Гарри и Эволюция Влияния. Часть 1

Первым делом он пошёл в магазин маггловской одежды. За девять с половиной месяцев усиленного Хогвартского питания Гарри сильно прибавил в росте и для маскировки ему нужна была новая одежда. Следуя своему плану по поддержанию двух образов, он приобрёл официальную одежду, распространённую у магов, карие линзы и спортивную одежду большего, чем нужно размера, для образа Поттера-сироты. В дом мёртвого мага Гарри пришёл уже поздно вечером. Атмосфера заброшенности плотно поселилась в этом месте, и Гарри провёл остаток вечера убирая пыль и паутину по углам. Посвежевшее воспоминание о травме не дало мальчику уснуть, а потому всю ночь он провёл, расчищая место для мастерской зельеварения, в которую он решил переоборудовать просторную ванную комнату у главной спальни. За первый месяц лета Гарри собирался наварить себе столько полезных зелий, сколько сумеет приготовить. Ему не хотелось бы бегать к мадам Помфри каждый раз, когда он простудится. Хэдвиг мальчик поселил на чердаке, открыв небольшое окошко, чтобы птичка могла прилетать и улетать, когда заблагорассудится. Следующий день Гарри провёл очень активно. Выгребя 300 галлеонов из банковского мешочка, он разменял деньги для оплаты услуг Дурслей и закупился ингредиентами и оборудованием для своей лаборатории юного зельевара. Он обошел все книжные лавки в косом переулке и сходил к любимому старьевщику, став счастливым обладателем комплекта книг для второго курса Хагвартса, одной книги по ментальным наукам и целого сундука принадлежностей и ингредиентов для Зельеварения. Гарри было довольно тяжело перестроиться и не использовать любимую палочку на каникулах. Он помнил о запрете колдовства на каникулах, но рассудил раз его еще не поймали за колдовство до начала обучения в Хогвартса, значит колдовать нужно либо где-нибудь подальше от дома, либо чужой палочкой, а лучше все вместе. Палочка Столкера после лета чувствовалась чужой и слушалась плохо. Купленная Гарри книга по ментальной магии оказалась обычным сборником практик по медитации и немного раскрывала принципы индуизма и работы с энергией чакр. Гарри разочарованно пролистал ее от начала до конца и отложил на столик у дивана. Каждый день Гарри работал над восстановлением и организацией воспоминаний, тщательно отсортировывая свое и чужое прошлое. Любой выход из дома оборачивался для Гарри путешествием в жизнь Тома. Но его не покидала надежда, что если он просмотрит как можно больше воспоминаний - то перестанет выпадать из реальности. Однажды утром, возвращаясь с пробежки он решил съездить в приют Вула, где Том провел самые несчастливые детские годы. Гарри примерно предполагал, как найти здание. Следуя воспоминаниям Тома, ему нужно было перебраться через Темзу и направляться в сторону уже знакомой Гарри станции метро недалеко от Бермондси. Куда направляться оттуда Гарри не знал, но надеялся, что воспоминания мальчика его доведут. Бредя по полузаброшенному району, Гарри думал, что сойдет с ума. Ему в голову приходили самые яркие моменты из жизни Тома – воспоминания о бомбежке. Хорошо, что посреди рабочего дня, кроме пары бездомных вокруг больше никого не было, потому что пригибающийся на каждом шагу подросток наверняка вызывал много вопросов. Мрачное, здание приюта с высокой кованной решеткой и окнами, устремляющимися ввысь, стояло пустым и было огорожено под снос. Мальчик закутался в мантию невидимку в ближайшей подворотне, в которой его не так давно вывернуло от вида разорванного на части человека из воспоминаний Тома, и пробрался в дыру в металлическом ограждение, расширенную телекинезом. По виду, приют был давно заброшен. Ступеньки казались насквозь прогнившими и, добираясь до комнаты Тома на втором этаже, Гарри то и дело использовал левитацию. Тысячи призраков детства навалились на него со всех сторон и через какое-то время от переизбытка информации сознание Гарри как бы отделилось, наблюдая за происходящим со стороны. Если бы кто-то спросил мальчика, сколько он бродил по разрушенному приюту, Гарри не смог бы ответить. Он потерялся в видениях. Особенно ему врезалось в память, как Том убил питомца одной из новеньких девочек. Снежно белый кролик новенькой девочки был как бельмо на глазу. Весь такой мягенький и невинный. Его бы все равно