...И рухнут небеса!

      «Здравствуй, мой дорогой друг. С момента нашей последней встречи прошло уже целое лето. В моей жизни произошли перемены. Я немного странствовал по империи, посмотрел разные города. Как бы сильно мне не хотелось жить бок о бок с людьми, у меня ничего не выходит. Я осознал это за время моего путешествия. Наверное, все дело в моем характере. Но я — это я, и другим я уже не стану. Поэтому, раз мне нет места в людских городах, я решил построить свой город».       «Свой город?», — подумал Эрих, — «Что за вздор! Как он может построить целый город? Император этого не допустит»       «Осмелюсь предположить, что ты сейчас, читая мое письмо, подумал, что это звучит слишком дерзко. Наверняка, ты считаешь, что это невозможно. Но я приглашаю тебя убедиться в этом лично. Куда приглашаю, правда, не скажу. И не потому, что я тебе не доверяю, нет. Просто у меня нет адреса. Забавно, да? Город есть, а адреса нет. Поэтому приходи к перекрестку Северной и Восточной дорог. Не переживай о том, что не сможешь заблаговременно сообщить мне о своем визите. Когда ты придешь, я сразу об этом узнаю. Буду рад тебе в любое время.       Вот тут я долго думал над подписью. Мне хотелось написать что-то вроде «Градоначальник Сумеречного Города», но мне не очень нравится название.       Поэтому просто:

Скучаю. Жан»

      Эрих аккуратно сложил письмо и убрал его в свои одежды. Конечно, Жан безумен. Но чтобы настолько? Какой еще город? Да если бы кто-нибудь решил построить новый дом, имперская канцелярия была бы в курсе. А тут речь ведется о городе! Как такое вообще возможно? Эрих оглядел комнату. Йохан уже мирно спал. Сокол как ни в чем не бывало чистил перышки и не собирался покидать дом.       Эрих вышел на улицу, тихонько затворив за собой дверь. Применять магию перемещения было дозволено только у ворот резиденции, поэтому Эрих направился к выходу. Его палец скользнул по острому лезвию, выступила алая кровь. Охотник начертил необходимые символы и, опустив ладонь на печать, произнес: «Перекресток северной и восточной дорог».       Оказавшись посреди темноты в нужном месте, Эрих задался вполне логичным вопросом: «И что дальше?» Жан, конечно, писал, что Эрих может прийти в любое время, но ясности от этого не прибавилось. Через мгновение охотник почувствовал, что кто-то приближается из леса. Шелохнулась макушка исполинской сосны, и в следующую секунду прямо перед Эрихом возник тонкий длинный силуэт. Его движения были плавными и гибкими, но далеко не грациозными. Он был похож на тень от фонаря, которая искажается и выгибается под светом фитиля. Эрих зажег пламя на ладони, и в освещенном пространстве показалось бледное лицо, треть которого скрывали поля шляпы. Наконец, из-под полей сверкнули два зеленых огонька. В голове Эриха невольно возникла ассоциация с могильными огнями-призраками, которые во времена кладбищ можно было увидеть у надгробий людей, чьи души не упокоились должным образом. В ту эпоху этот свет был дурным знаком еще и потому, что он сопровождал колдунов и некромантов. Не самая приятная ассоциация для встречи с кем-то на ночной дороге. Однако белый охотник подумал об этом лишь на минуту, ведь он считал эту аналогию надуманной. Что важнее, тень перед ним была вполне живым существом и не имела злого намерения. Раздался негромкий знакомый голос: — Здравствуй, Эрих! — Жан искренне улыбался, — позволь проводить тебя.       Эрих кивнул в знак приветствия. Он хотел так много сказать Жану при встрече, но теперь все слова застряли в горле, и он мог лишь молча следовать за демоном в гущу леса. Жан первым нарушил тишину: — Признаться, я ожидал, что ты удивишься и спросишь «Ты обосновался в Северном Лесу?» — Ты обосновался в Северном Лесу? — вторил ему Эрих.       Жан засмеялся: — Ну, так не интересно. Как видишь.       Эриха настигло смутное предчувствие. Шаг за шагом они приближались к месту их первой встречи. Чем более подозрительным и невероятным казалось происходящее, тем более реалистичным оно оказывалось. Демон ступал уверено, словно знает каждую тропинку и лично знаком с каждым деревом. Жан остановился как раз там, где прежде Эрих и Северин рассматривали древние руины. Однако теперь здесь был лес, ничем ни отличающийся от леса вокруг. Жан протянул Эриху руку: — Без меня ты не сможешь войти, — пояснил юноша.       