Гарри и Эволюция Влияния. Часть 1

Близнецы ездили к своему брату в заповедник для драконов и вернулись впечатленные и вдохновленные на новые эксперименты. Отысканные Гарри рецепты зелий произвели фурор и ему пришлось пообещать парням, что он обязательно отведет их на кладбище артефактов. Детально изучив рецепт, Джордж пришел к выводу, что готовить Исцеляющий Отвар нужно в средине лета. Именно тогда луна будет в нужной фазе и в необходимом к остальным звездам положении. Гарри не хотел бы делиться с ними информацией о доме номер девять, на улице Мигунов, а где еще им можно было встретиться он не знал. - Послушай, Гарри, - начал Фред, - мы рассказали о тебе маме и… - Она просто загорелась желанием пригласить тебя пару недель летом. - Что скажешь? - Да, конечно, - Гарри был растроган таким предложением, но в то же время оно его насторожило. Ни одна из матерей его друзей в прошлой школе не приглашала Гарри погостить на все Рождество и такое дружелюбие было подозрительно. - Только у нас, это… - Нет нужных приспособлений дома, - близнецы вроде даже смутились. - Ничего, я привезу все в сундуке. А помещение у вас есть? - Да, конечно. - Папина мастерская замечательно подойдет! Вот так неожиданно Гарри организовал часть своего лета. За зелье для выносливости парни взялись сразу; его как раз хорошо было делать в феврале. Две недели у Гарри заняло собрать все ингредиенты для зелья и ему было интересно вместе с парнями работать в мастерской. Они все объясняли и помогали Гарри вникнуть в суть каждого шага. У Фреда с Джорджем было интуитивное чутье на ингредиенты. Они знали, как правильно растолочь, порезать или размолоть все так, чтобы зелье получилось наиболее эффективным. За несколько месяцев работы с ними Гарри научился большему, чем за полгода классов у Снейпа. Профессор же отметил улучшение качества зелий Гарри задумчивым “Хм”, и хмурым взглядом. Проект по изучению мантии продвигался успешно. В библиотеке Гарри обратился к мадам Пинс показав ей руны с мантии, написанные в случайном порядке на листе пергамента. Библиотекарь удивилась интересу первокурсника к рунам, но подсказала Гарри посмотреть их значение в книгах о шумерской клинописи. Месяц Гарри потратил на то, чтобы понять в каком порядке читать значки так, чтобы вышитое имело смысл. Язык был древним и мертвым, многие понятия совершенно не соотносились с современностью. В результате долгих недель расшифровки у него получился небольшое четверостишие, повторяющееся тут и там по ткани, перемеженное рунами защиты и сокрытия: “От Смерти тебе награда, укрыть тебя я рада, от глаз чужих и от клинков злых”. И хотя сама идея сокрытия звучала довольно привлекательно, чтобы приступить к действиям, слова о подарке от смерти смущали. Гарри решил провести опыты: он положил отловленную телекинезом мышь на стол в Выручай комнате и накрыл ее мантией. Кусок стола и мышь исчезли. Мышь под мантией была в порядке и живо убежала в неизвестном направлении, как только Гарри ее отпустил. Тогда он решился завернуть в материю свою руку. Как только края полотна сомкнулись на кисти - та исчезла. И хотя Гарри все еще чувствовал ее, но в магическом плане его аура больше была не видна, только аура самого предмета. Значит, человек с похожими на его очками, вполне сможет обнаружить, что в комнате кто-то посторонний, хотя и не поймет кто. Чтобы подтвердить еще одну свою догадку, Гарри попытался разрезать мантию ножом, и ткань, не поддалась. Для точности мальчик подождал неделю и когда с его рукой ничего не случилось, решил перейти к активному использованию столь полезного артефакта. Также Гарри разобрался с рунами на его очках, найдя расшифровку знаков в книге по Огамическому письму. Все значки были существительными и означали разные вещи. Теперь понимая значение, Гарри решил поэкспериментировать, поочередно