скоро забрали. В приюте не разрешали держать животных, чтобы благопристойное заведение не превратилось в зверинец. Но девочка только что потеряла обеих родителей и не выпускала дурацкий комок меха из рук. Том словил его как-то вечером. Видимо зверек удрал, устав от постоянного соседства с человеком. Чувство удовольствия, пронзившее все существо мальчика при виде, содрогающегося в конвульсиях, умирающего кролика переполнило Гарри. Но истинное наслаждение посетило Тома, когда смерть кролика увидела Кэти- девочка хозяйка. Полный контроль над жизнью и смертью, над страданием этого ребенка опьянял. О, как она рыдала. Том представил, как сладко было бы сжимать ее шею в своих руках, как из глаз с полопавшимися сосудами текли бы слезы, как тело содрогалось бы в конвульсиях, прежде чем замереть навсегда под его руками и его пронзило волной такого экстаза, что даже колени ослабели. Все чувства Тома на столько шли в разрез с сущностью Гарри, что его выбросило в реальность и еще долго тошнило желчью. На улице занимался рассвет и Гарри понял, что проходил здесь весь день и всю ночь. Голова кружилась, язык прилип к небу от жажды, и мальчик не чувствовал своих ног - с него было достаточно. Сегодня Гарри точно убедился, что эту сущность нужно взять под контроль. Ради этого он даже был согласен попробовать медитацию и техники йоги. Все что угодно. Книга «Змеиная сила», написанная сэром Джоном Вудроффом была совсем не тем за то ее выдавал продавец в книжной лавке. Назвать ее книгой по ментальным наукам можно было только сильно надышавшись курениями, которые автор книги призывал активно использовать. Надеясь подчерпнуть хотя бы какой-то полезной информации, Гарри взялся за чтение с карандашом и тетрадкой, погружаясь в мир переосмысленного индуизма и науки о чакрах. Выписав несколько интересных медитативных практик, мальчик приступил к действиям, надеясь вскоре узреть свои чакры. Но ни после второй, ни даже после десятой попытки у него так ничего и не получилось. Бедный мальчик готов был лезть на стены от отчаяния. Изоляция и недавнее посещение приюта сделали его жизнь почти невыносимой. Часто Гарри ловил себя на том, что бесцельно бредет по улице, не помня, как вышел из дома. Один раз он даже нарвался на очередного “мистера Столкера”. Когда тот схватил парня со спины, зажав ему рот салфеткой со знакомым запахом, магия Гарри вырвалась наружу и отбросила нападающего, сильно ударив о каменные кладку ближайшего дома. Этой секунды было достаточно, чтобы магия позволила Гарри в полной мере прочувствовать эмоции мужчины и даже уловить кусочек мысли: охотничий азарт и предвкушение денег – Гарри хотели продать, мужчина давно заметил в этом районе мальчика-лунатика и на него уже даже нашелся клиент. От силы удара несостоявшемуся похитителю размозжило череп и теперь из его головы выливалась алая-алая кровь, вперемешку с кусочками мозга. Перед глазами мальчика плыло, ноги подгибались, и он совсем не помнил, как забрел в эту подворотню. Он очистил следы ботинок эванеско и поспешил убраться с места преступления. У него не было сил расчленять и жечь еще один труп. Гарри подозревал что еще один такой поступок – и он окончательно потеряет себя, отдавшись на волю паразиту. Добредя до дома, мальчик постарался, как и раньше затолкать ужасное воспоминание как можно глубже. Что бы остановить ночной лунатизм Гарри начал пить зелье сна-без-сновидений и успокаивающее, и на их запас ушли последние снятые со счета деньги. В книге Сэр Джон Вудрофф утверждал, что нет ничего лучше йоги, чтобы сконцентрировать магию, приготовиться к ритуалу или очистить сознание. Но инструкций к действиям там, к сожалению, не было. Гарри припомнил, что видел в школе близняшек с индийскими корнями, и понадеялся, что они согласятся его обучить. Зелье сна-без-сновидений от долгого приема теряло свою эффективность и уже сейчас Гарри заметил, что прошлая дозировка не приносит желаемого освобождения. Воскресенья Гарри проводил у Дурслей. Обычно они ходили куда-нибудь с семьей, чтобы засветиться перед соседями. Больше всего Гарри любил ходить в зоопарк. Животные успокаивали его, а от обманчивой медлительности змей он вообще был в восторге. На улице у дома тети и дяди он замечал людей со слабым магическим даром. А один раз ему