Уголь / Charcoal

Она задремала в его объятиях ненадолго, такая тёплая, мягкая, и почти всё это время он провёл зарывшись носом в волосы у неё на затылке. Кайло запоминал мускусную сладость её пота, а под ним — этот свежий запах чего-то, чем она мыла голову. Он прижался ртом к коже вверху позвоночника и присосался; вскоре там обозначился засос, пометивший её плоть. Он слегка отстранился, чтобы рассмотреть свою работу, и один долгий, прекрасный миг любовался на красное пятно, которое на ней оставил. Ему захотелось покрыть ими кожу на её груди, животе, на бёдрах. С этим намерением он прижался губами к её плечу. Рей сонно вздохнула и перекатилась на спину. — Ну-ка хватит, — сказала она с игривой улыбкой. Голос звучал нежно и хрипло от измождения. Но Кайло припал к ней и вобрал в рот чувствительную кожу ничем не прикрытой груди. Рей начала извиваться, затем запустила пятерню ему в волосы; она прошипела его имя, и это прозвучало развратно. Закончив, он осыпал её бок нежными поцелуями. — Мне пора, — проговорила она нерешительно. Он стиснул зубы, и его хватка на её талии стала чуть крепче. — Мне надо поспать. — Можешь поспать здесь, — произнёс он. А затем более требовательно добавил: — Останься на ночь. Она тяжело вздохнула, размышляя, а Кайло затаил дыхание. Было ли ему когда-нибудь так же спокойно, как сейчас? Он не знал. И не только потому, что секс был хорош. Что-то в Рей смягчало мельтешение в разуме, заставляло чаще биться сердце, поднимало внутри волну дурноты, как бывает при сильных переживаниях, — всё разом. — Ладно, — сказала она наконец, затем перекатилась к Кайло лицом и мимолётно поцеловала. Его затопило ликование. — Но у меня завтра учёба и работа, так что мне правда надо выспаться. — Всё что пожелаешь, — отозвался Кайло, и он говорил серьёзно. Она пошла в ванную умыться (он чуть ли не с восторгом услышал, как она чистит зубы — без сомнений, его зубной щёткой). Он сходил после неё, а когда вернулся в спальню, то нашёл её свернувшейся калачиком под одеялом. Кровать была тепла, когда он к ней присоединился, от Рей исходил жар. Он благоговейно подумал, что она как солнце. Она быстро заснула, и так уже почти дремав до этого. И ещё долго он просто прислушивался к её дыханию, ощущая, как грудь поднимается и опускается под его рукой. Похоже было, что ему не заснуть, разум гудел от мыслей о следующем дне, следующей неделе, следующем месяце. Чем дольше он лежал там, размышляя, тем более навязчивым становилось знакомое покалывание в пальцах. Он взглянул на часы на прикроватной тумбе, увидел, что было только начало второго, и до предела осторожно отодвинулся от Рей. В студии он включил настольную лампу, достал с книжной полки скетчбук. Тот был у него ещё со второго курса художественной академии в Хосниан-Прайме, на западе, перед тем как он продал свою первую картину и отчислился. Старые рисунки он уже оттуда вырвал; то были зарисовки людей, зданий, деревьев — когда он через не хочу пытался понять классические формы. Он взял первый попавшийся карандаш и начал рисовать, стараясь не думать, а просто вспоминать. Он вспоминал выпуклости скул, выступ подбородка, то, как свет падал на шею. Он попытался изобразить на бумаге её рот, но получалась какая-то ерунда. Всё было не так, даже овал лица выходил неправильным, и внезапно он не смог вспомнить, зачем вообще ему это делать. Он не знал, что на него нашло. Прежде чем остановиться, он разорвал бумагу в клочья. И вернулся в постель.