дотрагиваясь до разных значений отметок. “Орел” позволял ему видеть дальше, “Крот” давал ночное виденье, “Сила” проявляла окружающие магические потоки, а “Летучая Мышь” – просвечивала насквозь предметы и стены. За раз можно было комбинировать не более двух функций. От режима Летучая Мышь у мальчика уже через десять минут разболелась голова, и привыкнуть к нему было невозможно. Чем больше Гарри его использовал, тем тяжелее ему было. Когда из носа пошла кровь, мальчик решил, что оно того не стоит. И хотя одна из функций его так сильно разочаровала, было приятно наконец-то понимать, как работает твой артефакт. Первым делом Гарри использовал мантию во время утренней пробежки и демонстративно прошелся перед Филчем. Тот его не заметил. Мальчик воодушевился и запланировал ночную вылазку в запретную секцию библиотеки. В пятницу ночью, дождавшись, когда все заснут и одевшись потеплее, мальчик тихо выскользнул в коридор. Шорох шагов казался Гарри оглушающим, и он пообещал себе научиться бесшумно ходить, как только будет время. Режим ночного виденья на очках помогал неимоверно. Лестницу пришлось ждать полчаса. Ночью они находились в некоем подобие сна, двигаясь медленно и часто сбиваясь в кучки в одном месте. Иногда мальчику казалось, что лестницы Хогвартса обладают личностью и довольно скверным характером. Вывернув из-за угла ко входу в хранилище знаний Гарри наткнулся на Пивза. Зловредный полтергейст писал гадости прямо на стене напротив двери. Мальчик разочарованно вздохнул - придется дождаться, пока он доделает свои дела. Даже если Пивз не увидит его под мантией, открывающуюся и закрывающуюся саму по себе дверь, он точно заметит. Когда призрак улетел по своим делам, Гарри поспешил к дверям. “Оставь надежду стать умнее всяк сюда входящий.” – изобразил Пивз на стене и добавил неприличную картинку. Гарри это показалось забавным. Мальчик без проблем вошел в библиотеку. Видимо со времени посещения Тома охранная система совсем не поменялась. Но вот содержание Запретной Секции поменялось кардинально. Весь стеллаж, который ранее так сильно привлек внимание слизеринца большим количеством книг по темной магии, теперь имел совершенно другое содержание. Гарри пришлось заново пересматривать все вокруг, чтобы понять, как реорганизовали материал. Многие книги имели сильную магическую ауру, и мальчик заметил, что тома организованы таким образом, чтобы книги с сильным полем не соприкасались друг с другом. Один из стелажей был посвящен историческим деятелям, в основном темным магам. Мальчик был удивлен, когда заметил старое издание истории Хогвартса на полке. Второй стеллаж вмещал в себе книги по высшей трансфигурации и боевой магии, третий – зелья и травологии, а вот четвертый оказался самым интересным - разнообразные книги по теории работы с магическими потоками, созданию заклинаний и артефакторике, тут даже была книга рассказывающая об особенностях гоблинских техник работы с металлами. Почти в самом низу полки Гарри заметил увесистый том под названием: “Ментальные науки. Том 1”. Тома 2 видно не было, и мальчик понадеялся, что его просто кто-то взял почитать. От книги во все стороны рассеивалось марево магического тумана, схожее с тем, что Гарри видел вокруг Зеркала Еиналеж. Мальчик предположил, что именно так должна выглядеть магия, влияющая на разум. Он нацепил перчатки из драконьей кожи и дотронувшись до книги, подождал пару минут. Ничего не происходило, а потому Гарри взял книгу и пошел с ней в уголок для чтения, обнаруженный еще Томом. Разложив на столе пергамент и достав прытко пишущее перо, Гарри стал шепотом, почти про себя читать текст. К сожалению, вынести книгу из секции незаметно у него бы не вышло, но заколдованному перу и этого было достаточно - его кончик шустро заскрипел по пергаменту. В начале книги автор объяснял, что