показалось, что он заметил профессора МакГонагалл в ее анимагической форме, но кошка быстро скрылась в кустах. Воскресенье в конце июля приходилось на День Рожденье Гарри. И вспомнил он об этом только узрев огромного размера торт, полностью покрытый сливками и фруктами. Родственники все были в столовой и явно готовясь к чему-то грандиозному. Прежде чем он успел обрадоваться в комнату влетела Петунья. - Гарри, а разве ты не должен сегодня остаться в Лондоне? - Нет, сегодня же воскресенье, - растерянно ответил он. - Мы думали ты захочешь отпраздновать День Рожденья в Лондоне, как и в прошлом году, - начала оправдываться тетя, по пути к холодильнику. - Послушай, Гарри, у Вернона сегодня очень важная рабочая встреча, - тетя взяла молоко и подошла к Гарри, твердо посмотрев ему в глаза. - Сиди тихо в своей комнате, и не звука. Гари кивнул, развернулся и пошел наверх. Не то, чтобы он ожидал теплого приема или большой вечеринки в честь его Дня Рождения, но такое отношение, особенно в этот день сильно задевало. По счастливому стечению обстоятельств, Гарри взял с собой учебник по Истории Магии за второй курс – легкое чтение, чтобы скоротать время в пути и отвлечься от невеселых мыслей. Когда Гарри добрался до средины главы о Третьем Восстании Гоблинов, в комнате появились завихрения магии, которых там не должно было быть. Опустив книгу, Гарри уставился на домовика, появившегося прямо перед ним, сидящим на матрасе. - Ты чей? – от неожиданности спросил Гарри. - Добби не может сказать, Добби очень жаль, - домовик всхлипнул и с разбегу вписался в стену. Гарри подпрыгнул от грохота и неожиданности. Дядя Вернон явно не скажет ему спасибо за сорванную бизнес-сделку. - Послушай сюда, Добби, - зло прошипел Гарри. – Ты сейчас же скажешь зачем ты сюда пришел и тихонечко уйдешь, больше не ударяясь о стены. - О, Гарри Поттер заботится о Добби! Гарри Поттер лучший волшебник в мире! Именно поэтому Гарри Поттер ни в коем случае не должен возвращаться в Хогвартс в этом году. Гарри опешил от такого заявления. С чего бы это ему слушать непонятно чьего домовика в таком важном вопросе. - Но меня же лишат магии, - в шоке воскликнул мальчик. - О нет, Гарри Поттер. Лишиться магии лучше, чем лишиться жизни! К тому же Гарри Поттера никто там не ждет! - С чего ты взял, что меня там никто не ждет? - Ну, Гарри Поттеру совсем никто не пишет. Гарри казалось подозрительным, что Уизли до сих пор не прислали ему сову с письмом, но теперь у него закрались подозрения, что тому могла быть иная причина, чем забывчивость семейства. - Ты что воровал мои письма? – пораженный догадкой воскликнул мальчик. - Только для блага Гарри Поттера! - А ну отдавай их сюда! Гарри схватил домовика телекинезом и вытряс из его сорочки письма. Зачем было прятать их в сорочке и вообще было приносить с собой, Гарри так и не понял. Этот домовик был явно не в себе и начал порядком его раздражать. - Ну все, Добби, - сказал мальчик, отпустив существо. - Возвращайся к своему хозяину. - Так Гарри Поттер обещает не идти в школу в этом году? – домовик преданно заглянул магу в глаза. - Добби я считаю, что это не мне решать. - Добби помогать Гарри Поттеру, - восторженно пробормотал домовик и аппарировал. Ведомый нехорошим предчувствием, Гарри тихонько вышел из комнаты и направился вниз проверить, чтобы маленький паразит не навредит там. И очень вовремя. Ушастое сознание как раз левитировало торт со стола в неведомом направлении. Гарри моментально схватил торт телекинезом и преодолев довольно сильное сопротивление магии домовика вернул его на место. Потом он тем же телекинезом спеленал существо, заткнул ему рот его же грязной наволочкой и отправился с ним на второй этаж в свою комнату, пока родственники не заметили. Домовик сильно сопротивлялся и Гарри повалился почти без сил, наконец доставив его в спальню. Почувствовав что-то мокрое на верхней губе, Гарри подумал, что это пот, но смахнув его рукой с удивлением увидел кровь. Сопротивляться магии домовика оказалось слишком тяжело для его ослабленного организма. Через пару минут около его глаз появился вопиллер из министерства магии. И на протяжении пяти минут, Гарри оставалось только наедятся, что гости Дурслей внезапно оглохли. Что бы там такого не наколдовал домовик, но он очень умело