_______

Рей разбудил сочившийся в окно солнечный луч. Она не могла припомнить, когда в последний раз просыпалась не по сигналу будильника, и потребовалась чуточка самообладания, чтобы не вскочить и не заняться делами, а дать себе поблажку и понежиться в кровати. Кайло всё ещё спал, лёжа почти вплотную, обхватив её жадно. Она вдруг поняла, что ей по нраву эта тяжесть, это ощущение мощного тела, словно заключившего её в клетку. Она придвинулась ближе и тут же об этом пожалела — он пошевелился, приоткрыл глаза и сонно на неё воззрился. — Доброе утро, — поприветствовала она. Он зажмурился, и это стало единственным его ответом. Не жаворонок, понятно. Но он улыбался, и Рей протянула руку и провела пальцами по его волосам. — Спасибо, что позволил мне остаться на ночь. Я здорово провела время. Он снова взглянул на неё, в его глазах блеснуло что-то непонятное, и она зарделась. Когда он наконец заговорил, его голос, давно не использовавшийся и оттого немного сиплый, взбудоражил её. — Пойдём в душ. Она поджала губы, подумав, что у Кайло, похоже, лишь одно на уме, но вот он притянул её так, что её голая грудь прижалась к его, его колено протиснулось между её бёдер, и внезапно это тоже стало всем, о чём она могла думать. Он приподнял колено и лишь слегка надавил на её чувствительную плоть, но этого хватило. Ахнув, она выгнулась ему навстречу. Его эрекция вжалась ей в ляжку, и Рей поразило, насколько это заводит. Кайло хочет её, и доказательство — вот оно, вплотную к её телу. Она не могла говорить в нахлынувшем на неё ослепительном жаре возбуждения; в её силах было только кивнуть, соглашаясь на его предложение. В ванной он включил душ. Рей залезла под него, намочила волосы, пока ждала Кайло. Она выглянула из душа и увидела, как он надевает презерватив. — О боже, — произнесла она, и он хохотнул, а затем присоединился к ней. Места в душе хватало, но Кайло был огромен, поэтому с лёгкостью оттеснил её к стене, чтобы встать под струи. Она толкнула его легонько, и он ухмыльнулся, пока они в шутку боролись за право стоять под лейкой, — поединок, который закончился внезапно, стоило ей ухватить его за волосы и потянуть на себя для поцелуя. Его руки, казалось, были везде, сминая бёдра, щупая зад. Ванная комната наполнилась паром, и у Рей всё вращалось перед глазами. Она уже почти задыхалась, когда он надавил рукой ей между ног и потёр клитор. Она издала стон, протяжный и громкий, отдавшийся эхом по ванной. Смущённая, она выпростала руку из его волос и прикусила палец — сильно. Он почти тут же отвёл её руку и пригвоздил ту к стене, рядом с нею. Без сомнения, там, где он держал её, останутся синяки, но он пробовал разное у неё между ног, смотрел, какие звуки мог из неё извлечь, а она, будучи не в состоянии нормально думать, не могла попросить ослабить захват. Колени тряслись, она едва держалась на ногах, и стало почти облегчением, что он наконец взял её за бёдра, приподнял и положил её ноги себе на пояс. Он был силён — даже не поморщился, когда поднимал её. Кайло вжал её спиной в стену, приспосабливаясь, приспуская её так, чтобы приблизить кончик члена вплотную. Он ждал долгое мгновение, и под своими руками она ощутила дрожь мышц, но не от напряжения, а от жажды дёрнуться бёдрами и войти в неё. — Кайло, Кайло, — зашептала она ему на ухо, а затем заскользила вниз по стене, и он вторгся внутрь, и боже. Сила тяжести действовала против неё, не было ни шанса замедлить это, ни шанса привыкнуть, прежде чем принять его всего до упора. Она потянула его за волосы так сильно, что ему должно было сделаться больно, но она смутно припоминала его вчерашние слова о том, что ему это нравится. Он начал подаваться бёдрами вверх, помогая своим толчкам тем, что приподнимал её немного — как раз для того, чтобы она стремительно опускалась обратно на него. Она не могла контролировать темп, не могла ни на что опереться, чтобы отклониться более чем на несколько сантиметров, но было хорошо, эта поза была то что надо. Он держал её, поэтому не мог трогать клитор, но с каждым толчком он попадал в ту самую точку глубоко внутри, которую Рей и не могла бы найти прежде. Он кончил через пару минут после этого, стиснув зубы на её плече так крепко, что останутся следы — так же, как его засосы на шее и груди. Позже она встанет у зеркала в своей комнате в общежитии и, глядя на них, будет вспоминать о нём. Он извлёкся, поставил её на пол, выбросил презерватив в урну около душа, а Рей тем временем едва переводила дыхание. Она откинулась на стену, отчаянно пытаясь отдышаться, но тут он развернулся. — Ты не кончила, — проговорил он. И не успела она подтвердить это, как он встал перед ней на колени и провёл губами по бедру. Он согнул одну её ногу, поднял и уложил себе на плечо. Он стоял на коленях между её ног, уже вжавшись носом в холмик волос внизу, и от одного вида этого она взволнованно охнула и прикрыла рот ладонью. — Не надо, хочу тебя слышать, — сказал он строго. Он развёл ей ноги и слегка приспустил, чтобы добраться до места между ляжек. От первого же прикосновения языка к клитору всё её тело подобралось, и чёрт, он и правда это делает. Он не останавливался, не давал ей перевести дух. Наслаждение кружило голову, перед глазами всё плыло, и она стиснула его волосы пальцами — кажется, те просто не могли держаться вдали от его шевелюры. Вскоре она, заскрежетав зубами, прильнула к его лицу. Он проник в неё двумя пальцами и стал мягко толкаться, подкрепляя этим движения рта. Она разомлела ещё тогда, когда он её трахал, но эти фрикции, даже всего лишь двумя пальцами, были великолепны. Оргазм накрыл внезапно, и она рухнула бы, если бы он не придержал. — Ты в этом очень хорош, — произнесла она ошалело, как только он вынул пальцы и встал. Его ноги, должно быть, ломило оттого, что он долго стоял на коленях, — пол в душе не мог проявить сострадания. — Всегда пожалуйста, — сказал он, а затем поцеловал её взасос, давая ощутить собственный вкус.