это не просто учебник или научный труд, а настоящий артефакт и для тех, кто хочет в полной мере постигнуть таинство ментальных наук, необходимо довериться и впустить книгу в свой разум. Гарри решил, что сначала все прочитает, а потом уже подумает кого куда пускать. Он зорко следил, чтобы обложка не соприкасалась с кожей. Магия книги облаком парила вокруг, но не пыталась пробраться в его сознание, как это когда-то сделало зеркало. Книга оказалась настолько интересной, что очнулся Гарри от лучика солнца, упавшего на страницу - за окном уже брезжил рассвет. В субботу с утра никто не стремился встать пораньше, а потому в семь утра коридоры все еще были пусты. Под настойчивым давлением своих соседей по комнате Уэйн наконец-то начал отключать свой садистский будильник по выходным и потому в комнате стояла сонная тишина. Первокурсники еще не научились ставить заглушающие, а потому Гарри услышал, сонное бормотание от кровати Эрни и постарался пройти к своей постели еще тише. Скользнув в постель, он решил теперь будет пропускать завтраки по выходным, иначе ему никак не прочитать все заинтересовавшие книги из запретной секции. Следующим утром мальчик ходил сомнамбулой и ловил углы. Гарри должен был встретиться с близнецами, чтобы продолжить работу над зельем. Мальчик подозревал, что книга все-таки как-то повлияла на него, потому что он чувствовал себя необычайно уставшим. Бредя на встречу с близнецами, Гарри решил пойти проверить стерли ли со стены послание Пивза, и услышал бормотание из приоткрытой двери комнаты, где он набрел на зеркало Еиналеж. Ему показалось странным, что кто-то находится в этой комнате и Гарри непроизвольно подался вперед, заглядывая в щелку приоткрытой двери. В рассеянности он почти не обратил внимания на то, что его опять будто потянуло за шкирку назад. Пошатнувшись, он оперся рукой о косяк и припал к двери. В комнате разговаривали два человека. - Я сказал, что камень на третьем этаже, - голос звучал сипло и глухо. Было очевидно, что человек зол. - Прекращай тратить мое время, его осталось не много. Единороги стали слишком осторожны. - Но, мой Лорд, я понятия не имею, что приготовили для нас на третьем этаже, - к удивлению Гарри, он опознал во втором говорившем профессора Квиррелла. - И это слишком очевидно. Не могу представить себе, чтобы такой человек, как Дамблдор спрятал камень настолько просто. Это ловушка, - профессор звучал удрученно и виновато. - Я знаю этот замок вдоль и поперёк. Здесь больше не осталось мест, где можно было бы спрятать камень! - Я не знаю, мой Лорд, нам нужно больше времени на подготовку, - мужчина звучал уж совсем жалко и Гарри решил, что с него хватит. Мальчик отстранился, но от слабости опять пошатнулся и схватился за стену, непроизвольно задев дверь. Та скрипнула оглушающе громко в повисшей тишине. Гарри уже повернулся, чтобы броситься наутек, когда дверь распахнулась. На него уставился профессор Квиррел, без привычного фиолетового тюрбана. - Прибей маленькую тварь! – раздалось от мужчины, но губы его не двинулись. Гарри это поразило, что дало Квиреллу секунду, чтобы схватить мальчика за плечо. К его удивлению, для тщедушного заики, у преподавателя была сильная хватка. Не давая мальчику время опомниться, он втащил его в комнату и захлопнул дверь. Направив, на Гарри палочку, мужчина моментально его обездвижил и у Гарри появилось неприятное ощущение дежавю. Он вспомнил, как беспомощный лежал на каменном алтаре и его начала накрывать паника. Полтора года назад, ему на помощь пришел Змей. Но за все это время Гарри так и не научился входить с ним в контакт сознательно. Он наоборот делал все, чтобы отстраниться от него. Пытаясь справиться с паникой, мальчик сосредоточился на происходящем. Профессор выглядел совсем не так, как обычно в классе. Он метался из стороны в сторону и