Эрих коснулся тонких прохладных пальцев. Когда Жан сделал шаг, он почувствовал, как Эрих сильнее сжал его руку. На секунду стало сложнее дышать, словно воздух стал густым и тяжелым. Но кроме этого Эрих не почувствовал ничего: никакой магии, никакой энергии, никакого барьера. Еще несколько шагов и сквозь деревья начал пробиваться свет. До слуха Эриха стали доноситься голоса. Все это казалось чем-то невообразимым. Лес становился все реже, и вот взору Эриха предстал самый настоящий город. В свете фонарей можно было разглядеть множество новеньких зданий. Строительство доброй трети из них было еще не завершено. Большинство домов были небольшими, в несколько этажей, но почти все они были сложены из камня и стояли достаточно близко друг к другу. Второй ярус города расположился прямо на деревьях. Между строениями раскинулись подвесные дороги, на которых также висели фонарики. Эрих медленно шел за Жаном и созерцал эту невероятную картину. На хорошо освященной улице играла музыка. Смех и разговоры не замолкали. На Эриха устремлялись десятки взглядов, однако праздник не затихал. Сам Эрих не знал, как успокоить беснующийся разум — город был наполнен тьмой. Демоны. Демоны. Демоны. И многие другие темные создания. Кто-то был в человеческом обличье, кто-то — нет. За длинным столом сидел демон с головою кабана и мохнатым телом. При этом надо сказать, одет он был с иголочки. Этот демон что-то рассказывал обычной на вид девушке. Так она выглядела ровно до того момента, пока не отправила кусок пирога мимо рта куда-то в область груди. «Смотрите, что нашел в запасах!» — радостно кричал маленький человек, который на очень длинных руках нес ящик с бутылками. Играли и звонко смеялись дети.       Жан остановился у двухэтажного дома с двустворчатой дверью и большими окнами. К верхнему этажу тоже подходила подвесная дорога. Эрих все еще держал руку демона. Жан снял шляпу. Рыжие волосы были собраны в необычного вида прическу с мелкими косами, цепочками и бусинами. Замысловатость и аккуратность сразу говорили о том, что накануне к шевелюре демона приложил руку кто-то умелый. Пока они шли по городу, Эрих рассмотрел в волосах Жана знакомую зеленую ленту. Она была совершенно не к месту, поэтому охотник подумал, что это сам Жан настоял, чтобы ему непременно повязали ее. Это было бы действительно на него похоже. — Название подходит, — тихо сказал Эрих. — Что?.. — Жан выглядел несколько растеряно.       Все это время самоуверенный демон ужасно нервничал. Даже несмотря на его веру в то, что Эрих не предпримет никаких необдуманных действий и не причинит никому вреда. Теперь, когда они стояли друг напротив друга, демон попытался вырвать свою руку, но Эрих крепко ее держал и совершенно не собирался отпускать. — Сумеречный Город, — пояснил Эрих, — я думаю, это подходящее название.       Жан улыбнулся: — Вот как? Ну, если ты так считаешь, то так тому и быть. Я знаю, что у тебя много вопросов. И, наверное, ты не понимаешь, зачем я привел тебя сюда. Зайдешь ко мне домой? Я наконец-то могу пригласить тебя к себе.       Эрих кивнул. Жан подошел к двери и, отворив одну из них, снова попытался освободить вторую руку: — Эрих, ты можешь уже отпустить меня, правда. — Могу, — спокойно ответил охотник, но так и продолжил крепко держать тонкую руку демона.       Жан вздохнул и уже было собирался отворить вторую дверь, но внезапно она открылась сама. На пороге оказался мужчина со змеиными глазами, из-под одежды которого на руках и шее блестели чешуйки. Мужчина выглядел внушительно. Змеиный взгляд встретился с ледяным. Эрих почувствовал, как от него исходит ясно уловимая угроза. Одними глазами незнакомец выражал крайнее недовольство тому, что кто-то сопровождает Жана. Жан почувствовал, как Эрих демонстративно крепче перехватил его руку. — Добрый вечер! Я привел в гости друга, — Жан старался не обращать внимание на поведение Эриха.       «Забавно. Наверняка, он тоже подумал, что это демон, вот и напрягся так».       