_______

Они помыли друг друга; Кайло было легче, чем Рей, — ей пришлось привставать на носочки, чтобы добраться до его головы. После оргазма его вены полнились спокойной энергией, и то, как она массировала ему кожу головы, ощущалось божественно. Когда они закончили, Рей стала одеваться, а Кайло, натянув боксеры, пошёл на кухню, чтобы сделать им обоим кофе. Он как раз наливал себе чашку, как вдруг в гостиной зажужжал телефон — не его, а Рей. Кайло нашёл его на кофейном столике; тот вибрировал, и на экране высвечивалось имя: Финн. — Это мой? — спросила Рей и бросилась из ванной, успев облачиться во всё, кроме джинсов, которые лежали на полу, у ног Кайло. Ещё здесь был открытый рюкзак — её кошелёк выпал и валялся на полу, рядом с тетрадью. Её сырые волосы были убраны назад, щёки по-прежнему пылали после горячего душа. Кайло, подавив желание швырнуть телефон об пол, подал его ей. Она ответила, отвернувшись от него. При виде её, спиной к нему, уходящей, ему захотелось догнать её, развернуть к себе и повалить на пол. — Привет, — произнесла она в телефон. Кайло услыхал мужской голос, быстрый и сбивчивый, так и источавший приветливость и дружелюбие. Может, он больше чем друг, кто знает, сколько у неё «друзей». Он не привык сдерживать гнев, ему необходимо было что-нибудь сломать, или нарисовать, или по меньшей мере походить кругами, но он просто сел на стул на кухне и слушал. — Меня там нет, надо было позвонить сначала… Ладно… Да, буду через час… Без проблем. Пока. Она уходит. Идёт к другому мужчине. И никогда не вернётся. — Мне надо в кампус, — сказала она, натягивая джинсы и шаря взглядом по сторонам в поисках пальто и сумки. — Кажется, автобусная остановка в квартале отсюда. — Давай отвезу тебя, — проговорил он. Пожалуйста. Ему хотелось затащить её обратно в постель и никогда оттуда не выпускать. — Будет быстрее, чем на автобусе. — Мне не нужен шофёр, — произнесла она непринуждённо. Она уже подхватила со столешницы рюкзак. Когда она подошла поцеловать его в щёку на прощанье, он обнял её за талию и притянул к себе между ног. Кайло сидел, поэтому её лицо оказалось немного выше его. Он поцеловал её в губы и прижал к себе так крепко, что она не могла пошевелиться. Имя Финна сидело в его голове и в её, и ему хотелось выкурить его оттуда. — М-м, Кайло, — прошептала она ему в губы. Открыв глаза, он встретился с ней взглядом. — Я пойду. Она высвободилась из его объятий и надела пальто. На пороге она обернулась, улыбнулась ему и произнесла: — Позвони мне. А потом она ушла. Миг Кайло, не дыша, прислушивался к эху её шагов, что раздавалось в холле. Убедившись, что она уже в лифте, он поднял свою чашку с дымящимся кофе и с яростным воплем швырнул её в стену. Она разлетелась на куски, кофе окрасил белую стену в коричневый. Какое-то время он сидел абсолютно неподвижно, глядя, как кофе стекает по стене на пол. В его венах пульсировала злость, и, когда он разбил чашку, этой злости не убавилось. Оставшись без всего, наедине со своей жаждой поскорее что-нибудь разрушить, он встал и начал кружить по комнате. Поглядывая на диван, он вспоминал, как она забралась к нему на колени, как прикоснулась губами к его коже. Вдруг его взгляд соскользнул на пол, где на ковре лежал серебристый ключ. Тот был не его, и Кайло вспомнил, что там, сверху, лежала открытая сумка Рей и содержимое из неё буквально вываливалось. Он остановился и поднял ключ, ощутил в руке его вес и прохладу. Рей ещё не успела отойти слишком далеко, он мог бы позвонить и вернуть ей ключ — она была бы благодарна. Или же он мог бы поехать в кампус и вручить его там, а заодно и посмотреть, что там за Финн. Кайло не сделал ни того, ни другого.