подставил Гарри. Надо же, его могут лишить палочки за нарушение запрета на колдовство. Его, который колдовал все лето! Мальчик разочарованно пнул ногой матрас, а повернувшись обратно в угол к домовику, понял, что тот уже исчез в неизвестном направлении. В доме его больше не было, Гарри проверил. Мальчик знал закон. Его не могли исключить из школы только за одно неправомерное применение магии на каникулах – это было просто предупреждение. Успокоив нервы зельем, Гарри заснул на своем матрасе, чтобы проснуться посреди ночи от странного стука. Сознание плыло и в реальность мальчик возвращался с трудом. Сон под зельями не предполагал подъёма посреди ночи. Судя по звуку, кто-то кидал камни в окно. Учитывая, что оно было зарешечено металлическими прутьями - звон стоял знатный и только из-за этого Гарри проснулся. Он сполз с матраса, и побрел к подоконнику. Последнее чего он хотел - разбудить Дурслей. Распахнув окно, Гарри не поверил своим глазам. У его дома зависла летающая машина, из окна которой торчала рыжая голова. - Эй, Гарри! – Громко выкрикнул Фред. – Мы приехали тебя спасать! Около минуты у Гарри заняло, чтобы понять, что происходит. Видимо не получив ответа на свои письма, близнецы решили, что Гарри удерживают силой в подвале, или что-то типа того. Он ведь рассказал парням, как прожил все детство в чулане. Мальчик в растерянности оглянулся на комнату. С собой у него был минимум необходимых вещей. И естественно он не упаковал в сундук недавно купленные приспособления и ингредиенты, которые планировал взять к близнецам. Но делать было нечего. Он подхватил поясную сумку и рюкзак, которые всегда носил с собой, накинул джинсы, футболку, кеды и высунулся в окно. - Я сейчас, не шумите! Гарри еще раз просканировал комнату на забытые вещи и быстро скатился с лестницы. В кухне он наскоро набросал записку для Дурслей и прикрепил ее на холодильник. Парни уже снизили машину и ждали его у двери. Заколдованный форд пыхтел дымом как Хорватский Экспресс. Задняя дверь открылась сама собой и подпрыгнув, Гарри вскочил в покачивающийся салон. По дороге близнецы громко поздравили Гарри с Днем Рожденья и поделились всем, что произошло за лето, пока мальчик боролся с сонливостью. Они рассказали, как, отправив Гарри три письма и не дождавшись ответа предположили худшее и под покровом ночи поехали его спасать. Фреду на столько хотелось поделиться впечатлениями, что он постоянно забывал о машине и попадал в воздушные ямы, отчего Гарри то и дело выдергивало из почти болезненной дремы. Через маленькую вечность Гарри смог рассмотреть разноцветный нелепый домик посреди поляны, недалеко от реки. Чудом не поломав изгородь вокруг сада, Фред приземлил машину на дорожку и припарковал в гараже. Более захламленного помещения Гарри в жизни не видел. Мальчик только надеялся, что готовить зелья им предстоит не здесь. Джордж протянул Гарри сверток в разноцветных снитчах, знакомо фонящих магией – его подарок на день рожденья. Гарри опасливо закинул его в рюкзак и поблагодарил близнецов за внимание. В резиденции рыжего семейства стояла тишина. Гарри устало рассматривал первое в своей жизни полностью магическое хозяйство. Диван и кресла выглядели очень уютно и буквально молили оценить действительно ли подушки на столько мягкие, как кажется. В гостиной громко зазвонили часы, показывая, что близнецы вернулись домой. С интересом рассматривая столь необычную магию, Гарри отвлёкся и не заметил рассерженную миссис Уизли, надвигающуюся на детей. Гарри еле сдержал смешок, когда он понял, что близнецы спрятались за его неширокой спиной. - Здравствуй, Гарри, дорогой, - проворковала женщина, обходя мальчика со стороны. Фред, схвативший парня за плечи, поворачивал Гарри так, чтобы мальчик оставался между ним и матерью. - Здравствуйте, миссис Уизли, - проговорил Гарри, пытаясь не рассмеяться. Женщина добралась до кухни и взяв в руки длинное кухонное полотенце попросила: - Отойди пожалуйста, Гарри. Я видимо кое-кого недовоспитала. Близнецы рванули к лестнице, мать за ними, а Гарри остался стоять, пораженный воспитательными методами, практикуемыми в рыжем семействе. Когда все покинули гостиную, притяжение дивана стало почти невыносимым и Гарри решил присесть всего на секунду. Через пол часа, когда крики наверху