Мужчина, открывший дверь, поклонился и отошел в сторону. Зловещая аура моментально рассеялась. Жан уже боялся, что сейчас кто-нибудь из них бросится вырвать другому глаза. Наконец, двое вошли внутрь. На первом этаже дома оказалась просторная комната. В дальнем углу была устроена кухня. У одной из стен обосновался камин, в котором тихо потрескивал огонь. Напротив камина стоял мягкий диван, который выглядел довольно дорогим. На спинке дивана висело полотно из пряжи, а на сиденье аккуратно сложены клубочки. Прямо позади дивана расположился большой обеденный стол из массивного дуба. В кухонном углу копошилась девушка. Увидев Жана, она также поклонилась. Демон остановился перед лестницей: — Ты не голоден?       Эрих отрицательно мотнул головой. — Тогда, может быть, от чая не откажешься?       Теперь Эрих согласился. Но Жан хорошо знал этого человека и легко понял, что согласие на чай — лишь жест вежливости. — Мы будем наверху. Принеси, пожалуйста, чаю, — сказал Жан, обращаясь к кому-то из присутствовавших.       Они поднялись вверх по лестнице, прошли по коридору мимо четырех закрытых комнат и зашли в пятую, самую дальнюю. Внутри было абсолютно темно. Из окна напротив двери слабо пробивался свет. Жан собрался зажечь свечу, но Эрих его опередил. — Нет, ну, до чего же полезное умение! — в очередной раз восхитился демон, наблюдая за поочередно зажигающимися свечками.       Комната оказалось ровно настолько своеобразной, насколько только возможно себе представить. Словно какой-то чудной ученый решил поселиться в библиотеке и прямо там поставил свою постель. Стены состояли из книжных полок и ящиков. У окна стоял стол, на котором лежала кипа бумаг, книги, письменные принадлежности и много всего еще. Правее стола было большое мягкое кресло, на подлокотнике которого тоже стопкой лежали книги. Все это находилось на пару ступеней выше остального помещения. Ниже кресла стоял длинный стол с кучей склянок, колбочек и пробирок. Слева от входа в углублении расположилась большая кровать. Подсвечники были с завидной частотой оборудованы прямо на перегородках книжных полок. У окна стояла птичья присада, которая сейчас пустовала. Откуда-то сверху свисали растения. Подняв взгляд, Эрих увидел, что потолок в этой комнате очень высокий. Стены были забиты книгами до самого верха, однако нигде не стояло лестницы. Некоторые горшки со странного вида травами были поставлены прямо на пол и подоконник. Эрих поймал себя на мысли, что не знает многие из этих растений. Жан прошел к столу: — Присаживайся, — он указал Эриху на кресло.       Эрих сел, по-прежнему держа руку Жана, из-за чего рыжему юноше пришлось стоять вплотную к нему. — Эрих… — Жан встретился взглядом с голубыми глазами, — давай ты уже все-таки меня отпустишь, я чувствую себя неловко.       Белый охотник неспешно ослабил хватку и Жану, наконец, удалось отойти в сторону. Он подвинул лежащие не столе вещи и уселся прямо на стол. Демон видел, как Эрих возмущен его поведением и тихонько посмеивался. Но господин Карн Минар был прекрасно воспитан и ни за что бы не посмел сделать хозяину дома замечание. — Когда ты успел собрать такую большую библиотеку? — Я уже подумал, ты разучился говорить, — язвил Жан, — потихоньку, помаленьку собирал. Почти все эти книги для меня привезли с разных уголков. Самому мне мало чего удалось найти из того, что меня интересует. — А жители? — Ты, верно, уже заметил, что здесь нет людей. — Но откуда они все? — Со всей империи. Сюда съезжаются те, кто устал прятаться и желает спокойной жизни. Я разрешаю им жить здесь, пока они соблюдают установленный порядок. — Для этого ты построил город? — Не совсем, — Жан закинул ногу на стол, — сначала я сам решил поселиться здесь. Потом нашел семью, которая умирала от голода. Они хорошо скрывались, но от бессилия почти выдали себя. Я предложил им пойти со мной. И так стал появляться город. Дом за домом. Сегодня был праздник в честь окончания строительства школы. Каждый день прибывают новые жители. Я и подумать не мог, что это выльется в нечто настолько масштабное. — Ты много заработал в Антхельте. — Про все-то ты знаешь, господин Карн Минар, — усмехнулся демон, — но больше всего тебя интересует моя потрясающая завеса, да?       Эрих кивнул. — Честно признаться, она не совсем моя. Когда мы сюда пришли, она уже была здесь. Я решил прийти в это место, чтобы придумать, что делать дальше. Подумал, с этого места началась моя жизнь. Если честно, мне не сразу удалось найти его. Я просто бродил по лесу и тут смотрю — останки непонятной цивилизации. А вокруг разорванная завеса. Настолько отличная завеса, что я сам бы лучше не придумал. Но я нашел способ ее залатать. Теперь как новенькая.       