_______

Рей встретила Финна и По в вестибюле здания. Когда она появилась, они увлечённо разговаривали, и ей показалось, что своим приближением она им прямо-таки помешала. Они не были вместе — а если и были, то ей не сказали, — но Рей считала, что это лишь вопрос времени. По был геем и не скрывал этого, и Рей помнила, как по пьянке Финн поведал ей о том, что целовался с каким-то ботаном на вечеринке первокурсников, ещё до их встречи с По. — Ты где пропадала? — спросил Финн добродушно. — Ночевала у друга. Она помедлила, прежде чем сказать это, и они тут же за это зацепились. — У какого ещё друга? — По ухмылялся от уха до уха, и она ущипнула его за руку так сильно, что он вскрикнул. — Ни хрена себе, да у неё засос на шее сзади! — Боже, народ, вы дёрнули меня сюда, только чтобы перетереть за мою личную жизнь, или всё же хотите взглянуть на конспект? Она вела себя более смущённо, нежели чувствовала на самом деле, — ведь она и так с радостью рассказала бы им сегодня о Кайло. — Когда я в прошлый раз интересовался, у тебя этой самой личной жизни вообще не было, так что это, типа, новость, — прокомментировал Финн. — Но вообще да, хотелось бы заглянуть в твои записи. Они вместе зашли в аудиторию; Рей решила переодеться после первой пары. Финн по диагонали просматривал тетрадь, а По тем временем отвёл её распущенные волосы назад, чтобы оценить оставленный Кайло след, вполне очевидный над воротником пальто. Рей не посмела рассказать ему о другом засосе — на своей груди; о синяках, которые, как она чувствовала, расцветали сейчас на её бёдрах и заду, она уж точно говорить не собиралась. — Просто не верится! Ты не рассказала мне, что с кем-то встречаешься, — произнёс Финн, причём, на удивление Рей, с оттенком искренней обиды в голосе. Она поспешила его успокоить: — Ну, понимаешь, я с ним не совсем встречаюсь… Мы познакомились в среду… — На том эвенте по искусству? — вклинился По. — Сколько лет парню? Он изобразил дряхлого старика, забывая, что Рей, которой двадцать один год, тоже ходила в галерею. — Даже не знаю. Он старше нас. Лет тридцать ему, наверное. — У Кайло было такое лицо, которое в один момент могло выглядеть потрёпанным жизнью, а в другой — юным. — Он художник. — О, Рей, в тихом омуте. Кто бы мог подумать, что ты у нас фанатка из этих. — Ой, отстань. — Она пихнула плечо По своим. — И какой он? — спросил Финн, захлопнув её конспект, чтобы послушать внимательно. Рей не знала, что на это ответить. Кайло был суровым и милым одновременно, жадным до ласки и отрешённым, эгоистичным и щедрым. Щедрым… Она вспомнила, как горели его глаза, когда он припал к ней между ног в душе менее двух часов назад. Этот мужчина был воплощённым противоречием. — Он интересный, — наконец проговорила она скупо. — Тебе придётся сказать нам больше. Как его зовут? — Кайло Рен. — Странное имечко. Может, ненастоящее. А художники берут себе, типа, псевдонимы? — задумался вслух Финн. — Тебе надо его погуглить. Ей следовало сделать это раньше, но у неё не выдалось ни одной свободной минуты за полтора суток с тех пор, как она его повстречала. Неужели так мало времени прошло? — Ну и как он в постели? — спросил По, легонько толкая её локтем. Финн хрюкнул от такой наглости, а затем расхохотался. Рей бросила на него свирепый взгляд. — Не сказать, чтобы было особо с кем сравнивать, но да, он был очень даже неплох. Она попыталась стукнуть По, увидев, как он играет бровями, и ему пришлось спрятаться за Финном. — Ты планируешь опять с ним увидеться, или это было на одну ночь? — поинтересовался Финн. До Рей вдруг дошло, что По с Финном понятия не имеют, потянет ли она отношения, мимолётные или любые другие, и что друзья немного за неё волнуются. Она мысленно вернулась к минуте, когда уходила от Кайло, — вспомнила выражение его лица и то, как непросто было сбросить с себя его руки, чтобы выйти за порог. Ей всё ещё было не вполне понятно, чего именно хочет от неё Кайло Рен, и это её терзало. Правда заключалась в том, что Рей также не совсем понимала, чего хочет от него она сама. Вопрос Финна в итоге так и остался без ответа.