стихли, женщина спустилась в кухню, Гарри уже крепко спал свернувшись калачиком. Через маленькую вечность Гарри проснулся от стука посуды и невероятно влекущего аромата свежих блинов. Мальчик уже давно не ел нормальной еды, постоянно балансируя на грани безумия и голодного обморока. - Гарри, дорогой, ты проснулся? – прокричала женщина с кухни. – Еда уже готова, ты же любишь блинчики с черникой? - Спасибо миссис Уизли, мэм, - Гарри мило улыбнулся, подойдя к столу и сонно потирая рукой лицо с отпечатком диванного пледа. - Присаживайся за стол и рассказывай, как прошло твое лето и что натворили мои безобразники, - женщина похлопала по обеденному столу и начало споро расставлять еду. Гарри не оставалось ничего другого, кроме как выдать женщине отредактированную версию событий, пока та кормила его вкуснейшими блинчиками с маслом и вареньем. На половине рассказа о том, как близнецы чуть не разбили Гарино окно камнями, в кухню начали стекаться остальные члены семьи, привлеченные ароматами еды. Все здоровались, но никто не интересовался, как Гарри сюда попал. Видимо все слышали выступление с утра. Близнецы спустились последними, виновато потупив взгляд. По реакции остальных членов семьи Гарри понял, что эта комедия им не в новинку. Когда мальчик доел третью порцию блинчиков, его посетило неловкое ощущение, что за ним наблюдают. Он оглянулся и увидел маленькую рыжую девочку в углу комнаты, которая смотрела на него в упор, не мигая. Заметив, что Гарри обратил на нее внимание она встрепенулась и убежала. - Эй, Гарри, - тихонько прошептал Фред справа. - Ты только не пугайся, - продолжил Джордж слева. - Это наша сестренка – Джини. - И ты ее герой, - хихикнул Фред. Гарри закашлялся – кусочек теста пошел не в то горло. За весь первый курс он так и не смог привыкнуть к тому, что он знаменитость. Каждый раз, когда он ловил на себе восхищенный взгляд или слышал свое имя, произнесенное шепотом в коридоре, мальчик чувствовал себя неловко. И Гарри не знал, привыкнет ли он к этому когда-нибудь. Но чего он точно не ожидал – так это столкнуться с подобным отношением на каникулах в доме Уизли. - Ну, что, Гарри. – громко воскликнула миссис Уизли, когда мальчик закончил есть. – Пожалуй самое время найти тебе спальное место! Как на счет спальни Рона? Гарри перевел взгляд на своего однокурсника и сдержал брезгливую гримасу. Парень смотрел на него знакомым взглядом фаната. - Мам, мы уже перетащили в нашу спальню кровать для Гарри, - спас ситуацию Фред. - Да, мам, не думаю, что Упырь и наш милый братец Ронни – хорошее соседство для Гарри, - воскликнул Джордж и подхватив Гарри под руку, потащил его из-за стола. - Не беспокойся, мам, мы ему все-все покажем! Подхваченный рыжим вихрем, следующим, что увидел Гарри была дверь с табличкой “Не Входить – Идет Эксперимент”. За ней была комната, большую часть которой занимал огромный стол и два шкафа. От количества вещей на каждом свободном сантиметре у Гарри зарябило в глазах. Близнецы завели мальчика внутрь и усадили на единственное свободное место – кровать в углу. От насыщенного запаха пороха у Гарри заслезились глаза. - Ничего, друг, привыкнешь, - воскликнул Фред, плюхаясь на свою кровать, вплотную придвинутую к кровати Джорджа. - Так с какого зелья мы начнем? – перешел к делу Джордж. - Что даже не спросите, как у меня прошло лето? - Эй мы все еще обижены, что ты не ценишь наши подарки! Даже не поблагодарил нас за спасение из заточения. Еще и не защитил от мамы. А мы тебя из-за решетки спасли! - Я глубоко благодарен, но ваши конфеты есть не буду! – улыбаясь проговорил Гарри. Он очень скучал по близнецам и в этой захламленной комнате напряжение и страхи последнего месяца впервые отпустили его. Мальчик еще раз осмотрелся вокруг и замети в углу стопку пергаментов, хаотично заваленную перьями. Подхватив бумагу и перо, он пристроил их на крае стола. - Ладно, если вам так охота, перейдем к делу. Итак, у нас есть три недели… Мальчики составили список необходимых ингредиентов и оборудования. Что-то у близнецов уже было, но для улучшенного Исцеляющий Отвара, найденного в Выручай комнате были необходимы особые котлы и черпачки. Следующим делом они пошли осматривать будущее поле деятельности. Небольшое строение, служившее гаражом, было завалено различным барахлом