Жан был очень доволен собой и даже не пытался это скрывать. — Ты называешь барьер завесой? — пытался вникнуть в суть охотник, который никогда прежде не слышал подобного термина.       Демон мотнул головой, негромко звякнули цепочки в рыжих волосах: — Нет. Это не барьер. Ваши барьеры как бы сплетены из нитей светлой энергии. Они позволяют вам заградить от мира определенную территорию, объект или на что там хватит фантазии. В этом барьер и завеса похожи. Но есть одно потрясающее отличие: барьер должен кто-то поддерживать, а завесу — нет. И если ваши барьеры — это сама светлая энергия, просто волей охотника принявшая такую форму, то завеса — штука весьма нейтральная. Ни люди, ни демоны, ни охотники, никто не способен с ней взаимодействовать. А значит, никто не способен ее разрушить. — Но ты способен, — оборвал его Эрих, — ты сказал, что без тебя я не смогу проникнуть внутрь. — Да, это так. Но это просто потому, что я такой… — Какой? — Эриху казалось, что его голова сейчас взорвется. — Такой великолепный, — рассмеялся демон, обнажая острые клыки, — на самом деле я просто вижу любую материю, просто могу ее касаться, просто… — Это не просто, Жан! — Наверное, ты прав. Но такова моя природа. И здесь безопасно. Все эти создания могут жить здесь свободно. Без меня никто не сможет покинуть это место. А если кто-то и решит уйти, то больше никогда не сможет вернуться. Мы всего лишь хотим жить в безопасности, Эрих.       Жан слез со стола и сел на пол перед своим гостем. — Я много размышлял над этим. Видел ребят внизу? Их вид считается вымершим 200 лет назад. Ах, нет, — демон наигранно взмахнул рукой, — неверное слово! Истребленным. Да. Весь их род истребили охотники на нечисть. Они смогли появиться на свет и выжить только благодаря одному замечательному старику. И знаешь что? За это род старика тоже истребили! Но вот незадача — они единокровные брат и сестра. Даже если сильно захотеть, я не смогу вернуть в мир этих невероятных созданий. Я ж не совсем безумец, чтобы заставлять брата и сестру… ах, прости-прости, — демон и не думал извиняться.       Его голос звучал мелодично, с обыкновенной манерой Жана растягивать некоторые слова. Он всегда говорил такими интонациями, когда хотел намерено задеть собеседника. Жан продолжил: — Но я бы мог собрать всех здесь. Дать им возможность жить. Вот чего я хочу.       Эрих видел разумный замысел в словах рыжего демона, и совершенно не обращал внимание на его издевки. Но все еще оставался один вопрос: — Тогда чего же ты хотел от меня? — мягко поинтересовался Эрих.       Жан пересел поудобнее: — Видишь ли, до сих пор существует вероятность одной проблемы. Я говорю о Ночи Духов. Прежде у меня не было возможности плотно изучить этот вопрос. Но все как один твердят: больно, страшно и плохо, хочется сбежать подальше, сознание гаснет. Так описывают свои ощущения демоны. И я совершенно не представляю, что может произойти весной, когда этот день настанет. Если завеса будет в порядке, все хорошо, я справлюсь. Но если нет… — рыжий демон тяжело вздохнул, — я хочу, чтобы никто не пострадал. Только и всего.       Эрих кивнул: — Я тоже надеюсь, что ты держишь все под контролем. Ты…       В этот момент после короткого стука в комнате показался мужчина со змеиными глазами. В руках он нес небольшой поднос с чайником, чашками и ароматными булочками. — О-о-о! — оживился Жан, — какая вкуснота! Астрид приготовила?       Эрих буквально онемел от звука этого имени. Казалось, он вот-вот превратится в камень. Жан это сразу заметил, но решил не подавать виду. Мужчина поставил поднос на стол, налил чай, поклонился Жану и покинул комнату. Жан принялся с аппетитом уплетать булку. Эрих вернул контроль над собой и едва слышно, одними губами спросил: — Как имя этого демона? — Да не демоны они, говорю тебе, — Жан отпил чай, — его зовут Оззом, его сестру — Астрид.       На лице Эриха было по-прежнему каменное выражение. — Скажи, что это был не ты. — Что «не я»? — демон продолжал делать вид, что не понимает, о чем идет речь.       Вдруг выражение лица Эриха стало болезненным. Он опустился на пол и, заглядывая в два зеленых огонька, умоляюще проговорил: — Жан, прошу тебя. Я поверю любому твоему слову. Скажи, что это был не ты.       