая с Питером и ЭмДжей, после того, что произошло. В штанах все еще было немного неуютно, а адреналин продолжал пульсировать в венах. Еще он чувствовал странную злость по отношению к ЭмДжей. К счастью, она вскоре поняла, что была лишней, обняла Питера на прощание и зашагала в другую сторону, оставив их наедине. Наконец-то. Все еще с красными щеками, Питер повернулся к Квентину. — Так, что за сюрприз? Блять, сюрприз. Квентин использовал этот предлог для того, чтобы выбраться из квартиры незамеченным, и, конечно, у него не было времени, чтобы организовать настоящий сюрприз. — Э, — замычал он, пока судорожно придумывал выход из неловкой ситуации, в которую сам себя загнал. — Ну, я подумал, что мы могли бы сходить на свидание? Квентин спрятал руки в карманы, в одном из которых нащупал питерово нижнее белье. Его пальцы автоматически сжали боксеры и засунули их поглубже в карман, чтобы они не выпали. — Если ты не занят. Я знаю, что вылез буквально из ниоткуда со своим предложением, но я просто, правда, хотел тебя как-нибудь удивить. Не говоря ни слова, Питер встал на цыпочки и снова поцеловал Квентина, крепко обхватив его руками. — Я с удовольствием схожу с тобой на свидание, — он улыбнулся. — Есть один фильм, который я хочу посмотреть. Мы могли бы сначала пойти куда-нибудь поужинать, а потом проверить, идет ли фильм сегодня вечером? Как удачно, что Питер оказался командным игроком. Теперь Квентину не придется выдумывать, куда бы они могли сходить. С этого дня Питеру нужно всегда планировать их свидания. — Звучит прекрасно. Пойдем, моя машина совсем рядом. Квентин надеялся, что в уборной ресторана, в который они пойдут, он сможет немного привести себя в порядок.***
Через четыре часа их свидание подошло к завершению. На взгляд Квентина, время пролетело слишком быстро, но всему должен приходить конец. Ужин прошел неплохо. Ресторан, который они выбрали, был приличным, хотя никто из них и не был в восторге от еды. Квентин на самом деле вообще больше волновался не о вкусе поданных блюд, а о том, чтобы сбежать в уборную и почистить одежду, да о чужом нижнем белье, которое все норовило выпасть из кармана. Питер тоже мало интересовался едой, больше занятый беседой с Квентином. Пацан, кажется, был сильно заинтересован в нем, как в человеке, что было очень хорошим знаком. Квентин был только счастлив рассказать больше о своей жизни, чтобы в замен получить информацию о жизни Питера. Фильм, на который они пошли, оказался совсем не во вкусе Квентина. Это был какой-то боевик, насыщенный экшеном и страдающий от отсутствия внятного повествования. Но Питеру, похоже, он очень нравился, а это все, что имело значение. Весь фильм их руки были переплетены вместе. И даже если ладони немного потели, они просто смеялись и продолжали держаться друг за друга, лаская пальцами кожу. Вот чего хотел Квентин. Он просто хотел быть поближе к Питеру, и не важно как. Просто держа его за руку, Квентин чувствовал себя живым как никогда. Когда Квентин припарковался перед домом Питера, он выключил двигатель и повернулся к своему парню. Не говоря ни слова, тот наклонился ближе и поцеловал его. Квентин немедленно понял намек и поцеловал в ответ, а его рука опустилась на чужое бедро. Он сразу кое-что заметил — Питер был возбужден. Он тихо хныкал в поцелуй, его руки блуждали по телу Квентина, а рот приоткрылся шире. И когда язык Квентина коснулся его языка, Питер застонал, а его бедра приподнялись. В любой другой день рука Квентина уже обхватила бы Питера сквозь штаны, но сегодня он решил отступить. — Я думал, мы решили притормозить с развитием событий, — поддразнил он Питера, который так сильно покраснел, что даже кончики ушей у него ярко вспыхнули. — Знаю. Я просто очень возбуждаюсь, находясь рядом с тобой, — прямо сказал Питер. И если бы Квентин не трогал себя сегодня, он бы точно отсосал пацану сию же секунду. Но он себя контролировал… Сейчас, по крайней мере. И как он уже сказал, он не хотел портить их отношения, превращая в исключительно сексуальные. Он хотел все сделать правильно. — Ты очарователен, — промурлыкал Квентин. — И я все-таки могу дать тебе кое-что, над чем можно будет подумать на досуге. С этими словами он наклонился и начал целовать шею Питера. Мальчишка тут же растаял, его рот открылся, а голова склонилась набок, чтобы Квентину было удобнее. Он нежно прикусил чужую кожу, затем немного пососал и вернулся к нежным поцелуям. Напоследок Квентин укусил его, чем заработал тихий стон, и отстранился. — Ты должен уйти прямо сейчас, иначе я вряд ли смогу себя остановить, — сказал он. Питер потер лицо и вздохнул, признавая свое поражение, но потом заставил себя улыбнуться. — Ладно, ладно. Спасибо за свидание. Мне было весело. Питер наклонился для еще одного поцелуя, но на этот раз придержал язык при себе. Квентин был только счастлив поцеловать его в ответ, чтобы запомнить вкус его губ. Кто знал, когда они смогут снова встретиться. — Я напишу тебе, когда вернусь домой. Пока. — Пока-пока. Квентин проследил за тем, как Питер вошел в подъезд, живой и невредимый. Мгновение он чувствовал себя самым счастливым во всем мире. Затем он вспомнил ЭмДжей, и гнев вернулся. Он ревновал, да, он признавал это. Но он чувствовал не только ревность. Квентин чувствовал, словно эта девчонка была угрозой, которая пыталась встать между ним и Питером. Квентин сильно стиснул зубы, когда снова завел машину и поехал домой на повышенной скорости. Он должен был найти способ раз и навсегда избавиться от ЭмДжей.