и первым делом помещение пришлось очистить. Из рабочего транса парней вывел голос Молли, зовущей всех на ужин. Оказывается, за обустройством гаража они и не заметили, как пропустили обед. Близнецы ели, не обращая внимания на окружающий мир. Их будоражила возможность сварить новое зелье по секретному рецепту, который знали только они. А какой простор для экспериментов! Поэтому всю тяжесть огня любопытства Молли Гарри пришлось принять на себя. Для всех парни помогали Гарри со школьной программой, а потому мальчик заливался соловьем о том, каких умных и замечательных людей воспитала миссис Уизли. И лесть лилась на плодотворную почву. Спать мальчики ушли рано, ведь на следующий день предстояла еще одна вылазка – на Диагон Аллею. Не то что бы им было нельзя ходить туда самим, но и разрешения у матери они спрашивать не хотели, а потому вылазку было решено совершить ранним утром, пока все спят. В шесть часов утра, немого подкрепившись тем, что нашли в холодильном шкафу, мальчики отправились на Диагон аллею с помощью летучего пороха. - Знаете, иногда мне кажется, что нам высылают письма со списком покупок так поздно, специально, чтобы мы толпились в бесполезных очередях, - прокомментировал Гарри почти пустой магазин ингредиентов. - И еще, чтобы все могли полюбоваться на мальчика-который-выжил, - хохотнул Джордж. Гарри толкнул его локтем и протянул продавцу список ингредиентов. - Разве нам не нужно зайти в банк за деньгами, - спросил Фред, когда мальчики проходили мимо банка, направляясь в любимую Гарри лавку старьёвщика. – И нам лучше бы купить новые котлы и черпаки. Никогда не знаешь, для чего использовал котел предыдущий хозяин. - Ключ от моего хранилища находится у моего магического опекуна – директора Дамблдора, - подчеркнуто спокойно сказал Гарри, - И, к сожалению, с теми суммами, которые он снимает с моего счета каждый год я не могу позволить купить себе новый серебряный котел. Если, конечно, не хочу заканчивать Хогвартс с голой задницей, - не сдержав злость добавил он. - Но ведь ты живешь у маггловских родственников, зачем директору снимать деньги на твое содержание? - Именно, Фред, именно. В неловком молчании парни зашли в Гаррину любимую лавку. Продавец встретил мальчика, как родного и помог подобрать несколько котлов, которые сохранились получше. Гарри понимал, что парням не нравится здесь находиться, из-за того, что им в жизни почти никогда не доставалось ничего нового, но он надеялся, что очарования этого магического места, в котором каждый находит то, что ищет подкупит их. И действительно, когда Гарри уже сложил на столе все, что ему помог подобрать Дробович, Фред притащил магловский микроскоп, а Джордж три пары разных перчаток из драконьей кожи. Докупив еще несколько необходимых ингредиентов в лавке зельеварения и волшебном зверинце, парни отправились домой. Часы показывали семь тридцать утра и Гарри надеялся, что в Норе еще никто не проснулся. - Мальчики, вы уже проснулись? - спросила выглянувшая из спальни миссис Уизли, заметив Гарри, заходящего в комнату близнецов. - Да миссис Уизли, - невинно пропел Гарри подавая близнецам на лестнице знак попридержать котлы. - О, подожди секунду, сейчас я приготовлю завтрак, - сказала женщина и скрылась в спальне. На лестнице послышалось громыхание и Гарри помолился, что бы серебряный котел за сто пятьдесят галеонов был в порядке. Он поспешил на помощь близнецам. Все покупки парни унесли в гараж, пока никто не спустился вниз. И к концу дня мальчики уже начали варить первые зелья. Близнецы перебрали все, что Гарри наварил самостоятельно и признали большую часть непригодной к использованию. Видимо не быть Гарри великим зельеваром. Да и в том состоянии, в котором он варил эти зелья, ничего другого ожидать и не стоило. Дни потекли за днями и, неожиданно для самого себя, Гарри стал третьим в довольно тесном дуэте. Привыкший постоянно быть в одиночестве Гарри чувствовал себя очень странно. Часто, даже в ванную парни ходили вместе, ведь в доме Уизли ванных комнат было всего две и обе постоянно было заняты кем-то из многочисленного семейства. Попытавшись освободить место в комнате для новых экспериментов с микроскопом они сдвинули постели вместе и, с удивлением для себя, Гарри понял, что от ночных кошмаров неплохо помогает