Жан не хотел видеть это выражение лица, обращенное к нему. Не хотел слышать такой голос Эриха. Но чувствовал, что не сможет перевести тему, даже если очень сильно постарается. Словно вся вселенная в эту секунду сжалась до размера этой комнаты. Больше всего на свете Жан не хотел бы потерять доверие этого человека, разочаровать его. Он до сих пор помнил день, когда Эрих клялся отцу, что Жан не причинит никому вреда. Как на белой фарфоровой коже остались кровавые раны, которые еще долго не заживали. Страшно вообразить, скольким Эрих тогда рисковал. Скольким он рискует сейчас. Но если так сложится судьба, что он и Эрих окажутся по разные стороны морали и здравого смысла, он должен быть готов к этому. Жан сразу провел черту. Если он хочет поступать так, как сам считает правильным, в его сердце не должно быть места сожалению. — Сказать, что это не я? — переспросил Жан, — я никогда не стану лгать тебе, Эрих. Как бы сильно ты ни хотел это от меня услышать.       Эрих до боли сжимал кулаки. — Ты разочарован? — тихо спросил демон.       Эрих молчал. Жан продолжал пить чай, свесив ногу с подиума. Они оба сидели на полу в полной тишине, пока Эрих ее не нарушил: — Я боюсь, что однажды я не смогу встать на твою сторону. Не смогу защитить тебя. Жан протянул руку вверх и поставил на стол чашку. — По-твоему, я похож на того, кто нуждается в защите?        Господин Карн Минар не ответил. — Эрих, посмотри на меня.       Белый охотник резко поднял голову и взглянул на своего собеседника. Рыжий демон вновь окунулся с головой в ледяное озеро, но прежде, чем утонуть, отвел взгляд. — Нет, ну, не так, Эрих. Я этого не вынесу. Ты злишься… я вижу, ты злишься. Ты, наверное, думаешь, что я не понимаю, какого тебе. Думаешь, я не представляю, как ты давал слово целой куче важных людей, что я буду паинькой? Но я не могу жить и поступать так, как удобно тебе, Эрих.       Жану очень хотелось добавить «Ты должен был подумать об этом, когда притащил демона в свой дом». Но если бы эти слова сорвались с его языка, юноша бы вырвал свой проклятый язык. Какие бы не возникали между ними разногласия, Жан никогда бы не посмел упрекнуть своего спасителя, который до сих пор защищает его. А Эрих никогда бы не вменил Жану обязательства за свое спасение.       Мужчина в белом на выдохе произнес: — Ты убил трех человек. — Ты убил сотню демонов, — холодно парировал Жан. — Просто скажи мне, зачем? — Просто скажи мне, зачем? —       Жан был пугающе серьезен. — Жан! — Снова этот умоляющий тон! Что ты хочешь от меня услышать? Хочешь, чтобы я начал оправдываться? К чему весь этот разговор?       Жан встал и с размаху нечаянно сбил поставленную им самим на край стола чашку. Эрих поднялся вслед за демоном.       Дверь с шумом отварилась и в комнату ворвалась Астрид. Не глядя по сторонам, не задавая вопросов, девушка упала перед охотником: — Прошу вас, господин Карн Минар, не причиняйте вред Повелителю! Это все моя вина! Только я должна нести за произошедшее ответственность! Если нужно кого-то наказать, накажите меня!       Жан запустил руки в волосы и с силой тряхнул головой: — Вот и как до этого дошло, а? Астрид, немедленно встань! С каких это пор жертва виновата в нападении? Не неси чушь! Просто иди к себе и ни о чем не переживай.       Астрид покорно встала, низко поклонилась и спросила: — Повелитель, осколки… — Уйди, прошу тебя, — строго проговорил демон.       И девушка, извиняясь, вышла из комнаты. Она услышала шум и подумала, что Жан может быть в опасности. Но увидев, что никакого конфликта не предвидится, нашла в себе храбрости оставить Жана наедине с охотником. — Я слышал, трое из семьи Валь приставали к девушке, - Эрих говорил твердо, даже жестко, но дыхание его и пульс бежали наперегонки и в разнобой.       Жан молча кивнул. — Поэтому ты убил их? — Да что за допрос? Я не хочу это обсуждать. Ни с тобой, ни с кем бы то ни было еще. Это касается не только меня, но и чести Астрид. И если ты итак все знаешь, зачем задаешь вопросы? Но я вот, что скажу тебе. Я дам ответ на правильные вопросы, которые ты не задал. Считаю ли я, что они заслуживали смерти? Да, считаю. Хотел ли я их убивать за их поступок? Нет, не хотел. Это последнее мое слово.       