Глубокие темные желания

Разве хотел я стать ей врагом, сделать больно и надломить? Сердце стучит в руке, на языке и в глотке. Я царапал свои глаза, лишь бы не видеть больше ни лиц, ни света, ни окружающий мир. Белый флаг растоптан и смешан с грязью. Гвоздь ковыряется в ухе, вызывая в голове набатом стучащий пульс и что-то острое. Хочу пробить барабанные перепонки насквозь, чтобы перестать слышать ее голос, но он все равно так или иначе звучит. Ребра врезаются в легкие, не позволяя дышать. Боль распарывает меня всего, выворачивает наизнанку, подчиняя и любя. И я тоже люблю ее, дарю ей себя, вручаю, как новогоднюю открытку. Простите, забыл подписать. Может быть лежащему на полу органу можно помочь? Но я только стою и смотрю, как оно бьется задыхающейся на грязном линолеуме рыбой. Трубки-плавники шевелятся, вздрагивают несколько раз, прежде чем ослабеть. Пинок. Подошва давит на упругую плотную сущность, но крепкие мышечные волокна не поддаются.

Сдохни. Сдохни. Сдохни. Сдохни. Сдохни. Сдохни. Сдохни. Сдохни. Сдохни. Сдохни.

Стучу ногой, а оно, словно резиновый мячик, сохраняет подобие формы. Красно-коричневые свертки с плеском падают вниз. Внутри оглушающая пустота. Я такой пустой, что даже странно. Из груди и нутра сыплется цветастое конфетти всех оттенков красного. Лепестки маков смешиваются с дерьмом. Тошнота. Саморез накручивает слуховую косточку по спирали. Черная резьба становится розово-бордовой. Это как сахарную вату намотать на палочку. Роняю на пол с глухим стуком, которого не слышу. Завтра снова будет больно.