соседство с другими людьми. Раз в три дня мальчик делал перерыв в приеме зелья сна-без-сновидений, и пару раз он просыпался в объятьях Фреда. Тот сказал, что Гарри плакал во сне и упокоился только когда его крепко обняли. Для Гарри было столь ново быть так близко к другому человеку, что он даже не брался анализировать свои чувства, а просто наслаждался спокойным сном, но и от приема зелья на совсем не отказался. Видения из жизни Тома все еще беспокоили его, и он не хотел в очередном приступе сомнамбулизма причинить кому-то вред. В перерывах между вдыханием испарений и практики в магии с близнецами, ребята летали на метлах. Пару раз они сыграли в Квиддич с остальными Уизли. Гарри был поражен тем, как хорошо маленькая Джини сидела на метле и ему нравилось соревноваться в полете с близнецами. Однажды вечером после игры и победы в заплыве на реке Гарри понял, что это - самое счастливое лето его недолгой жизни. Через два недели после приезда в дом Уизли Гарри получил письмо из Хогвартса со списком книг, и мальчик внезапно вспомнил, что пообещал Джастину Финч-Флетчли вместе идти за покупками. Тем же вечером он отправил парню сову, и они договорились встретиться во вторник возле дырявого котла. Молли отпускала Гарри с громкими причитаниями и тяжелым сердцем, по ее словам. До паба Гарри отвел Перси. Родители Джастина не походили на тех, кому будет комфортно в лавке старьевщика и Гарри неожиданно стало стыдно за свои потёртые кеды и растянутую толстовку. Но он не зря потратил несколько лет на изучение актерского мастерства. Мальчик взял себя в руки и направил всю силу своего детского очарования на двух снобов. Неожиданно помогло то, что Гарри провожал Перси. Парень умел производить важное впечатление. - Джастин, здравствуй. Я так рад тебя видеть! Как прошла ваша поездка до Дырявого Котла? - первым поздоровался мальчик. - Замечательно, но нам пришлось довольно долго искать парковку. Гарри позволь представить мои родители – Оливер и Амелия Финч-Флетчли. Они взяли отгул, чтобы не толпиться на Диагонн Аллее в выходной. - Очень разумно с вашей стороны, - мило улыбнулся Гарри. – Позвольте представить – Персиваль Уизли. Я провел часть лета с его семьей и Персиваль любезно согласился меня сопроводить до места встречи. - Приятно познакомиться, молодой человек, - голос отца Джастина был глубоким и располагающим: голос опытного адвоката. – Джастин очень много о Вас рассказывал. Гарри надеялся, что рассказывал он только политкорректную версию событий. Перси отправился домой, а небольшая процессия из семьи Финч-Флетчли и Гарри - за покупками. - Должен признать, что это очень удобно, когда с нами идет волшебник, который может открыть эту стену, - заметил Оливер и кивнул на красную каменную кладку. – Довольно неприятно каждый раз пользоваться услугами бармена Тома, - последние слова он произнес таким тоном, что Гарри понял быть барменом - низшее дно, на которое может пасть человек. Мальчик уже сильно сомневался, что настоящим предлогом, под которым Джастин пригласил его для покупки книг было желание сэкономить. Скорее уж Джастину просто нужна была компания, чтобы не захлебнуться в желчи отца. Хуже сноба может быть только обиженный сноб. А некоторые волшебники были удивительно хороши в том, чтобы походя оскорблять магглов. Первым делом они зашли в банк, где Гарри взял переговоры с гоблином на себя. Обменяв достаточную сумму денег для Финч-Флетчли они направились в магазины по списку. Джастин даже не заикнулся о дешевых книгах, а потому Гарри решил, что не поведет их к старьевщику, если они сами о нем не спросят. Следуя примеру прошлого года Гарри, купил себе только те книги, которых у него еще не было или они сильно отличались от тех, что есть. Полное собрание сочинений некоего Гилдероя Локхарта стоило таких баснословных денег, что даже мать Джастина возмутилась. Закончили этот день Гарри и Джастин в кафе Фортескью за пиалой мороженного со вкусом амортензии. Оно стоило невероятно дорого, но за него платил отец Джастина. Более вкусного мороженного Гарри в жизни не пробовал. На вкус оно было, как лето и зелья, как ветер в лицо и новая книга. С каждой ложечкой раскрывалась новая нотка запаха, от которого в голове возникали самые приятные воспоминания из жизни. Гарри не смог оторваться, пока