"Считай это подарком: Том 2."

Сегодня мы были свободны от занятий с группой Поттера, так что во второй раз я знакомился со второгодками. Так получилось, что второстепенные занятия по типу моего проводятся через день. Главные - Астрономия, зельеварение и трансфигурация каждый, в не зависимости от обстоятельств. Такая система у учеников начинается с третьего курса обучения. Закончив со второгодками, я решил подкараулить моих главных учеников под дверью кабинета защиты от тёмных искусств профессора Люпина. Как я узнал - его зовут Римус. На минуту забравшись на крышу, чтобы видеть происходящее в кабинете. Римус произвёл на меня впечатление преподавателя, многократно лучше чем я. Я видел улыбки на лицах учеников и заинтересованные взгляды. Даже возвращаться под дверь не хотелось. «Нужно перенять этот дружелюбный стиль.» Человеческое восприятие способно замечать любые отличные от привычного движения другого человека, и подмечать это. Движения Римуса были через чур скованы и топорны, будто он чем-то сильно обеспокоен. «Скорее всего из-за того, что это его первое занятие в этой группе. Но даже так, они не перестают быть странными.» В момент, когда Римус сделал указательное движение пальцем, все ученики стали выстраиваться в очередь, а он с трудом выкатывая в центр кабинета какой-то шкаф, заметил меня, сидевшего на крыше скрестив свисающие ноги. Он приблизился к окну и немного поглядев на меня, взмахнул палочкой и все жалюзи одновременно опустились. «Похоже Римус не любит, когда за ним смотрят со стороны.» Сказал я про себя, громко выдохнув от смешка носом.

***

В воздухе поднялся звук колокола. Двери тут же распахнулись и из кабинета профессора Люпина огромным потоком выплывали учащиеся, не замечая меня, стоящего у стены со скрещенными на груди руками. Моя троица вышла из кабинета последними. — Гарри, с тобой всё в порядке? Ты какой-то вялый. — он был подавлен чем-то. «Нет, скорее чем-то напуган.» — М? А-аа, да, я в порядке, просто задумался. — ожил мальчик и только тогда я успокоился на его счёт. — Но что вы здесь делаете, профессор? — спросила меня Гермиона. — Решил позвать вас на занятие пораньше. Нет смысла откладывать, если это было как раз последнее занятие и теперь, пока ещё светит солнце, мы можем... — Профессор Колдуин! — окликнул меня голос в дверях. Это был Римус, что упираясь плечом в дверной проход, кивнул в сторону своего кабинета, глядя мне в глаза. — Можно вас на минуту? — закончил он. Я похлопал по плечу Поттеру. — Идите, я с вами встречусь. — я отошёл от них, двигаясь навстречу профессору Люпину. — Чего-то желаете? — ответил я Римус у и заглянув ему за спину, снова увидел тот шкаф, что ни на метр не сдвинулся с позиции. — Через порог руки никто не пожимает при встрече, пройдемте в мой кабинет. Есть разговор. — он прошёл внутрь и в мои мысли закрались подозрения, но мной двигало чувство любопытства. «Почему же ты зовёшь меня к себе в кабинет?» Я последовал за ним и двери захлопнулись за моей спиной. Я уже потянулся к рукоятке клинка. — Это правда, что вы смогли унизить Люциуса Малфоя в присутствии нашего многоуважаемого директора? — Эмм, да. Да, а что собственно такого? — я был в ступоре. — Невероятно. — улыбнулся он, прикрывая ладонью рот. Он глубоко вдохнул и успокоился. — Ладно, я хотел бы вас попросить помочь мне передвинуть этот магический шкаф. — махнул Римус на стоящий в центре кабинета шкаф. — Не поможете мне? Я слышал вы сильный. Даже ствол дуба пробили одной лишь силой кулака. — Всё так. — Кстати, как ваша левая рука? Вы ведь много крови потеряли. — Всё хорошо. Ну, вам только шкаф помочь поставить в угол и всё? — Да. Человек я всё таки не самый сильный. А магия на него не действует. Пойдёмте, я вам помогу чем смогу. — приближаясь к шкафу, я встал в метре напротив него и упирая руки в бёдра, кивнул в сторону мебели. — А что в нем? — Боггарт. — Кто-кто? — Люпин отстал от него и встав рядом со мной, сам начал смотреть на шкаф и пояснил. — Это такое привидение - Боггарт. Он способен принимать облик ваших самых пугающих страхов. Напугать тем, о чем вы даже не могли подозревать глубоко внутри себя ему не составит никакого труда. Желаете открыть его? — Хм, мне это кажется за гранью возможного. Да и я сам не знаю чего боюсь, так что можно и открыть, я думаю. — Хорошо. Но прежде чем вы откроете, я скажу вам тоже, что сказал всем несколько минут назад. Заклинание против Боггарта невероятно легко к применению. Просто направите на него свою палочку и чётко произнесите «Ридикулус», хорошо? — Давайте попробуем. — ответил я и приготовился. — Тогда я открываю. Люпин взмахнул палочкой и дверца слегка приоткрылась с до неприличия громким скрипом. Спустя пару секунд, из тёмной щели показались морщинистые человеческие пальцы и открыли дверь. Из шкафа вышел старик, что уже рассыпался от старости и с него буквально сыпался серый песок. Лицо не имело кожи. Только голый череп с большими выпирающими глазными яблоками. «И это по вашему страшно?» Боггарт вытянул вперёд руку и знакомый мне ещё с первой жизни голос замогильным, железным и хрипучим голосом прошептал. — Почему ты забыл меня, Шон? — мои ноги онемели. Пульс ускорился невероятно сильно, от чего руки стали дрожать. Из моего взгляда прямо и сочился ужас. Я не мог пошевелиться, произнести хоть что-нибудь. Меня просто трясло от мысли, что передо мной стоит отец и спрашивает меня, почему я позабыл о нем. — Ридикулус! — крикнул Римус и старик превратился в белоснежного кролика, что стоял на задних лапах и ничего больше не делал. Римус схватил его за уши, бросил в открытую дверцу шкафа и с грохотом захлопнул дверцу. И теперь, когда я смотрел на собственное отражение в шкафу, я упал на колени, упираясь в пол и дрожа локтями, пытался успокоится. — Всё! Всё-всё! Боггарта больше нет, придите в себя. — крикнул Римус и встал напротив меня на одно колено. Он оторвал мой взгляд от пола и взяв за голову, заставил смотреть на него. Я стал приходить в себя. — Спасибо. — поймав воздух сказал я, сняв его руки с моих щёк. Мы встали с колен и я вновь уставился на собственное отражение. — Что это было, профессор Колдуин? Что значит ваш страх. Что для вас значит слова Боггарта? — Отец... — Что? Какой ещё отец? — Это был мой отец... Я всю жизнь боялся забыть о нем. Я настолько привык к тому, что и вправду чуть не позабыл его. Господи... — Люпин не знал что сказать. Я полностью пришёл в норму. — Ладно, давайте уже наконец затащим этот чёртов шкаф куда вам нужно.