Вновь повисла тишина. Эрих чувствовал, как кипит его кровь, и закрыл глаза. Внезапно ему показалось, что мир слишком яркий. Видеть разноцветные корешки книг в желтом свете свечей и танцующие тени, которые ползли от подсвечников на стены было невыносимо. Взгляд на яркие рыжие волосы Жана доставлял физическую ощутимую боль. На секунду в сознании установилась тьма и пустота. Время остановилось. Раз, два, три... До слуха Эриха донесся звук капель, которые мерно разбивались о поверхность жидкости. Сосредоточившись на этом звуке, Эрих, наконец, успокоился и открыл глаза. Он увидел все также находившегося рядом демона. Жан вновь сидел на краю стола и опирался о него руками. На пол в кучку осколков разбитой чашки, стекая с пальцев, капля за каплей бежала кровь. Только теперь, увидев это своими глазами, Эрих смог почувствовать ее запах. Словно пять чувств отключились и теперь возвращались по одному. — Ты повредил руку, — зачем-то проконстатировал Эрих.       Как он мог этого не заметить? Гнев настолько затуманил разум, что он не увидел, как Жан поранился? Судя по количеству крови, порез был достаточно глубоким. — Ага, — безразлично ответил демон. — Нужно перевязать рану! Покажи руку! — Эрих хотел было осмотреть пострадавшую кисть.       Однако Жан проигнорировал этот жест Эриха, встал с письменного стола и прошел мимо него к столу со склянками. Из первого ящика он достал темно-бурый кристаллический порошок, с полки сверху — бинты. — Позволь мне помочь, — вновь предложил Эрих.       Жан, тем временем, присыпал кровоточащую рану порошком, а свободной рукой затягивал бинт, помогая себе зубами. — Я вполне могу справиться с этим сам. Не стоит утруждать себя. Если мне понадобится помощь, я попрошу, у меня есть язык, — помолчав с минуту, Жан спросил, — успокоился?       Он поймал вопросительный взгляд Эриха. Конечно, внутри у охотника прошел ураган, но даже в такие моменты ему всегда удавалось сохранять внешнее спокойствие. Демон пояснил: — Ты выглядел так, словно никак не можешь решить: то ли в обморок грохнуться, то ли уничтожить все, что попадется тебе на глаза.       Эрих сделал поклон: — Приношу извинения. Мне следует лучше себя контролировать. Такое поведение непозволительно.       Жан поднялся по ступенькам и сел в кресло. Осколки разбитой чашки и лужица крови отделились от пола. Кровь в эту секунду поднималась большой объемной каплей, попрощавшись с земным притяжением. В следующий миг все это рассеялось без следа. Эрих неотрывно следил за происходящим и Жаном, который сидел в кресле, не шевельнув и пальцем. Если бы пару месяцев назад Жан мог предположить, что способен на подобное, он бы не оставил тела тех парней в Дираке лежать в подворотне. Хотя чутье подсказывало ему, что правда все равно не смогла бы ускользнуть от зорких глаз белого охотника. Но в последнее время демону, наконец, предоставилась возможность много экспериментировать со своими способностями и телом. Поэтому, как шутил сам Жан, он «научился паре новых фокусов». — Это очень необычная сила, — заключил Эрих. — Бесполезная, — отрезал Жан, — но, знаешь, я теперь здраво оцениваю свои возможности. И если я могу не брать в руки метлу и тряпку, то я не буду.       Эрих не стал это комментировать. С помощью такой силы в пору было бы попробовать захватить весь мир, а этот рыжий юноша говорит об уборке. И самое ироничное в этой ситуации то, что Жан прекрасно понимает, насколько разрушительна его мощь.       За окном была глубокая ночь, но в полной тишине комнаты были слышны отзвуки неумолкающего праздника. Жан поднялся из кресла: — Останешься у меня до рассвета? — он указал рукой в дальний угол, — у меня есть большая кровать. — Я думаю, мне стоит вернуться домой, — тихо ответил Эрих, — проводишь?       Жан всплеснул руками и возмутился: — Ну, и зачем тогда мне такая большая кровать?       Он смеялся, словно ничего не произошло. Эрих спокойно ответил: — Если ты по-прежнему засыпаешь за книгами, кровать тебе, действительно, вовсе не нужна. — Бывает иногда, — пожал плечами Жан.       Они шли по светлой от огней улице и молчали. Эрих не без удивления отметил, что совсем не наблюдает отличий пиршества темных созданий от обычного людского праздника. Маленькая девчушка подбежала к Жану и вручила ему игрушечную ветряную мельницу. Демон подхватил ее и ловко усадил себе на плечи. Малышка, смеясь, ухватилась за рога. — Не пора ли тебе спать, золотко? — спросил Жан. — Не пора, — игриво отвечала девочка, — вот солнышко встанет, а я лягу. — Только обещай, что завтра вовремя ляжешь спать, вместе с солнышком. — Хорошо-о-о! — смеялась малышка.       