не прикончил все до последней капли. Родители Джастина отошли, чтобы купить артефакт для связи с сыном в школе, так как письма и совы их совсем не устраивали. - Знаешь, Гарри, ты понравился моим родителям, - задумчиво проговорил Джастин. - Правда? - Гарри сам поразился тому, как недоверчиво прозвучал его голос. - Ты первый волшебник, который их не попрекает тем, что они магглы. Они всерьез думали забрать меня из Хогвартса и перевести в Итон, потому что опасались, что в волшебном мире я всегда буду человеком второго сорта. - Джастин, я скажу это только один раз и пожалуйста никому никогда этого не передавай, -Гарри глубоко вдохнул, - Скорее всего так и будет. Всегда будут волшебники, которые будут бояться твоей инаковости, и ты никогда не станешь своим до конца. Но и уйти из магического мира ты просто так не можешь. Если ты не закончишь магическую школу – тебя лишат магии, что для волшебника равносильно смерти. Прежде чем вы уйдете домой сегодня попроси своих родителей купить свод магических законов, - Гарри положил свою руку поверх руки Джастина, лежащей на столе. – Я не буду тебе обещать, что все изменится или что все будет хорошо. Но ты можешь рассчитывать на то, что я всегда буду относиться к тебе как к равному. - Спасибо, Гарри. Ты отличный друг, - голос мальчика звучал печально. Родители Джастина подошли, и парни тепло распрощались. У Гарри был еще час до прихода Перси, и он решил потратить это время с пользой – купить новогодние подарки для всех своих друзей и знакомых. В порыве творческого шопоголизма он даже купил подарки всем учителям. Нужно же как-то порадовать Хагрида и старого жука Дамблдора. В конфеты, купленные для директора Гарри планировал залить одно из экспериментальных зелий близнецов. Вряд ли директор попадется, но отказать себе в удовольствии Гарри не мог. В субботу все Уизли собрались за покупками. Гарри на отрез отказался идти с ними, так как не терпел столпотворений. К тому же Отвар подходил к завершающей стадии готовности и оставлять его без присмотра сейчас было нельзя. Весь день Гарри провел в пустом доме то помешивая зелье, то собирая непонятно когда разбросанные вещи. Мальчику было жаль уходить из такого теплого и полюбившегося места в свою одинокую и безрадостную жизнь. Так просто было бы довериться старшим, рассказать Молли и Артуру обо всем, что происходит в его жизни. Но привычка все держать в себе была сильнее и Гарри любовно упаковывал наваренные с близнецами зелья и держался, чтобы не расплакаться. Уизли вернулись, огласив гостиную громким гомоном. Молли восхищалась Гилдероем Локхартом, рассказывая, как сильно детям повезло, что они будут у него учиться. А Рон возмущался Малфоями. Если родители такого лапочки Джастина были ужасающими снобами, то Гарри даже боялся подумать, как сильно сводит зубы от общения с четой Малфоев. Подойдя к семье поближе, Гарри понял, что его три недели счастья закончились. Знакомое чувство нарастающего раздражения и злости ворвалось в его мир. Дух Тома был где-то рядом. Ему не будет покоя, пока не исчезнет Змей. Стараясь как можно быстрее убраться от этого пагубного влияния, Гарри объявил, что завтра должен вернуться к Дурслям, чтобы оттуда направиться в школу. Близнецы смотрели с непониманием, ведь последнее зелье было еще не готово. Но Гарри не смог бы им объяснить, даже если бы захотел. От возобновившегося влияния он опять начал выпадать из реальности и в последнюю ночь он увеличил количество зелья для сна вдвое. Рано утром в воскресенье Гарри обнял близнецов и сел в машину. Мистер Уизли любезно согласился подвести его домой. Все время до отправления в Хогвартс Гарри провел с Дурслями, помогая по дому и прощаясь. Домашняя атмосфера семьи Уизли, почти заставила Гарри поверить в возможность того, что и у него может быть подобное место – дом. Петунья провожала мальчика задумчивым взглядом, но не становилась добрее. Просто привычно игнорировала. Первого сентября, еще затемно, Гарри вышел из дома четыре на Тиссовой Улицы и поехал в Лондон. Прибыв туда рано утром, он отправляется в дом мистера Столкера. Необходимо было все упаковать и забрать сундук, сову и другие необходимые в обучении вещи. Без пяти минут одиннадцать, запыхавшийся Гарри стоял перед входом на платформу девять и три четверти.