***

Так пролетел почти весь учебный год. В апреле мне стукнуло тридцать шесть, а Артуру двадцать два в этой жизни. Под конец мая, поздно ночью к нам в комнату ворвался Гарри, а вместе с ним Рон и Гермиона. Мне в эту ночь не спалось, а Артур проснулся от шума распахнувшейся двери. — Что случилось? Почему вы так поздно заваливаетесь сюда? — Мы пришли вам кое о чем рассказать... — ответил Гарри, войдя вместе с ними внутрь и заперев за собой дверь. Они рассказали мне, что в очередной раз навещая Хагрида, они возвращались обратно, как Рона за палец укусила крыса и убежала под Плакучую иву. Оказалось, что это была вовсе не крыса, а считавшийся покойником Питер Петтигрю. Он несколько лет жил как крыса Рона. Кроме того, там они встретили Сириуса Блэка - убийцу, что сумел каким-то образом сбежать из Азкабана. Как оказалось он был вовсе не убийцей, а крестным отцом Гарри, которого ложно обвинили в убийстве. В конце всего этого, произошло ещё много чего, но в итоге всё обошлось. Всё могло закончится тем, что Гарри и Сириуса чуть не погубили дементоры, что нашли Сириуса. В итоге: Сириус был спасён. Питер сбежал, а профессор Люпин оказался оборотнем. — Главное, что вы целы. Если мы были рядом, то... — Забудьте профессор. Главное, что все мы остались целы. — перебила меня Грейнджер. — Как скажешь. — ответил я ей, откинувшись в спинку кресла и опустив руки на колени. — Я думаю, что Римус уйдёт из школы. — С чего бы такие поспешные выводы, Рон? — пожал плечами Гарри. — Он напал на твоего единственного родственника! Он точно не останется здесь.

***

Рон оказался прав. Люпин заявил о своём уходе из школы, оставив свой пост. Для всех это было большим разочарованием, так как все ученики любили его за открытость и его мягкий способ преподавания. Но для меня и нашей компании, он был самым настоящим другом. Мы не знали, почему он сделал такой выбор, пусть мы и просили его остаться, но так и не смогли повлиять на его решение своими мольбами остаться. Весь накопленный капитал мы потратили на закупку деталей для снаряжения из тех материалов, которые были прочнее остальных, но и стоили они также дорого. В конце лета, моё нутро подсказывало, что следующий год будет интереснее предыдущего.