Так они прошли еще немного, и Жан пересадил ее на плечи другому мужчине. — Куда бы ты ни пошел, все вокруг тебя любят, — отметил Эрих. — Я просто знаю, что делать, чтобы всем нравиться. По-моему, я уже говорил тебе об этом. Большинство меня просто боится. — Я так не думаю. Твои горожане смотрят на тебя с благодарностью и уважением. Пока ты жил в Тинсмине, и шляпник, и прочие жители хорошо к тебе относились. Астрид была готова отдать за тебя жизнь. Пусть ты не желаешь признавать этого.       Жан шел, заложив руки за спину. Когда Эрих договорил, демон остановился и устремил взгляд к небу, по которому были рассыпаны мириады звезд. Его спутник тоже остановился. — Только не думай, что я этого от них жду. Я эгоист и всего лишь делаю, что хочу. А уж кто там и что про это думает, мне безразлично. Пока им удобны и приятны мои поступки, они следуют за мной и восхищаются.       Эрих смотрел на рогатого демона и невольно вспоминал заветы Карн Минар. «Истинно благой поступок не ждет благодарности». Многие понимают это, но действительно жить так могут лишь единицы. Помогая другим, обыкновенно люди думают «я сделал хорошее дело, я молодец» и ждут одобрения. Но лишь немногие искренне считают «я сделал это, потому что хотел помочь». Отчасти именно потому что демон, пусть и бессознательно, следовал принципам, которыми пренебрегали многие монахи и охотники, Эрих тоже проникался к Жану уважением. Во многом он был категорически не согласен с его методами. Но цели, которые преследовал Жан, белый охотник находил верными. Если бы только Жан соблюдал установленный порядок, не нарушал закон… Но будь преступник человеком, его бы допросили, судили. Если бы случай признали нападением, а действия человека — самозащитой, его могли бы оправдать. Но демона положено казнить на месте без суда и следствия, даже если у него были те же мотивы. Разве это справедливо?       Существовал и еще один важный аспект этого дела. Ни один человек не был способен уничтожить чью-то душу. И будь убийца из человеческого рода, души этих троих через отведенное им время вернулись бы в мир живых, дабы прожить новую жизнь. Но Жан не оставил им этого шанса.       Эрих размышлял об этом, пока они шли по городу, и никак не мог решить эту моральную дилемму. Подтвердив свои самые худшие опасения, он чувствовал пустоту внутри. Злился, считал поступок Жана непростительным, но все равно не мог его возненавидеть. Когда они подошли к лесу, Эрих почувствовал, как между его собственных пальцев скользнули тонкие пальцы Жана. Этот жест прервал размышления охотника. Демон шел рядом, молча глядя вперед. — Твоя птица не улетала, — невпопад произнес Эрих. — Ну, да, кто же в ночь летает? Совы, разве что, да летучие мыши. Как день наступит, она вернется в лес. А там уж я ее найду. — Как я смогу связаться с тобой? — Эрих пристально смотрел на Жана. — Твои письма до меня не дойдут. Захочешь что-то обсудить — придется тебе выделить в своем плотном графике время и явиться ко мне. Хотя есть некоторый шанс не застать меня здесь. Иногда я покидаю город.       Жан поймал вопросительный взгляд охотника: — Ну, извини, я еще не придумал достойный способ. В конце концов, не так уж часто я бываю тебе нужен.       Эрих молчал. Мог ли он вот так вслух произнести, что нуждается в Жане постоянно? — Знаешь ли, я тоже не могу свободно заявиться в резиденцию твоего клана, — усмехнулся демон, — я могу дать тебе возможность преспокойно проходить через завесу, как мы только что сделали это. Но я должен быть уверен, что это не приведет к катастрофе. А после нашего сегодняшнего разговора ты не дал мне эту уверенность. Если внезапно ты захочешь учинить мне неприятности, нам обоим будет спокойнее, если ты не сможешь этого сделать. Да и жители не будут чувствовать себя в безопасности, если по городу будет спокойно разгуливать охотник. Поэтому пока я не буду уверен, что ты готов забыть о своих принципах, заходя в Сумеречный Город, придется тебе потерпеть мои требования.       Эрих с сожалением ответил: — Это невозможно. Одного моего желания быть на твоей стороне недостаточно.       