говорил будто бы сам с собой. Что-то в его взгляде, том, как он держал голову было совершенно неестественным для нормальной человеческой осанки. Гарри бы даже смог понять, что именно, если бы его голова болела не так сильно. - Что же мне с тобой делать? – задумчиво проговорил Квирелл. – Мой Лорд, можно я сотру ему память? - Убей его, глупец, - глухо проговорил голос. – Дамблдор за секунду обойдет такую нелепую заплатку, как обливиэйт! - Но, мой Лорд, я не могу просто так взять и убить ученика! Мы же еще не завершили нашу миссию. Его будут искать. Возможно, вы примените к нему легилименцию? - Дай мне взглянуть! И если Гарри думал, что ему было страшно до этого, то теперь его накрыло волной настоящего ужаса. На затылке у Квиррелла проступало уродливое, отдаленно напоминающее человеческое, лицо. Отвращение пробрало мальчика до костей, когда рука Квиррелла неестественно жутко провернулась в суставе, чтобы направить на ребенка палочку. Гарри начал скапливать в руках магию, но прежде, чем, он смог что-либо сделать, мальчик услышал “Леглиментс”. Гарри почувствовал, как в его голову, как нож в масло, проникает жестокая, злая воля. Его сознание не окружали стены и на пути к хранилищу памяти не было никакой преграды. Хорошо, что Гарри организовал свои воспоминания еще раньше и построил небольшой лабиринт, с высокими, крепкими стенами, как советовала книга, но такому опытному Легименту, как Лорд и это не стало серьезной преградой. Сознание мальчика терзали и месили, как половую тряпку и Гарри был на пути к полному обмороку, когда Лорд добрался до места, где хранилось воспомание о мистере Столкере. Видимо монстра заинтересовала возможность получить больше силы, и он стал внимательно смотреть воспоминание. Гарри понимал, что либо он что-то сделает сейчас, либо никогда. А потому из последних сил он собрал остатки сил и посмотрев в глаза уродливой маске, что должна была изображать лицо, он прошептал первое, что пришло в голову: леглиментс. Мальчик провалился в вязкий серый туман. Его окружали высокие деревья с полусгнившими стволами, покрытыми мхом и вязкой смолой. Из-за плотного сизого полога было не рассмотреть земли, но оттуда, снизу, исходило непрестанное злое шипение и Гарри непроизвольно вспомнил своего змея, настолько похожее ощущение этот звук вызвал внутри. Еще немного придя в себя, мальчик наконец-то вспомнил, что он тут делает. Ему нужно было потянуть время, чтобы к телу вернулась хоть какая-то чувствительность, и он смог дать отпор. Пока это сумасшедший препирался сам с собой прошло около десяти минут, мальчик уже мог шевелить кончиками пальцев. Чтобы отвлечь монстра, нужно создать в его сознании переполох. Гарри в спешке оглянулся вокруг. Все что он мог – вызывать огонь. Как удачно, что вокруг так много деревьев. Гарри пошел по лесу прикасаясь к стволам пламенной рукой. Змеи обвивали его ноги, заползали все выше и выше по телу, сковывая по рукам и ногам, жалили и злились, но Гарри продолжал идти. Он смог поджечь больше двух десятков стволов, когда боль окончательно обессилила его и Гарри очнулся в собственном теле. На него смотрели пламенеющие яростью глаза монстра. Тот склонился над мальчиком в явном желании растерзать. Оказывается змея, обхватившая его горло в видении, в реальности была рукой профессора. И она дымилась. Гарри не нашел ничего лучше, чем послать горячую волну по руке выше, а когда чудовище отстранилось, он наконец-то смог поднять руку, и, положив Лорду на лицо, послал по ней свою обжигающую магию. Лицо паразита обуглилось и почернело, тело стало рассыпаться, как пережженная в печи глина, а Гарри с ужасом наблюдал, как, корчась в муках, умирает профессор Квиррелл – носитель паразита. Когда на полу осталась лишь кучка пепла и одежда, обессиленный и все еще частично обездвиженный Гарри провалился в обморок.