Жан рассмеялся: — Нет, Эрих. Как раз-таки одно лишь твое желание — это все, что нужно. Но ты сам посадил себя в клетку под замок, а теперь боишься из нее выбраться, хотя единственный ключ у тебя.       Эрих крепко сжимал руку Жана до самого перекрестка, словно его спутник может также легко рассеяться, как те осколки чашки. Пока они шли по лесу, единственным источником света было маленькое пламя, которое Эрих нес на ладони. Все вокруг казалось Эриху совсем иным. Он бывал в Северном Лесу только ночью на Праздник Духов и совершенно не привык к этому месту мирному и спящему. Когда двое вышли из леса на дорогу, на небе уже рождалась заря. Встречать рассвет в этом лесу, не пересчитывая потери после кровавой битвы, тоже было ново и необычно. — Эрих, меня уже можно отпустить, правда, — вновь процедил Жан, — и знаешь, тебе лучше приходить сюда только по делу. По своей наивности я заблуждался, полагая, что мы сможем поддерживать общение. Но… Мы живем в разных мирах, по-разному смотрим на жизнь. Я не хочу подвергать твое душевное равновесие такому риску. Я вижу, как тебе тяжело и больно, и я не готов принять это. Я безмерно благодарен тебе за то, что ты зашел ко мне в гости сегодня. Но мне будет спокойнее, если ты перестанешь урезать свою и без того короткую жизнь, просто находясь в моем обществе.       Белый охотник молча смотрел на Жана и пытался прочитать на его лице эмоции. Но совершенно ничего не получалось. Невозможно было понять, с какими чувствами на сердце его друг произносит эти слова. — Ты сам пригласил меня. — Да, я знаю. Я хотел показать тебе, что у меня все хорошо, что у меня теперь есть дом. Но на этом… — Это твое желание? — отрезал Эрих. — Это мое решение, — тихо ответил демон, — знаю, как это по-дурацки выглядит. Я ведь ненавидел, когда ты пытался поступить «как лучше» для меня, не спрашивая моего мнения об этом. И теперь я сам поступаю так с тобой. — Я с не согласен с твоим решением. Когда я захочу увидеть тебя, я приду к тебе. Если ты действительно желаешь мне спокойствия, тогда, будь добр, не исчезай больше.       Эрих, наконец, отпустил руку рыжего юноши. Сделав шаг, он изрядно порезал руку и начал чертить печать. Жан наблюдал за ним, потирая освободившуюся ладонь перебинтованной рукой. Солнце уже лениво поднималось над горизонтом, забираясь в утренние облака. Эрих опустил ладонь на завершенную печать и осторожно спросил: — До скорой встречи?       Жан улыбнулся: — До встречи, друг мой, — и с порывом осеннего ветра, который принес разноцветные листья, рыжий демон исчез с перекрестка.       Господин Карн Минар вернулся домой. Перед его глазами все еще стоял образ улыбающегося юноши. Вот только эта улыбка не была такой же теплой и искренней, какими были десятки прежних улыбок Жана. Эриху казалось, что демон выглядел очень печально. Если бы в ту секунду Эрих успел схватить его быстрее осеннего ветра, он бы не позволил ему уйти. Наверное, именно это имел в виду Жан, когда все время твердил, «я не могу выносить такое твое лицо». Наконец, Эриху удалось понять, каково это. Смотреть на печальное лицо Жана, который даже в самой неподходящей для этого ситуации улыбается и не унывает, действительно невыносимо.       Птица по-прежнему сидела на спинке кресла. Завидев вернувшегося хозяина дома, она сделала еще более важный вид. Эрих сел за свой письменный стол и, запустив руку в одежды, достал маленькую коробочку. В коробочке на бархатной подушечке сверкали два зеленых камня. Белый охотник смотрел на них, не отрывая глаз. Йохан уже проснулся и старался овладеть новым навыком, который прежде показал ему Эрих. — Отец, у нас в гостях птица. — Да, чуть позже она вернется к своему хозяину. Иногда она будет прилетать к нам. Если увидишь ее, сообщи мне, пожалуйста. — Понял, — ответил Йохан, — что-то произошло? — Почему ты так решил? — удивился Эрих. — Потому что отец выглядит задумчиво, словно что-то беспокоит его.       Йохан с пеленок подмечал очень многое. За прошедшее время он вновь подрос и стал на порядок сознательнее. Белый охотник с сожалением отметил, что так ничего и не спросил у Жана о демоненке, а теперь, наверняка, ему еще не скоро представится такая возможность. Если бы только в ту минуту Эрих знал, что уже через несколько ночей ему суждено встретиться с Жаном вновь.